Борьба за власть

Настоящее счастье для парней началось на следующий день. Только открыв глаза, Чонгук увидел перед собой мирно спящего мальчишку с аккуратный вздернутым носиком, подрагивающими ресничками и полными губами, которые тот так не вовремя облизал. Почувствовав невероятное желание коснуться желанных губ омеги, Чон повёлся на поводу у желаний, впиваясь нежным поцелуем в манящие губы. Он лишь нежно сминал их в своих, но этого хватило, чтобы альфе вскружило голову такое прикосновение. Через пару мгновений он почувствовал, как губы омеги отвечают на поцелуй, а сам он обнимает крепкую шею своего альфы. Чон улыбнулся сквозь поцелуй, отстраняясь от омеги, напоследок поцеловал того в прохладный носик. - Доброе утро, Чон Чимин, - сделал акцент на новой фамилии Мина Чонгук. Парень покраснел, пряча смущенную улыбку в плече своего парня. - И тебе доброе, - омега выводит пальчиком понятные только ему узоры на груди альфы, тихо хихикая со странных звуков, которые издавал Чон. - Минни, прекрати. Ты разве не чувствуешь, что я еле держусь рядом с тобой.., - альфа горячо выдохнул в маленькое ушко Чимина, смущая того ещё больше. Чонгук положил крепкие ладони на молочные бедра омеги, поглаживая и сжимая мягкую кожу, проходясь по ней холодными подушечками пальцев. Омега же, по-настоящему наслаждается всей ситуацией, издавая что-то похожее на еле слышный стон, но альфа ведь не глухой. Услышав это, он перевернул Чимина на спину, нависая сверху, целуя бедную кожу на шее, покусывая и оставляя заметные отметки. - Чимин-а, ты такой сладкий, - тихо шепчет альфа словно в бреду, целуя каждый миллиметр кожи. Он чуть приподнимает край спальной рубашки Чимина, поглаживая плоский живот и улыбается своим мыслям. Ведь когда-то этот животик будет большим и круглым, а внутри будет развиваться их комочек, их общий ребёнок. От этих мыслей альфу отвлек Чимин, нервно ерзающий по постели и желающий быть ближе к своему истинному. Мин притягивает его к себе, целуя в губы,теряя все свое стеснение. Трепетные поцелуи перешли в жаркие и пылкие, стирающие все границы между парой. О каком стеснении может идти речь, когда Чон так откровенно гладит, а Чимин так громко стонет от его касаний? Покончив со снятием ненужной ткани с тела омеги, альфа приступает сцеловывать всю грудь омеги, проходясь ровными зубами по соскам, облизывая и оттягивая их. Чимин снова стонет. Для него все это в новинку. Его никто так не касался, никто так не возбуждал, никто так не любил как Чон. Спустившись к низу живота, Чон только хитро улыбнувшись, коснулся пальцами аккуратного члена Чимина, водя ими то вверх, то вниз. Пак, то есть уже Чон, выгнулся в спине. Он там не касался даже сам. Когда же Чон стал наращивать темп, Чимин почему-то замолчал, что насторожило Чонгука. Он посмотрел на бледное лицо Чимина и в ужасе ухватился за него большими ладонями, судорожно водя большими пальцами по впалым щекам. - Чимин! Мини, малыш, открой глазки. Чимин, Господи! - он выбежал в ванную комнату, судорожно ища полотенце. Наконец найдя его, он смочил холодной водой кусок ткани и побежал обратно в комнату, но Чимина там уже не было.