Красный Дракон

— Были времена, когда к миле от Стены не было ни деревца. Воронам приходилось выходить с топорами каждое утро — весело сказал Тормунд. Отряд Тормунда ещё утром вплотную подошли к Стене и сейчас они надевали на себя приспособления предназначенные для лазания на высоте. — Ваша стая мельчает — услышал Джон веселый голос и обернувшись, увидел как ему ухмыляется Орелл, который закинул мешок себе на плечо и пошёл за Тормундом. Джон посмотрел на Стену. Вот и настал, тот момент, которого Джон боялся больше всего. Ему придется лезть на верх Стены. Подумать только, семьсот футов взбираться наверх. Семьсот футов страха усталости и боли. Словно зная о чём он думает, Игритт сказала: — Ты боишься — — А ты? — тихо спросил Джон. — Да. Я тоже боюсь — ответила та. — Ты хоть раз взбиралась на что-то подобное? — спросил он. — Нет. Но Тормунд лазил через неё полсотни раз. Я всегда мечтала увидеть мир оттуда, с высоты — призналась Игритт. Джон посмотрел на нее, а она, задумавшись над чем-то, сказала ему: — Присядь-ка. Я прихватила для тебя пару штук. Они тебе не по размеру, но зато крепкие и весьма острые — — Ты никого за них не убила? — иронично спросил Джон, притворно удивляясь. — Нет не убила. Но яйца у него, наверняка, болят до сих пор — ответила Игритт. Джон засмеялся и стал завязывать сандали для скалолазания, а Игритт продолжила: — Он не был со мной так нежен. Он не делал то, что ты делал своим ртом — Джон, боясь что её кто-нибудь мог услышать, оглянулся и посмотрев по сторонам, сказал ей тихо: — Может, мы не будем сейчас об этом? — — Может, мы не будем сейчас об этом — передразнила его голос Игритт и стала его пародировать: — Я, Джон Сноу. Я убил кучу упырей, Белого Ходока и Куорена Полурукого. Я могу вселяться в волка, но я боюсь голых девок — Джон тихо засмеялся и спросил: — Было похоже, что я боялся? — спросил Джон. — Да ты был весь дерганый — — Но только в начале — намекнул Джон. — Да. Только в начале — сказала Игритт и посмотрела на него таким взглядом, словно ещё раз хотела испытать на себе эти ощущения, а потом подсела к нему и сказала: — И тебе незачем тревожиться и печалиться. Я не выдам твой секрет — — Какой секрет? — недоумённо спросил Джон. Игритт усмехнулась и сказала: — Думаешь я из тех глупых девиц в шелках с которыми ты рос. Ты другой. Ты верный и весьма смелый. Ты не перестал быть вороной, когда зашёл к Мансу в шатёр — Лицо Джона приняло тревожный и серьёзный вид, но тут на корточки к нему подсела Игритт и сказала: — Но теперь я твоя женщина Джон Сноу. И ты будешь верен своей женщине. Ночному Дозору плевать на то, что жив ли ты или нет, а Мансу плевать жива ли я. Мы лишь бойцы в его армии. Ты и я — вот что важно для нас обоих. Не вздумай меня предавать… — Джон закивал головой, грустно смотря на Стену, а Игритт продолжила игривым голосом: — Иначе, я отрежу твой славный членик и повешу себе на шею — Джон усмехнулся, но тут к нему подошёл Тормунд и протянул ледоруб. Джон схватился за него и встал, а Тормунд дал ему дельный совет: — Вонзай ледоруб глубоко и не лезь дальше, если не уверен, что он засел крепко. Если сорвёшься, то не кричи. Ты же, ведь, не хочешь чтобы она запомнила тебя орущим? Ха-ха-ха! — засмеялся Тормунд и шлепнул его по плечу, да так что Джон пошатнулся. Игритт, улыбаясь, смотрела на Джона, а Джон посмотрел тяжелым взглядом на Стену. Его самое тяжелое испытание в жизни только начинается. — Ледяной ветер вместе со снегопадом нещадно бил ему в лицо, заставляя его морщиться. Они уже больше двух часов взбирались по Стене. Мышцы у Джона на плечах, на руках и на ногах нещадно ныли, но он упорно продолжал лезть наверх. Перспектива сдаться, остановиться и ослабить хватку, чтобы потом упасть, для него была так себе, а точнее, она ему не нравилась во всех своих проявлениях, поэтому он старался лезть дальше на Стену, невзирая на усталость. Он посмотрел вниз, себе под ноги и ужаснулся от того, насколько высоко они поднялись. Он тут же посмотрел вверх и увидел, как выше него лезет Игритт. Словно почувствовав, что на неё смотрят, она взглянула вниз, на Джона и крикнула ему: — На мою задницу пялишься Джон Сноу?! — Его улыбка и насмешливый взгляд говорил ей: — Куда же ещё — Однако в этот момент они оба услышали крик сверху. Джон поднял глаза к верху и в этот момент ему в голову больно ударился большой кусок льда. Джон тут же, на несколько мгновений, потерял способность ориентироваться. Перед глазами всё помутнело и он чуть было не потерял сознание, однако стоило ему услышать как ледоруб начинает скользить по льду, а вместе с этим, почувствовать как он не держится ногами, как тут же он осознал, что скользит и начинает падать, резко пришёл в себя и тут же со всей силы ударил ледорубом по поверхности Стены. — Ты там живой? — услышал он едва различимый голос Игритт. Он поднял голову и заметил что он чуть соскользнул вниз. Он кивнул ей и тут же услышал весёлый крик Тормунда: — Хотел проверить как ты держишься. Ха! — У Джона, на мгновение, появилось навязчивое желание врезать рыжему бородачу. И это желание на время вернуло ему сил и он стал быстрее подниматься дальше. Однако стоило им проделать путь в пару десятков метров, как тут же произошло то, что чуть не оказалось для Джона страшнее всего в его жизни. Игритт, проделывая путь резко ударила ледорубом по льду и от этого удара по Стене пошла трещина, которая стала расширяться и удлиняться. У Игритт появилось неприятное ощущение, как и у Джона. Но не успели они что-то предпринять, как рядом с Игритт недалеко откололся кусок льда и трое людей с криком полетели. Тут же, слева от неё откололся другой кусок. И к ужасу Игритт вниз полетела Адала. Однако, это вовремя заметил Джон. Одним крюком с канатом он зацепился за кол, вбитый в лёд и в тот момент когда он поднял голову на него с криком упала Адала, сбив его с ног. Джон схватил её руками, но в этот момент они оба полетели вниз, однако крюк с канатом удержал падения груза двум тел и Джон с Адалой повисли в воздухе. Адала смогла дотянуться до выступа льда на Стене, залезла туда и помогла подняться Джону, но стоило им обоим встать, как лед под ногами Джона резко затрещал и откололся. В этот момент Адала с криком отскочила и с ужасом смотрела как Джон падает, но, к счастью для второго, канат с крюком выдержал его. И вдруг он услышал крик Орелла: — Надо обрезать верёвку! Ты не поднимешься если вместе со мной потащишь её! — — Нееет! — запротестовал Тормунд, и тот лишь сильнее вогнал ледоруб в лёд. Однако, Орелл его не послушал и стал резать верёвку, которая держала висячую Игритт. Та со страхом и мольбой в глазах взглянула на Джона и тот в панике стал искать выход. Он заметил где висит Игритт и следовательно, понял с какой стороны она начнёт падать. Он быстро раскачался и ледорубом крепко зацепился за край выступа и тут же стал подниматься на выступ. Поднявшись, он воткнул ледоруб в лёд и услышал женский крик сверху. Он резко поднял голову и увидел как вместе с обрезанной веревкой падает Игритт. Когда она падала мимо него, он одной рукой схватил за обрезанную верёвку, к которой была привязана Игритт, а другой схватился за торчащий ледоруб, чтобы не подскользнуться и не полететь вместе с ней вниз. Когда он убедился в том, что она висит в воздухе он схватил веревку второй рукой и теперь ими обеими потянул Игритт вверх. Она медленно и тяжело поднималась, но всё же смогла добраться до выступа, на котором стоял Джон. Он протянул ей руку и с отчаянием в глазах, крикнул: — Хватайся! — Она протянула руку, но ей тяжело было дотянуться до него и всё же из последних сил она стала пытаться достать до его руки. Джон сильнее нагнулся и стоило его пальцам дотянуться и дотронуться до её пальцев, как тут же схватил их и потянув на себя, схватился за её ладонь и стал поднимать Игритт. Игритт потянулась и Джон, обняв, поднял её на выступ и держал её, а она уткнулась ему в плечо. Она подняла на него своё лицо и он увидел её глаза, наполненные страхом. — Ты и я. Ты сама мне это сказала, помнишь. Не бойся, я тебя держу. Я не дам тебе упасть — сказал он ей, стараясь её успокоить. Она снова уткнулась ему в плечо и Джону показалось что она плачет, хотя он сильно засомневался в этом. Он поднял глаза к верху и встретился со взглядом Орелла смотревшего на него. Взгляд Джона, направленного на него говорил Ореллу «Тебе конец». Орелл же бросил презрительный взгляд на Джона и стал дальше подниматься. Джон встал и обрезанный конец её верёвки привязал к себе, а свой крюк с канатом отдал ей, сказав что сам он будет подниматься с помощью ледорубов, а так как она будет подниматься с помощью крюка то ему так будет спокойней. Они добрались до самого верха. Игритт уже с большим трудом смогла не то что подняться, а даже зацепиться за поверхность Стены ей было крайней тяжело, но она, воткнув ледоруб на вершину Стены, всё же смогла поднатужиться и схватившись за верёвку, вкарабкалась на поверхность Стены. Она проползла пару метров и перевернувшись, легла спиной. Следом за ней, на Стену, залез Джон. Ледорубами он дополз до Игритт и лёг рядом с ней. Так они и лежали, шумно дыша и отдыхая от их первого подъема на Стену. На миг из-под зимнего облака выглянуло солнце, освещая всё вокруг. Джон почувствовал справа от себя движение. Он посмотрел и увидел шокированное лицо Игритт, которая уставилась куда-то вперед. Он посмотрел туда и всё понял. Он понимал её, ведь он сам, когда впервые встал на вершину Стены смотрел на всё это с таким же видом. Осознание того, что выражение её лица такое же как и у него в первый раз, вызвало у него тихий смех. Она повернула на него свой недоумённый взгляд и спросила: — Ты чего это смеешься? — — Да тебе стоило бы видеть своё лицо. Я примерно также смотрел на весь этот вид, когда впервые поднялся на вершину — сказал Джон. Она увидела в его печальных глазах задорные огоньки веселья и поняла одну вещь. Есть в этом мире вещи, с которыми Джону приходилось иметь дело. Однако, желая ещё раз посмотреть на этот чудесный вид природы с огромной высоты, она поднялась и с таким же удивлённым лицом снова уставилась на весь Север, что принадлежит одичалым. Эти чудесные и будоражащие сознания чувства и ощущения прервала чья-то рука, крепко схватившая её руку и потянувшая за собой назад. Она поняла что это Джон и пошла за ним, прекрасно понимая что он хочет ей что-то показать. И не ошиблась. Он повёл её назад и стоило ей ступить на выступ южной стороны Стены. Как она увидел новый мир. Совершенно новый, непохожий на ту мрачноватую красоту природы, среди которой она жила, мир. Мир где она увидела больше мягких красок и больше зелени чем в том, который они только что оставили. Джон на миг подумал, что мечта Игритт полностью сбылась. Она увидела мир с той высоты, с которой он взирал на него. Он перевёл взгляд на неё. Взгляд полный любви и трепета, которого он испытывал к ней. А она ещё испытывала непередаваемые чувства восхищения и восторга. Куда больше чем хотела, ведь она ожидала увидеть с высоты красоту мира. А вышло так что она увидела красоту двух миров. Действительно, она и представить не могла что увидит красоту, совершенно разную, но одинаково будоражущую красоту двух сторон одной земли под названием Север. Представить не могла, что красоту этих миров, разных во многом, но, однозначно, близких по расположению друг к другу, разделяет один лишь семьсотфутовый вал. Не могла представить, что две, совершенно разные стороны, разделяет лишь одна Стена. Стена изо льда и снега. Из этого приятного чувства её вывел взгляд Джона. Она посмотрела на его лицо покрытое свежими шрамами, снегом и пятнами крови и увидела в его печальном взгляде столько любви, что от такого количества эмоций у неё бешено забилось сердце и она отдалась, вновь нахлынувшим чувствам. Они слились в страстном поцелуе. Игритт в этот момент подумала что это был идеальный момент для поцелуя с любимым человеком. Джон же, целуя Игритт, в своей голове сказал: — Что же. Неплохое место для поцелуя –