Помечтай со мной

Оказавшись в уже относительно знакомой квартире, Эверетт первым делом убежал в ванную и закрылся там, сказав, что Блэр может готовить свою романтику, а он пока примет душ, наденет свой подарок и разберётся с причёской. – Распущенные же волосы, да? – уточнил на всякий случай. Получив утвердительный ответ, скрылся в ванной комнате и начал что-то там напевать. Блэр до сих пор не мог поверить в то, что женился на Логане. Пусть не по-настоящему, но женился. А тот не стал устраивать истерик, более того, проявил инициативу и сейчас был в точности таким, каким Шелдон привык его видеть в школе. Не забитым существом, трясущимся, как осиновый лист от каждого прикосновения, а уверенным в себе, самодостаточным и, пожалуй, предельно откровенным. Глупо скрывать, что такой Эверетт нравился ему намного сильнее, чем его копия. Что совсем неудивительно. Влюбился Шелдон именно в настоящего Логана. А подделка служила временной заменой, которая казалась похожей на оригинал до определенного момента, потом начала раздражать. Блэр не понимал, отчего раздражается. Сейчас получил ответ на свой вопрос и понял, что жил в мире своих иллюзий, боясь признать, насколько его восприятие Эверетта оказалось далёким от реальности. Тот Логан, которого он себе придумал, был лишь поверхностной оболочкой, картинкой без души, которая способна радовать глаз и приносить эстетическое наслаждение, а в остальном – только раздражать. Логан в этот момент действительно напевал ту самую песню, которую упоминал во время фееричного полёта в торговом центре. «Помечтай со мной сегодня, полетай со мной сегодня ночью...». Петь в полный голос не решался, потому выходило лишь тихое мурлыканье под нос. Эверетт принял душ и сейчас, стоя у раковины, тщательно просушивал волосы феном, надеясь, что они не станут пушиться, как одуванчик. Просто так получилось, что с шампунями у Логана сложилась та же история, что с чаем и кофе. Он пользовался исключительно одной проверенной маркой, а сейчас пришлось мыть голову чужим шампунем. Последствия для волос могли быть непредсказуемые. Логан некоторое время разглядывал своё отражение в зеркале, прикидывая, насколько он сейчас сексуален. По десятибалльной шкале присудил себе десятку и вообще был несказанно доволен жизнью. Волосы завязывать лентой не стал, позволив им спадать на спину и плечи. Покопался среди флаконов с одеколонами, стоявших у Блэра, придирчиво выбирая аромат. Ему нравились многие, но далеко не все они подходили под настроение. В итоге Эверетт выбрал самый ненавязчивый и пару раз нажал на распылитель, позволяя аромату осесть на волосах и частично на оголенном плече. Повертел в руках подвязку и, не сомневаясь в правильности решения, надел кружевную вещицу на ногу. Она смотрелась очень неплохо. Ноги у Логана были длинными и красивыми, правда тип фигуры был очень даже мужской. Ярко-выраженная осиная талия или же округлость бёдер отсутствовали как класс. Любителем эпиляции Логан тоже не слыл, но поскольку от природы был блондином, волоски на теле ему не мешали. Они были светлыми и почти незаметными, если не пытаться его разглядывать, словно музейный экспонат. Вряд ли Блэр собирался разглядывать его под тем самым микроскопом, о котором говорил совсем недавно. Эверетт схватил белоснежное полотенце, услужливо предоставленное ему хозяином квартиры, обмотал вещь вокруг бедер и всё же решился выйти в коридор. В квартире стояла тишина. Звенящая и немного пугающая. – Блэр, – осторожно позвал Эверетт новоиспеченного супруга. – Эй! Только не говори, что ты решил от меня спрятаться. Потому что в противном случае, я тебя всё равно найду и изнасилую. Шелдон, находившийся в спальне, на этом моменте не удержался и засмеялся. Эверетт выдохнул и потянул дверь спальни, заранее представляя, что там будет. И не ошибся, потому что увидел перед собой приблизительно ту картину, которую и нарисовал в своём воображении. Шторы были задернуты, а по комнате были расставлены маленькие свечи-таблетки, сейчас создававшие таинственное мерцание. Шторы в спальне у Шелдона были тяжелые и плотные, а потому солнечные лучи сквозь них не пробивались. Розы были, но их никто не ощипывал, как несчастную курицу перед разделкой. Они просто стояли на столе. Белые в сочетании с красными. Когда Блэр успел их купить, оставалось только догадываться. Наверное, когда сбежал от придуманного Эверетта, но ещё не решил, откажется от идеи бракосочетания с этим человеком или всё-таки доведёт начатое до конца. В руках у Шелдона была бутылка с вином и бокалы, пока ещё пустые. – Извини, – произнес Блэр. – Я ненавижу шампанское. – Извиняю, – отозвался Логан. – Я тоже. Он подошел к кровати и осторожно опустился на одеяло. Посмотрел на простыни, прикидывая, их ли видел в прошлый раз или ради него постарались и постельное бельё заменили. – Какой дикий скепсис на лице, – заметил Шелдон. – Я брезгливый, – признался Эверетт. – Мне интересно, те же это простыни или другие. – Другие. – Уже вижу. Тогда были желтые, а теперь чёрные. Неужели с моим появлением в твоей жизни начался траур? – Черные – это самый секс. – Ага, – усмехнулся Логан. – А ещё на них грязь не так видна. – К чему ты клонишь? – Хм... Выброси бокалы. – Зачем? – Просто выброси и всё. Если жалко, отставь в сторону, они тебе сегодня не понадобятся. Шелдон послушно сделал то, что от него требовалось. Логан лишь улыбнулся снисходительно. Не хватало только произнести «хороший мальчик», чтобы Блэр почувствовал себя не в своей тарелке. Эверетт забрал бутылку из чужих рук, поднёс ко рту и сделал глоток прямо из горлышка. Протянул её обратно Шелдону и произнес: – Ты тоже можешь приложиться. Блэр поднес бутылку ко рту и тоже немного отпил, прикидывая, куда сейчас несутся мысли Логана. Может, он хочет напоить его и благополучно избежать процесса выполнения «супружеского долга»? Эверетт выглядел счастливым и безмятежным, точно не думавшим о побеге, а ещё очень и очень сексуальным. Удостоверившись, что Шелдон последовал его инструкции, Логан избавился от полотенца и теперь из одежды на нём осталась одна лишь подвязка, в которую Блэр тут же впился взглядом. Она смотрелась несколько чужеродно на мужском теле, но Шелдон не мог отрицать того факта, что его это возбуждало. Даже сильнее, чем если бы данный свадебный аксессуар был надет на женскую ножку. Эверетт забрал из чужих рук бутылку с вином, поднял её высоко над головой, зажмурился и прошептал: – Пей. После чего, недолго думая, вылил содержимое бутылки на себя. Первые ощущения сложно было назвать приятными. Вино было сладкое, липкое и ко всему прочему ещё и не очень тёплое. Логану искренне хотелось верить, что его кожа сейчас не покроется мурашками и не испортит всю картину. Он поставил пустую бутылку на пол и лёг на кровать. Винные струйки стекали по волосам и по телу. Частично вино попало даже на подвязку. Эверетт по-прежнему лежал с закрытыми глазами, думая, когда же с ним будут хоть какие-то манипуляции проводить, а не просто смотреть. И, когда собирался уже возмутиться неторопливостью Блэра, почувствовал, как Шелдон опирается ладонями на кровать по обе стороны от его головы, а потом приникает к его губам, чтобы продолжить ровно с того момента, на котором остановился у бассейна. Логан обнял Блэра за шею, притягивая к себе, не задумываясь о том, что сейчас весь измазался вином, и белый костюм Блэра будет похож на окровавленную тряпку к тому моменту, когда полетит на пол. Эверетта это совершенно не волновало, Шелдона, впрочем, тоже. О чём, о чём, а о костюме он думал в последнюю очередь. В настоящий момент его намного сильнее занимала мысль о Логане, готовом ко всему и совершенно не протестующем против того, что между ними происходило. Эверетт обхватил Блэра ногами и попытался сменить положение, чтобы оказаться сверху. Опыта в выполнении подобных трюков ему недоставало, потому с первого раза не получилось, пришлось сделать целых три попытки, прежде чем Шелдон оказался на спине, а Логан принялся с потрясающей медлительностью его раздевать, сидя сверху и время от времени сдувая челку, которая отчаянно мешала. Она слиплась от вина и постоянно лезла в глаза. Блэр, наблюдая за действиями Логана, думал, что тот сейчас выглядит специфически, но при этом вид а-ля герой триллера не отпугивает, а наоборот, возбуждает ещё сильнее. Интересно, Эверетт догадывался, что так будет или же сделал то, что самому хотелось? Ответ на этот вопрос не был такой уж страшной тайной. Логан, будучи призраком, успел покопаться в скрытых от посторонних глаз фантазиях одноклассника и знал, чего тот хочет. Шелдону хотелось облить Эверетта чем-нибудь съедобным, а потом облизывать, как мороженое или леденец. Совместить приятное с полезным. Измазаться, например, в шоколадном соусе Логану не хотелось, и он выбрал самый безопасный вариант, вылив на себя бутылку вина. Возможное продолжение ему очень даже импонировало, но пока он занимался освобождением супруга от одежды, понимая, что ужасно давно к нему не прикасался, а ему хотелось. Будучи призраком, конечно, имел возможность посмотреть и прикоснуться к Блэру, но это было своеобразное впечатление. Такое же смазанное, как восприятие выдуманного Эверетта. А ему хотелось настоящего тактильного контакта, как сейчас. Логан развязал галстук и отбросил его в сторону, принялся расстегивать пуговицы на рубашке, чувствуя, как на бедра ложатся чужие ладони. На одном бедре она лежала неподвижно, а вот на втором – пальцы скользили по краю кружевной подвязки, поглаживая неторопливо. Эверетт лишь удовлетворенно улыбался, понимая, что сделав ставку на этот элемент гардероба, не ошибся. Блэру это бесконечно нравилось, доставляя некое эстетическое удовольствие с совсем маленькой долей ненормальности. Шелдону не хотелось наряжать Логана в женскую одежду, это Эверетт тоже почерпнул из чужих мыслей. Инициатива с подвязкой принадлежала ему самому, и сейчас, глядя на чужую реакцию, он понял, что не прогадал совершенно, когда принял это решение. Вещица как будто добавляла его образу пикантности, и он сам это прекрасно понимал. В тишине раздался звук расстегиваемой молнии, Логан занялся чужими брюками. Вот с ними он уже не медлил, а практически сорвал с Блэра и снова улыбнулся. Наконец-то у него появилась возможность посмотреть и сравнить, довести до конца то, что не получилось у призрака. Да, он помнил свои ощущения, оставшиеся после отдыха, но тогда они так и не разделись, он чувствовал всё через ткань, и это была совсем другая ситуация. Признаться, со временем не так уж и много изменилось. Они в этом плане действительно едва ли уступали друг другу в размерах, и Логан мог показать комплексам язык, поняв, что ему и комплексовать вовсе не из-за чего. Потому как у него всё тоже очень даже достойно. Воспользовавшись его замешательством, Блэр снова сменил положение и прижал Логана к кровати. Тот не возмущался, не кричал и не пытался сбежать отсюда, как можно скорее. Он лишь приоткрыл рот, вцепился ладонями в чужие плечи, немного приподнялся и прижался ко рту Шелдона в поцелуе. Попутно согнул ноги в коленях и развел их, позволяя Блэру устроиться удобнее. Простыня была влажная от вина. И если бы не её черный цвет, вся картина выглядела бы устрашающе. Она и сейчас немного пугала, но только не участников процесса. Шелдона медленно, но верно от прикосновений Эверетта уносило, он с трудом представлял, как будет сдерживаться, если Логан продолжит так активно об него тереться, приглашая к активным действиям. Блэр оторвался от чужого рта, облизал губы, посмотрел в глаза Логану. Зрачок практически полностью затопил радужку и сейчас глаза были не привычного каре-зеленого цвета, а глубокого, черного. Губы чуть припухли, и Эверетт неосознанно, хотя могло случиться так, что вполне осознанно, облизал их, мазнув по ним кончиком языка. Он собирался что-то сказать, но лишь хрипло выдохнул, почувствовав прикосновение губ к своей шее, не спокойно-тихое, как обычно, а очень даже страстное. Создавалось впечатление, что его снова будут разукрашивать в леопардовый окрас, но ему это так нравилось, что словами не передать. Он немного запрокинул голову, подставляя шею под поцелуи. Положил ладонь на чужую лопатку и слегка вонзил в неё ногти, чувствуя, как с его шеи кончиком языка собирают винные капли, начавшие уже подсыхать. Блэр отвел волосы в сторону, чтобы они ему не мешали, и снова припал к шее. Разошелся настолько, что в какой-то момент просто перестал себя контролировать и всё-таки укусил Логана в том месте, где шея переходит в плечо. Логан зашипел и снова мстительно провел ногтями по спине. Ладонь на его бедре тоже сжалась, причиняя боль, но не такую, что хочется вопить во всё горло и поскорее избавиться от нее. А ту, что проходит по тонкой грани между наслаждением и отторжением, с большим уклоном в первое. Блэр переместился с шеи на ключицы, между которыми тоже подсыхала винная дорожка. Он целовал и облизывал Логана, думая о том, что так ему нравится намного больше, чем если бы они пили из бокалов. Бокалы сейчас казались слишком примитивными, такой способ – тоже не особо креативным, но и не заезженным. О том, во что сейчас превратился матрас, думать не хотелось. Тем более, Блэр понимал, что завтра наступит этот же самый день, а потому о матрасе беспокоиться не придётся. Он снова будет чистым. Шелдон прихватил подвязку пальцами, стараясь стянуть её, потом решил, что хочет снять её зубами. Эту идею и принялся воплощать в жизнь, прихватив самый краешек кружева и старательно потянув вниз. Логан приподнялся на локтях и внимательно наблюдал за тем, как в Блэре не медленно и верно, а очень даже стремительно пробуждается фетишист. Избавившись от подвязки, Шелдон отбросил её на другую сторону кровати. На пол что-то бросать не рисковал, чтобы пожар ненароком не устроить. Поймал взгляд Эверетта, вновь облизал губы и решил сделать то, на что раньше вряд ли решился бы с кем-то другим. Разумеется, глупо было ожидать от него сверхпрофессиональных навыков в этом деле, тем не менее, Логан, почувствовав прикосновение горячих губ к своему члену, наблюдать прекратил, вновь прикрыл глаза и откинулся на подушки, приходя в восторг от того, что с ним делают. Профессионально или нет, всё равно было очень приятно. К тому же Блэр действительно старался и получалось у него вовсе не так плохо, как могло бы у человека, никогда прежде такой секс не практиковавшего. Может, так происходило потому, что он очень хотел сделать Логану приятно, может, ещё по какой причине. Эверетту нравилось. Он чуть подался вверх, в то время, как ладонь легла на чужой затылок и слегка надавила, но не принуждая, а просто предлагая взять немного глубже, если получится. Логан сейчас вообще ни о чём не думал, в его голове было пусто, как в вакууме. Никаких угрызений совести на тему того, как аморально он поступает, ни сожалений. Ничего. Только совершенная легкость во всём теле и желание снова Блэра поцеловать, прижаться к его губам и отвечать на поцелуи. Отвечать страстно, а не просто позволять себя целовать, как это происходило в ванной. А ещё... Ему должно было быть стыдно за свои желания, за то, что он хочет почувствовать Блэра в себе, но он этого не стыдился. Наоборот. Готов был просить о том, чтобы Шелдон уже отвлекся от его члена и приступил к более решительным действиям. Собирался открыть рот и произнести, но не успел, потому что Блэр и так всё без слов понял. В этот момент они были на одной волне и без проблем угадывали желания друг друга. Блэр вновь оперся ладонями по обе стороны от лица Логана и посмотрел на него. – Не страшно? – поинтересовался на всякий случай. Эверетт усмехнулся. – Мне? – Тебе. – Нет, – на губах появилась улыбка. Логан потянулся и отвел от лица челку, которая продолжала лезть в глаза и раздражать его. – Точно? – А должно? – Не знаю. – Я же говорил, что в отличие от твоего воображаемого чудовища ничего не боюсь, – Эверетт чуть понизил голос, добавив в него интимности, надеясь, что от этого шепота Шелдон окончательно потеряет голову. – Я хочу тебя. Честно, очень-очень хочу... Не беспокойся на этот счёт. Если бы я боялся, сидел бы ты в одиночестве или в компании своего придуманного придурка, но мне стало так... – Как? – Завидно, – ответил Логан. – Почему? – Меня любили, меня хотели, а получит всё неведомая зверушка, прикрывающаяся моим именем. Кстати... – Эверетт положил ладонь на плечо, осторожно провел пальцем по ключице и заскользил ниже. Пробежался пальцами по чужому члену, немного осмелел и несколько раз провел по нему ладонью вверх-вниз, заставив Шелдона выдохнуть сквозь стиснутые зубы. – Мне кажется, или сейчас не самое подходящее время для того, чтобы вести светскую беседу? – Не самое, – согласился Блэр, продолжая гипнотизировать Логана, попутно думая о том, какой настоящий Эверетт всё-таки потрясающий. – А у тебя презервативы есть? А смазка? Или ничего этого не предвидится? Только слюна, только хардкор? – поинтересовался Логан, проводя ладонью по гладковыбритой щеке. Пожалуй, только он мог говорить так. С сарказмом, но так, чтобы становилось понятно, когда он шутит, а когда говорит серьёзно. Сейчас он шутил. – Есть. – Откуда? – Даже сейчас не изменяешь своей привычке. – Какой? – Задавать провокационные вопросы. – А ты заставь меня о них забыть. – Хорошо. Заставлю, – пообещал Блэр, вновь наклоняясь к Логану за поцелуем. Тот ответил с энтузиазмом, причем таким, от которого все сомнения улетучивались, а пробки вышибало, и больше думать о том, насколько страшно, не получалось. Чужой язык скользил внутри его рта так уверенно, доставал почти до горла. Эверетт его не выталкивал, наоборот. Ему и это очень-очень нравилось. Он развел ноги ещё шире, но прикрыл глаза, чтобы не смотреть за тем, что с ним будут делать. Говоря, что не боится, он не лукавил. Но вместе с тем никто не отменял такой вещи как смущение, а оно неожиданно проснулось в самый неподходящий момент. Он ничего не стеснялся, оказываясь в постели с девушкой. Сейчас стало немного не по себе. Во время подготовки ему не было неприятно, но несколько непривычно. По-прежнему немного смущал тот факт, что в него что-то засовывают, но не так, чтобы сразу, сильно и больно, а постепенно. Продолжая одной рукой подготавливать, второй опираться на кровать и наблюдать за выражением его лица. Блэр смотрел, не отводил взгляда, и Логан этот взгляд чувствовал, ещё сильнее жмурясь и кусая губы. Но вместе с тем он безмерно радовался тому, что Блэр тоже мужчина, а потому понимает, что сейчас любой вопрос будет звучать тупо, потому ничего не спрашивает и не говорит, просто наблюдает. Всё так же, с закрытыми глазами Логан услышал, как рвется упаковка презерватива, выдохнул шумно и захотел уткнуться носом в подушку, чтобы никто не видел его лица. Эверетт не умел краснеть, потому некая нервозность проявлялась не в румянце на всю щеку, а в бурной мыслительной деятельности, когда потоком хлынули сотни вопросов о том, что дальше будет. И будет ли больно? А если будет, то насколько? И захочет ли он убить Шелдона сразу же, как всё закончится, а то и в процессе? Блэр перехватил его ногу под коленом, прижал к рёбрам. Эверетт зажмурился ещё сильнее, чем прежде. Хотя казалось, и до этого сжимал веки до предела. Он почувствовал, как одна ладонь прошлась по рёбрам, оглаживая их, притормозила на талии, скользнула ниже, касаясь ямок на пояснице, заставив немного приподняться. Переместилась на бедро, липкое от вина, а потом... Потом Эверетт широко распахнул глаза, почувствовав вторжение в своё тело того, что по идее, туда не должно было входить. Чисто на рефлексах он выгнулся в спине, стараясь унять дрожь, появившуюся в самый неподходящий момент. Ему не было дико больно, наверное потому, что болевой порог был высокий. Его неприятие было чем-то вроде психологического барьера, который он старался перешагнуть, но получалось с переменным успехом. Он вцепился одной ладонью в ткань простыни, сминая её, второй приобнял Блэра, на сей раз, пропустив свою руку под его рукой, прижав ладонь к влажной от пота спине. Шелдон по-прежнему молчал, за что Эверетт был ему бесконечно благодарен, а когда к нему потянулись за поцелуем, что мог бы сказать больше сотни слов, которые сейчас лишь обострили бы смущение, ответил очень живо и без промедления, двинув бедрами и насаживаясь до конца. Логан обхватил талию Блэра ногами, сцепив их за чужой спиной в замок и без слов давая понять, что уже можно бы и двигаться. Всё нормально. И, конечно, Блэр прислушался к этому безмолвному зову, двинув бедрами сначала немного нерешительно, привыкая, примеряясь к какому-то определенному ритму, пытаясь понять, как им будет лучше всего. При этом не переставал Логана целовать. Они уже прекратили соприкасаться губами, лишь время от времени соприкасались кончиками языков. Блэр перехватил запястье Логана, прижимая его к кровати, ограничивая возможность двигать рукой, а Эверетт неожиданно поймал себя на мысли, что его это грубое обращение заводит сильно, очень. Так... обалденно, что просто невозможно вслух высказать, только прокричать. Найти тот ритм, который подошел бы обоим, оказалось довольно легко, достаточно было лишь немного поэкспериментировать. Не слишком быстро, но и не очень медленно. И сейчас смущение начало отпускать, на первый план вышла совершенно иная мысль. Насколько привлекательно и сексуально он сейчас выглядит? Выглядел очень и очень. Волосы окончательно растрепались, губы были яркими от постоянных поцелуев и припухшими, в глазах царило то выражение, что принято называть томной поволокой. Он совершенно не протестовал против того, что его методично втрахивали в кровать. Нет, вовсе нет. Он и сам активно двигал бедрами. Чувство наполненности, на первых порах провоцировавшее смущение, сейчас ему нравилось безумно и он действительно начал ловить кайф от происходящего. – См... – пробормотал он неразборчиво. – Что? – не сразу разобрал Блэр. – Позу давай сменим, – прошептал Логан. – Но... – Не волнуйся, мне не стыдно. Совсем. Получив свободу, он и правда без особого смущения встал на колени, подумав, что так у него точно нога не затечет и вновь шумно выдохнул, почувствовав тяжесть другого тела. Блэр не наваливался на него, просто прижался грудью к его спине, глядя на светлый затылок. Волосы теперь не были размётаны по подушке, а свисали, закрывая лицо Логана, не позволяя увидеть его выражения, но зато можно было постоянно шептать ему на ухо какие-нибудь пошлости и слегка покусывать плечо. Блэру почему-то это очень понравилось. Эверетту, если честно, тоже. Потому, когда его снова цапнули в многострадальное место между плечом и шеей, он не завизжал как резаный, а наоборот отозвался на эти действия стоном. И пожалел о том, что всё-таки не умеет краснеть. Румянец должен был смотреться достаточно пикантно. Шелдону и так всего хватало. Не было воплей и криков, как в том самом малобюджетном порно, которое вызывало не возбуждение, а рвотные позывы, зато было что-то другое. Ему не нужны были вопли для подтверждения того, что Эверетту хорошо, он и так это прекрасно видел. Оставив одну руку на бедре, второй Блэр перехватил Логана поперёк живота и скользнул рукой ниже, проводя ладонью по возбужденному члену, по-прежнему нуждавшемуся в разрядке. Вряд ли с первого раза Эверетт мог кончить без рук. Логан, почувствовав это прикосновение, выгнулся ещё сильнее, чем прежде, практически впечатавшись в Блэра, запрокинул голову, прижавшись затылком к чужому плечу, и Шелдон в очередной раз потянулся к Логану за поцелуем. В этом поцелуе и потонул протяжный стон, а в ладони стало влажно и горячо. Шелдон вытер руку об без того уже грязную простынь, собирался выскользнуть из чужого тела и довести себя до разрядки рукой, но Эверетт завел руку назад, обнимая Блэра за шею и зловещим шепотом произнес: – Вытащишь – убью. – Тебе разве приятно? – Мне интересно проверить. – Что именно? – Теорию о множественном оргазме, когда мужчина в роли нижнего, – произнес Эверетт, заправляя длинные пряди за ухо. И тут же получая мстительный укус за мочку. – Тоже мне теоретик, – усмехнулся Блэр, но всё-таки последовал чужим желаниям и продолжил двигаться, сжав бедра Логана, теперь уже действительно до синяков на светлой коже. Если в первый раз ощущения Эверетта были целиком и полностью сосредоточены на члене, то сейчас это уже было нечто совершенно иное. Похоже на некое нарастание напряжения, потом временное затишье и взрыв в сознании. Он услышал, как застонал Блэр, а после оба рухнули на кровать и несколько секунд лежали в тишине, ничего не спрашивая, ни о чем не думая. Эверетт решил, что ему было хорошо. Даже слишком хорошо. И склонен был частично списывать удовольствие на то, что они находятся в параллельной реальности, потому никакой адской боли, никакого разочарования. Угрызения совести его и в обыкновенном дне не мучили бы. А вот боль могла быть, и она бы градус восторга снизила. Так даже намека на разочарование не возникло. Блэр лениво водил ладонью по его плечу, не удержался и в очередной раз прикоснулся к коже губами, просто в качестве попытки выразить благодарность. Зацепил прядь волос и принялся накручивать её на палец. В комнате становилось всё темнее. Часть свечей уже потухла, часть лишь догорала. Логан думал о том, что нужно пойти в душ и смыть с себя липкие винные потёки, но сил не было. Точнее были, но одолевала такая дикая лень... – И как твоя теория? – поинтересовался Шелдон, зарываясь носом в шею и только сейчас понимая, что Логан взял его туалетную воду. Странно, но этот одеколон Эверетту подходил намного больше, чем самому Шелдону. Его выбирала мать Блэра, а она вообще мало что знала о своем сыне, потому и купила запах, который на нем смотрелся чужеродно. – Отлично, – отозвался Логан, поворачиваясь к Блэру лицом. – Восхитительный одеколон. – Это из твоих. – Я знаю. – Надеюсь, его покупала не Трейси? Иначе это будет какой-то дикий фейл. – Нет, его покупала не Трейси. Но тоже женщина. – Неужели? – хмыкнул Логан, изогнув губы в надменной ухмылке. – Моя мать. Мне этот аромат не подходит. – А мне? – Безумно хорошо. – Хм, я тоже так думаю. Шелдон засмеялся. – От скромности ты не умрёшь, это точно. – Я не собираюсь умирать, – произнес Эверетт с ухмылкой, понимая, что уже сейчас сам себе врёт. Он умер окончательно и бесповоротно в тот момент, когда подошел в торговом центре к своей копии и отдал душу этому телу. Но Шелдону ведь совсем не обязательно об этом знать? Блэр тяжело вздохнул, подумав о том же самом. Точнее о том, что через два дня он откажется от Логана и перестанет удерживать его в этом мире, подарив окончательную свободу. Всего пара дней, как он и обещал. Только пара, не больше. Потому что в противном случае велик риск забыть о своём обещании и поставить выше всего собственное эгоистичное желание – остаться с Эвереттом навсегда. Ведь его мечта сбылась. Логан признался, что любит его. И признался по собственному желанию, а не потому, что этого захотелось Шелдону. Быть может, того, придуманного Логана Блэр смог бы отпустить без сомнений, сейчас уже не было у него такой уверенности, как прежде. Настоящий Эверетт манил к себе, притягивал и не отпускал. От него невозможно было так запросто отказаться, невозможно... Но Шелдон обязан был это сделать. – Улыбнись, – произнес Логан. – Грусть тебе не к лицу. И вообще... – Что? – Пойдём в душ. – Вместе? – Почему нет? – удивился Эверетт. – Этот мерзкий напиток высох и я чувствую себя, как на съемках дрянного триллера, где актеров заливают литрами липкой краски. – Вино, кстати, было вкусное. – Я знаю. Но в следующий раз мы его выпьем так, а не будем разливать по кровати. А сейчас душ ждёт нас с распростёртыми объятиями. Логан поднялся с кровати, подхватил полотенце и, перекинув его через плечо, направился в сторону ванной комнаты. Шелдон проводил его взглядом, искренне жалея о том, что не имеет возможности каждый день наблюдать школьного репортёра в своей квартире. Стало как-то обидно за всё случившееся. Почему он должен был умереть, чтобы узнать об ответных чувствах Эверетта? Почему они не могли при жизни всё выяснить? Причина крылась в том, что при жизни многие люди слишком осторожничают, боясь каких-то условностей, потому упускают множество шансов изменить свою жизнь к лучшему. Блэр затушил все оставшиеся свечи, взял бутылку, отнес её на кухню и выбросил в мусорное ведро. – Блэр, ещё немного и я выполню своё недавнее обещание, – донесся до него голос Эверетта. – Это которое? – удивился Шелдон. – Которое «найду и изнасилую», – пояснил Логан, высовываясь из-за двери ванной комнаты. – Тебя долго ждать? – Нет, – улыбнулся Блэр. – Сейчас возьму ещё одно полотенце и буду весь твой. – Учти, я запомню, – пообещал Эверетт. – Учитываю. Запоминай. – Не боишься? – А должен? – Можешь спросить у своего Джастиса. Он знает, что я великий эксплуататор. Эверетт премерзко захихикал, чем только развеселил Шелдона. – Знаешь, меня это не пугает. – Знаешь, меня это безумно радует. – Снова сарказм? – Нет, на этот раз – правда. – Логан... – А? – Ты – прелесть. – Не спорю. Приходи скорее, – вновь заявил Эверетт, захлопнув дверь прямо перед чужим носом. Шелдон улыбнулся в последний раз и отправился в комнату за полотенцем. От совместного принятия душа он и не думал отказываться.