Курама

      Хрусть, щёлк, хрусть, щелк и отлетела на пол новая щепочка. Противные щелчки отлетающих щепок раздражали, но при этом ни персонал, ни редкие посетители ресторана почему-то не возмущались. С негромким стуком задумчиво перебирала по столу пальцами явно чем-то недовольная женщина. Легкий хруст слегка треснувшего стола и новая щепка вылетела из-под её тонких ухоженных пальчиков. Новая царапина, оставленная ноготком, сопровождалась сдвоенным судорожным глотанием со стороны сидящих напротив неё.       — Ваш заказ, — на мгновение появился рядом со столиком официант, выставляя на стол вазочку с мороженым. — Желаете ещё…       — Желаю вернуть обратно свое потраченное время, — снова хрустнула столешница и, пусть эта фраза относилась не к официанту, тот чуть ли не растворился в воздухе. — Скажете хоть слово или так и продолжите молчать?       — Госпожа, — только открыл рот мужчина, как нежная женская ручка снова отколола небольшой кусочек стола. — Хрр…       — Мальчик, ты кушай пока мороженое, пока я говорю с твоим учителем, хорошо? — обратилась она к ребенку, указывая на вазочку с мороженым. Милый теплый ласковый тон сменился холодом зимы, стоило ей перевести свой взгляд на мужчину: — Я так ничего и не расслышала, какая жалость.       — П-п-прошу простить недостойное поведение, — прямо за столом поклонился тот, наконец справившись с чувствами. Глаза сидящей напротив женщины опасно сузились. — Возникло критическое недопонимание. Примите мои искренние извинения.       — Недопонимание? Ах, недопонимание… Наруто-кун, ты ведь мне все верно рассказал? Твой сенсей погнался за тобой, пытаясь привести обратно на занятия, тогда как ты убегал, перед этим пообещав, что никогда там не появишься снова? Я всё верно поняла? — под её взглядом Ирука-сенсей медленно сползал всё ниже и ниже.       — Ага, но только если он меня не поймает! Вот поймал бы, тогда я сразу вернулся, — зачерпнул новую ложку Наруто. Сперва показавшаяся такой страшной эта женщина едва не задушила его, держа на весу почти минуту, а потом даже не побила, просто потребовав рассказать по какой-такой причине он бежал. Рассказав всю правду о том, что за ним бежит его сенсей из Академии шиноби и о нежелании сидеть там последние дни перед выпуском, Наруто ожидал порицания и наказания, а не задумчивого взгляда и предложения встретится и поговорить с его сенсеем.       Ирука-сенсей, которого они встретили вернувшись обратно, сначала попытался снова схватить его, а потом замер, глядя на его новую знакомую. Та, даже не смутившись, предложила побеседовать о возникшей ситуации в удобном месте, после чего они очутились в этом дорогом ресторане. Следуя за ней, Наруто успел шепотом рассказать сенсею о том, что, убегая, он разбил у неё хрупкую вещь, после чего тот выдал указание молчать и быть вообще незаметным.       — А он поймал тебя?       — Неа… — улыбка сама собой вылезла на лицо. — Проходил рядом со мной и спрашивал прохожих, а я решил срезать путь и врезался в вас, — понурился он. — Простите, — отставил мальчик полупустую вазочку в сторону и, встав, поклонился. — Я не хотел доставить вам проблем.       — Звание? Возраст? Сколько лет на должности учителя Академии? Вы действительно упустили его или специально дали ему бежать?.. — полностью проигнорировав ребенка, она обратилась к мужчине. От тона этой женщины казалось, что сейчас окна покроет изморозь. С каждым новым вопросом сенсей бледнел все больше.       — Ирука-сенсей? — удивленно оглядывался то на незнакомку, то на сконфуженного сенсея Наруто.       — Можешь взять мороженное и подождать нас на улице? — с милой улыбкой, совсем не вяжущейся с тем, каким тоном она только что говорила с сенсеем, она попросила его выйти. И что-то внутри стремительно подталкивало к тому, чтобы молча взять вазочку и подождать снаружи, пока эта ситуация не разрешится сама собой без его участия.       — Спасибо, Наруто, — улыбка в сторону уходящего ребенка и хищный взгляд, который пригвоздил школьного учителя к его стулу. — Значит вы, действующий чунин, действительно упустили ребенка, ещё не окончившего Академию и фонящего чакрой так, что его можно увидеть за несколько километров?..       В некоторые моменты действительно лучше стоять на улице, поедая сладкое. Спустя некоторое время дверь лавочки открылась, выпуская его новую знакомую. Взглянув мимо неё внутрь помещения Наруто заметил своего сенсея, сидящего с мутным взглядом за столом.       — А может быть Ирука-сенсей… — протянул было он, потянувшись к ручке двери, как его перебили.       — Ирука-сенсей проиграл спор с тобой, — улыбнулась женщина. — и теперь ты свободен от занятий на неделю. Ты же рад этому, не так ли?       — Я рад, но ведь сенсей… — предчувствовал надвигающиеся неприятности Наруто в радостном голосе своей новой знакомой.       — Твой сенсей ещё немного посидит там, — указала она на кафе, — ему нужно о многом подумать. Пусть ты и свободен от учебы, но должен возместить мне ущерб. На эту неделю я тебя забираю отрабатывать то, что ты испортил!       — Советую сейчас радостно улыбнуться, — впервые за весь разговор раздался басовитый голос ещё одного его знакомого, — и больше никогда не раздражать эту женщину.       — Наруто Узумаки, — церемонно поклонился Наруто. Радости работа не доставляла, но это было всяко лучше просиживания в Академии. И вообще он чувствовал себя виноватым в том, что причинил неприятности незнакомому человеку. Он поможет в меру своих сил, главное, чтобы она не хватала его снова — висеть над землей прижатым к стенке ему отнюдь не понравилось.       — Цунаде Сенджу, — слегка улыбнулась она в ответ кончиками губ. — Будем знакомы, Наруто Узумаки.       

***

      — Позавтракал? — такой фразой его встретили в первый день. Взглядом она пробежалась по нему, словно глядя насквозь.       — Что? — от удивления Наруто даже обернулся, убеждаясь, что обращались именно к нему. — Я каждый день завтракаю! — возмущения в его голосе было достаточно. — Если не завтракать, так и сил на весь день не будет.       — Похвально, но что ты ел? — будто не услышала его Цунаде. — Лапша? Или перекусил в раменной?       — А почему бы и нет, — пришел ответ от мальчика, после которого его потащили во вчерашнее заведение.       — Вкусно? — глядя на уплетающего уже вторую большую порцию бекона, спросила Цунаде.       — Ммм... Уф, а можно ещё одну порцию? — затолкав в себя последний кусок, на неё уставились сверкающие голодом умоляющие глаза. Для того, чтобы оторваться от взгляда этих голубых озер ей пришлось приложить изрядное усилие.       — Это ненормально, — обвела она заставленный пустыми тарелками стол. — Неужели этого было мало?       — Я люблю покушать, — даже несколько притих обжора. — Так ещё кусочек можно? Пару тарелочек…       — За мной! — от её тона подпрыгнул даже официант, проходящий рядом. Оплатив монструозный счет, они вышли на улицу.       — Что с воротником твоей… — окинула она рыжий комбинезон скептическим взглядом, — твоего комбинезона?       — Порван, — потянул Наруто за край воротник, открывая вид на кривые стежки, которыми вчера вечером он крепил расползшуюся ткань. — Вы меня за него схватили и подняли, вот он и не выдержал. Я его хорошо зашил, не переживайте.       — Вот всегда вы так говорите и хочется сделать глупость, — помассировала она переносицу. — Тогда нам в противоположную сторону, — развернулась она, направляясь обратно к торговой улице. — Разберемся сначала с твоим воротником.       — А кто так ещё говорит?       — Один мой знакомый вечно влипает в неприятности и мне приходится его вытаскивать. Или скажет такое, что после этого так и хочется его пожалеть, старый извращенец, — в вспышке внезапной ярости сжала она кулак. — Если встретишь старика с гривой нечёсаных белых волос, драном зеленом кимоно и хитай-ате с кандзи масло, — указала она на его лоб, — то беги от него и не разговаривай. Извращенца хуже него во всей стране не найти.       — Ясно, — только и оставалось кивать её невольному слушателю. Рассказывать о том, что делают извращенцы с детьми, воспитаннику приюта не было нужды. Нескольких таких людей он и сам знал.       Примерка новых шорт и майки в одном из многочисленных магазинов одежды не заняла много времени — под взглядом Цунаде-сама продавцы, как и сам Наруто, начинали шевелиться очень быстро. Попытка отказаться и надеть свой старый оранжевый комбинезон привела к внезапной амнезии продавцов и словами о том, что никакого комбеза и не было. Пришлось идти в купленном и только несколько кварталов спустя Цунаде-сама отдала ему пакет, куда был завернут его старый оранжевый комбинезон работниками магазина.       — Теперь ты больше похож на шиноби, чем раньше, — пресекла она на корню любые попытки вернуть одежду. — Сейчас мы отправимся ко мне на… — несколько замешкалась она, — на временную работу. Считай, что я не хочу, чтобы ты испортил все своим неряшливым видом. Там ты мне поможешь с моей работой, и на сегодня я тебя отпущу.       — Я не против, но я ещё не знаю, что мне надо делать?       — Полежишь на кушетке, пока я буду снимать показания, — женщина обернулась к замершему посреди улицы ребенку. — Эй, только не говори, что боишься врачей?!       В такое знакомое здание Госпиталя Конохи Наруто входил словно шествуя на казнь.       — У тебя интересная чакра, — объяснила ему новая знакомая. — Я хочу исследовать её — эти данные могут пригодиться в моих исследованиях. Поможешь спасти несколько жизней? Ложись на кушетку и раздевайся. Нижнее бельё можешь оставить.       — А может не надо ничего проверять? — при всей своей нелюбви к медикам и богатой истории побегов, сейчас Наруто серьезно опасался того, что ему устроят, убеги он. Или попробовать, а потом его простят?       — Напомнить, сколько ты сегодня съел за мой счёт? — такое крыть было нечем. — Лежишь спокойно, потом ещё сдача анализов. Единственное, что ты почувствуешь будет ощущение тепла.       — Особенно когда мне шприц воткнут, — буркнул он.       — Когда я это буду делать, ты даже самого укола не почувствуешь. Ты недавно обжегся? — спросила она едва только провела руками над его грудью. — По всему телу? — профессиональный интерес сменился недоумением. — Сколько раз ты ломал ребра? — недоумение превращалось в холод, а светящиеся зелёным руки двигались дальше и дальше.       — Старик Хокаге сказал, что меня хорошо отделали. Может быть там были и ожоги, — невозмутимо пожал он плечами, сразу же замерев снова. — На мне всё быстро заживает.       — Я уже вижу, как тебя отделали, — закончив обследование передала ему ирьенин бумажку с печатью фуин. — Влей сюда каплю своей чакры.       — Ой, — отбросил мальчик на пол внезапно вспыхнувшую бумагу. — Я ничего не делал.       — Всё в порядке, держи ещё одну, но теперь будь аккуратнее, — пододвинулась она чуть ближе, наблюдая за процессом. Едва чакра мальчика проникла в печать, как та снова самопроизвольно загорелась. — Очень интересно, попробуй с этим, — протянула она ему железный штырек. — Он не загорится.       — Фух, — непроизвольно выдохнул Наруто, когда из его онемевших от напряжения пальцев вынули проклятый штырь. Несколько минут ему пришлось потратить на то, чтобы влить в него хоть частичку чакры, да и то с очень сильным напряжением. — А это реально было сложно.       — Главное, что у тебя получилось, — подбодрила его новая знакомая, пряча образец его чакры в своём столе — Теперь анализ крови.       — А может не надо… — глядя на стеклянный шприц протянул мальчик, вытягивая руку.       — Это совсем не больно, — жгут перетянул предплечье. — Дам тебе совет — не смотри на шприц, смотри на что угодно, кроме шприца, — её странные, кофейного оттенка глаза приковывали к себе. Смотреть на все, кроме места укола? Она сама не смотрела на шприц, неотрывно глядя только на него! Как она собирается колоть? Взгляд случайно скользнул ниже, в то место, о котором он в эти дни даже думать не хотел. Пусть и скрытые, они манили и притягивали его взгляд, о как хотелось дотронуться до этих мягких холмов…       — Всё, прижми руку, — процедура завершилась, а разум успокоился.       — Простите, — помня о том, как она легко впадает в гнев лучше было извиниться сразу.       — В счёт ущерба, ты всю эту неделю будешь помогать мне вычистить мой старый дом. Я давно уже не заходила туда, и сейчас не представляю даже в каком он состоянии, — только легкая улыбка обозначила принятие извинений.       — И всё? — Наруто был удивлён. — Один дом?       — Ты ещё его не видел. Готовься выносить очень много вещей и убирать грязь и пыль из здания размером с твою Академию, — с каждым её словом улыбка ребёнка меркла. — А ты думал, всё так просто? — её кофейного цвета глаза лишь весело смеялись его печали.       В этот день во время ужина в памятном ресторане Наруто успел познакомиться и с Шизуне-сан, единственной ученицей Цунаде.       — Цунаде-сама, — у их столика появилась разгневанная девушка, — как вы можете спаивать ребёнка? Это уже слишком даже для вас!       — Здравствуйте, меня зовут Наруто Узумаки, — мгновенно поднялся он, пытаясь перевести гнев на себя. — Меня никто не спаивает, я тут мороженое ем, — указал он на пустые вазочки.       — Шизуне, не надо кричать на весь зал. Никого я не спаиваю, — опрокинула новую чарку Цунаде. — кроме себя.       — Какой пример вы подаете... — синхронно протянули они, неодобрительно окидывая взглядом несколько пустых бутылок на столе.       — Скажешь ещё слово и пойдешь разбирать подвал, — ткнула она.       — Там ещё и подвал есть? — несколько побледнел невольный работник. — Если в доме столько хлама и мусора, то там...       — Там его ещё больше, — мрачно протянула Цунаде. — А ещё там два уровня.       — Вы говорите про свой старый дом, Цунаде-сама? Я была там с вами, но очень давно. Интересно, что изменилось за эти годы?       — Стало больше грязи, пыли и воспоминаний о прошлом, — задумалась хозяйка дома. — Больше никого в нем не осталось, — разговор застыл.       — Так это ты тот мальчик, что разбил экспериментальную сыворотку? — перешла на новую тему Шизуне, напрямую спросив Наруто и мгновенно потупила глаза, заметив реакцию своего учителя. — Прости-прости, ты ничего не слышал, верно?       — Я виноват в том, что Цунаде-сама уронила свою вещь, — приняв самый честный вид, ответил Наруто. — Со всеми вопросами обращайтесь к ней.       — Хороший мальчик, — с хрипотцой в голосе произнесла Цунаде, глядя на возмущенно хватающую воздух ошеломленную ученицу.       — Во всём виновато саке, — поникла девушка. — Цунаде-самааа…       — Ну, за хороший день, — ушла новая порция алкоголя, под неодобрительный взгляд Шизуне-сан и Наруто.       — Пить вредно, — вставил Наруто, глядя, как Цунаде-сама наливает в пиалу ещё.       — Если вы не слышите меня, то прислушайтесь к ребёнку — даже он знает о вреде алкоголя.       — А уж сколько я знаю об этом, — протянула Цунаде, оценивая взглядом целую батарею из выпитых бутылок. — За вред алкоголя! — звонко хлопнула выбитая пробка.       — Я уже устала от этого. Наруто-кун, пообещай, что не будешь выпивать, — смежила веки её ученица.       — Эээ?.. — не таких требований он ожидал. Сейчас все его внимание было направленно только на жаренную курочку, которой надо было съесть как можно больше, пока они не ушли отсюда.       — Наруто-кун, ничего не обещай, — присоединилась к их разговору Цунаде. С лёгким румянцем от выпитого, она спросила: — Наруто-кун, лучше скажи, а что со мной будет, если я продолжу пить?       — Страшная станете, — передернул он плечами, вспоминая нескольких алкоголичек, виденных в трущобах. — Зачем убивать себя, не понимаю. Будете в тридцать выглядеть на шестьдесят. Это страшно, я видел.       — Хороший мальчик, — слегка погладила его по голове Шизуне, глядя на закашлявшуюся наставницу.       На следующий день уже с рассветом Наруто стоял напротив того самого дома. Огромной протяженности стена ограждала территорию поместья от торгового квартала вокруг. Здание внушало как своими размерами, так и размером земельного участка. Заросшие бурьяном территории выглядели больной раной в сравнении с окружающими их лавками и богатыми улицами. Выполненное в традиционном стиле одноэтажное деревянное строение широко раскинулось по территории. Окруженное верандой, оно большей частью было покрыто богатой резьбой на растительные мотивы.       Перекусив несколькими выданными ему бутербродами, Наруто приступил к работам, убираясь в тех помещениях, которые указала Цунаде-сама. Многочисленная мебель и груды поломанных вещей росли с каждым часом работ. Настоящие залежи выносимого из здания мусора скапливались перед домом. Убедившись, что работник не отлынивает, хозяйка дома переместилась на крыльцо у входа, ведя свои записи и лишь изредка отрываясь для контроля работ.       — А почему вы не наймете ещё людей? Разбираться здесь мы вдвоем будем больше недели точно, — утер Наруто лоб, вынеся из дома ещё одну кучу сгнивших досок, бывших ранее полом одной из комнат. Хлопок ладонью Цунаде по гнилому полу превратил его в груду мусора.       — Я ещё не решила буду я здесь жить или нет, — невозмутимо писала что-то в своей тетради женщина. — А если не буду, так зачем мне приводить его в порядок?       — Чтобы сдать его и зарабатывать на нем деньги? У вас за стеной торговый квартал! Сколько же вы уже денег потеряли, — схватился он за голову. — Как так можно?       — Этот дом нельзя продать или сдать в аренду, Наруто, — покачала головой она, отрываясь от письма. — Слишком многое связано с этим местом. Никто, кроме моей семьи не может жить здесь.       — Да что это за дом такой, что нельзя его продать?       — Лучше не бурчи и пойди вынеси ещё и те ящики. Это во второй комнате направо, не ошибешься, — ткнула она его пальцем в дверной проем. — Солнце ещё высоко, иди работай и я, может быть, вознагражу тебя за старания ужином.       — Вы умеете готовить? — представить явную аристократку на кухне было сложно.       — Умею, но не люблю, — кратко ответила женщина.       — Тогда в том же ресторане, что вчера? — запах жареной курочки, которую он ел вчера, заполонил всё.       — Кто знает...       Поедая после работы сочное прямо сочащееся соками мясо, Наруто думал, что это лучший день в его жизни. Пусть у него и болели натруженные спина и руки, а в голове осталось только желание упасть и заснуть, он был по-настоящему счастлив.       

***

      Дни текли за днями, гора мусора и поломанных вещей во дворе становилась все больше и больше, а края своей работы Наруто не видел. В какой-то день ему говорили приходить прямо к дому, иногда подходить прямо к Госпиталю, где после очередного обследования, он снова шел убирать старый особняк. Он обильно ел каждый день за счёт своей новой знакомой, разбирал вещи, а в моменты отдыха болтал на разные темы. Иногда к этому присоединялся и Лис, что было ещё интереснее. После многих лет одиночества возможность общаться сразу с двумя собеседниками открыла в нем целый фонтан красноречия. И если Цунаде могла выслушивать многое, даже не отрываясь от своих записей, то вот Лис иногда просил замолчать. Позже уже просил заткнуться.       — Ты мне сам говорил заходить, — удивился в первый раз Наруто этому.       — Тебя слишком много, а я не так терпелив, как эта ирьенин и её ученица, — зевнул Лис. — Доставай лучше их, а я и так смотрю отсюда за всем, что у тебя происходит.       Последний день отработки подходил к концу, но прекращать уборку отчего-то совсем не было желания. Мытьё пола затянулось до позднего вечера, когда на улице уже зажглись редкие фонари.       — Неделя закончилась, — стоя у ворот он обернулся к пустому дому.       — Снова вернешься к прошлой жизни? Будешь доставлять проблемы людям? — вышла из тени Цунаде.       — Я не хочу, да и не успею, — криво улыбнулся хулиган. — Чуть больше недели до выпуска, а там Ирука-сенсей перестанет отвечать за меня. Долгожданная свобода.       — Ты всё равно должен вернуться на занятия, — уколола его Цунаде. — Осталось совсем немного.       — Совсем немного и выпуск, — его голос вздрогнул. — Я могу... могу вернуться? Могу приходить сюда ещё?       — Если ты хочешь, то можешь приходить после занятий в Госпиталь, а потом снова помогать мне здесь, — с некоторой задумчивостью произнесла она. — но только если ты каждый раз будешь брать у своего сенсея записку о посещении уроков. Такое от меня условие.       — Это будет просто, — яркая улыбка предательски выдала все его чувства.       — Тогда я приду на твой экзамен. Узнаю, как сейчас готовят замену старикам. Ты ведь не против? — спросила она у всё ещё мнущегося и не желающего уходить мальчика. Прочитать, обуревающие его мысли было слишком просто для опытной куноичи.       Кивок смущенного ребёнка был самым красноречивым ответом.