guardian. Part 2

***

             — Стоп, Вудс, это уже не смешно. Поначалу было приятно бить тебя по твоей мятой роже, но… я вижу, что ты пропускаешь удары намеренно, — Анья вскинула деревянную палицу на плечо, направляясь к лавке, где стояла бутылка воды.              Пот струился по её лицу, в отличии от едва влажного лица Лексы, которая прицельным взмахом ноги сбила ступни Аньи над бетонным полом, заставляя ту грузно свалиться на пол.              — Твою мать, — Анья резко вскочила на ноги, правой рукой нанося удар палицей, который Лекса с легкостью заблокировала, но следующий мощный удар левой руки врезался прямо в пространство между скулой и костью челюсти. Раздался характерный звук.              Лекса встряхнула головой, чувствуя стальной привкус на языке. Соленая кровь стала медленно наполнять рот, от чего едва заметная полоска выступила на внутренней части губ, заставляя девушку сомкнуть их плотнее.              — Этот отбила бы даже Рэй, — насмешливо процедила Анья.              — Что отбила Рэй? — спросила входящая в тренировочный зал девушка. Её глаза сосредоточено изучали экран планшета, на котором её пальцы быстро набирали комбинации команд.              Уголок губ Лексы приподнялся в лукавой улыбке, и Анья предупреждающе взглянула на неё. Сохраняя молчание, девушки медленно зашагали навстречу Рейвен, неся за собой груз усталости трёхчасовой тренировки.              — Лекса? Не ожидала тебя тут увидеть. Привет, детка, — Рейвен заботливо поцеловала Анью в губы. — Я думала… тебе понадобится больше времени.              — Что сказали в медблоке?              — А. Точно. Азгеда, медблок. Я не ездила.              — Ты — что?! — в унисон раздались голоса обеих девушек.              Две пары глаз в недоумении уставились на Рейвен, и если Анья держала себя в руках, то Лекса была похожа на разгневанного быка.              — Ты сейчас. Садишься в машину. Едешь в медблок. И я не хочу видеть или слышать тебя, — Лекса медленно повышала свой голос, чеканя каждое слово, — пока этот чёртов хирург не сделает то, что обещал мне. Иначе, клянусь богом, Рейвен, я вышибу ему мозги, и это будет на твоей совести!              Лекса бросила деревянную палицу на пол с такой силой, что она подпрыгнула, ударяясь о покрытие зала. Развернувшись к железным шкафчикам, она стала удаляться. Анья попыталась вмешаться, но рука Рейвен, вцепившаяся в её предплечье, привлекла внимание к её лицу, выражавшее мягкий протест. Они понимающе посмотрели друг на друга, и Рейвен взглядом попросила оставить их с Лексой наедине. Анья кивнула и, подняв оружие с пола, спешно скрылась за дверями раздевалки.              — Я знаю, что это нелегко далось тебе. — Рейвен мягко накрыла ладонью спину подруги. — Я чувствую, что это неправильно, Лекса. Будто моя жизнь была куплена в обмен на её.              — Так и есть, Рейвен. Так и есть.              Подняв спортивную сумку, Лекса, не оборачиваясь, покинула тренировочный зал компании Вудс Делф.              Оседлав стоящий у парадного входа байк, она провернула рукоятки, заставляя его угрожающе зарычать. От резкого старта заднее колесо занесло вбок и, пробуксовывая на асфальте, мотоцикл оставил за собой сизое облако дыма.              Тем временем Уэст-Милфорд.              — Да, сэр. В процессе. Эм… Сэр, простите, но я не… послушайте, это очень тонкая рабо… Да. Я поняла.              Завершив звонок, Ния с силой сжала телефон в ладони, пока её рука не затряслась. Челюсть двигалась от сильного напряжения, пока глаза неотрывно смотрели на девушку по ту сторону отражающего стекла.              Кларк сидела неподвижно, словно обмякшая кукла, повисшая на веревках, сковывающих её конечности. Волосы слиплись от проливавшейся на её голову ледяной воды, косметика стекала темными полосами по щекам, кровь на виске запеклась бурой блестящей коркой. Ослабевший без сна и пищи организм отключался, и Кларк впадала не то в сон, не то в обморок, из-за чего сознание стало путаться между сном и явью.              — Что ж. Пора отнять у тебя последнюю надежду.              Громкий стук каблуков болезненной пульсацией будоражил барабанные перепонки Кларк. От нервного напряжения некоторые из её органов чувств были угнетены, голод отсутствовал, уступая болезненной ломоте в теле. Водные процедуры, в исполнении охранников Нии, привели к переохлаждению, и её тело бросало от жары в озноб за считанные минуты.              Но несмотря на это, она отчетливо слышала звонкий удар каблуков о бетонную поверхность, заставляющий её сознание всплывать на поверхность, будто поплавок. Слабо подняв голову, Кларк встретилась с ледяным взглядом своего похитителя и издевательски ухмыльнулась.              Ния однозначно не предвидела такого стоицизма в характере Кларк, ошибочно полагая, что она всего лишь богатая дурочка, которая сольет алгоритм чипа при малейшей вероятности пострадать. Пытки для девчонки, согласно плану, должны были обойтись ледяной водой и несколькими угрозами, после чего она бы подписала документы о неразглашении и отправилась домой, руководить своей компанией.              Однако сроки поджимали, Ния была заложницей своих же покровителей, которые не могли долго игнорировать преступный характер её методов. Она была вынуждена сократить время получения чипа, негласно получая команду «любыми способами».              Она грациозно скрестила руки на груди, демонстрируя явное превосходство.              — Кларк. Я даю тебе последнюю возможность спасти свою задницу. Я связывалась с Лексой… её не волнует твоя дальнейшая судьба. Помощи тебе ждать неоткуда. Я даю тебе час на размышления. Время пошло.              Боль во всем теле не позволила Кларк долго сохранять своё тело хоть немного в тонусе. Как только Ния развернулась на каблуках, она выдохнула, роняя свою голову на грудь. Веревки на её руках и ногах снова натянулись от обмякшего в своих сетях тела.              Нью-Йорк. Куинс.              Неся в одной руке спортивную сумку, Лекса привычным шагом прошла к подъезду многоэтажного дома. Её лицо саднило от ощутимых ударов спарринг-партнера, как и несколько ушибов на теле. Однако эта боль едва ли могла заглушить непрекращающийся поток мыслей Лексы, из-за чего её глаза выглядели задумчивыми, с оттенком печали.              Она поднималась в лифте, безразлично отсчитывая этажи, которыми последовательно загорались кнопки на табло кабины. Достигнув отметки «17», лифт остановился с характерным мелодичным звуком, и Лекса, не поднимая головы, сделала шаг в вестибюль.              Едва свернув за колонну, она резко вскинула голову, рефлекторно уклоняясь от удара. За ним последовал ещё один, затем ещё. Выпады были хаотичными, так что дистанцию было держать легко. При навыках Лексы, когда её боевые инстинкты доведены до состояния безусловных рефлексов, уклоняться от ударов разгневанного соперника было элементарной задачей.              Узнав в нападающей Октавию, Лекса не спешила отвечать ударом на удар. Через пару секунд в её глазах отразился блеск стали, и Лекса инстинктивно втянула воздух, задирая подбородок, когда остриё клинка коснулось кожи её горла.              — Где она? — оскалившись прорычала Октавия.              — Я не знаю.              Хладнокровный ответ Лексы пробудил в Октавии почти что ярость, и она с силой впечатала свою жертву в стену, с ощутимым нажимом прижимая нож к горлу.              — Ты врёшь, Лекса. Она уехала с тобой, а теперь её нет! Ты вернулась вчера, а она нет, чёрт возьми! Что мешает мне прикончить тебя прямо здесь?              Сглотнув, Лекса безразлично ответила:              — Это ничего не изменит.              Они продолжали безотрывно сверлить друг друга взглядами, однако, в отличии от Лексы, Октавия была полна ярости, от которой её глаза казались почти что безумными.              — Я найду её, будь уверена, Лекса. И если она скажет мне, — на этом Октавия наклонилась к уху девушки, — я разорву твою глотку собственными зубами.              Убрав нож, она спрятала его в карман кожаной куртки и, смерив Лексу презрительным взглядом, покинула этаж через пожарную лестницу.              Застывшая после затихнувших шагов Октавии тишина заморозила пространство и время в сознании Лексы, и она слепо уставилась в стену напротив, не в состоянии шевельнуться.              Она не была испугана или шокирована. Только недюжинная сила духа помогала справляться ей с эмоциями, которые грозились вылиться через край. Лекса душила в себе любые проявления слабости, словно только что родившихся щенков. И только сейчас, когда Октавия Блейк напомнила ей причину, из-за которой Лекса позволила избить себя своему спарринг-партнеру, она с силой сжимала челюсть, подавляя в себе чувства, рвавшие её грудь, словно волчья пасть.              Сжав кулаки, она оторвала своё тело от стены, вынимая из кармана ключи от квартиры.              Уэст-Милфорд.              Прошло уже больше суток, как Кларк была заложником Нии Куин, без воды и еды, промокшая до нитки. Её регулярно обливали холодной водой, уничтожая в ней веру и надежду на спасение. Пытки водой не были болезненными физически, — скорее её пытались изнурить психологически.              Едва Кларк прекращала мелко трястись, как охрана снова окатывала её ледяной водой, запуская колесо Сансары снова и снова. Её красные вспухшие веки, скрывавшие не менее красные глаза, тяжелым занавесом замыкали её сознание от окружавшего её пространства. Она потеряла счёт времени, практически не ориентируясь в нём.              — Мисс Гриффин. Я полагаю, пришло время дать ответ. Горячая ванна и ужин ждут вас, стоит только сказать одно слово.              — И это слово, — Кларк едва шевелила языком, пытаясь выговорить каждую букву, — иди нахрен.              Несколько секунд Ния безэмоционально смотрела на Кларк. Её голова лежала на груди, из-за чего лица не было видно. От этого создавалось жуткое впечатление, что она отвечала, стоя одной ногой в могиле.              — Что ж… я предоставила тебе шанс, ты отказалась. — Ния повернула голову в сторону выхода из комнаты. — Займитесь ею.              Через пару секунд в тёмное пространство комнаты вошли двое рослых мужчин. Тяжёлые и уверенные шаги охранников приблизились, и Кларк сжалась от осознания неизбежности.              Лезвие ножа звонко разрезало веревки на голенях, из-за чего Кларк едва успела сохранить равновесие. Однако как только веревки на запястьях за её спиной были также рассечены, она грузно свалилась на пол, не в силах сопротивляться.              Лёжа на бетонном полу, она услышала, как возле её головы с громким хлопком упала полулитровая бутылка воды. Резко подавшись всем телом, девушка схватила её, отвинчивая крышку онемевшими трясущимися руками. Пальцы не слушались её, изображение в глазах походило на вспышки образов, а её сознание было не в состоянии концентрироваться.              Осушив бутылку до дна, Кларк выронила её из рук, вытирая губы рукавом толстовки Лексы. Ощутив слабый прилив сил в теле, она посмотрела на мужчин затравленным злобным взглядом, и через секунду перед ней упал пакет с сушенным инжиром.              — Ешь, — приказал один из охранников.              Всё естество Кларк отчаянно сопротивлялось унизительности её положения, однако физический голод давал о себе знать. Несмотря на пережитый стресс, она понимала, что, отказываясь от пищи, сделает хуже только себе.              Дрожащей рукой она вскрыла упаковку, всё ещё пристально наблюдая за мужчинами.              Не дождавшись, пока девушка доест, охранники схватили её, больно сдавливая руки выше предплечий, волоча хрупкое тело в дальний угол комнаты. Кларк испуганно осматривалась, в попытках найти причину её перемещения, которое явно не сулило ничего хорошего.              Один из охранников вытащил из кармана пластмассовый жгут, резко сближаясь со слабо сопротивляющейся Кларк. Он проворно сжал её кисти за спиной, стягивая их пластиковым наручником, пока второй охранник спутывал её ноги. Кларк продолжала озираться в поисках угрозы, и как только она поняла, что её не просто связали, а привязали к чему-то холодному, она резко повернула голову в попытках заглянуть себе за спину. Позади оказался железный радиатор.              Проследив взглядом дальше, ей удалось рассмотреть, что отводная труба была обрублена у самой стены, что показалось ей странным, ведь зачем нужен радиатор, если по нему не течет вода? И как только она подумала об этом, её взгляд упал на растянутые вдоль стены провода, которые зацепили к краям радиатора.              Через секунду… её снова облили водой.              Нью-Йорк. Семь часов вечера.              — Открывай, Рейес, я знаю, что ты там, и я знаю, — Лекса с силой ударила кулаком о дверь, — что ты, мать твою, снова никуда не поехала!              Как только она занесла кулак для нового удара, за дверью послышался звон цепочки, а через секунду в проеме показалась Рейвен.              — Потому что это, блядь, ненормально, Лекса. Я солдат, я давала присягу защищать и оберегать, а теперь из-за меня пострадал невиновный человек, как, по-твоему, я должна реагировать?              Рейвен развернулась, впуская подругу в квартиру.              — Сделка есть сделка. Позволь мне нести твоё чувство вины: просто езжай в медблок и позволь им тебя прооперировать.              Как только Лекса договорила, Рейвен резко обернулась, вскидывая руки:              — Это, блядь, просто ужасно, Вудс. До чего мы дошли?.. Чудовищно. — Помолчав, Рейвен продолжила: — Твоя чокнутая тётя не связывалась с тобой? Мне хотелось бы знать, что с Гриффин всё в порядке.              — Нет… с чего бы? Сделка закрыта, обмен произошел.              — Хрен знает, сегодня утром нам на счёт упало пятьсот штук, и я подумала…              — Что?! — Лекса изумлённо подняла взгляд.              — Я думала, что ты в курсе, — всматриваясь в лицо подруги, ответила Рейвен.              — Это плохо. Это очень плохо, — Лекса озадаченно потирала ладонью лоб.              — Что? Почему?              — Потому что так Ния подтвердила факт сделки. Любой не блещущий умом детектив поймет, что это значит. Теперь есть юридический факт, подтверждающий, что мы выполняли какую-то работу для Азгеды.              — Я могу перевести всё обратно, только скажи. Если нужно, мы почистим банковские реестры, будто финансовой операции никогда не существовало.              — Это всё чушь собачья, Рей… это не имеет значения.              Рейвен озадаченно развела руками, совершенно не понимая, почему Лекса была в ужасе.              — Она переводит стрелки, Рей. Она переводит стрелки на меня.              — Что это значит?              — Это значит… что Кларк не выберется оттуда живой.