Верь своим глазам

Они лежали в объятиях друг друга, восстанавливая дыхание и наслаждаясь отголосками близости — такой долгожданной и спонтанной одновременно. Обоим было хорошо и спокойно: они наконец-то были по-настоящему вместе. Их беготня друг от друга и друг за другом была закончена. Арс лениво зашевелился первым. Он легонько подтолкнул под бок Антона, начавшего уже размеренно сопеть. — Антош. — Ммм… — Надо вставать. — Не хочу… — Завтра самолёт. — Дай поспать. — Я сейчас уеду, Антон! Шастун крепче сжал руки, обвитые вокруг Арсения. — А вот это уже похоже на угрозу. Забыл, что бывает, если я разозлюсь? — Помню, но у меня ведь даже билета нет, — выложил мужчина железобетонный аргумент. — Блин, точно! — Шастун распахнул слипающиеся глаза, поднялся с кровати и прошлёпал за брошенной в прихожей папкой. — Чёрт, Стас купил билет в эконом. Мне ж некуда будет ноги деть, — парень озадаченно почесал голову. — Давай посмотрим места в комфорте, — предложил Арс. — У меня есть мили, ими можно доплатить до более высокого класса. — Ты у меня голова, — Антон обнял мужчину и поцеловал в щёку. Они валялись на развороченной постели с ноутбуком, выбирая места в салоне комфорт, и спорили, кто будет сидеть рядом с иллюминатором. — Я всегда сижу возле окошка, — заявил Шастун, кусая Арсения в плечо. — Все мои попутчики знают об этом и не спорят. — А я тебе не все, — не сдавался мужчина, щипая Антона за ягодицу. — И тоже сижу у окна! Арсений всегда летал один, и ему не приходилось делить козырное место с попутчиками. Даже с такими симпатичными. — Всё когда-то бывает в первый раз, Арс. У окна полечу я, и точка. — Мы ведь можем с тобой… поменяться в полёте? — примирительно предложил мужчина компромиссный вариант. — На переправе коней не меняют, — упёрся Шастун, по-мальчишечьи надувая губы. — Это мы ещё посмотрим, жеребёнок. Арсений запустил в парня подушкой, счастливо улыбаясь и умиляясь его детскому упрямству. Он кайфовал от того, что ему теперь было с кем спорить по бытовым вопросам, обсуждать мелкие детали и планировать совместное будущее — пока что ближайшее, а дальше… Они посмотрят, что будет дальше, и разберутся с этим вместе. Дай бог, чтобы спор о кресле в самолёте был самым большим их разногласием. По большому счёту Арсений готов был уступить: ему было всё равно, где сидеть, если рядом Антон. Мужчине не нужно было ни залитых солнцем облаков, ни стремительно удаляющейся на взлёте и становящейся словно игрушечной земли — он это видел очень много раз. А вот восторженные зелёные глаза появились в его жизни совсем недавно, и Арс готов был на всё что угодно, чтобы видеть их радостный блеск. Но сдаться своенравному парню без боя? Нет, это не про него! Когда билет для Арсения был куплен, Антонов — переоформлен, а места в салоне выбраны, Попов засобирался домой. — Ты куда? — удивился Шастун. — За вещами, конечно. Надо собрать чемодан. Или в твоём шмотье буду ходить? Боюсь, не мой стиль, — хмыкнул мужчина. — Я с тобой. — Нет-нет, отдыхай, а я съезжу, проверю свою берлогу. Заодно и к Серёге заскочу. Парень внимательно посмотрел на Попова. — Вернёшься ко мне ночевать? — спросил он с надеждой. — Ты ж без меня на самолёт опоздаешь. Придётся, — обречённо пожал плечами мужчина, за что получил смачный шлепок по заднице. — Ай! — Кто-то у меня сейчас договорится, будет ему и ай, и ой, и неделю не сможет сидеть! Попов засмеялся, чмокнул в висок своего грозного парня. — Ты очень напугал меня сейчас, — шепнул он прямо в ухо, задев мочку губами. Антон ловко повернул лицо, перехватывая губы Арсения и затягивая его в поцелуй. На этот раз парень был нежным, целовал неторопливо, изучал рот Попова, прислушиваясь к движениям его языка. Оторваться друг от друга было экстремальной задачей, и всё же кто-то из них должен был быть взрослым. «Только не я, — думал Антон. — Пусть сам остановит меня». «Ещё немного, и я поеду. Ещё чуть-чуть» — мелькали обрывки мыслей у Арсения в голове, а сам он продолжал переплетать свой язык с языком парня, наслаждаясь его неповторимым вкусом, улетая за облака. Они оба очнулись, когда рука Шастуна уже была у мужчины между ягодиц. Длинные пальцы сминали упругую задницу, а указательный подобрался максимально близко к маленькой дырочке, норовя ощутить её жар. Арсений вздрогнул, отстранился от парня. — Пусти, а то я так никогда не уйду, — еле слышно пробормотал он, опустив глаза в пол. — Спасай свою шикарную задницу, пока не поздно, — хрипло ответил парень, стараясь не смотреть на обнажённое тело Попова.

***

Матвиенко отозвался на его звонок бодрым голосом. Не желая терять время на поездку к другу, Арс решил соединить приятное с полезным и пригласил его к себе. Причина, конечно, была не в Сергее, точнее, не только в нём. На самом деле Арсению требовалось время для рефлексии. Как истинному интроверту ему необходимо было побыть с самим собой, чтоб привести в порядок свои мысли, осознать и принять обрушившийся на него приятный опыт. Он был рад, что Антон не стал настаивать на совместной поездке за чемоданом. Уверенно маневрируя в потоке машин, Арсений прислушался к своим ощущениям. По сердцу разливалось тепло, душа была на месте и не сопротивлялась новым событиям. Тело, расслабленное фееричным оргазмом, и подавно пребывало в нирване. И только разум подёргивался в конвульсиях предрассудков, подкидывая обидные гомофобные эпитеты и укоряя мужчину за его нетрадиционное счастье. Недолго думая, Попов послал его в жопу и усмехнулся двусмысленности заданного направления. Какой толк волноваться о том, что он не соответствует ожиданиям большинства? Гораздо разумней вкладывать силы в отношения с близкими людьми и им же посвящать свои мысли. А мыслей было много, и все они вертелись вокруг одного симпатичного офтальмолога, чьи таланты явно не ограничивались врачеванием. Попов смаковал не успевшие остыть ощущения, вспоминая пухлые губы Антона на своей плоти, его хриплый голос, глаза с поволокой, смотрящие на него, Арсения, со страстью и обожанием. Антон был великолепен, Попов не мог до конца поверить в то, что такой потрясающий парень обратил на него свой взор. Он обязательно научится доставлять любимому максимум удовольствия, для этого нужна только практика, а желания хоть отбавляй. Начало, как говорится, положено, дальше все пойдёт как по маслу. Тело отреагировало на картинки в голове соответствующим образом, Попов возбудился, утонув в воспоминаниях недавнего урока любви. И мужчина был готов вот прямо сейчас, не взирая на саднящее горло, повторить материал. Квартира встретила Арсения холостяковой прохладой, словно укоряя хозяина за то, что бросил её так надолго. Полив не успевший загнуться кактус, мужчина достал с антресоли чемодан, служивший ему верой и правдой во всех путешествиях. Качественный и крепкий, он повидал на своем веку бирки многих международных аэропортов, но стикера с кодом AER в их числе ещё не было. По невероятному совпадению Арсению тоже никогда не приходилось посещать Сочи, и он был рад представившейся возможности. На работе не должно было возникнуть проблем: он ведь официально находился на больничном, о котором позаботился Антон. Благодаря сотрясению после драки (хоть памятник тому уроду ставь!) он был освобождён от офисной рутины. По крайней мере, мужчина хотел в это верить и отгонял от себя тревожные мысли, которые никак не вписывались в его настоящее, переливающееся всеми красками взаимной любви. Назойливые коллеги, бестолковые поручения и нахрен никому не упавшие дедлайны остались где-то далеко серыми призраками прошлого. Впереди у него две недели на южном море с Антоном, и хоть для парня это была командировка, для него самого эта поездка была самым настоящим отпуском. А, как известно, отпуск — это маленькая жизнь. Пока Антон будет занят, он сможет побродить по Сочи и поискать для них варианты вечернего времяпрепровождения. Скорей всего, на Черном море тоже есть марины с яхтами не хуже тех, к которым он привык на заграничных курортах. Идея о том, чтобы прокатить парня на яхте и показать ему своё мастерство, вспыхнула в голове Арсения неоновой лампочкой. Они отправятся на прогулку по Чёрному морю, насладятся потрясающими изгибами его берегов. Позагорают на палубе, освежатся коктейлями со льдом. Затем бросят якорь в какой-нибудь тихой бухточке и вдоволь поплавают на глубине вдали от шумных туристов. Ну, а потом, отдав должное дневным развлечениям, спустятся в каюту и предадутся самому интересному занятию. Ничто не будет отвлекать их друг от друга, никто не сможет помешать: у них будет море времени и только море вокруг. Арсений представил Антона в купальных плавках на борту его их яхты, привкус соли на его загорелом теле после купания, вспомнил горячие, как тропическое солнце, поцелуи. В памяти возник образ раскрасневшегося парня сразу же после оргазма, его возбуждающее признание: «Я трахнул бы тебя прямо сейчас, если бы мог». «А почему, собственно, ты меня?» — запоздало удивился Арсений. До этих сказанных слов мужчина не задумывался о распределении ролей в их молодой паре. Всё, что происходило в последнее время в его жизни, было новым, он не успевал осознавать, как относится к этому, ему требовалось время. Но он понимал, что рано или поздно время переходить на новый уровень отношений придёт. «Интересно, что думает по этому поводу Антон?» — задался вопросом мужчина, и память тут же подкинула ему эпизод их прощания с пальцами парня возле входа и его хриплое предупреждение: «Спасай свою шикарную задницу, пока не поздно». Ой-ой-ой, похоже, у его партнёра не было сомнений на этот счёт… Сердце Арсения гулко забилось, его охватило непривычное, но уже знакомое ощущение из смеси страха и трепета, которое он испытал перед гневным и возбужденным Антоном. Попов закусил губу, пытаясь унять дрожь в коленях, перепуганный мозг включил лампу «alarm» и стал отгонять опасные мысли, но внизу живота предательски скручивался тугой узел, выходя на первый план и вытесняя всё остальное. Раздавшийся звонок в дверь не оставил мужчине времени, чтоб успокоиться, и шансов скрыть от Сергея стояк. Хозяин пошёл открывать дверь, сквозь зубы матерясь и неловко прикрывая футболкой причинное место. Этот жест лишь привлёк внимание. Стоящий на пороге Матвиенко подозрительно покосился в сторону его джинсов. — Пошёл ты, я тебе не дамся! — заявил гость с порога вместо приветствия. Попов посмотрел на друга взглядом, в котором читалось: «Да нахрен ты мне упал!» и шагнул в сторону, пропуская его в квартиру. — Ещё чего, это не тебе, — не стал отрицать очевидное Попов. — Ты, что ли, его так и не дождался? — поморщился Сергей. — Ну почему же… Дождался, — покраснел Арсений до корней волос. — Вот вы маньяки, — покачал головой Матвиенко. — И как это теперь развидеть? Эх, почему я не родился слепым, — воздел он к небу полные скорби глаза. Арсений даже не стал делать вид, что обиделся. В его планы не входило делиться с Сергеем подробностями личной жизни, но проницательный друг всё понял и без слов. Он рассказал Попову свои новости на любовном фронте, из которых мужчина сделал вывод, что, вероятно, разгульная жизнь Матвиенко скоро закончится, уступая место постоянным отношениям. Что ж, это прекрасно. Арсений в свою очередь поведал о планах на совместную поездку с Антоном в Сочи. Настроение у него было отличное; перебирая вещи, он тщетно пытался скрыть улыбку, рвущуюся из глубины его существа. — Не могу решить, брать эти шорты? — советовался он с Сергеем, рассматривая песочного цвета бриджи, — или хватит зелёных и голубых? — Голубых более чем достаточно, Арс, — прокомментировал Сергей. — Они ведь так подходят… к твоим глазам. В лоб ему прилетела скомканная футболка. — Мы поедем в аэропорт от Антона. Как думаешь, на какое время заказывать такси? — Какое ещё такси? Вместе поедем, я вас отвезу. Арсений расплылся в улыбке. — Вместе? — Конечно, чувак. Как всегда.