Красный Дракон

Она затаила дыхание, после того, что сказала, и пристально уставилась на него. В этот момент она снова вспомнила тот кошмар из сна, где бастард самодовольно и лукаво улыбается, когда он узнаёт о том, что он теперь лорд Винтерфелла. Год назад, она бы презрительно рассмеялась в лицо любому, кто сказал бы, что ей придётся искать помощи для своей семьи у самого ненавистного, для неё, человека в мире. Вот только, теперь она уже не в том положении, чтобы, смеяться кому-нибудь в лицо и не в том положении, чтобы, из-за своего предрассудка ожидать от него какого-нибудь хитрого подвоха, который сделает его Старком и лишит её своих детей. Как и не в том положении, чтобы испытывать к нему дикую злость и, при этом, не скрывать этого. И ей уже впору было локти кусать от угрызения совести и унижения, в которое она сама себя загнала. И поэтому она напряжённо смотрела на него, а картина из её кошмара, в голове всё чаще напоминала о себе. Джон, услышав то, что она сказала, поднял свой взгляд и на мгновение в нём было замечено удивление и беспокойство, но в следующий момент его глаза снова устремили свой тоскливый взгляд на письмо. Он раскрыл письмо и стал читать содержимое, а леди Старк чувствовала как напряжение внутри неё растёт, ожидая увидеть то, что она боялась. Но то, что произошло в следующий момент, её выбило из колеи моментально. Вместо гадкой ухмылки, она увидела печальную усмешку, а затем за ней, всё то же безразличие и холод в глазах. Сказать, что она была удивлена — это значит не сказать ничего. Она чувствовала как из-за этого ощущала какую-то «уязвимость» и… разочарование. Всё таки не такой реакции она ожидала. «Как он может так безразлично относиться к этой новости? » — пронеслась в её голове подобная мысль, полная удивления и непонимания. Однако то, что он сделал в следующий момент, шокировало ещё больше. Джон, прочитав письмо, вдруг резко его скамковал и бросил в горящий камин. Леди Старк вскрикнула и тут же кинулась к камину и, схватив кочергу, стала быстро вытаскивать ею, ещё не сгоревшее письмо. Быстро сбив небольшое пламя, она осторожно подняла горячий листок и также осторожно, развернула его. Помятое письмо, было местами обгорелым, но всё что было в нём написано успело сохраниться. Леди Старк положила помятое письмо на стол и резко подняла свой озлобленный взгляд на Сноу и вскрикнула: — Ты что творишь?! — Однако Джон отреагировал на её крик, как-то спокойно и ей опять не понравилось это его невозмутимость. Его поступок показался ей верхом безумия, однако это тут же поколебило её уверенность в его мерзкий и подлый характер. Она села на стул и снова спросила его, но уже тихим и усталым голосом: — Зачем? Зачем ты это сделал? — — Потому что, я так решил. — тихо и мрачно ответил ей Джон. Леди Кейтилин даже вздрогнула от того, что в его голосе ей послышался холод и безразличие, будто подтверждал её последние опасения. Она, с изумлением опустила голову, чувствуя как буря эмоций проносится внутри неё. Он отказался от того, чего она боялась всю жизнь. Ей бы радоваться, вот только она обескуражена его отказом. Более того, эта озадаченность вызывала у неё другой вопрос: «Что ей теперь делать? » За важностью выполнения своей миссии она совершенно не подумала, что будет делать, если бастард откажется. Да и вряд ли у неё могли быть такие мысли, ведь другого от него она просто не ожидала. Однако через несколько секунд она вспомнила, что подумывала о том, чтобы найти укрытие у лорда Мандерли, а потом заручившись его поддержкой, а также других лордов, отвоевать замок. Но что потом? Она просто не представляла что она будет делать дальше, ведь в Винтерфелле должен править Старк. И это снова привело её к выводу о том, что именно Джону следует править. Ирония судьбы: когда-то она хотела его смерти, потому что боялась за себя, за семью и за Винтерфелл, а теперь, для неё, самое важное сейчас — его жизнь. И дело даже не только в её обещании. Джон обошёл стол и сказал ей: — Вам ведь известна причина, по которой я не могу покинуть Дозор. Я дал клятву. Может быть вы и забыли, леди Старк, но я нет. — — Клятва? Хм! На что мне твоя клятва — горестно проговорила леди Старк, после чего продолжила: — на что она мне, если это поможет? Моего мужа казнили, Робба предали и убили у меня на глазах, тоже самое коснулось остальных моих сыновей, младшая дочь пропала, а старшая в руках этого мерзкого мальчишки, который мучал её каждый день, а я в последнее время потеряла возможность хоть что-то о ней знать и слышать. Может она тоже мертва? — последние слова вопроса прозвучали особенно тихо. Леди Старк сидела, опустив голову, и в следующий момент Джон услышал всхлип. Он, нахмурившись, глянул на неё и увидел как она плачет, а Джон, в тот момент, почувствовал, как, на миг, внутри колыхнулось чувство неловкости. Ему бы злиться на неё, но к ней у него злости никогда не было. А сейчас он видел перед собой разбитую от усталости и горя женщину. Он осторожно подошёл и нерешительно, но крепко взял её ладонь, сжимая в обнадёживающем жесте. Она на миг вздрогнула, от осознания данного поступка, но в следующий момент, вскочила и крепко его обняла, плача ему в плечо. Джон, поначалу не ожидавший такого порыва, всё же обнял и осторожно прижал её к себе. — Мне жаль, что так произошло. Я любил ваших детей и я был благодарен вам за них. — тихо и с холодным сожалением сказал Джон. Ему показалось, что леди Старк уже только всхлипывает, и как-то тише плачет, что говорило ему что она успокаивается. Он прекрасно понимал, что она пережила слишком многое, поэтому могла дать волю своим чувствам. А сама леди Старк, в тот момент, заметила, что все тревоги, страхи и боли были каким-то образом приглушаются, находясь рядом с ним, и ей стало как-то спокойней. Ей показалось, что боль и страх могли бы уйти навсегда, если бы она так стояла и обнимала его. Однако, в следующий момент, Джон снова нарушил эту прекрасную идиллию: — Но я так решил. Я всегда был Сноу и навсегда им останусь. — Она подняла на него заплаканные глаза и увидела в его взгляде сожаление и грусть. Он повернулся и пошёл к выходу, но у двери развернулся и сказал ей: — Если сейчас вы не голодны, то вечером вы можете поужинать с нами. Завтра в полдень вы можете увидеть церемонию прощания с павшими братьями Дозора. Если, конечно, захотите прийти. — он сказал это как-то страдальчески и ушёл. А леди Кейтилин, чувствуя как сжалось её сердце, лишь горько усмехнулась. Она признала тот факт, что дозорных Джон уже зовёт своими братьями, тем самым, доказав и показав ей, с кем и с чем он связал свою жизнь. Однако это ещё не означало, что она вот так просто опустит руки. Она проделала столь длинный и тяжёлый путь не для того, чтобы потом уйти ни с чем. Она рисковала своей жизнью, добираясь сюда, стремясь выполнить то, что она обещала Роббу. Когда-то она не хотела этого, но теперь, если ей нужно убедить бастарда помочь ей, то он поможет. Вот только его упрямство и честность, напомнили ей Нэда, что не может не вызывать у неё раздражение и беспокойство. Ей нужен кто-то, кто смог бы помочь ей уговорить Джона. И кажется она знает кто, вот только к нему она обратится не сразу, а лишь в крайний момент. Помимо погребения павших, дозорные восстанавливали замок. Джон вместе с друзьями решили на время отвлечься от упражнений на мечах и помочь в строительстве. Всё таки, как никак, но многие из них были стюардами и строителями и, поэтому восстанавливать замок нужно было им всем. Джон, Эдд, Эммет, Олли и другие друзья, собирали камни и доски, и передавали их дозорным, которые строили. Когда очередная партия закончилась, для Джона и его друзей выдались несколько минут отдыха. Джон положил руки на бока и выдохнув, уставился на открытый проём в сломанных воротах. И тут же задержал свой взгляд. В проём въехала процессия из семи рыцарей короля Станниса одетых в латах, но Джон обращал внимания не на них, а на того, кого они сопровождали. На лошади ехал человек, который был окутан в красные одеяния и красный плащ, а лицо скрывал красный капюшон. Въехав в проём, всадник соскочил с лошади и снял капюшон. К удивлению многих, всадником этим, была стройная полногрудая женщина. У неё было сердцевидное светлое лицо, длинные огненно-рыжие волосы и, что интересно, красные глаза, в которых бушевало пламя… Чистое и неукротимое пламя. Её привлекательный внешний вид, заставил многих мужчин, невольно засмотреться на неё и приостановить процесс работы. Кроме самого Джона. Бастард смотрел на неё без всякого признака очарования, влюбленности и даже скрытой страсти. Только напряжение. Напряжение от того, что стоило ей, оглядывая весь двор замка, задержать на нём свой острый и обжигающий взор, как тут же Джон почувствовал, что, словно какая-то невидимая и обжигающая волна разрушительной силы ударила по нему, словно таран по воротам. А ещё он почувствовал, что от её пристального и долгого взгляда, ему где-то глубоко внутри стало не по себе. Словно этим взглядом она хотела пробить в нём брешь, прочитать его мысли, изучить его. От этого взгляда Джон почувствовал, что внутри у него что-то шевельнулось. Что-то, что казалось чужим, но при этом, знакомым. Словно тот, кого он не знал, жил внутри него, очень много времени. И этому «что-то» тоже не нравилось, то что на Сноу смотрят как-то «по-особенному». Эта борьба взглядами затянулась настолько, что друзья Джона, стоящие рядом с ним, вскоре, очнулись от очарования и заметили, что она как-то подозрительно пристально смотрит на Джона. Они посмотрели на Джона и его лицо им не понравилось. И без того бледное лицо Джона, в этот момент сильно походило на снег. Его глаза сильно потемнели, а взгляд был крайне сосредоточенным. Со стороны казалось, будто между ними идёт немая, но напряжённая борьба взглядами. Однако в следующий момент женщина в красном одеянии перестала на него смотреть и, отвернувшись, пошла за группой рыцарей. Джон облегчённо выдохнул и, опустив голову присел на рядом лежащее бревно. — Что с тобой, Джон? — обеспокоенно спросил его Эдд. Джон, отдышавшись, посмотрел вслед этой женщине и через несколько секунд тихо сказал: — Ничего. Всё нормально. — Он продолжал смотреть ей вслед и чувствовать, что от этой женщины в красных одеяниях веет чем-то магическим. Ближе к вечеру, все тела погибших в битве сложили и приготовили к погребальному костру, который должен будет произойти на следующий день. Друзья Джона, для верности, связали каждый из трупов, чтобы убедиться, что история с мертвецом Отером не повторится. Тем же вечером все дозорные расположились в обеденном зале. В связи с последними событиями, дозорные в зале постоянно переговаривались и перешёптывались. Джон со своей миской сел за стол рядом со Скорбным Эддом, Олли, Сэмом и Эмметом. Он обнаружил, что рядом с его друзьями за столом сидят ещё четверо людей. В одном из них он узнал того северянина, который сопровождал леди Старк, а вот остальных троих он не знал. Как только Джон сел за стол рядом с ними, то тут же этот северянин, пристально посмотрев на бастарда, прямо спросил его: — Вы Джон Сноу? — Джон, слегка посмотрев по сторонам и убедившись, что посторонние люди северянина не услышали, неуверенно, но всё же кивнул ему. Незнакомец слегка привстал и протянул ему руку для рукопожатия и сказал: — Я Морган Карстарк, сын лорда Харальда Карстарка. Я многое о вас слышал, лорд Сноу. — Джон неуверенно, но пожал его руку и тихо сказал: — Я не лорд. Не думаю, что стоит меня так называть. — То что он прибыл с отрядом леди Старк, а не с отрядом королевы Станниса, Джон не сомневался. Другое дело было то, что он сомневался, что о себе он мог многое услышать. Разве что только от леди Старк, но сейчас его это мало интересовало. После Моргана со стола встал его сосед. Такой же темноволосый как и Джон, вот только глаза его были сине-серые. — Сир Александр Грейхолд, рыцарь из Штормовых Земель. Я рад знакомству с вами милорд. — Джон, видимо уже смирился с тем, что все его называют лордом без причины, и поэтому сразу поприветствовал рыцаря. Но его заинтересовал тот факт, что рыцарь из Штормовых Земель был в отряде леди Старк. За ним встал другой парень. Он был весьма крупного телосложения, широк в плечах, с квадратным, но добродушным лицом. Вьющиеся каштановые волосы и бледно зеленые глаза. Джон поздоровался с ним, отметив, что хватка у этого парня довольно крепкая. — Берквен Маллендор, к вашим услугам. — — Покорно благодарю. — медленно проговорил Джон. Последним был кареглазый, смуглокожий парень. — Сир Алард Элсэнд. — представился дорниец. — Необычно видеть южных рыцарей в отряде северян. — признался Джон. — Ваша правда! — усмехнулся сир Александр, после чего продолжил — мы присоединились к армии севера, когда ещё был жив их король. Они заметили как при упоминании короля Робба лицо Джона стало печальным. — Король Робб был вам дорог. Я правильно понимаю? — — Да. — мрачно проговорил бастард. — Я слышал, что говорили о бастардах. — проговорил Берквен, а затем продолжил — Они рождены от похоти и коварства и эти качества сохранились в их характере. — У нас, в Дорне, к бастардам относятся куда лучше, чем в остальных королевствах. — проговорил Алард. — Это наверное и объясняет почему вы оказались в Дозоре. Как только вы достигли нужного совершеннолетия, ваш лорд-отец отправил вас на Стену. Вы позволите нам называть вас просто Джон? Каждого из нас, вы тоже можете просто звать по именам — предложил сир Александр. — Валяйте. — усмехнувшись проговорил Джон. Бастард поднёс кубок и, отпив оттуда, недолго помолчал, а затем проговорил: — Мой лорд-отец тут ни причем. Я по своей воле пошёл служить в Ночной Дозор. — Гости удивлённо уставились на Джона, а сам объект их внимания лишь продолжал задумчиво смотреть на стол, словно не обращая ни на кого внимания. — Видимо лорд Старк не так хорошо к вам относился, раз уж вы здесь по своей воле. — подытожил Морган. — Лорд Старк тут не причем. Я уехал, потому что не хотел быть проблемой для него. Также, как и не хотел быть угрозой для леди Старк, которая видела во мне потенциального противника для её детей. — ответил Джон. — Теперь понятно почему мы здесь. — осторожно намекнул о своём предположении Морган. Он догадывался для чего это всё было нужно леди Кейтилин. Как и догадывался, что разговор между ними уже произошёл, и он был не из самых приятных. Но о чём именно они говорили, он не знал. Однако воспоминания в виде некоторых деталей вызвало у него подозрения. — Она предложила тебе стать лордом Винтерфелла? — спросил Морган, хотя это звучало как утверждение. Друзья Моргана и Джона в один миг уставились на бастарда. Тот, не смотря на них, тихо спросил: — Откуда вы это знаете? — — Так значит это правда? — подытожил Берквен, но его перебил Карстарк — Мы тоже знаем о завещании короля Робба, которое всю дорогу хранила леди Старк и поэтому мы вместе это предположили. — Сэм, сидевший рядом, воскликнул: — Джон это ведь то, что ты хотел! — Джон устало посмотрел на Сэма и хотел что-то сказать, но внезапно дверь открылась и в помещение вошёл король Станнис, в сопровождении нескольких рыцарей и женщины в красном. Та самая, которая почему-то не понравилась Джону. Джон тут же притих и шепнул гостям и друзьям: — Не будем сейчас об этом говорить. При короле уж точно. — Они лишь молча кивнули и встав вместе с остальными, повернулись к владыке, который уже сел на стул лорда-командующего. После этого все дозорные сели обратно и уставились на короля в немом ожидании и лишь один Джон чувствовал себя отчуждённо, но при этом неуютно. Красные глаза женщины пристально буравили его лицо.