Шанс на лучшую жизнь

      Свет равномерно падал из окон, встроенных в высокий потолок, освещая мою просторную комнату; низкий квадратный столик стоял в середине помещения, держа на себе стопку листов и писчие средства, пока мы трое сидели вокруг него, погружённые в задумчивое молчание. Когда я особенно громко вздохнул, двое других словно вынырнули из глубины своих мыслей, и послышался тихий шорох одежды.       - Сидеть и молчать не имеет смысла, - произношу первым, оглядывая обоих.       - Тогда начинай, - отзывается волк. - Тебе больше каждого из нас есть, что сказать.       - Какой холодный... - поддеваю с хитрой улыбкой. - А в столовой пылал огнём...       - Эмильгер, - подал голос сдержанный медведь, интонацией пресекая мой игривый порыв. Что поделать, если рядом с этими двумя я готов дурачиться и звонко смеяться от переполняющего меня счастья? И даже предстоящий серьёзный разговор не мог заглушить это всеобъемлющее чувство внутри моей груди.       - Хорошо. Если вы так настаиваете, то давайте перейдём сразу к делу, - покладисто на выдохе произношу, опуская ладони одну на другую на край стола. - С чего я должен начать? Ах, да. Сначала я хотел бы заключить с вами договор.       - Не изменяешь себе, - хмыкнул Сейнир.       - Что поделаешь, если душа у меня настоящего торгаша. Итак. Договор будет заключаться в следующем: если вы двое или один из вас соглашается создать со мной гнездо, я обещаю со своей стороны полную самоотдачу и наследников. Кто бы что ни говорил, а пылкие чувства и настоящий брак — дела не всегда одинакового веса. Я так считаю.       - Я уже дал своё согласие, - с мягкой нотой в голосе ответил мне Урфус, однако же оглянулся на волка безо всякой любезности: - Даже несмотря на существование третьего в наших отношениях.       - Ты называешь меня третьим? - приподнимает бровь гордый волчара. - С каких это пор едва оперившийся птенец смеет раскрывать свой клюв на старших?       - Это кто ещё старший? Ты меня старше лет на десять, да? Пф! Это смешно.       - Пока вы не продолжили перебрасываться высокопарными любезностями, - иронично вставляю своё слово, - я бы хотел ещё кое-что сказать: если вы согласитесь, то между вами не должно быть склок и драк. Я не намерен прожить всю свою жизнь с двумя злыми собаками под боком, которых придётся время от времени разнимать. Не для того мне был дан второй шанс.       - Из чего ты исходил в своём выборе? - вдруг спросил Сейнир, хотя я заметил, как его ухо заинтересованно дёрнулось при упоминании второго шанса. - Мы двое — прямо противоположные полюса, которые вряд ли когда-нибудь сойдутся в общем мнении.       - О чём это ты? А как же я? Чем не единодушный выбор? - с улыбкой спрашиваю, сбивая его с толку на мгновение.             - Эмильгер, - однако вот медведь давненько был со мной знаком и часто не попадался в такие ловушки. - Мне тоже интересно, с чего ты решил, что мы двое тебе подойдём? Или... это всё природа белых лисов?       - Ну, ты меня обижаешь. Конечно, нет. Я сам могу решать, с кем мне быть, - и сколько бы они не настаивали на своём отличие друг от друга, а именно в этот момент синхронно взглянули на меня весьма скептично. - Вы до сих пор не осознали всю исключительность, с которой столкнулись в моём лице? - в такт слов я сменил свой внешний вид на истинный, представ двенадцатихвостым с белым окрасом волос с чёрными кончиками. Заметив некоторую растерянность в глазах напротив, я вздохнул и стал терпеливо объяснять:       - Моё появление вызвано не естественным процессом. Оттого выходит, что я стал своего рода родоначальником всех белых лис. Вы, кстати, в будущем сможете понаблюдать за последствиями этого. Почему я уверен в этом? Потому что в моём теле находится больше чистой энергии мира, той самой изначальной, какая была только у первого поколения живущих в этом мире. Соответственно, я имею некоторые преимущества перед остальными из своего рода. Например, самостоятельно выбирать себе пару.       - То есть... - быстрее переварив предоставленную информацию, заговорил Сейнир с задумчивым прищуром глаз. - Ты можешь заменить любого из нас? А так же можешь обойтись одним, если второй откажется?       - Всё верно, - кивнув, подтверждаю его догадку, но добавляю с мягкой улыбкой на губах, пока они успевают переглянуться: - Если один из вас сделает хоть шаг в сторону избавления от второго, я отвернусь от этого перевёртыша в первую очередь. И, Сейнир, я не стану поступать так же, как твой младший отец, который просто решил уйти из семьи, когда его второго избранника прикончил твой отец. Я поплачу, - заверяю добродушно, глядя в глаза волка. - Но прежде своими руками прикончу убийцу. Уверен, меня за это не засудят, - чужое веко дрогнуло, но я не стал продолжать давить взглядом и опустил его на стол.       - Эмильгер, не слишком ли ты безжалостен с нами? - с неловкой улыбкой спросил Урфус.       - А ты уже подумывал об убийстве?       - Конечно, нет! Хотя... начистить кое-чью высокомерную рожу я не отказался бы.       - Вам лучше найти общий язык, иначе... дальше разговор не зайдёт. И будьте уверены, я не царевна в башне закрытая, могу и не дождаться вашего решения, - после мною сказанного повисла тишина. Которую нарушил учащающийся стук по крыше и окнам зачинающегося дождя.       - Я слышал, что некоторые пары в столице на такой случай составляют брачный договор, в котором прописывается всё, вплоть до воспитания детей и деления супружеского ложа, - предложил Сейнир. - Так же туда входит и пункт по использованию имущества и дохода каждого...       - Разумно, но...       - Не пойдёт, - обрубаю, поднимая голову. - Я вам не шлюха, чтобы иметь чётко определённое время для посещения постели одного из вас, а насчёт дохода, то тут придётся поломать голову, ведь в отличие от большинства столичных лисов я имею постоянный заработок, причём превышающий ваш. Даже если ты, Сейнир, станешь в будущем герцогом, которому, к слову, будет законом запрещено иметь дело с каким-либо предприятием, а значит, и твой доход не будет сменяться на протяжении всей твоей жизни, а ты, Урфус, займёшь место своего деда, даже тогда я смогу зарабатывать в разы больше вашего. Так что выходит, что основной семейный капитал будет составлять мой доход. И раз на то пошло, то напомню: вам ещё не скоро будет позволено занять наследуемое место, а потому на данный момент и в ближайшие тридцать-сорок лет я буду содержать вас обоих, - когда я сказал последние слова, оба парня неприятно поморщились, словно я сунул им в рот по лимону. - Особенно это касается тебя, Сейнир, ведь уже сейчас ты не можешь быть связан с каким-либо делом, в обязательном порядке оставаясь на содержании у имперской казны.       - Ха-ха-ха, - не сдержался от смеха с хлопками по столу медведь, явно почувствовав вкус превосходства. - Я, по крайней мере, буду иметь пусть и ниже титул, но возможность содержать семью. Любовью сыт не будешь!       - Не всё в этом мире решается деньгами, - ухмыльнулся задетый волк, бросив острый взгляд на парня напротив.       - Их просто необходимо иметь в достатке, и тогда даже титул не столь важен.       - Ну-ну, утешай себя этим.       - Вообще, - влезаю несколько лениво, немного устав от их вспышек грызни. - Если иметь достаточно информации, то даже императором можно помыкать, имея в кармане пару медяков и происхождение простолюдина, - и бросаю взгляд на обескураженных парней, уставившихся на меня со смешанными эмоциями на лицах. - Но вы можете подраться. Если слова не помогают вам найти общий язык, то вы можете по-старинке на кулаках разрешить всё, - поднимаюсь со своего места и оборачиваюсь, чтобы сделать пару шагов в сторону выхода, куда и собирался позвать этих двоих. Если и разрушать что, то не в моей комнате. Однако даже не успел что-либо сказать, Урфус хмыкнул довольно и кинулся на волка. И честно, у меня по спине пробежали холодящие мурашки, так как я не был уверен, что они просто согласятся на подобное, не говоря уже о непосредственном переходе к делу! И обменявшись парочкой ударов, они схватились в клубок и покатились по полу, шипя, рыча и бранясь. С широко распахнутыми глазами я уставился на этих двух перевёртышей, которые словно забыли обо всём вокруг. Урфус, изначально крупнее и физически сильнее, бил умело, словно ему уже бывало не единожды попадать в драку, однако же Сейнир отвечал ловкостью и чёткостью движений, явно ранее обучаясь этому. Расцепившись на мгновение, чтобы вскочить на ноги, Сейнир успел утереть кровь с разбитой губы, а Урфус с горящим взглядом оглядел порванную в районе бока рубашку, через прорезь которой виднелась кровоточащая царапина. Я уже было открыл рот, чтобы выдворить этих двоих из комнаты, как они снова накинулись друг на друга. И в этот раз всё стало хуже, когда, сцепившись, влетели в шкаф, зеркало которого сначала хрустнуло и покрылось сетью трещин от пригвождённого к нему Сейнира, а после и вовсе посыпалось от кулака Урфуса, целившегося в вовремя отклонившуюся чужую голову. Застыв на месте, я припомнил случай, когда кое-как, спустя неделю тщетных поисков, нашёл-таки зеркало в полный рост, которое бы прекрасно подошло к этому раритетному шкафу. Но на этом парни не закончили! Оторвавшись от потрясённого таким вандализмом старенького шкафа, они отклонились в сторону моей сети-кровати. Сейнир пинком в живот отправил Урфуса в полёт, последствием которого стало падение медведя на край сети и хватание за один из тросов, которые исполняли роль столпов. Как итог: резкий рывок со стороны Урфуса, чтобы подняться на ноги, и я услышал скрежет со стороны потолка, где был закреплён другой конец троса. Моя кровать... И на считанные секунды отвлекаясь на это, я чуть не упустил момент, когда чужой запал перерос во что-то более серьёзное и перешагнул черту дозволенного. Сейнир в очередной раз ловко увернулся от замаха Урфуса и откинул того в сторону, заваливая на мой столик, который не выдержал чужого веса и мгновенно развалился, раскидывая листы рисунков во все стороны, тем самым волк выиграл себе время, чтобы выхватить из внутреннего кармана потрёпанного пиджака что-то, что в его руках быстро преобразовалось в длинный внушительный магический посох. И медведь не собирался отступать, следом схватив с моего разрушенного стола тонкий нож, которым обычно я вскрывал конверты или точил карандаши. Вот тут-то я и заметил, что вся атмосфера изменилась, а в их глазах уже нельзя было найти прежнего раздражения или злости, нет, там был холодная расчётливость, какая бывает лишь у тех, кто пришёл к какому-то решению и теперь сделает всё, чтобы его добиться. Всего на мгновение они замерли, примеряясь, а потом — кинулись навстречу друг другу. Однако. Оглушающий удар, от которого сотрясся весь дом, обрушился на пространство между ними, а следом пара хвостов раскидала в разные стороны этих двух замешкавшихся в последний момент перевёртышей, с силой вбив в стены. И пока эти двое со стонами сползали на пол, я стоял между ними и понимал, что не совсем контролирую себя. В этот момент всё пространство вокруг меня мелко сотрясалось, как и хвосты взбудоражено ходили ходуном.       - Решили поубивать друг друга? - шиплю, на периферии слуха замечая какой-то треск, то ли дерева, то ли грозы высоко в небе.       - Эмильгер... - держась за грудную клетку, с трудом выдыхает Сейнир. Бросаю острый взгляд на него, и пара моих хвостов неуловимо быстро выхватывают его посох, который на глазах начинает корёжиться и тщетно сопротивляться бурлящей во мне энергии. Через несколько ударов сердца на пол с глухим ударом падает шар стали и потухших камней. Не глядя на Сейнира, оборачиваюсь к Урфусу, поднявшемуся на ноги.       - Что такое? Увидел, что он вытащил оружие, и повёлся на агрессию? - ядовито спрашиваю и замираю, ощутив дрожь под ногами. Дерево затрещало, и я только успел опустить взгляд на пол, когда тот треснул и обвалился. Я даже не успел ухватиться за край дыры, рухнув на этаж ниже!       - Эмильгер! - чей-то вскрик сверху, и я замираю всего в нескольких сантиметрах от пола над горкой щепок и в клубу поднявшейся пыли. Энергия вокруг меня не позволила приземлиться задом на твёрдые острые обломки с высоты тройки метров, чему я был поистине рад. Выдохнув с огромным облегчением, плавно поднялся на ноги и огляделся. Я в комнате Сагрины. Бросив взгляд по сторонам, запрокинул голову, и из дыры вверху высунулись две головы с обеспокоенными выражениями лиц. Дверь распахнулась, отвлекая меня от желания раскатать две тушки по уложенной камнем улице.       - А? Э-эмильгер? - удивлённая, переполошенная Сагрина остановилась на пороге.       - Невестка, не бегай по лестницам и не переживай в своём-то положении, - деланно спокойно наставляю.       - Охх... Это правда ты. Я переживала, всё ли с вами в порядке. Дом так тряхануло, что посуда на кухне подскочила на месте.       - Ничего страшного. Просто мы тут не сошлись во мнении, - натянуто улыбаюсь и перевожу взгляд на парочку парней наверху. - Но скоро мы это разрешим, - резко оборачиваюсь и выхожу из комнаты, направляясь не наверх, но вниз.       Два дурня догнали меня уже на кухне, когда я выходил из дверей на задний двор. Отец оторвал взгляд от книги, сидя под навесом в кресле-качалке, в то время как ливень разошёлся не на шутку.       - Сын? Что с твоим видом?..       - Я объясню это позже. Скажи, где у тебя тут метёлка была?       - А... Э... Там. Но она сейчас мокрая уже...       - Ничего. В самый раз, - бросившись под ливень, направился к углу двора, где в небольшом сарайчике стояли различные орудия труда, и пушистая метёлка подпирала закрытую дверь с внешней стороны.       - Эмильгер! Зачем ты под дождь?!. Зайди в дом! Мы всё спокойно обсудим! - вскрикнул с крыльца Урфус, но я только схватил метёлку и стал выдирать из неё самые толстые прутья.       - Сейчас вы узнаете у меня, что в старые времена делали с нерадивыми детишками, - отбросив метёлку в сторону, пару раз махнул розгами в правой руке и оглянулся на застывших парней, на лицах которых стало проступать понимание. Урфус дёрнулся обратно в дом раньше, чем я кинулся в их сторону.       - Эмильгер, это не смешно! - всполошено выкрикнул Сейнир, последним убегая от меня, да так быстро, что любой заяц позавидует.       - А кто смеётся?! Вы мне комнату разнесли! - выкрикиваю и уже вылетаю за ними из столовой в гостиную, где по мановению моей руки дверь успевает захлопнуться прямо перед носом Урфуса, а диван двинуться поперёк бегущему Сейниру, который тут же запинается и падает на мягкие сидения. И я успеваю догнать переворачивающегося волка, чтобы хлёстко и со свистом ударить гибкими розгами по его заду. Парень подскочил, мгновенно залившись краской и обернувшись ко мне лицо, однако отходить не перестал.       - Эмильгер! Даже мой отец не позволял себе поднимать руку на меня!       - Хо-хо... Тогда тебе придётся привыкать, что за каждый твой косяк ты будешь проходить урок боли и унижения.       - Это уже не смешно, - с поддёргивающимся уголком губ выдохнул Урфус и налёг на дверь, с толчка вышибая ту и прорываясь на выход.       - Ты мне весь дом решил разнести?! - гневно выкрикиваю и бросаю ему вдогонку светильник, от которого он уворачивается, и тот врезается в зеркало в передней дома.       - Можно подумать, это мы разнесли пол в твоей комнате! - выкрикнул медведь, бросившись к лестнице наверх.       - Я впервые готов с ним согласиться! - вдруг встревает Сейнир, убегающий следом. Перепрыгиваю через диван и бросаюсь в погоню, запоздало заметив возвращение мамы и брата с его начальником.       - Ах! Милый, вы что тут устроили?! - ошеломлённо вскрикнула родительница, когда я полетел вверх по лестнице.       - Мамуль, не сейчас! Сначала я разберусь тут с двумя щенками! - быстро бросаю, скрываясь из вида. Линс что-то крикнул, но я уже не слышал его, взлетая вверх по винтовой лестнице на третий этаж.       Через несколько интенсивных минут всё же пришлось остановиться. Моя выносливость была ни к чёрту, что привело к жуткой усталости. Да и весь запал исчез. Удовлетворённо выдохнув и смахнув со лба волнистую прядь волос, отправился на первый этаж, в приказном порядке сказав двум провинившимся перевёртышам идти следом. Не скажу, что смог добиться хотя бы покраснений на их коже от ударов розгами, но спесь сбил однозначно. Так что когда мы явились в зал, где мои родители уже вернули на место диван и уселись пить чай вместе с Сагриной, Линсом и Азером, эта буйная парочка вела себя точно шёлковая.       - Сели, - киваю парням на два кресла в стороне. - Брат, ты не далеко убрал свою переносную аптечку? - Линс без слов принёс из передней квадратную сумку, которую я попросил его передать двум притихшим драчунам. И только после того, как осушил кружку чая, я уселся в своё кресло и взглянул на родителей, которые всё это время внимательно глядели на меня, терпеливо ожидая моих разъяснений. И я предоставил их им:       - Отец, мамуль, как видите, я принадлежу к белым лисам, - коротко произношу и продолжаю после их понимающих кивков: - Я держал это в тайне ради нашей всеобщей безопасности. Если быть точнее... - вздыхаю, врезаясь пятернёй в растрёпанную копну влажных волос. - От наставника я узнал ценность белых лисов, а так же ответственность, которая ложится на мои плечи, как и последствия того, что я таковым являюсь. Если бы в то время, когда я пришёл в деревню, кто-то узнал, что из ниоткуда появился ребёнок из рода белых лисов, это могло привести как к моему насильному изъятию, так и вплоть до уничтожения всей деревни ради сохранения тайны.       - Но императорский указ... - произнёс неспешно отец своим гулким низким голосом.       - Указ кому-то и не указ. Я отличен от тех лис, которых привыкли видеть в обществе. Если говорить коротко, но пафосно, то я — возрождённая легенда из прошлого. И молчал я до сих пор потому, что любой облечённый властью мог избавиться от вас двоих и взять меня под опеку. Я не верю в эту неприкосновенную святую власть императора. Уверен, что на любую крупную рыбу найдётся рыба пожирнее. Но уже через два месяца у меня будет совершеннолетие, через полтора месяца я предстану перед имперским двором на празднестве начала зимы, где будет объявлено о моём существовании. Но уже с сегодняшнего дня я вступаю в связь с Сейниром и Урфусом, что также будет объявлено во всеуслышание. Они оба совершеннолетние, поэтому по закону возьмут на себя ответственность за меня. Хотя на деле ещё поспорить с этим можно будет, - щурюсь в сторону двух негодяев, латающих свои раны. Оба предпочли пропустить мои слова мимо ушей. - Так что теперь я выхожу из-под вашей опеки, и по сложившемуся в обществе мнению не способен более выбирать партнёров.       - Но тогда не станет ли это лишней нагрузкой на вас троих? - спросил отец. - Зачем вообще вам об этом объявлять? Было бы достаточно продолжать жить спокойной жизнью.       - Это входит в мой договор с императором. После бала он предоставит всей нашей семье охрану на случай, если кто-то попробует добраться до меня через вас или родственников Урфуса и Сейнира. О нашей безопасности волноваться не придётся, потому что император уже знает, что если с кем-то из нас что-то произойдёт, я с него лично шкуру сниму. А что касается смены жизненного уклада, то её не последует. Кстати, Сагрина, ожидай возвращения отца твоих детей. Когда я представлюсь на балу, потребую от императора перевода Родера в этот город. О жилье можешь не переживать: если вы не сойдётесь как пара, брат может и в казарме пожить.       - Ох, милый, ты снова взваливаешь на себя все заботы о семье, - жалостливо-заботливо вымолвила мамуля, приблизившись ко мне и, опустившись на подлокотник кресла, прижала мою голову к своей груди.       - Значит, вас не смущает тот факт, что я скрывал свой истинный вид всё это время? - бубню, наслаждаясь материнскими тёплыми объятиями.       - Конечно, нет. Что ты такое говоришь? Ты всегда был ответственным и смышлёным, поэтому даже не скажи ты, отчего так поступал, мы всё равно были бы уверены в правильности твоего решения. Я верно говорю, супруг? - на строгий вопрос мамули отец только покивал, продолжая попивать чаёк. Невольно вздыхаю. Всё-таки однажды правильный выбор я сделал.