Вэй Ин всегда был находчивым...

Как оказалось, в свои пять лет А-Юань был развит не по годам. Когда однажды Лань Ван Цзы умчался в «далёкие края» на неопределённый срок по мутной причине, он закрыл свою цзинши и приказал абсолютно никому её не посещать. Хотя раньше при таких обстоятельствах, Хань Гуан Цзюнь, наоборот, даже просил маленького Ланя присматривать за братцем Сянем, кормить его и купать. Если не присматривать за кроликом, то он просто умрёт от голода, чего бы не хотел уважаемый Лань Ван Цзи. Следовательно, Вэй Ина он забрал с собой. Подозрительно… «Может, скоро братец Сянь вернётся?» — понадеялся малыш. Несмотря на запрет «Не входить в цзинши», пока хозяина нету, крутиться рядом с покоями Второго Нефрита никто не запрещал, потому каждый божий день маленький мальчик бегал к покоям и прислушивался, есть ли жизнь внутри иль нет. Упорства А-Юаню было не занимать, потому он несколько месяцев подряд проделывал подобное. Это стало его каждодневным ритуалом. И вот однажды он был вознаграждён за свои старания. А-Юань прибежал, как он снова ожидал, послушать тишину, но до его навострённых ушей донеслись звуки, отдалённо напоминающие шуршание. Это удивило мальца. Потому, будучи вне себя от радости, он ворвался в цзинши (тихо открыл дверь). Но вместо ожидаемого Хань Гуан Цзюня там стоял, разбирая вещи, незнакомый юноша, судя по одеждам, адепт ордена. — А-Юань? — удивился юноша. — Это моё имя, — подтвердил мальчик, — а вы кто? Где Хань Гуан Цзюнь? — с большим удивлением, чем его собеседник, спросил ребёнок. — Эм… Это… Как бы тебе объяснить… — растерялся юноша. — А-Юань, садись, — донеслось за спиной у мальца. В свои покои вошёл их хозяин, плотно закрывая за собой дверь. — Хань Гуан Цзюнь, — вежливо поклонился мальчик и сел за стол. — А где братик Сянь? — А-Юань не удержался и задал таки вопрос. — Он здесь, — произнёс Лань Чжань, тоже садясь за стол. Следом за ним уселся и незнакомый адепт клана. — Где? — в непонятках закрутил головой Лань Юань, ища кролика. Это почему-то рассмешило третьего человека. — Покажи ему, — вдруг обратился Ван Цзи к адепту. — Хорошо, хорошо, — весело согласился парень и перевёл взгляд на малыша, — смотри внимательно, — подмигнул адепт. Вокруг него обернулась тёмная тень и через мгновение рассеялась. Адепт испарился, а на его месте сидел, облачённый в белые одежды Гу Су Лань, Вэй Ин собственной персоной, нагло улыбаясь. Глаза мальчика расширились, потом он подскочил на ноги, резко двинулся к сидящим напротив и обнял У Сяня. Затем отстранился, облапал ладошками лицо, плечи, руки, подёргал за волосы и наконец неуверенно спросил: — Настоящий? Ответом был кивок Вэй Ина и «Мгм» Лань Чжаня. Убедившись в реальности сидящего перед ним мужчины, А-Юань вдруг расплакался и вновь обнял У Сяня, сильно сжимая ручками ткань белоснежного ханьфу. — Аааа-ааа, братец Сянь, браааатец…- проплакал малец и уткнулся в грудь лицом. Вэй Ин одной рукой обнял малыша, а второй схватил Лань Чжаня за руку и потянул к ним, намекая глазами: «Тоже обними». Ван Цзи послушно прильнул к ним сбоку, одной рукой обнял А-Юаня, а вторую положил Вэй Ину на талию и прижал их к себе покрепче. «Большего для счастья и не нужно» — подумалось Вэй Ину. «Никогда не отпущу» — решил Лань Чжань. — Хррррр — прозвучало от А-Юаня.