starboys

тихий инди-рок в наушниках пробивался сквозь раскаты грома едва-едва, подкатывающая к горлу гроза растекалась апельсиновым закатом где-то за горизонтом. джисон сидел под вишней в саду и смотрел на небо – градиент оранжевого, переходящего в темно-синий. он старался не опускать взгляд ниже – на окна соседнего дома; они с ним играли в прятки. не с домом – с хенджином. закатное солнце мазало по белым стенам, слегка оттеняя клюквенным, а джисон тянул в легкие июль из отцовской пепельницы, которая стояла на маленьком столике рядом с ним. это было довольно очевидно: сын простого рыбака, выросший в деревне, никогда не видел парней из города. хенджин был парнем из города. у джисона здесь уже была пара – девчонка на два класса младше, ей едва исполнилось пятнадцать, и они не то чтобы встречались – просто всем так нравилось думать. они иногда выбирались вместе кататься на великах по выходным и строить замки из песка у речной воды. когда она падала с велосипеда, джисон дул на ее сбитые в кровь коленки и натирал их соком подорожника. когда джисон падал с велосипеда – она смеялась. в этом они достигли некой гармонии. потом хван хенджин. первую неделю июля он просто ворчал, бегая по всему двору – рука, стискивающая большой широкий мобильник (как два джисоновских), была вскинута высоко вверх, куда-то к небу, – и тщетно пытался поймать интернет. – чего смеешься? – он заметил джисона, сложившего руки на неровном деревянном заборе и умостившего сверху свою рыжую голову. – того, – джисон стиснул губы, чтобы не смеяться сильнее, – что здесь сети нормальной нет, сколько я себя помню, – хенджин нахмурился, его рука в сдающемся жесте опустилась и повисла вдоль вытянутого худого тела. джисон отсалютовал: – удачи, герой. / про хенджина можно было снимать комедийную дораму: сегодня случайно влез ногой в гору навоза возле стойла, потом посреди ночи разбудил криком половину деревни, когда ему в кровать залез паук, на следующий день полтора часа сидел в саду и плакал, потому что: у него не получается отстирать от мокрой земли и грязи новые кроссовки, его заставили самостоятельно сорвать в огороде овощей для супа, он побоялся лезть в речку, потому что увидел лягушку у берега, и, конечно, самое страшное: он не может посмотреть обновления хены в инстаграме. / джисон последний раз видел хену лет десять назад, еще в составе wonder girls, когда мелкий и не особо смышленый скакал вокруг телевизора под музыкальный канал. / – чем вы вообще здесь занимаетесь? – хенджин непонимающе хмурился, снова – как впервые – глядя на джисона через забор. надув губы и опустив взгляд, он добавил: – без интернета. джисон недоверчиво вскинул бровь – я так понимаю, ты лопату никогда в руках не держал, да? – и почесал висок, тяжело вздыхая. он принял совершенно опрометчивое решение, за которое обязательно отругает самого себя позже: – хочешь завтра с нами на рыбалку? хенджин охотно согласился, хоть джисон и был уверен: с удочкой у него дела обстояли не намного лучше, чем с лопатой. / он нарочно не оговорил, что встать для похода на рыбалку им придется около четырех утра. – по утрам клев лучше, – объяснил он недовольно ворчащему хенджину, который кутался в старую ветровку, – джисон видел похожую у своего дедушки. они вместе прогулялись к реке, и пока джисон с отцом вовсю были заняты ловлей рыбы, хенджин то и дело отмахивался от назойливых комаров (по утрам они особенно кровожадны), дрожал от холода и пугался каждого шороха в рассветной полутьме. джисону было даже немного его жаль. – ты знаешь, на том берегу уже другая деревня, – без вступлений сообщил он, привлекая чужое внимание. – а там, – он указал рукой куда-то вправо, где из-за густого непроглядного тумана течение реки почти сливалось с горизонтом, – есть старая заброшенная мельница. ходят слухи, что если устроить свидание под ней, вы останетесь вместе на всю жизнь. – это ерунда, – оборвал его отец. – мы с твоей мамой и безо всяких свиданий долго продержались. – конечно, вы же почти три года писали друг другу письма, – укоризненно напомнил джисон и, рассмеявшись, поднялся с корточек. у реки очень холодно и туман пробирает до самых костей. джисон предлагает хенджину прогуляться вдоль речного берега. – письма? – с усмешкой отозвался тот. – тогда как давно ты родился? – не так давно, чтобы помнить хену в клипах wonder girls, – усмехнулся джисон. – дай угадаю: и ты плясал под песни wg на маленьком толстом шипящем телевизоре. джисон посмотрел на него снизу вверх и театрально поразился: – как ты догадался? – просто я тоже делал это, – пожал плечами хенджин. джисоново удивление стало полностью реальным и осязаемым, читаемым по его долгому растерянному взгляду. – только в городе. – и под большой тонкий телевизор с кристально чистым звуком, – пряча руки за спину, добавил джисон. хенджин вдруг начал смеяться. к слову, смеялся он абсолютно очаровательно, как это делали какие-нибудь красивые мальчики в главных ролях девичьих мелодрам. раньше джисон очень любил смотреть их вместе с мамой и младшей сестрой. хенджин не выглядел как парень, который тащился от мелодрам. он выглядел как тот, кто достал бы из кармана куртки мобильник и наушники, протянул один джисону, порылся в медиатеке и торжественно произнес что-то вроде: – это новый альбом дрейка. и джисон мысленно протянул бы легендарную строчку “u used to call me on my cellphone” и кивнул; хенджин бы наклонился чуть вперед, украдкой вглядываясь в его лицо и тем самым убеждаясь, что ему нравится. джисону бы нравилось, что бы он ни включил. потому что хенджин – его способ ненадолго сбежать от повседневности. если отец позовет его сменить снасти, можно сказать: я с хенджином. если мать попросит помочь в приготовлении ужина, можно осторожно съехать: хенджин боится оставаться один в четырех стенах. у него... клаустрофобия. (или это джисон больше не хочет оставлять хенджина?) – слушай, – хенджинов голос вырвал его из раздумий, – а история про мельницу – это правда? джисон только пожал плечами. – а ты хочешь проверить? – он придал своему тону максимально безразличного оттенка. – типа, с девушкой? хенджин на несколько мгновений задержал на нем взгляд, а потом снисходительно усмехнулся и кратко кивнул. – типа того. джисон громко шмыгнул носом, спрятал руки в карманы и отвернулся. невесть от чего, но у него внутри скрутилось комком противное склизкое чувство, не желающее никуда исчезать. и какая-то зияющая пустота вдруг образовалась, словно кто-то очень криво заштопал открытую рану, и нитки разошлись уже через несколько часов. только джисона никто не штопал. – можешь привести ее, – спокойно ответил он и, не дожидаясь следующей реплики, возобновил шаг. / с неровного потолка свисала паутина, почти достигая джисонова лба, а джисон просто смотрел на свои пальцы, вскинутые в воздух, вертел ладонью, словно пытался почитать что-то по линиям жизни. судьбу? джисон усмехнулся. если только у него существовала судьба. за окнами розовело закатное небо. интересно, что сейчас делал хенджин? между ними были голые толстые стены, несколько метров двора, неровный старый забор и тупая недосказанность, что выедала джисону мысли все настырнее с каждой секундой. как будто ему было скучно. как будто некуда было деться. он не мог найти себе пятый угол, не мог есть, пить и спать; он проклинал тот день, когда хван хенджин появился в его безоблачной спокойной деревне со своей медиатекой в пять тысяч песен и за несколько дней трижды вернул джисона в детство. или вернул детство в джисона. джисон подорвался на кровати, когда в дверь дома раздался стук. – не хочешь прогуляться? – хенджин был прежним, красивым, но неожиданно – безветренным и спокойным, как будто уже прижился, успокоился, примялся, как полевой цветок – покрывалом. он стоял в куртке, застегнутой до самого кадыка, переминался с ноги на ногу, прятал ладони за спиной. смотрел уверенно и прямо. ждал. – сейчас. джисон схватил худи, но не надел ее поверх футболки, а закинул на одно плечо, и они вместе пошли куда-то вниз по бесконечной полевой тропе, ведущей к реке. хенджин шел и молчал, спрятав руки в карманы куртки и смотря куда угодно, но не на джисона, а джисон – не мог не – смотрел на него, высоко запрокинув голову. хенджин казался очень далеким и запредельно близким одновременно, как земной спутник, до которого лететь, быть может, несколько дней, но годами – готовиться к полету. у джисона не было даже скафандра, когда хенджин схватил его за руку и вытащил в свой открытый космос. они остановились у мельницы, когда хенджин долго и пристально посмотрел джисону в глаза. – это наше свидание, – сказал он и вытащил из кармана айпод и узел проводов, распутывая и протягивая джисону один наушник. джисон жевал щеки. хенджин включил ранних wonder girls и неловко переплел их дрожащие пальцы. у джисона все внутри трепетало, но он не показывал этого, а просто спокойно провожал взглядом течение реки. в какой-то момент хенджин улыбнулся, и джисон, заметивший его улыбку лишь краем глаза, рассыпался в осколки. космос потрепал его по щекам и искромсал лезвиями запястья. хенджин крепче сжал пальцы. он не хотел говорить, но ему нужно было уезжать обратно в город послезавтра. джисон не хотел знать, но не мог его отпустить. \ в полутьме спальни слегка пахло пылью, и сильно, почти режуще – цветами, растущими у самого окна и заглядывающими длинными стеблями в открытые ставни. от хенджина тянуло сигаретами, но джисон молчал об этом. он знал, что весь завтрашний день у хенджина уйдет на сборку вещей, ведь он неуклюжий, как ад, и вряд ли они уже толком увидятся, так что джисон не хотел ругаться. он держал хенджинову теплую руку и молча наблюдал за тем, как чужие глаза превращались в полумесяцы, когда хенджин улыбался. он был летом. рассветным туманом над полем, холодом, пробирающим до самых костей в четыре утра у реки, неумелой рыбалкой, назойливыми комарами, горячим светом зенитного солнца после полудня, – он был всем этим, и джисону это кружило голову. они больше не слушали музыку, но сидели в тишине, и тишина эта была неловкой ровно в той мере, в которой ей было это позволено. а потом хенджин крепче сжал джисонову ладонь и потянулся к нему за поцелуем – это было внезапно, так, что джисон даже не успел набрать воздуха, но ответил и задохнулся от того, как это было хорошо. мысль о том, что хенджин, наверное, целовался уже десятки раз, кололась, но джисон смог отогнать ее и полностью отдаться моменту. старая кровать под ними скрипела, словно тихий плач богоматери. хенджин отстранился на миг и что-то неразборчиво прошептал джисону в самый центр губ. джисон не ответил и потянулся к нему еще раз. джисон пробовал лето на вкус. /