Проклясть на вечную жизнь

Глава 9, в которой все немного запутывается       Лавируя между столов, Нозоми умудрялась не только отдавать и брать заказы, но и отвечать на многочисленные вопросы, посвящённые песенному вечеру.       — О, конечно! Мы будем рады видеть с семьёй! Что вы, алкоголя не будет, только наш фирменный чай и пирожные. Нет, вы сможете послушать других и исполнить что-нибудь сами. О, ну конечно вы можете привести своего друга!       Весь день до пяти вечера Нозоми только и делала, что отвечала на вопросы и принимала заказы, потому об оформлении места, где будет проведён песенный вечер, не было времени думать. Хотя у неё уже были наметки по этому вопросу, но чёткого плана не было. Когда же наступил вечер, и посетители разошлись по домам, чтобы подготовиться к выступления и посиделкам, Нозоми осознала, что помещение не готово, и нужно что-то срочно делать. Но что? Сначала она хотела перенести задуманное мероприятие на улицу, однако погода была явно против, потому что на улице разразилась буря, которая, к слову, быстро стихла, но время было упущено. Поэтому вечер песен было решено провести в кафе, украсив его перед этим. Украшениями занялись дочери Эйко и Керо при поддержке Кимимаро. Они выпросили всю цветную бумагу, которая была, сходили ещё за тремя пачками в лавку и принялись за оригами. Им не мешали, решив полностью довериться маленьким декораторам, и не прогадали.       Зал дети оформили просто: прикрепили большие объёмные цветы и несколько бабочек на стены, гирлянды повесили на потолок, а на каждый стол поставили лотосы из бумаги и высокие свечи на батарейках (где они нашли такое количество свечей за небольшой промежуток времени — загадка). На место, где будут выступать, поставили высокий стул (Нозоми вытащила из своего рюкзачка), натянули ткань, создав подобие шатра. Успели вовремя.       Гости прибывали, Ясуко и Тоши помогали с рассадкой, Кимимаро занял стратегически важную позицию на входе, а Керо и Эйко заканчивали с приготовлением вкусностей для посетителей. Когда до семи осталось всего десять минут, на помост, поставленный для выступлений, поднялась Нозоми. Отодвинула немного в сторону стул и встала так, чтобы оказаться ровно посредине помоста, после чего подала знак Кимимаро. Свет в зале выключился, и разговоры умолкли. На столах одновременно зажглись свечи, а помост осветился.       — Добрый вечер! Как я рада, что вы все смогли прийти. Сегодня особенный вечер — вечер песен и стихотворений, вечер ваших песен и стихотворений. Так давайте же начнем его!       Аплодисменты, улюлюканье и широкие улыбки — вот основа этого мероприятия. Счастье, радость, умиление (если выходил на импровизированную сцену ребенок), грусть от берущих за душу песен и стихов. Нозоми не раз выходила на сцену, исполняя что-то из классики или же из кабацких песен приморской деревни — как бы то ни было, её выступления имели оглушительный успех. Тёплый вкусный чай, изумительные пирожные и душевная атмосфера дарили счастье и спокойствие. Последняя песня от Нозоми и объявление о конце этого замечательного мероприятия, которое смогло собрать так много разных и непохожих друг на друга людей.       Расходились неохотно, опьянённые той легкой атмосферой, что царила в чайной. Долго благодарили посетители Нозоми за отличную идею и возможность отдохнуть душой. До самого утра не стихали песни на улицах и домах.       …И только один посетитель не оставил своего места, продолжая наслаждаться чаем и пирожными.       — Приходите к нам ещё! Конечно, завтра с утра будем открыты уже. Да, обязательно приходите! До свидания! — Тоши закрыла двери на все имеющиеся щеколды, подперла для верности стулом и со стоном опустилась на него. — Всё-о-о! — только сказала и тут же уснула, облокотившись на спинку стула.       — Ушли-и-и! — вторили ей остальные обитатели чайной, упав на ближайшие к ним стулья. До последней фразы Тоши они изображали деятельность: Керо и Эйко делали вид, что расставляют стулья, на самом же деле просто передвигались по залу, держась за спинки; Ясуко якобы вытирала столы, но как-то надолго она зависала над одним; Нозоми и Кимимаро, вооружившись метёлками, изображали бурную деятельность — вроде как полы подметали, да только, сколько грязи было — столько и осталось. Сама же Тоши, будучи самой маленькой, до самого конца сохраняла энергию, была бодрой и весёлой даже тогда, когда остальные уже с ног валились, но уставала сильнее, поэтому и уснула сразу же, как только села.       Полюбовавшись на спящую дочь, с кряхтением Керо поднялся на ноги. Размялся немного, попрыгал на месте. Повернулся к засыпающей жене, похлопал ту по руке и, нежно поцеловав, помог подняться на ноги. Всё ещё сонная, Эйко мягко улыбнулась, зевнула, кокетливо прикрыв ротик ладошкой, и пошла к своей старшей дочери. Керо же подошёл к младшей, Тоши, легко подняв её на руки, и поплёлся к лестнице на второй этаж, кинув невнятное: «Спкнчи» Нозоми и спящему на её плече Кимимаро; за отцом семейства, иногда натыкаясь на столы и стулья, но поддерживая друг друга, шли Эйко и Ясуко. Вскоре хлопнула дверь их комнаты, и чайная вновь погрузилась в тишину. Как они смогли пройти лестницу и коридор без происшествий — непонятно, но радостно.       — Я тоже пойду. Спать хочется, х-а-аа-а, ужасно! — разбуженный хлопком двери, Кимимаро решил, что спать на плече любимого доктора, конечно, хорошо, но нагло, поэтому лучше уйти в свою комнату и проспать всё оставшееся время до подъёма там. Получив поцелуй в лоб и крепкие объятия от Нозоми, Кимимаро отбыл в свою комнату.       Помассировав шею, Нозоми встала со стула, после чего сладко потянулась. И ужаснулась, оглядевшись вокруг.       Да-а-а, ну и бардак. Из пола мусорку какую-то сделали, а из столов… Святые блинчики, что это на столах?! Бр-р-р!       Поморщившись, ведьма тяжело вздохнула. Ещё раз осмотрела замусоренный зал чайной и решительно закатала рукава своего платья-рубашки.       Что ж, пока никого нет, можно и магией воспользоваться. А то завтра, — хотя нет, — уже сегодня, убираться будем долго. Ох, а времени-то сколько освободится!       Взмыли вверх столы, подчиняясь взмаху руки девушки, полетели расставляться по своим прежним местам. Метла подметать пол стала, да так быстро, что совок не поспевал за ней. Вот столы встали на прежние места, вот стулья по четыре за каждый стол встали. Пол от пыли и бумажек очищен, мусорное ведро под завязку забито. Осмотрелась ещё раз Нозоми и вздохнула с облегчением.       Ну, вот и всё-о-о! Теперь можно и отдохнуть. Да-а-а, горячая ванна, прохладная постель… Ох, аж мурашки по коже!       Уже поднимаясь по лестнице на второй этаж, Нозоми вдруг остановилась и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, цепким взглядом обвела пустой зал чайной.       Странно. Я точно ощущала взгляд на себе.       Прикрыла воспалённые глаза, развернулась и вновь продолжила путь к своей комнате.       Видимо, показалось. Спать, спать, спать.       Хлопнула дверь в комнату Нозоми. Таинственный посетитель наконец отмер.       — Что это, во имя Рикудо, было?!

***

Где-то не здесь и не сейчас. Все времена и пространства.

Владения Хранителя мира.

      — ЧТО. ВЫ. СДЕЛАЛИ?!       Он стоял прямо, будто палку проглотил. Нависал над сжавшимися и трясущимися Сущностями, подавляя их своей яростью. Хранитель был невероятно зол.       — ВЫ, ИДИОТКИ, НЕ ПРОСТО НАШЛИ ДЛЯ «МИЛОГО ЗАЙКИ» ПАРУ! ВЫ В САМОЕ ПЕКЛО ЗАСУНУЛИ ВСЕ СТАРАНИЯ СОЗДАТЕЛЯ! КАК ТЕПЕРЬ ИСПРАВИТЬ ВОТ ЭТО?! — закончив пламенную речь, Хранитель указал рукой на хаотично перемещающиеся по карте Судьбы аватарки людей. Когда взгляд Хранителя обратился на полотно Судьбы и Истории, он вдруг заплакал, упав на колени. — О, мои прекрасные персонажи! Как же вы теперь там?! Бедные мои! — слёзы быстро сменились ещё большей яростью, чем была. — КАК ВЫ ПОСМЕЛИ ВМЕШАТЬСЯ В МИР?!       — Н-но, Хранитель! Она бы всё равно умерла! Её мир… Её мир нестабилен, в нём не осталось магии! Я просто хотела спасти невинную жизнь! — храбро выступила вперёд Старшая Сущность. Хранитель нехорошо улыбнулся.       — Ах, ты хотела спасти невинную жизнь… — сказал он спокойно, а потом вдруг как закричит! Дом затрясло. — А ТЕПЕРЬ ИЗ-ЗА ТВОЕЙ ХОТЕЛКИ МИЛЛИОНЫ ДРУГИХ ЖИЗНЕЙ ПОДВЕРГЛИСЬ ОПАСНОСТИ И ПРЕРВУТСЯ В СКОРОМ ВРЕМЕНИ! ТЫ ПОСТАВИЛА ПОД УГРОЗУ САМО СУЩЕСТВОВАНИЕ МИРА!       Тяжело дыша и источая ауру бешенства вокруг себя, Хранитель тяжело упал на стул, сразу как-то сгорбившись и став меньше. Сущности слегка расслабились, но всё ещё держали друг друга в объятиях. Хранитель напугал их до икоты, до дрожащих колен.       — Столько жизней разрушено, такая прекрасная история уничтожена только из-за того, что две недоучки!.. — провел ладонями по лицу, после чего застыл статуей. — Как теперь вернуть всё? Как исправить? Создатель покарает меня…

Мир — это порядок, а не хаос. Если вдруг в мире наступает хаос — Мир рушится, люди погибают. Вмешиваться в миры нельзя, это знают все Хранители, этому учат всех Сущностей. Но есть такие, кто не воспринимают информацию об опасности вмешательства всерьёз. Если вмешательство случилось, то есть два варианта выхода из данной ситуации: первый — рассказать всё Создателю, он уничтожит Хранителя, всех причастных, сотрёт из мира всё то, что было принесено, и перепишет историю под новые параметры; вариант второй — никому ничего не рассказывать и попытаться уладить всё собственными силами, что может повлечь за собой гибель мира, хотя может и исправить произошедшее. Выбрав один из вариантов, Хранитель всё равно подставляет себя под удар.

      — Х-хранитель! А ч-что, если вы… ну… это. Того. Исправить попробуете всё.       — Смелая, значит? Как «зайку» осчастливить — так это ты первая, а как отвечать за свои действия, так всё? Сдулась?!       Вдруг послышался треск, будто ткань рвут на части. Затем раздался звон разбитого стекла. Присутствующие медленно повернули головы к полотну и обомлели — полотно Судьбы и Истории мира надорвалось в нескольких местах, а несколько аватарок столкнулись друг с другом и почернели, что означает только одно — смерть.       — А-А-А-А! — вцепившись себе в волосы, закричал Хранитель. — Всё пропало! Пропало! Мир рушится! А-А-А-А!       — Хранитель! Хранитель, пожалуйста! — окрик Старшей подействовал, и Хранитель замолчал, успокоившись. Старшая же, отодвинув от себя Младшую Сущность, твёрдо ступая, направилась к находящемуся в истерике Хранителю. — Мы виноваты. Обе виноваты, Хранитель! Примем любое наказание! — со слезами на глазах, закусывая губу и теребя подол платья, хрипло сказала Сущность. — Но сейчас… Сейчас нужно что-то придумать, Хранитель! Нужно спасти мир! Я…Я не для того вытащила девчушку из её рушащегося мира, чтобы сейчас потерять! Пожалуйста, Хранитель! Я знаю, вы можете! Можете всё!       Сущность упала на колени и затряслась, рыдая. Младшая тут же подбежала к ней, успокаивая. А Хранитель смотрел на них, изогнув в удивлении бровь.       — Я могу всё? Могу, но не всё. Мне не под силу исправить то, что вы натворили. Слишком уж разрушительно всё это… — он замолчал, раздумывая. — Хотя, одно можно попробовать. Но мне понадобиться помощь, потому что один не осилю. Так что давайте-ка, заканчивайте свой спектакль и принимаемся за работу.       — А эт-то пом-может? — всхлипывая, но поднимаясь на ноги, спросила Старшая.       — Да не знаю я. Может, и поможет, а может, и мир уничтожим. Так, всё, хватит. Собрались и пошли. — развернулся Хранитель, легко ступая по полу и улыбаясь чему-то своему. Как будто не он только что паниковал и сходил с ума от страха за мир. Странные все эти Сущности…       Все трое встали напротив порванного полотна, по которому в хаотичном порядке, иногда сталкиваясь, перемещались аватарки людей.       — Я думала, будет лучше. Много-много лучше. Как мы с ЭТИМ справимся?       — Да, натворили вы дел.       Шок. Ошарашенные лица, отвисшие челюсти и округлившиеся глаза.       — История мира ускорилась, люди рождаются и умирают слишком быстро!       — История мира? Младшая, ты эту историю уничтожила, прикрепив к тому, кто должен быть одинок, пару. Причем… Младшая, ты чем думала?! Ты зачем их так привязала друг к другу?!       — Ну, мне показалось, что так интереснее будет.       — А ты прочитала всё об этом способе привязки? — слишком спокойный голос Хранителя должен был насторожить Младшую, но та, уверовав, что буря позади, осталась беззаботно стоять около Старшей.       — Не всё, только несколько старых историй о применении Славного Приворота. Прочитала ещё, как накладывать, и что должно быть в итоге. Вот.       — Ой, дура!.. — пискнула Старшая, с беспокойством смотря на звереющего Хранителя.       — Да ты… Да ты!.. — резко выдохнул, сжимая и разжимая кулаки. — Я с тобой об этом потом поговорю. Сейчас нужно всё исправить. Как это сделать?       Пока они разговаривали, на полотне появилась большая дырка, которая с каждой секундой всё разрасталась, а аватарки ускорились ещё больше, число чёрных аватарок увеличилось.       Повисло тягостное молчание.       — Что, вообще никаких идей нет?       Молчание в ответ. Подала голос Старшая.       — Хранитель, а почему вообще мир разрушается?       — Конечно, очень своевременный вопрос! Учится лучше надо было, тогда бы не задавала глупые вопросы!       — И всё же! После моего вмешательства мир остался прежним. И после уничтожения Кощеем Бессмертного Зецу всё тоже было в порядке. Так почему сейчас всё рухнуло?       — Накопительный эффект. Ты заключила договор на простое проживание девчонки. Вечная жизнь для Орочимару и так была прописана в Истории, ты просто добавила персонажа, который бы воплотил его мечту раньше. Но он должен был остаться один и сам перевоспитаться. Твою Нозоми мир не рассматривал как помеху, более того, он её просто не видел. Но когда Младшая решила исправить семейное положение этого субъекта мужского пола, то мир заметил помеху и сломался. Потому что Создателем не прописаны были команды для данного события; мир просто не знал, что делать.       — Хранитель, а как починить мир?       — Отличный вопрос, Младшая. Но было бы просто отлично, ЕСЛИ БЫ ТЫ НЕ ЛЕЗЛА СВОИМИ РУЧКАМИ В ЧУЖИЕ МИРЫ! — Младшая спряталась за Старшую, про себя думая, что больше никогда и ни за что не полезет в чужое. Вот совсем не полезет, да-да! Даже если будет очень жалко, даже если очень хочется! — Судьба любого мира, населения, как и История, строится почти всегда по одной схеме: есть один, кто скрепляет всех; вокруг него и пляшут с бубном все остальные, вся История строится вокруг одного персонажа. Этот мир не исключение. Сейчас этого скрепляющего элемента нет, поэтому полотно Судьбы и Истории рвется.       — Кто может стать связующим элементом?       — Только тот, кого назначил Создатель.       — А мы можем?.. Давайте просто назначим кого-нибудь связующим элементом, и всё! Мир восстановится же!       — Мы не можем этого сделать! Только Создатель решает, кто будет центральным звеном в Судьбе мира! Вопрос закрыт. Не предлагай такие глупые идеи больше!       — Хранитель, давайте всё же попробуем! Хуже уже не будет! — отчаянно просила Старшая, не отрывая взгляда от почти полностью разорванного полотна. Пока Хранитель размышлял, что-то шепча себе под нос, а Старшая, зажмурив глаза, читала где-то подслушанную молитву, Младшая решила взять всё в свои руки. Ну, кто же кроме неё-то? Забыла она, что буквально несколько минут назад зарекалась соваться в чужие миры. Младшая, что с неё взять?       — Вопрос не закрыт! Моя идея не глупая! И когда всё получится, Хранитель признает, что я была права! — тихо шепча себе под нос, Младшая беспечно подбежала к полотну и стала выискивать тех, кого она хотела использовать. — Ну где же вы? Да только что же были! О, вот и вы! — схватив две аватарки, она привязала Нитями Судьбы их друг к другу, после чего поместила прямо в центр полотна и стала смотреть, что будет дальше. Но ничего не происходило, хотя аватарки оставались на месте. Как раз в этот момент очнулся Хранитель, посветлевший лицом (видимо, нашёл выход), и Старшая закончила читать молитву.       — МЛАДШАЯ! — крикнули одновременно Хранитель и Старшая Сущность, бросаясь к полотну, когда увидели сотворённое Младшей Сущностью. Но не успели до неё добежать, как комнату залил слепящий белый свет.       Всего пара мгновений дезориентации.       Хранитель открыл глаза и обомлел.

Полотно было целым. Не было больше хаотичного движения аватарок — все они расположились вокруг центра, нежно светясь и переливаясь.

А в центре разместились аватарки двух персонажей, сшитые самым сильным видом приворота. Сияя, они распространяли свой свет на всё полотно.

Орочимару и Нозоми стали центром для мира.