Кукла

— Можно? — заглянул Фенхель. Перец лежал на постели, закинув руки за голову. Он не ответил и не взглянул в сторону двери. Фенхель не стал дожидаться разрешения, шагнул внутрь, прикрыл дверь. — Быстро ты оклемался, — сказал Перец. — У меня хороший коэффициент регенерации, — откликнулся Фенхель. Он никогда не был здесь. Впрочем, он вообще мало у кого был. Поначалу его часто звали к себе выпить или поболтать от скуки, но Фенхель быстро свел эту практику к минимуму, отговариваясь любыми предлогами и не приглашая к себе в ответ. Комната Перца оказалась зеркальным отражением Фенхелевой и была такой же обезличенной: матовые "солнца" ламп, видовая панель с пейзажем из стандартного набора, полукруглый стол, ростовое зеркало у гардероба, стены с темной отделкой — «венге», так было написано в карте проживания. Фенхель никогда не видел этого дерева. Существовало ли оно в природе хоть где-то? Он подошел к кровати. Перец продолжал бессмысленно пялиться в потолок. — Просто ради интереса: куда? — спросил Фенхель. — Куда вы собирались рвануть? Существовало только одно стоящее и желанное для всех место для побега в пределах досягаемости — Тау, цветущий рай для отбросов с Рубежей. Фенхель был там только однажды, но оказался впечатлен и именно потому больше туда не ездил. Сравнение с Базой было чудовищным. Возможно, этот эффект тоже просчитывался, а может, об этом не задумывались изначально. Но сколько парней спустя пару месяцев после возвращения записывались в Патруль, Фенхель давно сбился со счета. Терраформированная, в отличие от Базы, планета, голубой океан с лагунами и островами, холмы, перелески, озера, растительность, маленькие бунгало на берегах лагун, шлюхи на любой вкус. Куча идиотов считала, что у них все получится, но на идиота Перец был не похож. На Тау каждый дюйм просматривался как на ладони и каждая шлюха находилась под колпаком у Службы. — Если не Тау, то куда? Ни на одном патрульном корыте не выбраться дальше Порогов, затеряться там можно, но какой смысл? Что делать на голых камнях? Сдохнуть? На самоубийцу Перец был похож еще меньше... Он молчал так, словно ничего не слышал. — У тебя ведь был план? — Какая теперь разница? — равнодушно произнес он наконец, не удостаивая Фенхеля взглядом. То, что его каюта была лишена черт индивидуальности, странным образом тревожило Фенхеля. Среди личного состава — сборища аляпистого и разнородного, но в своей пестроте имперсонального — Перец казался Фенхелю самой колоритной фигурой, и то, что он не оставил ни малейшего следа своего пребывания там, где жил несколько лет, казалось необъяснимым. — Ну хорошо. — Фенхель начал рассуждать вслух. — Ты ждал, что с перевалочной пришлют силы для подавления мятежа, если он разгорится. Хотя то, что случилось со мной, как видишь, не вызвало у Ставки ни малейшего интереса. Прислали комиссию, которая задала мне и в казармах пару формальных вопросов и поспешно свалила отсюда — и все. Но ладно, предположим, что сработало бы, и подмога командованию пришла б. Не линкор, конечно, десантный корабль, но в любом случае не патрульный крейсер, а нормальная машина — пусть так. Предположим, тебе удалось бы под шумок добраться туда, заставить их впустить вас, убрать охрану, взять в заложники тех из командования, кто останется на борту, и как-то пробить коды запуска и ключи. Допустим, вам удалось бы добраться до перевалки. Но дальше-то что? — Перец молчал с той же степенью безучастности, но Фенхель не мог остановиться. — Кому есть дело до этих овощей, равно как и до нас всех? Вам не дали бы ни заправиться, ни пройти Кордон ради их спасения. — Какая теперь разница? — без интонации, с расстановкой повторил Перец. — Я не хотел. Я ничего не соображал в тот момент, понял только потом, в медблоке. — Ты извиняться, что ли, пришел? Не стоит. Будь я зол, ты бы из медблока не вернулся. Лимит гостеприимства был исчерпан. Перец не посылал Фенхеля прямо, но его поза, его сжатые губы и пустой взгляд считывались однозначно. Визит стоило завершать. Фенхель поднялся с кровати. — Ты никогда не звал меня... — напоследок сказал он. — Почему? Перец неприятно улыбнулся. — Какая теперь разница? — угадал Фенхель. — Ты его наконец-то выебал, я надеюсь? Должен же быть в этом всем хоть какой-то смысл?