Восставший Саске

Ударная волна смела щепки, оставшиеся от двери в большой зал. У противоположной стены белокурый молодой человек склонился над изрезанным причудливыми символами алтарём, где без сознания лежала Хината. Окружавшие тонувший в полумраке алтарь белые огоньки пускали блики на чёрную плитку, а пробивавшийся из-за тёмно-синих витражей свет казался неестественно холодным. Похититель, казалось, готовился к некоему важному обряду или же операции, но отвлёкся на гостя, повернув голову в его сторону. — Ты всё-таки пришёл. Тысяча и один вопрос, закравшиеся в голову к Наруто, пока он поднимался по лестнице, словно испарились при виде беззащитной девушки. Сжигаемый яростью Узумаки с криком бросился к алтарю, но мгновение спустя его кулаки со шлепком ударились о стенку невидимого барьера. — Бесполезно, — ледяным тоном проговорил незнакомец, возвращаясь к своему прежнему занятию. — Ты проделал длинный путь. Зря. Наруто продолжал колотить невидимую стену, пока похититель проводил ладонью над закрытыми глазами Хинаты и заставлял окружавшие алтарь огоньки пускаться в бешеный пляс. «Остынь, балбес», — раздалось в голове Джинчурики. — Курама… — голос внутреннего друга привёл Узумаки в чувства. «Так ты девчонке не поможешь. Попытайся что-нибудь у него разузнать». — Но… — С кем ты там болтаешь? — человек у алтаря вновь обратился к Наруто. — Будешь меня отвлекать — я снова тебя отключу. Теперь уже насовсем. — Что тебе нужно от Хинаты?! — крикнул Узумаки, следуя совету Девятихвостого. — Не твоего ума дело, — отмахнулся незнакомец. — Совсем скоро ты и твои друзья познаете мой гнев. — Да что ты несёшь?! — Наруто продолжал колотить по стенкам барьера, его веки постепенно приобретали оранжевый оттенок. — Когда я до тебя доберусь… Накопленной природной энергии хватало, чтобы проверить барьер на прочность. Однако при мощной атаке лежавшая без сознания Хината могла пострадать. Вариант с полным разрушением здания не рассматривался по той же причине. «Рискни», — прозвучало у него в голове. — О чём ты? «Если она действительно нужна ему, то он не позволит, чтобы с ней что-то случилось. Бей в полную силу». — Была не была, — выразил готовность Наруто. Мысль не сдерживаться всё ещё вызывала у него сомнения, но счёт шёл на секунды. Узумаки не знал, что этот похититель делает с Хинатой и выживет ли девушка, поэтому был готов принять любые меры. Как только он решился, теневые клоны заполонили всё свободное пространство зала и ведущий к нему коридор. Огромные синие сферы завертелись в их руках. Хором выкрикнув «Массовая баррикада Расенганов», клоны нацелились на стены, пол и потолок. Наружную стену выбило сразу же. Дворец задрожал, пол провалился одновременно с обрушившемся потолком. За ним, словно разрушенный ветром карточный домик, посыпались нижние этажи. Здание складывалось под собственным весом, стены не выдерживали и разлетались на мелкие куски кирпичной кладки. Клоны, укрывавшие Наруто своими телами, поочерёдно исчезали за считанные секунды. Ещё в полёте Узумаки разглядел сквозь завесу взметнувшейся пыли, как провалился первый этаж, обнажив скрытые под дворцом катакомбы. За этим последовало жёсткое приземление. Обломок одной из стен едва не пришиб юношу: лежавший на спине Наруто вовремя успел перевернуться на другой бок, избежав столкновения. Вскочив на ноги, Узумаки не глядя раздробил кулаком ещё одну глыбу, которая чуть не свалилась ему на голову. После этого Режим Отшельника окончательно развеялся. Молодой ниндзя отряхнулся, пытаясь разглядеть Хинату и своего врага сквозь непроницаемую завесу. — Никак не отвяжешься? — прозвучало прямо у него над ухом. От удара ногой в висок Наруто повалился на осколки кирпича, в голове неистово загудело. Теперь зрению препятствовала не пылевая завеса: сквозь затянувшую глаза мутную пелену Узумаки с трудом разглядел вдалеке сферу из затвердевшей тёмной чакры. Сквозь трещину в сфере виднелась женская рука. «Надеюсь, ты цела…» — Похоже, мне придётся преподать тебе урок, — упёршаяся в хребет стопа заставила Наруто забыть о Хинате, сосредоточившись на боли. Ещё недавно холодный тон незнакомца сменился властным. Он не мог завершить начатую операцию и вышел из себя. Потративший немало сил Узумаки всем своим видом демонстрировал, что не способен дать достойный отпор. По крайней мере, так он заставил думать своего противника. Из-под земли вырвались корни, хлыстами обвившие ноги не ожидавшего атаки незнакомца. Он попытался вырваться, но его уже пригвоздили к земле другие корни — толстые и прочные. Решивший испытать недавно обретённую силу Наруто был доволен результатом и, наблюдая за беспомощным противником, создавал в обеих руках по Расен Сюрикену. — Надо было прихлопнуть тебя тогда… — прошипел незнакомец. Но Узумаки его уже не слышал. Шум от вращающихся по обе стороны вихрей перекрывал любые посторонние звуки. Оттолкнувшись, Наруто взмыл в воздух и поочерёдно выпустил оба Расен Сюрикена. Узумаки ещё находился в небе, когда мощный порыв энергии отбил его атаку и отбросил Расен Сюрикены, со свистом промчавшиеся мимо Наруто и взорвавшиеся где-то вдали, с характерным гулом уничтожив пару кварталов древнего города. Противник стоял с вытянутыми вперёд руками и широко расставленными пальцами, вокруг него клубилась голубая аура. Приземлившись, Наруто ощутил, что недооценил врага. Узумаки не ожидал, что незнакомец способен на высвобождение такого количества энергии. Враг проводил между пальцев таинственную ауру и будто бы колдовал, заменяя ручные печати движениями отдельных пальцев и копируя приём, только что использованный на нём. Затем бирюзовый поток чистой чакры устремился навстречу Наруто. Тот воспользовался промедлением врага и успел снова активировать Режим Отшельника. Это помогло Узумаки встретить смертоносный луч во всеоружии и взмахом руки, высвободив природную энергию, изменить его траекторию. Но последовавший за ним второй луч в планы Наруто не входил. В разорванном в клочья наряде юноша влетел в стоявшую поблизости башню. Узумаки сполз по стене к основанию и тут же получил мощный удар кулаком в грудь. От ударной волны башня за спиной Джинчурики разлетелась на кирпичи, сам Наруто успел пробить спиной ещё несколько зданий, прежде чем новая волна энергии подбросила его в воздух. На мгновение Узумаки показалось, что его парализовало. Воздух застыл в груди, не давая выдохнуть. Как только он очутился под облаками, то моментально пришёл в себя и контратаковал мощной волной ветра, сбившей устремившегося к нему незнакомца. Хотя никто из них не летал по-настоящему, бой проходил над землёй. При столкновении кулаков воздух то и дело сотрясался. Обмениваясь захватами, соперники крушили телами друг друга старинные здания. Как только один из них превращал в пыль очередную крышу, то немедленно отталкивался от падающих обломков и мчался навстречу врагу, заставляя его проделать то же самое. Противник Наруто больше не пытался прибегнуть к оглушению или марионеткам. Это было столкновение чистой силы, в котором Узумаки оставалось уповать на свой широкий арсенал стихий. Как только ему грозила гибель от падения с высоты, высвобождавшиеся из-под земли массивные корни подхватывали его. Вскоре весь квартал был покрыт толстыми корнями, по которым на большой скорости враги преследовали друг друга. Для утомлённого схватками врукопашную Наруто окончание действия Режима Отшельника вылилось в настоящую проблему. Он больше не мог рисковать своим телом и принял трудное решение вложить всю оставшуюся чакру в одну атаку, которая, как он думал, наверняка сотрёт в пыль его врага. Аура незнакомца уже сменила цвет с бирюзового на серебряный. Узумаки не знал, с чем это было связано, но надеялся, что силы соперника тоже на исходе. Оглушающий грохот уходившего под землю города пульсирующей болью отдавался в ушах, незнакомец взялся за голову и впервые за весь бой ушёл в оборону, чем воспользовался Джинчурики. Он создал несколько десятков клонов и направил их к цели. Обороняясь, противник вручную уничтожал одного клона за другим и на несколько секунд потерял бдительность. В это время с часовни прямо над ним спрыгнули пятеро — четыре клона и оригинал. Клоны бросились врассыпную, образовав квадрат. Настоящий Наруто взлетел прямо над врагом. Прошла всего секунда, противник обернулся, его колени подкосились от увиденного. Потоки огня, воды, земли, молнии и ветра со всех сторон обрушились на него. Прогремел мощнейший взрыв, который окончательно стёр в пыль ранее превратившуюся в руины часть города. Все клоны резво испарились, настоящего Наруто отбросило взрывной волной, но ему удалось уцелеть и даже приземлиться в безопасной зоне без повреждений. Великая комбинация пяти стихий — сильнейшая техника Третьего Хокаге. Утирая пот со лба, Узумаки не мог поверить в то, что ему удалось исполнить такую сложную технику правильно. Джинчурики оглядел образовавшуюся после взрыва воронку и застыл в изумлении. Его соперник стоял посреди кратера с поднятыми над головой руками. Судя по такой же изорванной, как и у самого Наруто, одежде, часть урона всё-таки прошла, однако ему вновь удалось защититься своим энергетическим полем. Узумаки начал лихорадочно просчитывать свои дальнейшие действия. После такой атаки силы его врага наверняка стремились к нулю. Главная проблема состояла в том, что силы самого Наруто уже достигли нуля. Без посторонней помощи ему не справиться. «Курама, ты слышишь?» Он стоял по щиколотку в воде и смотрел лисёнку прямо в глаза. Взгляд маленького зверя был суров и сосредоточен, но в то же время полон тоски и печали. — Сильно тебе досталось. Я знаю, о чём ты попросишь. — Прости… Но в противном случае мы оба умрём. — Мне это известно. Как видишь, я не в форме и много дать не смогу. Используй эту силу с умом. — Но что с тобой станет? — Узумаки с трудом проговаривал слова через ком, застрявший в горле. — Я останусь с тобой, ты не умрёшь. Но вернусь в зачаточное состояние и ещё долго не очнусь. Кажется, люди зовут это комой, — тон лиса был спокоен, благодаря чему зверь умело скрывал разыгравшуюся внутри него бурю эмоций. — И как долго ты будешь спать? — Наруто не заметил, как опустился на колени и коснулся руками маленького туловища Курамы. — Я не знаю. Может, когда я заговорю с тобой в следующий раз, у тебя уже будут дети. Может, когда мы увидимся вновь, ты уже станешь Хокаге. Но… — Но что? — Скорее всего, это наш последний разговор, Узумаки Наруто. Горячие слёзы стекали по щекам Джинчурики на мохнатую мордочку лисёнка, которого тот прижимал к груди. Тот, кого он ещё недавно ненавидел всем сердцем, тот, кто с момента рождения Наруто был его частью, тот, кто стал ему верным другом и отдал все свои силы, лишь бы он жил, прощался с ним. К такому он не был готов. Узумаки не верил в то, что этот разговор станет для них последним, что Наруто не хватит целой жизни, чтобы дождаться возвращения легендарного Девятихвостого к его прежнему облику. Закрыв глаза и прижавшись к лисёнку, юноша не видел алых потоков чакры, пропитывавших его тело. Он лишь чувствовал, как пушистый комок в руках становится всё меньше, пока зеленоватая аура не окутала Кураму, заточив малыша в светящуюся сферу. — Задай ему как следует, — пропищал шерстяной комочек. — И верни Саске. Сквозь слёзы Наруто смотрел за тем, как сфера с лисёнком внутри поднялась в воздух. Девятихвостый свернулся калачиком и закрыл глаза, погружаясь в сон. — Я люблю тебя, Курама! — крикнул Джинчурики ему вслед. — Я тоже тебя люблю, — тихим голоском ответил лисёнок перед тем, как зелёная сфера окончательно скрылась в недрах сознания Узумаки. Гнев вперемешку с горечью утраты смешался внутри Наруто. Он открыл глаза и увидел плетущегося к нему незнакомца. Противник из последних сил разбежался и высоко подпрыгнул, намереваясь атаковать в воздухе. Джинчурики замахнулся, его правый кулак засиял оранжевым. Вскоре оранжевое сияние охватило руку по локоть, а вокруг кулака проступил пульсирующий ореол света. «Спасибо, Курама. Прощай». — Умри уже! — кричал враг, занося руку для удара. «Не сегодня!» Воспользовавшись тем, что соперник открылся для удара, Наруто с размаха ударил ему в корпус. Земля под ногами треснула, провалившись под напором чудовищной мощи высвобожденной силы Хвостатого. Захлёбываясь слюной, незнакомец со свистом летел вперёд и вверх, пока его тело с треском не ударилось о небесную твердь. — Я проиграл… — прошептал он, без сил устремившись к земле. Падение с заоблачной высоты грозило ему верной гибелью, и он уже смирился со скорой кончиной, как вдруг у самой земли его подхватили чьи-то руки. — Ты ответишь за всё, что сделал, даттебайо. Загадочный человек открыл глаза и увидел перед собой грозного юношу в потрёпанной оранжевой кофте. Затем раздался подобный грому хруст, и человек взглянул на небо. Узумаки проследил за его взглядом и поднял голову. Небосвод в буквальном смысле обрушивался им на головы. Трещины, расползавшиеся над облаками, не сулили ничего хорошего. И тут до Наруто дошло. Он понял, что не так с цветом местного неба и почему оно разрушается прямо у него на глазах. Это был барьер, осколки которого после сильного удара сыпались на землю. Барьер, защищавший этот город от того, что Узумаки увидел в бреши. Пустоту. Кромешную тьму, всасывавшую воздух и обломки зданий. И без того бледное лицо незнакомца побелело от ужаса. — Что ты наделал… — хрипел он, пытаясь встать на ноги. — Надо как можно скорее… Наруто запаниковал. Не успев обрадоваться победе над врагом, он осознал, что обрёк их на верную смерть во вселенской пустоте. — У тебя остались силы? — спросил незнакомец, вытягивая руки по направлению к всепоглощающей чёрной дыре. — Нет, — честно ответил Наруто. — Плохо… У меня тоже почти ничего не осталось. Но иначе мы погибнем, — поток бирюзовой энергии сорвался с кончиков его пальцев, направившись к отверстию в барьере. — Ты поглощал природную энергию. Сделай это снова. Положи руку мне на плечо и передай столько, сколько сможешь. Узумаки счёл бы это обманом, не наблюдай он губительных последствий своих действий. Слушаясь указаний недавнего врага, Джинчурики коснулся его плеча и попытался накопить природную энергию. Для лучшей концентрации он закрыл глаза, а когда открыл, то увидел, что теперь тонкий поток энергии исходит из ладоней незнакомца, а рухнувшие стенки барьера медленно восстанавливаются, сужая брешь. — Проклятье! Этого слишком мало… — прерывистое дыхание незнакомца сигнализировало о том, что он не справляется. — Что здесь происходит? — сзади донёсся испуганный девичий голос. — Хината! — Наруто оживился. — Ты цела! — Наруто! — девушка подбежала к нему и обняла, с испугом покосившись на незнакомца. — А что он… — Нет времени объяснять! — крикнул тот. — Помоги, иначе нам конец! — Доверься мне, — сказал Наруто. — Коснись его. Ощутив всю серьёзность ситуации, Хината кивнула и положила свою руку на другое плечо незнакомца, усилив его поток чакры. Мощная энергетическая волна хлынула у него из рук, врезавшись в брешь и своевременно залатав её. Как только стенки барьера сомкнулись, а небо окрасилось в уже ставший привычным жёлтый цвет, таинственный человек без сил рухнул на обломок плиты, потеряв сознание. Убедившись, что враг больше не представляет угрозы, Наруто рассказал Хинате обо всём, что знал сам, начиная с цели его визита в поместье Хьюга и заканчивая схваткой с её похитителем. Сама Хината не помнила ничего с момента битвы в поместье и тем более не знала, с какой целью её похитили. Узнав о том, что стало с Курамой, девушка ахнула. — Мне так жаль… Но ты можешь ускорить его восстановление. Большая часть Курамы ведь у Саске, так? Если ты запечатаешь её в себе, то он точно вернётся. — Ты права! — Наруто радостно улыбнулся, получив надежду. Слушая рассказ, Хьюга лечила раны Узумаки. Она удивилась, услышав просьбу подлечить своего похитителя. — Надо привести его в чувства, — объяснил Наруто. — Он должен ответить за всё, что сделал. И вернуть нас домой. Длительное лечение не потребовалось. Очнувшись, незнакомец с трудом сел на плиту и окинул пару хмурым взглядом. — Рассказывай, — твёрдо сказал Наруто. — Что? — Всё. — Теперь я ваш пленник? — незнакомец вздохнул. — Не забывайте, что это вы у меня в гостях. Узумаки ударил его кулаком по лицу. — Наруто… — Хината прижала ладони к губам. — Ты напал на жителей моей деревни, похитил дорогого мне человека, из-за тебя мой друг исчез. Я тебя не прощу! Незнакомец отвёл взгляд в сторону, затем отрешённо посмотрел на небо. — Тонери Оцуцуки, — наконец произнёс похититель, держась за нос. — Оцуцуки? — Узумаки попятился. — Я дальний потомок Хамуры, брата Хагоромо. А вы, надо полагать, Наруто и Хината. — Да, — подтвердил Наруто. — Значит, ты потомок Оцуцуки? Где мы? В твоём измерении? — Нет. Мы на спутнике, сотворённом братьями-прародителями. Эта колония — место, где жили потомки Хамуры. — На Луне?! — удивление Узумаки перекрывало его злость. — А за барьером что, космос?! На Луне кто-то жил?! Но мы никогда ничего не… — Это обратная сторона. Ваш мир отсюда не виден, — пояснил Тонери. — Здесь, под куполом, мы построили свою цивилизацию со своими методами использования чакры. Пока не перебили друг друга в гражданской войне. Я последний, кто был рождён в этой колонии. — И зачем тебе Хината? — Джинчурики почти проникся его одиночеством, но вовремя вспомнил, почему они застряли здесь. — Всё ради Тенсейгана. — Тенсейган? — это слово не было знакомо ни Наруто, ни Хинате. — Это какая-то сила? Сила глаз? — Вы зовёте это Додзюцу. Всё верно. — И зачем она тебе? — Чтобы покарать вас, земных невежд. И исправить то, что вы натворили. — За что покарать? Что натворили? — не унимался Наруто. — Вы привели демонов! — крикнул Тонери так, что Хината отпрянула. — Демонов с белыми волосами и силой богов! Оцуцуки! — Ты о Кагуе? — серьёзным тоном спросил Узумаки. — Кагуя побеждена. Я лично приложил к этому руку. — Вот как… — Тонери опустил голову. — Судьба жестока. Я думал, что бьюсь с первым встречным. А ты, оказывается, был участником всего, что я пытаюсь исправить. — Но что исправить? Кагуи больше нет... — Другие, — ответил Тонери. — Есть другие Оцуцуки. Те, чьего прихода боялась Кагуя. Те, что в разы сильнее её. Те, после кого вместо планет остаются лишь выжженные пустыни. — Что-то припоминаю, — Наруто почесал затылок. — Они не должны были найти нас. Вся солнечная цивилизация — наша и ваша — была построена на предательстве Кагуи. И нам удавалось скрываться меж звёзд, пока земные ниндзя не возродили Кагую. Невероятные всплески чакры в космическом пространстве и череда прогулок сквозь измерения оставили свой след, и теперь по этому следу идут звери, учуявшие кровь. Как только они явятся, вся жизнь на всех планетах вокруг нашей звезды обратится прахом. Зная об этом, я взял на себя бремя покарать людей, вернувших Кагую в наш мир. Разрушить ваши города и сжечь ваши библиотеки, отбросив вас назад во времени, чтобы ваше развитие не привело к новым бедам. А затем дать отпор тем, кто явится из недр космоса, и защитить всю нашу расу. Для этого мне нужен Тенсейган. — Ты не бог и не можешь примерять его роль. Не тебе судить людей, ведь твой народ, судя по твоему рассказу, воевал не меньше моего. — Ты прав. Теперь я осознаю, что взял на себя слишком много. — Что за Додзюцу этот Тенсейган? — продолжил расспрашивать Наруто, не перестающий удивляться всему, что слышал от Тонери. — Это сокровище нашего праотца Хамуры. Слышал, в вашем мире Хагоромо кличут Мудрецом. Наш же народ считал его брата более дальновидным. Именно он пустил нашу ветвь развития по отличному от вашего пути, показав альтернативные способы использования чакры. Благодаря этому на смертном одре он завершил дело всей своей жизни — создал прототип устройства, которое поглощало и накапливало энергию всех поколений живших здесь поселенцев. Если высвободить всю эту мощь, то наследник Оцуцуки обретёт необыкновенные глаза и силу, способную низвергать богов. Большую, чем у Хамуры. Иную, нежели у Кагуи. Так гласит легенда. — Так для чего тебе я? — в разговор вступила Хината. — Ты — ключ, — пояснил Тонери. — Я наследник рода Оцуцуки, но по факту лишь дальний потомок Хамуры. Вы ведь знаете, как устроены гены? У чакры схожий принцип. Во мне есть частица силы Хамуры, способной распечатать Тенсейган. Но это лишь частица, ведь между мной и Хамурой десятки поколений. Для распечатывания нужно куда больше чакры первозданного Оцуцуки. На вашей планете живёт клан, который ведёт свою историю от Хамуры. Наследники этого клана получают в распоряжение частицу его силы — другую часть, недостающую. — Клан Хьюга… — Узумаки почесал подбородок. — Так вот откуда у тебя Бьякуган. — Верно. Мы с этой девушкой, если можно так выразиться, дальние родственники. Я намеревался провести операцию, которая лишила бы Хинату наследия Хамуры. Не подумайте, это не смертельно. Я лишь очистил бы её чакру от примеси чакры Оцуцуки посредством операции на Бьякугане. Честно говоря, я не уверен в том, что стало бы с её зрением после такого обряда, но я бы о ней позаботился. Быть может, взял бы в жёны. Видя, как Наруто сжал кулаки, а Хината покраснела, Тонери ухмыльнулся. Он получил реакцию, которую ждал. — О, так вы пара. Прошу прощения. На самом деле я сразу это понял. Узумаки и Хьюга взволнованно переглянулись. — М-мы не п-пара… — пробормотала девушка. — Тебе ещё раз врезать, белобрысый? — Джинчурики занёс кулак, нервно усмехаясь. — Значит, ты не хотел убивать Хинату и похищать её глаза? — Я что, похож на сумасшедшего варвара? — у Тонери задёргался левый глаз. — Вырывать глаза, надо же было такое придумать… Нет, у нас на Луне, как вы её зовёте, принципиально другие методы работы с чакрой. У вас для передачи родового наследия вырывают органы, а вы ещё удивляетесь, почему я считаю потомков Хагоромо дикарями. — Ну, в чём-то ты прав, — Наруто засмеялся. — Но я не позволю тебе навредить нашему миру. — Я знаю, — Тонери кивнул. — Ты одолел меня в честном поединке. Показал мне, как я слаб, что я недостоин Тенсейгана. Я не могу тягаться с истинными Оцуцуки. А ты сможешь, ведь бы уже победил Кагую. Наруто, ты станешь спасителем наших миров. — Э? — Узумаки замер, склонил голову набок и горько улыбнулся. — По правде говоря, я не смогу. Тогда я был не один. Со мной был друг, который больше… не со мной. Да и я был гораздо сильнее. Если те пришельцы ещё сильнее Кагуи, то мне с ними не совладать. — Тогда мы обречены, — выдохнул Оцуцуки. — Больше наследников у первозданных Оцуцуки не осталось. Значит, некому унаследовать силу Тенсейгана. — Ну… — Наруто замялся. — Я вроде как реинкарнация сына Хагоромо, Ашуры. Это считается? Оцуцуки смерил его неодобрительным взглядом. — Раньше сказать совесть не позволяла? — А что, это как-то поможет в спасении мира? — Идите за мной, — Тонери с трудом встал и, шатаясь, побрёл в сторону разрушенного дворца. По пути Хината осторожно взяла Наруто за руку. «Очнулась непонятно где, ей страшно», — отметил про себя Узумаки. Тем временем Оцуцуки спустился в катакомбы, ранее обнаруженные Наруто. Вереница лестниц вела их глубоко под землю, откуда пробивался мерцающий жёлтый свет. Вскоре перед ними предстал огромный подземный зал, в центре которого то загоралась, то гасла массивная сфера, установленная на сложном механизме. — Вот оно, — сказал Тонери. — Сокровище Оцуцуки. Тенсейган. Теперь он твой. — Мой?! — удивлению Наруто не было предела. — Я не думаю, что… — У нас нет выбора, — прервал его Оцуцуки. — Конечно, ты не потомок Хамуры, но должен выдержать эту силу. Сомневаюсь, что она обратит тебя в пепел. — А м-может? — А я не говорил? Недостойные сгорают, лишь прикоснувшись к сфере Тенсейгана. Узумаки нервно сглотнул. Он не заметил, как Хината отпустила его руку и коснулась своей рукой его плеча. Волнение отступило. — У меня нет Бьякугана. — Верно. Бьякуган должен стать основой. Я отдам свои глаза тебе. Надеюсь, этого хватит, чтобы искупить мою вину. — Ты ослепнешь… — Мне это известно, — голос Тонери звучал пугающе решительно и спокойно. — Ты готов? Решения, взваливаемые на него, казались Наруто слишком поспешными. Над планетой нависла новая угроза в лице Оцуцуки, а он не мог выкинуть из головы Саске. Что, если Учиха сделает свой ход, пока он здесь? Это тревожило Узумаки больше всего. В любом случае, он растерял почти все свои силы и лишился поддержки Курамы. Если Тенсейган действительно даст ему силы сражаться с Оцуцуки, против Саске это тоже сработает. — Готов. Тонери подвёл его к ещё одному алтарю, похожему на тот, что был в большом зале теперь уже разрушенного дворца. Оцуцуки лёг на холодный камень, вокруг него зажглись белые огоньки. — Я сделаю всё сам. Тебе нужно прислониться ладонями к моим глазам и пропустить поток чакры через руки. Так ты соединишься с моим потоком. Наруто обернулся к Хинате. В её взгляде читалось недоверие, но юноша уже принял решение идти до конца. — Будет больно? — внезапно спросила девушка. — Это безболезненно, — ответил ей Тонери. Наруто сделал так, как велел Оцуцуки. Тонери опустил веки и начал что-то шептать, Узумаки присел на колени перед алтарём и положил ладони на лицо недавнего врага. Блуждающие огоньки закружились в бешеном танце и устремились к ладоням Джинчурики, пройдя сквозь них и утонув в глазах Тонери. Тот истошно завопил, переживая настоящую агонию. В ужасе Наруто попытался отдёрнуть руки, но Оцуцуки впился в них ногтями и не отпускал, пока не перестал кричать. Узумаки отшатнулся и на несколько минут потерял сознание. Когда он очнулся, перед ним возник силуэт Хинаты. По её удивлённому лицу Наруто понял: получилось. Тем временем Тонери встал с алтаря. Его глаза были закрыты, из-под век струилась кровь. — Ты сказал, что больно не будет, — обернулась к нему Хината. — Ему и не было, — отрезал Тонери. — Ты ведь о нём беспокоилась. — Ну что, Хината? — Наруто устало улыбнулся. — Как я выгляжу? — Очень непривычно, — девушка улыбнулась в ответ. — Действительно странно видеть тебя таким… Хьюгой. Они одновременно засмеялись. — Это ненадолго, — Тонери прервал момент радости. — Давайте приступать ко второму шагу. — В чём он заключается? — спросил Узумаки, поднимаясь на ноги. — Нужно провести ритуал. Тот самый, который ты остановил. — И тогда Хината… — Наруто взволнованно посмотрел на подругу. — Всё в порядке, — девушка тепло улыбнулась ему. — Нет, не в порядке. Если ты ослепнешь… Это ведь возможно, Тонери? — Она не лишится зрения, как я сейчас. Но операция в любом случае затронет Бьякуган. Поэтому я не могу гарантировать её здоровье. — Я согласна, — твёрдо заявила Хьюга, и Наруто вновь ощутил прилив уважения к ней — такой же, как при нападении Пейна и на войне. — Тогда настал твой черёд, — сказал Тонери. Хината легла на алтарь. — Возьми её за руку. Наруто, которому с новыми глазами мир казался совершенно другим, осторожно подошёл к алтарю и ещё раз взглянул на Хинату. Дрожащей рукой он взял её ладонь и крепко сжал. Белый хоровод огней снова пустился в пляс. До этого момента мерцавшая сфера Тенсейгана полыхнула ярким светом и начала вращение на запущенном механизме. Один за другим огни погружались в сферу, пока она не замедлилась и не сменила цвет с жёлтого на пурпурный. — Теперь прикоснись, — велел Тонери. Наруто неохотно отпустил Хинату. Девушка тяжело дышала, сильно вспотев. Узумаки подошёл к сфере и приложил к ней ладонь. Поток тысяч душ пронзил его сознание. За долю секунды он увидел и будто бы сам пережил множество жизней людей, делившихся с ним силой и мудростью. Открывший глаза Наруто разительно отличался от себя самого секунду назад. Сфера погасла, зал погрузился во мрак. По щелчку пальцев Тонери изумрудные огни заплясали на каменных стенах. Мир виделся Наруто совершенно иначе, но кое-что оставалось неизменным. Он резко развернулся и подбежал к Хинате, с трудом пытавшейся подняться с алтаря. Обессилевшая девушка рухнула в его объятья. Взглянув на неё, Джинчурики был поражён. Он смотрел в пронзительные серые глаза, блестевшие под длинными ресницами. — А ты почти не изменился. Глаза такие же голубые, — улыбнулась Хьюга. — Но теперь в них будто бы отражается звёздное небо. — Хината, ты… Ты не ослепла! Твои глаза, они… очень красивые. — Вот как, — Тонери коснулся подбородка. — Выходит, при передаче наследия предков глава клана лишается силы Бьякугана, но не теряет зрение. Удачное стечение обстоятельств. — Как я теперь выгляжу? Мне нужно зеркало! — засмеялась Хината. — Мне тоже! Заинтриговала ты меня словами про звёздное небо, — улыбнулся в ответ Наруто. — Простите, что вмешиваюсь, но остался третий шаг, — хмыкнул Тонери. — Какой? — Узумаки обернулся к слепому Оцуцуки. — Ты должен её поцеловать. Услышав это, Хината ощутила, как земля уходит у неё из-под ног. — П-поцеловать?! — Наруто не мог отойти от шока. — Да. Ты заимствовал чужой поток чакры, его необходимо стабилизировать. Иначе ты не сможешь активировать Тенсейган. Проще всего напрямую соединить каналы чакры через рот. Без этого никак. — Что ж… — Узумаки обернулся к подруге, лицо которой уже залилось краской. Для Наруто этот день был переполнен эмоциями и новыми впечатлениями. Он чувствовал голод и невыносимую усталость. Но всё это утратило значение, как только он коснулся её мягких губ. Место мыслей в голове заняли клубящиеся облака. Закрыв глаза, они отгородились от остального мира, растворившись в этом моменте. Она ждала этого годами. Он не думал, что это настолько приятно. Наруто и Хината сошлись в нежном поцелуе, не замечая течения времени. Едва их губы разомкнулись с характерным звуком, эхом прокатившемся по залу, Узумаки осознал, что поцелуй длился дольше, чем ему казалось. Он повернулся к Тонери и, увидев на его лице улыбку, всё понял. — Насчёт третьего шага. Я пошутил.

***

Руки Саске дрожали. Он больше не чувствовал холод. Он вообще ничего не чувствовал, глядя с полыхающей крыши на безжизненное тело своего наставника. Учиха видел, как снег ложится на пепельно-серые волосы. Видел, как тело поднимают АНБУ. Как Сакура отчаянно вырывается из рук Цунаде, которая пытается вразумить ученицу. Убедить в том, что её учителя уже не спасти. Что они бы не успели подхватить его на лету или залечить его раны. Видел, что в собравшейся толпе нет Наруто. Иначе тот давно бросился бы на Саске. И, быть может, Учиха даже позволил бы себя убить. В самом начале своего пути он был уверен, что готов пойти на подобную жертву при необходимости. Но он переоценил свою ментальную устойчивость. Физическая сила делала его самым могущественным человеком в мире, но в этот момент Саске понимал, насколько слаб духом. Осознание утраты наставника будто бы вышибло его из реальности. Всё вокруг отныне казалось иллюзией. Учиха взглянул на дрожащие руки, дабы убедиться, что сам до сих пор реален. У него перед глазами предстал знакомый образ. Пресловутый экзамен с колокольчиками, когда Какаши втоптал в грязь его самомнение. «Я не такой, как они». «Скажешь это после того, как отберёшь у меня колокольчик, Саске». Картина сменилась горной вершиной с расколотым камнем. В руке Учихи погасла молния. «Твой талант впечатляет». И вот перед ним уже разрушенный каменный мост. «Я не хочу убивать тебя…» «Говоришь так, будто можешь это сделать!» Пусть Саске старательно противился этой мысли, он не мог отрицать, что Какаши значил в его жизни куда больше, чем очередной пройденный этап в поисках силы. Этот человек был похож на него самого, в нём Саске увидел родственную душу. Хатаке научил его не только боевым приёмам, но и тому, как переживать невзгоды, подкидываемые жизнью. Он заменил Учихе родителей в тот момент, когда Саске в этом нуждался. Но главная причина шока от потери наставника и друга заключалась в другом. Саске не хотел убивать Какаши. Пойдя на уступки ради честности поединка, Учиха предрешил его исход. Финальная атака не задела жизненно важных органов, её целью было оглушить противника и вывести его из строя. В таком случае победа в честном поединке была бы за Саске. Но Какаши обошёл его даже в этом, не позволив планам ученика сбыться. Его падение стало безумной случайностью, пустившей весь план под откос. Саске не был виноват. «Нет, ты виноват», — басистый голос прозвучал у него в голове. — Я… Нет, не я… Я не убивал… «Ты убил. Убил его», — голос продолжал рокотать, и Саске чувствовал, как его глаза застилает красная пелена. Захлестнувшие Учиху негативные эмоции стали туннелем для спавшего внутри демона. Туннелем к свободе. Мощный взрыв не оставил от резиденции Хокаге камня на камне. Собравшихся возле неё ниндзя откинуло взрывной волной. Те, что встали поодаль и ещё держались на ногах, закрывали лицо от сильного ветра и каменных осколков, принесённых взрывом. Посреди образовавшейся на месте здания воронки сквозь завесу тёмной чакры просвечивался силуэт алого чудовища с четырьмя хвостами за спиной. — Девятихвостый… — Сакура была поражена, но быстро сообразила, что для удивления, как и для горечи, сейчас времени нет. — Учитель Ямато! — Я здесь! — древесные путы вырвались из-под земли, скрутив Саске по рукам и ногам. Зверь взревел, возле его рта приобретал очертания тёмный сгусток чакры. Завидев это, Ямато направил брусья к горлу Учихи, обхватив кадык и приподняв его нижнюю челюсть. Бомба Хвостатого выстрелила вверх и взорвалась в небе, озарив площадь ярким светом и разогнав снежные облака. — Разве Девятихвостый нам не союзник? — Сакура обратилась к наставнику, стараясь перекричать звериный рык. — Зверь перед нами — уже не Саске, но ещё не Девятихвостый, — крикнул Ямато в ответ, стараясь сосредоточиться на удержании цели. — Пока это монстр без сознания, угрожающий всему живому. — Но надо отдать лису должное, — к ним подоспела Цунаде. — Он вывел Саске из строя, и мы должны этим воспользоваться. Унесённые взрывом АНБУ вернулись в строй, не обращая внимания на порезы, ушибы и поломанные маски. Вместе с Цунаде они принялись за возведение мощного барьера, призванного удержать зверя внутри, дабы не дать ему разрушить деревню. Тем временем Саске оказался по пояс в воде. Он знал, что находится в собственном сознании, где вовсю хозяйничал Девятихвостый. Он также прекрасно понимал, что нельзя пускать всё на самотёк. «Если Наруто его усмирил, то и я смогу». Совладать с Девятихвостым так же, как во время запечатывания, не представлялось возможным: на этот раз преимущество было за лисом, он стремительно захватывал контроль над телом Учихи. До того, как его голова полностью скрылась под водой, Саске использовал телепортацию и оказался там, где планировал. В воздухе, прямо над беснующимся лисом. Завидев его, тот издал громогласный рёв, отбросивший Учиху. Как только Саске снова оказался в воде, мохнатая лапа отправила его на глубину. Задыхаясь, он вцепился в массивный коготь и задействовал Божественную кару. Хватка моментально ослабла, Хвостатый вылетел из воды, Саске вслед за ним. Фиолетовая аура Сусаноо окутала его тело, и громадный воин сцепился с равным ему по габаритам зверем. Лис попытался прокусить броню, но безуспешно. Подставив челюсть, Курама лишь усугубил ситуацию и дал Саске возможность ударить кулаком Сусаноо прямо в зубы. Лис взвыл и попятился. Его противник не тратил выигранное время понапрасну и успел создать в левой руке гигантское Чидори. Затем он опустил руку в воду. Электричество пропитало каждый волосок на теле Девятихвостого, он истошно зарычал и принялся хаотично стрелять снарядами из чакры, один из которых едва не попал в цель — Саске отбил его взмахом меча Сусаноо. Вода вокруг постепенно отступала. «Нельзя с ним затягивать, иначе в реальном мире мне конец», — подумал Саске и взлетел на крыльях Сусаноо. Взмахом руки он обрушил на обессилившего Кураму град из прочных чёрных кольев, пригвоздивших его лапы и хвосты к полу. «Так намного лучше». Первым, что увидел Учиха, открыв глаза, был кунай, устремлённый к его горлу. Оружие с треском ударилось о жёлтую броню из чакры, Сакура в ужасе отпрянула. «Что? Он уже освободился от контроля?», — девушка мысленно выругалась. Алая чакра сошла с Учихи, обнажив кожу. Барьер с грохотом лопнул, не выдержав напора громадной фигуры, закрывшей собой выглядывавшее из-за туч солнце. Перед собравшимися ниндзя возвышался воин в золотых доспехах и с отливавшим золотом плащом за спиной. «Совсем как Наруто на войне! Выходит, Саске подчинил себе Девятихвостого? Мы упустили свой шанс?» — Сакура была не на шутку испугана, но в то же время чувствовала, как глубоко внутри закипает гнев. Тень золотого Сусаноо накрыла собой всю деревню. Ему хватит взмаха меча, чтобы превратить Скрытый Лист в руины. Харуно прекрасно знала об этом, но не думала отступать. Не после того, что случилось с Какаши. — Где Наруто? — громко спросил Саске. — Тебе меня мало? — крикнула в ответ Сакура. Она не знала, куда в такой критический момент запропастился Наруто, но была уверена, что ей удастся хотя бы потянуть время. — Милая Сакура, — Учиха взглянул на неё с высоты. — Тебе ещё не надоело? — Могу спросить тебя о том же, — ветер уносил слова девушки, и она надеялась, что собеседник её слышит. — Йоу, Сакура, — позади раздался ещё один голос, обычно раздражавший своей бодростью, но в эту минуту Харуно была рада его слышать. — На этот раз не станешь нас усыплять? — Киба! — удивлённо воскликнула девушка и оглядела прибывшее подкрепление. — Шино! И Ли с Тентен! Справа мелькнул светлый шлейф длинных волос Ино, слева уже чесал затылок Шикамару. Прямо перед Сакурой жёстко приземлился усыпанный иглами шар, в котором девушка узнала Чоджи. — Вам всем так не терпится умереть? — прокричал Саске. — Пора исполнить наш план, — Нара проигнорировал его слова. — Миссия по возвращению Саске в деревню наконец-то завершена. Новая миссия: дать ему пинка. — Есть! — хором отозвались все собравшиеся. Сила струилась по его тенкецу. Он был готов разрушать. Чувство нереальности происходящего исчезло. Ему на смену пришло ощущение безграничного могущества и собственной неотвратимости, будто бы он один стал целым стихийным бедствием во плоти. Теперь он больше, чем ниндзя, чем человек. Он уже потерял всё, так к чему было сдерживаться? Гибель Какаши словно сорвала печать, сдерживавшую его. Поступки вроде разрушения деревни и полного уничтожения населения больше не казались ему чем-то ужасным. Ведь в будущем именно ему предстоит написать новую историю ниндзя. В тот момент он находился на вершине мира, откуда высеченные на скале лица прошлых Хокаге казались жалкими насекомыми. Опьянённый силой, он чувствовал себя богом. К несчастью для него, ниндзя Скрытого Листа уже имели дело с богами. Учиха замахнулся. Исполинский меч золотого воина был готов обрушиться на деревню, похоронив под завалами ниндзя, оставшихся защищать свои дома. Был готов, но замер в воздухе, как замер и Саске, на пару секунд потерявший контроль над собственным телом. «Дешёвым трюкам Яманака меня не остановить», — мысленно процедил Саске, выбивая вторгшийся разум Ино из своего сознания. Однако короткой заминки хватило, чтобы жадные до чакры жуки Абураме, бросившиеся к ногам Сусаноо, разъели внешнюю оболочку брони, истончив её. — Богатый пир устроил ты жукам моим, — сказал отзывавший насекомых Шино, и его слова утонули в шуме прогремевшей череды взрывов. Это была Тентен, в затяжном прыжке разместившая весь свой подрывной арсенал у ног Сусаноо. От мощной серии взрывов, сотрясшей землю, разъеденная жуками броня потрескалась, ноги гиганта подкосились под собственным весом и он рухнул на колени. Саске быстро среагировал, отменив технику и задействовав в полёте стандартный режим Сусаноо. «Придётся повременить с совершенной формой». К нему уже было рванулась Цунаде, но Сакура жестом остановила её, дав понять, что их выпуск справится самостоятельно. По сбивчивым движениям вынувшего лук Сусаноо Саске можно было определить, что из-за количества целей Учиха не может решиться, кого атаковать. Вдруг массивная рука схватила лук, отклонив его в сторону. Второй рукой гигантский Чоджи схватил Сусаноо за плечо, не давая Саске сдвинуться. Воспользовавшись этим промедлением, Харуно призвала Кацую, которая обдала корпус золотого воина едкой кислотой. — Тройной пронзающий волчий клык! — принявшись восстанавливать стёртый слой чакры, Учиха пропустил мощный удар громадного трёхголового волка и его хозяина, влетевших в Сусаноо на бешеной скорости. Как только оболочка треснула, Саске запаниковал. Он подался назад, но возникшие из-под земли древесные путы Ямато не позволили ему двинуться дальше. Следующим, что он увидел, была зелёная вспышка, а затем — волны огня, заслонившие собой всё по ту сторону Сусаноо. Открывший Шестые Врата Рок Ли наносил один мощный удар за другим, применив технику Утреннего павлина. Как только залп завершился, и Саске решил контратаковать, громкий клич прервал все его планы. — Чёрт побери! — пусть Сакура истратила всю накопленную чакру Силы сотни на войне, её физическая сила никуда не делась. Девичий кулак пробил исколотую оболочку и упёрся в щёку Саске. Удар сбил его с ног и протащил до самой скалы Хокаге. От последовавшего за ударом грохота у ниндзя Листа заложило уши. Облако пыли не успело рассеяться, как из пробоины в скале вышел разъярённый Учиха, раны которого стремительно затягивались благодаря регенерации Джинчурики. — Отступаем! — скомандовал Шикамару. Следуя приказу, остальные резво подались назад за пару мгновений до того, как мощная волна чёрного пламени обрушилась на деревню. — Это плохо! Он же всё сожжёт! — кричала Цунаде. У защитников Листа не было ничего, что можно было бы противопоставить стене Аматерасу, неотвратимо надвигавшейся на деревню. Саске оказался им не по зубам. — Не бывает безвыходных ситуаций, — вдруг сказал Рок Ли, оглядываясь на Шикамару, от которого когда-то слышал эти слова. — Бывают ситуации, выход из которых нас не устраивает. — Ли, нет… — крикнула Сакура, сжав кулаки. — Это действительно не выход, ты… — Слышь, Толстобровик, не дури. Придумаем ещё какой-нибудь план, — поддержал подругу Киба. — Верно, Шикамару? Нара молчал, глядя на надвигающийся чёрный огонь, затем повернулся к Ли и кивнул. — Что? Ты с ума сошёл, Шикамару? — запротестовала Ино. На глазах Тентен выступили слёзы. Рок Ли подошёл к ней и подарил девушке свою коронную сияющую улыбку. — Не оставляй и ты меня, прошу… — Ты должна меня понять, Тентен. Передай учителю, что я прошу прощения у него. А я передам Неджи, что у нашей деревни есть будущее, что новые листья юности обязательно распустятся. С этими словами он открыл семь врат, приготовившись использовать то, что изучал в тайне от Гая. Его наставник точно не одобрил бы этого, ведь он считал, что молодые должны жить и наслаждаться своей юностью. Ли прекрасно это понимал, как понимал и то, что в этом мире остались те, чья юность ещё впереди. И если сейчас он отступит, то юность этих детей будет растоптана. С этой мыслью Ли активировал Восьмые Врата. Вновь ощутив собственное превосходство, Саске погасил пламя. Он шёл через выжженную чёрным огнём пустошь, наслаждаясь мыслью о принявшей поражение деревне. Тем сильнее было удивление Учихи, когда он заметил направлявшуюся к нему фигуру, полыхающую красным. — Ты ответишь за все свои преступления, Саске, — прокричал Ли. — Что тут у нас? Неужели ты открыл все Восемь Врат? — ехидным тоном спросил Учиха. — Думаешь, этого хватит, чтобы одолеть меня? — Однажды я тебя отделал. Тебе и тогда самомнения было не занимать. Саске вспомнил позорный проигрыш знатоку Тайдзюцу во время экзамена и стиснул зубы от злости. Однако он знал наверняка: риск не был оправдан. Неважно, какой удар бегство нанесёт по его самомнению. Человек, открывший Восемь Врат, в ближнем бою был явно чрезвычайно опасным противником. Перед тем, как Рок Ли ринулся к нему, Саске призвал ястреба и взмыл в небеса. Тактика ведения воздушного боя показалась ему выигрышной. Под облаками он был недосягаем для ниндзя внизу. Так ему казалось. Не успев набрать высоту, ястреб застыл в воздухе, прекратив вертикальный взлёт: Шикамару поймал тень птицы, заставив её замереть. Тем временем к ястребу уже мчалась ещё одна птица. — Я лучше тебя, — процедил себе под нос Сай, оживляя двух гигантских нарисованных богов, которые обрушили силу своих кулаков на противника. От грянувшего удара Саске не удержался на ястребе и соскользнул с пернатой спины. В воздухе его уже ждал Ли. Оттолкнувшись изо всех сил от земли, мастер Тайдзюцу оказался на одном уровне с Учихой и нанёс сокрушительный удар. Саске вовремя успел создать рёбра Сусаноо, но это его не спасло: техника рассыпалась на глазах, и Учиха жёстко приземлился, выплёвывая кровь. Следующей Ли пустил в ход правую ногу, и Саске вновь едва успел поставить блок. На каждый удар соперника приходилось по дюжине трещин в броне Сусаноо. Рок Ли медленно, но верно в буквальном смысле закапывал противника под землю чередой мощных атак, не давая ему продохнуть. Невероятная скорость врага мешала Саске контратаковать. Но ждать оставалось недолго. Его тело скопило уже достаточно природной энергии для того, чтобы клетки клана Джуго в новой руке начали трансформироваться. Во время очередного удара соперника Саске перехватил его кулак левой рукой. Вернее, гигантской почерневшей когтистой лапой монстра. Его ладонь зашипела при соприкосновении с кипящей кровью, обдав сцепившихся ниндзя паром, но Учиха не обращал внимания на боль. Второй рукой он тут же использовал Божественную кару и отправил Ли в воздух. Затем Саске резко вскочил, выбравшись из ямы, и выпустил из рук крошечный чёрный шарик. Он решил идти до конца. Рок Ли не успел приземлиться, как его потянуло назад — к центру метеора, притягивавшего к себе каменные глыбы и обломки домов. Учиха сжал кулак направляющей руки, и его противник скрылся под оболочкой каменного спутника. Сделав тяжёлый вздох, Саске опустил руки. — И это всё?! — каменная оболочка взорвалась, из отверстия с диким гулом вылетел гигантский красный дракон. Не ожидавший подобного Саске сообразил, что уже не успеет телепортироваться, ведь его врагу хватит доли секунды, чтобы этой атакой стереть его в порошок. Всё, на что Учихе хватило времени и сил, это несколько слоёв покрытия Сусаноо, усиленных чакрой Девятихвостого. От последовавшей ударной волны дрогнула скала Хокаге. Совершенное Тайдзюцу столкнулось с совершенной защитой, пробивая чакру слой за слоем, пока наконец на месте рёбер Сусаноо не оказались рёбра Саске. Он устал убегать. И ненавидел себя за бегство. «Не пристало будущему повелителю мира постоянно бежать с поля боя…» Но он знал, что если погибнет здесь, то не приведёт свой план в исполнение. Единственным, кому он мог позволить одолеть себя, был Наруто. Пока они не сойдутся в новом поединке насмерть, Саске обязан жить. «Твоя взяла, Какаши…» Земля ушла у него из-под ног, и он повалился спиной прямиком в открытый портал за секунду до того, как коснувшийся поверхности Ли создал на месте бывшей резиденции Хокаге новую горную гряду. Битва за Деревню Скрытого Листа завершилась. Осознав это, Шикамару выдохнул и закурил. Он носил сигареты в подсумке и никогда не расставался с ними. Саске снова ушёл. Но когда он вернётся, с ними точно будет Наруто. Нара верил в это. Цунаде и Сакура уже спешили туда, где лежал Ли. Им быстро удалось обнаружить его по следам последних облаков испарявшейся крови. Тело юноши пострадало не так сильно, как его наставник в битве с Мадарой. Но Сакура чувствовала: к их приходу Рок Ли был мёртв. — Ты герой, Ли… — прошептала девушка сквозь слёзы, склонившись над другом. — Отойди, Сакура, — внезапно скомандовала Цунаде, кладя обе руки Ли на грудь. Заплаканная Харуно отпрянула. — Слушай меня внимательно, — продолжила Пятая. — Как только он очнётся, реабилитация будет на тебе. Ткани и органы можно восстановить. Сделаешь срочное переливание крови. Госпиталь не пострадал, всё необходимое найдёшь там. Я на тебя рассчитываю. — О чём вы… Он ведь… — взглянув на руки наставницы, Сакура всё поняла. Ладони Цунаде окружал поток голубой чакры. Харуно уже раньше видела эту запретную технику в действии. Реинкарнация собственной жизнью. С её помощью Чиё воскресила Пятого Казекаге Гаару на глазах у Сакуры. Глупо было полагать, что медик такого уровня, как Цунаде, не была знакома с данной техникой. — Нет, вы… Зачем… — Сакура не успевала вытирать покрасневшие глаза. — Моё время вышло. Это всё, что я могу сделать в качестве бывшей Хокаге. Хорошо, что у этого мира есть новый величайший медик, — Цунаде взглянула на ученицу и улыбнулась. — Я планировала сделать это для Какаши, но он бы хотел, чтобы этот мальчик жил. Как только Рок Ли принял решение пожертвовать собой, Пятая вспомнила слова, сказанные Какаши во время их последнего разговора в кабинете. «Могу я тебя кое-о чём попросить? Если вдруг со мной что-то случится, пригляди за детьми, ладно? Я обещал Гаю, что защищу их». И теперь она, Пятая Хокаге, была готова исполнить просьбу своего преемника. — Скажи Шизуне, что я всегда ей очень дорожила, — Цунаде снова взглянула на Сакуру. — И ты… Не сходи с пути, моя девочка. Харуно обняла наставницу за шею. Как только грудь Рока Ли всколыхнулась, Цунаде выдохнула в последний раз.

***

Её разбудила громкая песня. Глаза долго привыкали к яркому свету. Посреди сияющего бирюзой пространства, усеянного звёздами, сидел Джирайя с курительной трубкой в руке. — Дан злится на тебя. Его можно понять, он ведь спас тебе жизнь. — А что думаешь ты? — Цунаде была рада видеть старого друга. — А я думаю, ты поступила по совести. Достойный конец истории для одной из Легендарной Троицы. Будь у меня лист да перо, я бы написал книгу. — Лучше скажи мне, как там Наваки. — Он ждёт тебя, как и все остальные. И считает, что ты умерла как герой. — Ты так ко мне подлизываешься, потому что теперь у тебя появился соперник? — усмехнулась женщина. В ответ Джирайя звонко рассмеялся.

***

Уже дважды Сакура видела эту технику в действии. Силу, способную вернуть одного человека к жизни жертвой другого. Она сидела на выжженной земле под тенью скалы и, работая с ранами Ли, размышляла о том, хватит ли у неё умения и чакры повторить эту технику. Она чувствовала, что в грядущем противостоянии Наруто и Саске ей представится возможность вернуть к жизни одного из них. Вот только кого?