Седьмое божество

В это время через зеркало, одно из сокровищ древности, наблюдает дракон. Сокровище его отца, позволяющее на несколько минут подсмотреть в так называемую щелочку, потребляющее определенное количество душ. Но, что особенно хорошо, это то, что его невозможно заблокировать обычными методами. Вернее, можно скрыться от наблюдения, переместиться, использовать «Совершенную неизвестность», или же еще какие – либо навыки невидимости, но заблокировать его нельзя. На это способны только несколько драконов и те, кто в древности был способен на это. Но они давно мертвы. Дракон выглядел очень величественно. Его чешуя была абсолютно угольного цвета. Создавалось впечатление, что он был создан из самой тьмы. Его тело было не слишком огромным, по сравнению с его сородичами. По размеру он уступал многим драконам, вот только благодаря небольшому размеру, Дракон был очень быстрым и мог маневрировать в полете, летая на куда более быстрых скоростях, чем некоторые из более старших. На его теле были видны зажившие раны. Раны напоминали ему о давних сражениях, когда он сражался не только с драконами, но с Иномирцами. Он был драконом, что пережил многие бедствия, но то, что видел он сейчас, захватывало дух. Огромные глаза желтого света сосредоточенно наблюдали за тем, что происходило в городе. Дракон внимательно изучал каждую деталь, каждую мелочь в этой битве, а также поведение тех существ, которых он называл «Инормирцами», которыми они и являлись. Его звали – Алестреид. Или, как его называли другие, Темный Драконий Король. Дракон, наблюдая за действиями Инормирцев, не испытывал к ним презрения и ненависти, в отличии от выживших сородичей. Вернее, он мог ненавидеть и пылать от ярости, но только в те моменты, когда люди из иного мира переходят все границы. Ему было плевать на то, кто перед ним, если только он не является угрозой всему миру. Алестреид считал, что раз один из сильнейших драконов призвал их в этот мир, то на это была своя причина, которую он не знает. Следовательно, у него нет права критиковать действия Императора Дракона. Но это не значит, что Алестреид будет мириться с положением вещей, что порой устраивают эти существа. Существа, лишенные контроля, устраивающие ад только по своей прихоти. Алестреид понимал, что не все они являются такими и полностью доверял чутью и мнению сильнейшего из Повелителей Драконов – Тсаиндорукса. Так что он относился к Инормирцам либо равнодушно, либо же с интересом, когда попался хороший, благодаря которому можно узнать много интересного о том мире. Но дракон относился резко отрицательно к тем, кто придя в этот мир, устанавливает свои собственные порядки, разрушая все то, что существа этого мира создавали до них. Так случилось с одной группой таких существ, которых Алестреид не просто ненавидит, но и предлагал Тсару уничтожить замок тех людей, стерев память о них насовсем. Благо, спустя время, он понимает необходимость того, что Тсар сохранил этот замок и все предметы тех Игроков. Алестреид в большей степени был умным и рассудительным, прекрасно понимая, когда необходимо было применить силу, чтобы успокоить зарвавшееся существо. Но даже тогда, он давал ему милость в виде одного единственного шанса на исправление, а если иномирец не подчинялся, то его ждало полное уничтожение. Как случилось с одним существом почти 100 лет назад. Но он был не один в пещере, был еще один дракон. Он немного отличался от Алестреида. Хоть они и были чем – то похожи, но цвет у них немного отличался. Так, у второго дракона был более светлый цвет чешуи, но это все равно был темный цвет. Он носил имя – Гловеккин, его же титул звучал также, как и у его старшего брата – Темный Драконий Король. Два дракона, хоть и были братьями, но отличались друг от друга не только цветом чешуи, но и характерами. Например, если Алестреид был спокоен по отношению к Иномирцам, позволяя им находится в этом мире, подобно Тсару, если они не приносят одно несчастье, то Гловеккин был совершенно иным. Он ненавидел тех, кого старший звал Иномирцами. Гловеккин же звал их просто – выродки. Иногда это создавало между ними небольшие раздоры. Но ссоры быстро заканчивались, когда младший извинялся за свое поведение. Он и сам понимал, что иногда перегибал палку. Гловеккина можно было назвать высокомерным по отношению к более слабым существам, которых он в любом случае бы использовал, желая набрать как можно больше душ, чтобы создать наиболее сильные заклятия и, возможно, изменить саму его сущность. Но ему мешал Алестреид, не дававший ему совершать подобное, считая, что если он так сделает, то опуститься до уровня тех, кого он так сильно ненавидел. Гловеккин винил выродков во всех грехах, которые только существовали. Он желал использовать все доступные методы, чтобы уничтожить тех, кто осквернил сам мир своим присутствием в нем и уничтожил огромное количество драконов, в том числе и их отца, которого Гловеккин любил даже больше, чем самого себя. Он презирал их так искренне, что иногда Алестреиду требовались усилия, чтобы остановить глупого и вспыльчивого младшего брата от глупости, которую он мог вытворить. Все же иногда Гловеккин мог сотворить такое, за что могло быть наказание от Тсара. Они не были сильнейшими из живых драконов, более того, их магия сильно уступала тем же заклинаниям Тсара или же еще нескольких драконов, выживших после древней катастрофы. Но не все так просто. Два дракона не считались Древними или Истинными Повелителями Драконов. Они не способны противостоять Тсару, либо же другим, более старшим драконам, но это не значило, что они были слабаками. Из всех существ этого мира, только более старшие драконы способны были их одолеть, ведь несмотря на разногласия между братьями, когда дело касалось сражения, они становились одним целым и сражались с теми, кого необходимо убить. Их тандем в битве был очень силен, они словно чувствовали друг друга и сражались без слов, понимая, что от них требуется в данный момент. Их Дикая магия не могла уничтожить живое существо, стерев само его существование и любую возможность к возрождению после смерти, но все равно это не делало их слабыми. Например, Алестреид имел в запасе одно из двух сильнейших его заклятий, которые могли пробить многочисленные барьеры Иномирцев, только если это не предметы особого класса. Но Алестреид быстро отбросил иные мысли, сосредоточившись на том, что он видел в зеркале наблюдения. «Поверить не могу, такую силу… Да, вероятно, один уровень с ними». – подумал Алестреид, внимательно наблюдая за событиями в городе. Сейчас они видели, как трое неизвестных просто под чистую вырезали несколько наций зверолюдей. Драконы не говорили, не обсуждали никакие из своих мыслей. Лишь когда картинка исчезла, один из них прервал молчание. - Успокойся. – холодно приказал своему брату Алестреид. Второй дракон опустил голову, словно бы извиняясь, но продолжая едва слышно рычать. Нет, он пытался обуздать свои эмоции. Алестреид видел, как тело его брата трясет. Он чувствовал ненависть младшего брата и желание прямо сейчас полететь и разобраться с тем, кого он зовет выродком. Это было опасным – Алестреид это понимал, ровно как и его младший брат. - Не действуй так безрассудно, братец. - Прости, но я не могу сдержаться… - прорычал дракон. – Внутри меня огонь, когда я вижу этого выродка. - Понимаю, но давай сдержаннее. – серьезно сказал Алестреид. – Мы не должны действовать также, как и в прошлый раз. Напомнить, что именно благодаря мне, ты остался жив, идиот? Гловеккин, судя по взгляду, понял о чем речь и замолчал. Нет, он просто прошептал: - Я знаю, что ты хочешь сказать и понимаю. – тихо говорил он. – Прости… Я просто не могу забыть то, что произошло. - Братец, это первое, чему я тебя учил. Контролируй свои эмоции, понимаешь? Ты ведь и сам знаешь, как они вредят тебе. - Да. Я стараюсь. – Гловеккин кивнул. – Но ведь он одной силы с Ними, верно? Алестреид задумчиво посмотрел в потолок пещеры. Он уже принял во внимание все слухи, что говорят о нем. Слухи, которые на самом деле были правдой: - Если ты хочешь сравнивать с теми, кто пришел 200 лет назад, то они словно дети перед ним. Он намного сильнее, я бы даже сказал сильнее того иномирца. Гловеккин вздохнул: - Получается, что снова пришел тот, у кого есть проклятая крепость? - Кто знает, возможно. Все же каждый раз, когда они приходят, с ними есть те предметы, либо же крепости. - И как ты думаешь, братец, что мы можем сделать? «Сложный вопрос, спроси что – нибудь полегче» - подумал Алестреид. Если сравнивать по тому, что он видел в своей жизни, то у них есть несколько путей, ведущих в самые разнообразные финалы. Есть также несколько гипотез касательно того, кем он является. Первый самый неприятный. Они просто ввяжутся в очередную войну. Если все драконы объединяться, то они смогут победить, но при этом добрая часть континента могла быть опустошена, целые города уничтожены до тла. Драконам нужно было набирать силу, используя души живых, поэтому многочисленные города и страны могли быть уничтожены. И это не говоря об ущербе, который сможет нанести Иномирцы, ведь те, с кем воевали Истинные призывали огромных и ужасных монстров для сражения с ними. Война, по мнению Алестреида, является самым худшим вариантом. Они ее должны избежать, если у них это получится. Подобного мнения придерживается и Тсар. Второй вариант решения проблемы является нейтралитет. Подобный мир был установлен с самыми первыми Иномирцами. Пусть иногда и были небольшие стычки, но в большей степени, они не воевали друг с другом, а если подобное и было, то все быстро заканчивалось благодаря вмешательству более сильных драконов. Но даже в этих вариантах могли быть нюансы и разнообразные недостатки, полностью менявшие представления о них. Так что Алестреид не знал, как им поступать. Нет, он был уверен, что сейчас нельзя сказать точно, ведь Иномирец не сделал ничего плохого, с точки зрения Темного Дракона. - Не знаю, братец. – вздохнул он. – Я не могу говорить за других драконов, но мы не будем уничтожать его, если он не перейдет черту. - То есть мы позволим выродку жить? – недовольно произнес Гловеккин. Ему явно не понравилось то, что предложил старший брат. Вот только его никто не спрашивал. - Да. Мы позволим ему жить, но это не значит, что мы будем продолжать сидеть в этой пещере, брат мой. Гловеккин понял, что он имеет ввиду. Это было понятно, когда младший брат усмехнулся. - Ты хочешь предложить присоединиться к Тсару, либо к Альянсу, верно? - А у тебя есть вариант получше? - Нет. – признался он. – Но ведь мы присоединимся именно к Тсару, да? - И ты снова прав, братец. – кивнул старший. – А ты хотел к Альянсу, который в любом случае будет пытаться уничтожить его? - У них есть на это право. – заявил Гловеккин. – Выродки слишком сильно испортили этот мир, даровав самой слабой расе шанс на выживание. Ты ведь точно такого же мнения, как и я, да? Тоже считаешь, что смерть слабых – естественна. - Я так считаю. – кивнул Алестреид. – Вот только я не хочу, чтобы те драконы решали, кому жить, а кому умереть. Есть лишь одно существо, которое может это делать, и это явно не те трое. - Он давно мертв, Алестреид. - Раз он мертв, то его сын тот, кому мы должны служить, разве нет? - И поэтому мы сидим уже много лет в пещере, не находясь в Союзе Агранд? Хоть нам и предлагали места в Совете несколько раз? - Ты прав, но у меня была причина отказаться. Мы копим силы уже много лет. Тсар был благосклонен к моему решению и Союз ничего не потерял. - И все же, если произойдет война с выродками, то мы можем не успеть. - Успеем. – твердо сказал Алестреид. – Мы сегодня же отправимся к Тсару. - Ладно, хоть это меня радует. – улыбнулся Гловеккин. – И как же мы будем действовать дальше? - Соберем о нем всю информацию, что есть. Поднимем данные всех Иномирцев, поймем с кем имеем дело. Записи отца о первых Шести помогут. К сожалению, о восьми мало информации. Даже Тсар многого не знает о их силе, скиллах и особенностях магии. - А я думал, что он смог изучить их… - Он изучил все предметы, насколько я знаю. Все, которые смог, конечно. Но все же в моменты, когда он попал в замок, Иномирцы были уже мертвы. - И все же, думаешь, что это хорошая идея, позволить ему ходить по этому миру? - Ну, а что мы сделаем? Если снова ты нападешь, то мне опять тебя спасать? – усмехнулся Алестреид. – Я могу и не успеть, как в прошлый раз, и ты это знаешь. Ты также знаешь, как меня бесят твои предложения подобного рода. - Прости… - Гловеккин склонил голову перед старшим братом. – Эмоции… Мне сложно сдерживать себя. - Ладно, бывает. – махнул он лапой. – Я веду к тому, что не нам судить его. Он пока не начал разрушать мир, поэтому пусть живет. Черту он не перешел. - Но лучше же уничтожить зверя до того момента, как он покажет зубы, верно? - Или же это заставит зверя оскалить зубы. – критически заметил Алестреид. – Мы должны помнить то, что случилось в прошлом и не повторять тех ошибок. - То есть сейчас мы объединимся с Тсаром, а дальше что? - А дальше посмотрим. Союз явно не оставит существование этого человека просто так. Так что от них мы узнаем больше информации, как мне кажется. Или ты предлагаешь использовать иную страну? – с ухмылкой предложил Алестреид. - Лучше уж в Союзе, там мне как – то спокойнее. – ответил Гловеккин. – Да и мы сможем победить, в случае войны, только все вместе. Как и многие столетия назад, когда против ослабевших выродков сражался весь мир, нам следует объединиться с разработать стратегию, узнать его цели и желания. - О, а ты умеешь быть умным, Гловеккин. – усмехнулся он. – Вот только твой разум подчинен эмоциям, поэтому иногда ты не используешь голову. Всегда будь таким хорошим, ладно? - Да, буду, но все равно я недоволен. – внезапно прошипел Гловеккин. – Не хочу сражаться бок о бок с той паршивой Теократией. Алестреид грустно улыбнулся. Он знал, что его брат ненавидел Теократию и их мировозрение. Это было больше личной обидой, как ему казалось. Хотя и Алестреид тоже не стал бы давать Теократии возможность стать сильнее. - Теократия в те годы сыграла важную роль в той войне, и ты это знаешь. – напомнил ему старший брат. – Не думай, что они будут бесполезны. И не стоит ненавидеть их только потому, что их основали люди из иного мира. - Я знаю, но все же я также помню то, что Теократия первая сложила оружие тогда, помнишь?. - И ты совершенно прав, они могут поддержать нового Иномирца. Вот только, что если это не так? Они также могут быть ценными союзниками. Если честно, то чем больше, тем лучше. - Неважно сколько стран объединиться. Все равно против него могут выйти только драконы. - И некоторые люди. – дополнил за него Алестреид. - Редкие люди. – напомнил также Гловеккин. – Ты слишком оптимистично смотришь на это. Я же смотрю более реально. - Ну, иногда бывают сильные люди, но ты прав. Против тех, с кем сражались драконы, люди, полулюди и зверолюди бессильны. Нет, они скорее будут как жертва, чтобы призвать тех же уродливых созданий, как и те драконы, что призвал этот Иномирец. - Тогда он еще более опасен. – твердо сказал Гловеккин. – Но действовать ты не будешь? - Нет, и не только я, но и мы. Сказав это, Алестреид повернулся в сторону выхода из пещеры. - Уже? - Разумеется, братец. Мы летим к Тсару, нужно узнать его мнение на этот счет. - Сколько нам лететь, не напомнишь? – спросил дракон, расправляя свои крылья. – А то через шесть дней нужно будет зеркало зарядить душами. Нужно будет вернуться. - Не волнуйся. У Тсара, насколько я помню, есть куда более сильное зеркало, чем у нашего отца. Так что мы останемся в том замке, поможем ему. Ну, а лететь недолго. - Надеюсь, что он смог найти предметы, похожие по силе на тот ублюдочный меч. – сказал Гловеккин, смотря в спину своего старшего брата, который замер, услышав его слова. - Я тоже ой как надеюсь, братец. – не оборачиваясь, ответил Алестреид и взлетел. Следом полетел Гловеккин, вылетев вслед за братом из пещеры.

***

- Ну, наконец – то. – прошептал Пэррорончино, смотря, как два дракона вылетают из своего убежища. Он ждал уже несколько часов, скучая в этой местности. В месте, где он находился, с природой было все хорошо, и первое время даже Пэррорончино лежал на траве, отдыхая. Вот только это вызывало в нем раздражение, когда даже спустя три часа драконы не сдвинулись с места. Как и говорил Флюдер, два дракона были в этой пещере уже много лет. Она находилась на самом севере Союза Агранд. Их нередко замечали во многих частях света, так что выследить их не составило труда. Кроме того, Пэррорончино был доволен. Он находился в относительной дальности от того места, где он устроил небольшой переполох, выстрелив по Парящему Замку несколько раз, до этого побывав в городе под ним. Дракон, обитавший в Замке даже вылетел, чтобы напасть на Игрока, но Пэррорончино успел сбежать. Не потому, что был не уверен в своей силе, а потому, что понимал важность тактического отступления. Он хотел увидеть и оценить полный спектр его расовых возможностей. И он не ошибся. Дракон был очень силен. Пэррорончино казалось, что в некоторых моментах он мог быть сильнее него, но вот только дракон не был особой проблемой для Игрока. Пэррорончино боец дальнего боя, а значит уничтожить дракона на большом расстоянии, ослабив и расстреляв его из своего лука для него проще простого. Его смущала только Дикая магия неизвестной силы, ведь как он успел узнать, у каждого дракона она разной степени силы. Все зависело от поглощенных им душ и возраста дракона. Было еще несколько нюансов, но, как успел понять Игрок, основную силу тут представляют именно души, отобранные у живых существ, либо же поглощенные души недавно умерших. Вообще, Пэррорончино прилетел в эту местность ради нескольких причин. И самая главная причина - поиск предметов, принадлежащих драконам. «Пусть этот предмет для меня и бесполезен, но будет любопытно добыть какой - либо. Просто, исследовать». – подумал Пэррорончино, желая понять, как вообще работают предметы его потенциальных врагов. Кроме этого, у него были также важные дела, например, на днях он собирался исследовать разрушенные руины древних городов, которые построили Короли Жадности после победы над миром. Также в его планы входило исследование земель зверолюдей, поиск так называемых Святилищ и Алтарей Драконьих Королей, поиск и исследование детей Игроков, и желание найти как можно больше эльфов. На его птичьем лице была ухмылка. «Эльфы и правда больше возбуждают, нежели люди». – подумал он и вспомнил про эльфиек, которых привел ему Флюдер. То, что они зацепили его означало, что в данный момент эльфы живы. Более того, Пэррорончино даже послушал их историю и хотел было полететь и сразу же расправиться с Королем Эльфов, вот только решил этого не делать. Все же он больше размышлял в плане выгоды и согласился им помочь в решении этой проблемы, если они будут угождать всем его желаниям. К слову, две ночи эльфийки работали, не покладая рук. Пэррорончино даже был удивлен, когда увидел такое рвение, поняв, как сильно они ненавидят своего короля. И у Игрока не было выхода, кроме как пообещать решить эту проблему, когда – нибудь. Но, пока что, те эльфы находятся в той пещере, подкармливаемые Флюдером. Ему казалось, что те две эльфийки еще пригодятся. Он решит их проблему, но не сразу. Все же сейчас у него имеются более важные вещи. «Согласно данным Флюдера, одно из Святилищ находится здесь, но из – за драконов я не смог туда попасть. Как удачно вышло, что они улетели». – вздохнул он с облегчением и отправил свою копию, чтобы обследовать это место. Он надеялся найти что – то любопытное. Для начала, он хотел заполучить предмет, содержащий дикую магию. Либо же искать подсказку, которая даст ему понимание о слабостях всех драконов. И то, как именно с этими существами нужно сражаться. «Надеюсь, что мое путешествие в такую даль не пройдет зря». – пронеслось в его голове.