Вождь

      Прошёл год с тех пор, как Иккинг и Астрид покинули Олух. Какое-то время они жили на том небольшом островке, который первый им попался на пути. Но потом они решили, что мир слишком большой, чтобы сидеть на забытом всеми клочке земли. У них были драконы, которые могли преодолевать огромные расстояния. И спустя несколько месяцев пара отправилась в путешествие по Архипелагу. Они много где побывали, нигде надолго не задерживаясь. Иногда они приходили в ту или иную деревню под видом странников, чтобы узнать какие-нибудь новости с Олуха, да и вообще быть в курсе событий. Драконов они прятали в лесах и пещерах. Вели они себя тихо, стараясь не привлекать внимания, так что целый год странствий для них прошёл без особых приключений. Молодая пара, справившись с первыми неделями, когда воспоминания о бывшем доме отдавались глухой болью, с головой окунулась в жизнь странников. И им это нравилось — новые острова, драконы, люди. С последними, правда, они старались встречаться пореже.       На дворе стоял прекрасный май. Всего неделя оставалась до дня рождения Астрид. Девятнадцать! Та девочка-подросток, что собиралась убить Громмеля на скалистом берегу, вынудила Иккинга уйти из Школы, а потом стала ему верным другом, возлюбленной и невестой, выросла. Теперь она мечтала, чтобы они обратились к вождю какого-либо из племён, чтобы он объявил их с Иккингом мужем и женой. Иккинг мечтал о том же. Они были очень молоды и влюблены до безумия. К тому же первый год их самостоятельный жизни сильно их сблизил. Они вместе делили все радости и горести своего изгнания. В целом, у них не возникало серьёзных трудностей: никто из них не болел, драконы тоже чувствовали себя прекрасно, им хватало еды и питья, с недружелюбными племенами они не пересекались. Иккингу даже не пришлось ни разу ремонтировать хвост Беззубика. Единственное, что обоих тревожило, — это тоска по оставленному дому. Как бы ясно Иккинг и Астрид не осознавали необходимость отделиться от своего племени, но боль от утраты любимых и дорогих людей жила в их сердцах. Хорошо, что они были друг у друга, это спасло их обоих от чёрной бездны отчаяния. По-прежнему они боялись и разоблачения, поэтому были очень осторожны в посещении людных мест. Иккинг справедливо волновался, что отец не простит его выходку. Если так можно назвать предательство своего племени. Преступление тем более страшное, что он был сыном вождя, а значит, когда-нибудь должен был занять его место, пусть и не хотел этого. Ответственность была на нём огромная. Но сейчас он нёс её только за свое крошечное новое племя. Ни у Астрид, ни у драконов не возникало сомнений, кто тут главный. Они зависели от Иккинга и его решений.       Теплым погожим деньком четверо друзей приземлились на опушку леса дальнего острова на севере архипелага. Там, за лесом, ближе к широкой реке, жили люди. И Иккинг намеревался попасть к ним, чтобы узнать новости, а в последствии, возможно, задержаться здесь, чтобы сделать для Астрид седло, она уже давно его хотела. По своему обыкновению, сначала молодые люди нашли небольшую пещеру, которая могла быть им новым убежищем, и разбили там лагерь. День обещал быть прекрасным. Солнце согревало землю, в лесу пели птицы. Астрид нашла неподалёку поляну, которая поразила её своей красотой, — так много на ней росло цветов. Она удобно устроилась на траве, верная Громгильда присела рядом и задремала. Мысли девушки были спокойны, ни о чём конкретном она не думала, а просто наслаждалась хорошей погодой, подставив лицо под тёплые лучи солнца.       Внезапно до неё донесся какой-то неясный звук. Астрид выпрямилась. Что это может быть? Какое-то время она напряжённо прислушивалась. Тишина. Девушка снова откинулась на траву. Но тут звук повторился. Астрид вскочила на ноги, Громгильда, разбуженная хозяйкой, встрепенулась. Девушка жестом приказала дракону следовать за ней и пошла на источник звука. Вскоре она оказалась на пляже. Как странно, ей казалось, он должен быть намного дальше. Может, ее потревожил шум прибоя? Нет, вряд ли, теперь и дракон позади неё занервничал. Астрид, вооружившись топором, осторожно ступала по песку. И тут заметила лодку, которая разбилась о прибрежные скалы, а среди обломков лежала девушка. Она была без сознания, но то и дело вскрикивала. Видимо, именно это и услышала Астрид там, на поляне. Она подбежала к девушке. На вид та была ей ровесницей, тёмные, как вороново крыло, волосы растрепались и закрывали половину лица с острыми, будто высеченными чертами лица. На лбу красовалась огромная ссадина, а кожу покрывали мелкие царапины от щепок, в которые рассыпалась ее лодка.       — Громгильда! — позвала всадница дракона. — Скорее, ей надо помочь, отнесем её к нам.       Это было рискованно, но Астрид не могла бросить здесь умирать человека.       — Ты правильно поступила, — сказал ей Иккинг, когда она вернулась в пещеру.       Драконы с любопытством обнюхивали гостью. Иккинг положил её осторожно на их импровизированную постель из еловых ветвей и шкур. Брюнетка металась в бреду, её лоб горел. Парень был в замешательстве, он не был уверен, что они смогут ей помочь. Лучше было бы отнести её к людям, в деревню. Но тут он заметил странный предмет, привязанный к поясу незнакомки. Это был небольшой рог, а на нем стояла отметка Олуха. И не просто Олуха, а печать вождя, то есть Стоика. Иккинг, повинуясь своему любопытству, снял рог с пояса девушки и стал рассматривать его. Он объяснил Астрид, что его так заинтриговало, и та тоже стала разглядывать предмет. Но сказать он им ни о чём не мог. Так что, повертев его какое-то время в руках, они положили его рядом с девушкой.       — Что будем делать? — спросила Астрид.       — Пока оставим ее здесь, но если к утру ей не полегчает, то доставим её в деревню.       Астрид кивнула. Она ещё раз посмотрела на девушку, та что-то бормотала и хмурилась в своем забытьи.       — Так, нам нужна новая постель. Присмотришь за ней? — сказал Иккинг и, подозвав Беззубика, ушёл в лес. Астрид принесла для несчастной чистой воды на случай, если она очнется, аккуратно промыла ей ссадины и царапины.       Наступила ночь, Астрид свернулась калачиком возле Иккинга, и он укрыл её накидкой. Девушка лежала так, что могла наблюдать за незнакомкой. Её тревожили мысли о том, кто их гостья, как она отреагирует на драконов, не опасно ли для них самих показывать свою дружбу с драконами; из какого племени она была, что произошло с ней. Смогут ли они ей помочь. И главное, не расскажет ли эта девушка о них с Иккингом, не выследят ли их те, кто может желать зла. Её суженый думал о том же и долго не мог сомкнуть глаз. Но у девушки не было с собой оружия, а своё они спрятали так, что она не смогла бы его найти и навредить им. Успокоенный этими мыслями, он уснул.       На утро жар у незнакомки прошёл. Она мирно спала, лишь изредка судорожно вздыхая, словно волнуясь о чем-то. Иккинг и Астрид сидели у входа в пещеру. Их драконы играли на лужайке неподалеку. Вдруг сзади послышался шорох, Иккинг обернулся и увидел, что их гостья зашевелилась и открыла глаза. Парень подтолкнул рукой Астрид и указал кивком на незнакомку. Они вместе подошли к ней. Предварительно Иккинг показал Беззубику, чтобы тот пока не совался в пещеру, — ему не хотелось напугать девушку. Из-под ослабленных полуприкрытых век на него смотрели зелёные глаза, очень похожие на его собственные. Девушка несколько раз моргнула и взглянула на Астрид, та не могла не поразиться красоте незнакомки: её темные волосы очень удачно оттеняли глаза цвета молодой зелени. Почти такие же как у Иккинга, разве что разрез другой. Внезапное подозрение, как молния, пронзило Астрид: она вспомнила рог, который они нашли у девушки. Но сейчас не время для этого.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Иккинг.       — Я… где я? Кто… вы? — незнакомка говорила еле слышно. Астрид протянула ей мешок с водой, и та принялась с жадностью пить, но, сделав лишь пару глотков, закашлялась и, совсем обессилев, откинулась на постель. Её глаза снова закрылись и, проваливаясь в сон, она произнесла: — Брат… мой… брат…       Иккинг и Астрид переглянулись. Что бы это могло значить? Она была не одна? Но Астрид не обнаружила следов другого человека на месте крушения. Что же с ней случилось? Значит ли её вопрос, что им надо ожидать незваного гостя? Увы, ответов на вопросы не было. Они определенно рисковали, оставляя её здесь, но никто из них не мог бы поступить по-другому. Им оставалось только ждать, когда их гостья окончательно придёт в себя. А пока Иккинг решил сам отправиться на место крушения лодки и осмотреть его, может, он заметит что-то, что поможет разгадать тайну зеленоглазой девушки. Астрид осталась возле пещеры на случай, если больная очнётся.       Иккинг вернулся спустя какое-то время и показал Астрид обрывок стяга с изображением Скрилла, который он нашел в песке неподалёку от останков лодки. Теперь вопросов стало ещё больше. Остров Берсерков — ближайший к Олуху, ежегодно их вождь Освальд Разлюбезный и Стоик заключали перемирие, подписывая договор. У Освальда был сын — Дагур Остервенелый, полный псих, Иккинг его на дух не переносил. Но кто же эта девушка? Принадлежала ли она к племени Берсерков? Кто её брат, о котором она спрашивала? И откуда же у неё этот рог с печатью Стоика? Им оставалось только ждать, когда гостья придёт в себя, чтобы узнать хоть что-то.       — Иккинг?.. — несмело начала Астрид. — Как ты думаешь? Эта девушка… она не может быть твоей сестрой?       Иккинг ошарашенно посмотрел на подругу. Она словно его мысли прочитала. Его и самого раздирали сомнения по этому поводу. Но на этот вопрос мог ответить только его отец, а как раз с ним-то Иккинг не планировал встречаться в ближайшее время. Он пожал плечами.       — Я не знаю, Астрид.       — Как думаешь, у твоего отца мог быть ещё один ребенок?       — Я не думаю, если честно. Он очень любил маму и всё время говорил, что её ему никто не заменит. Но с другой стороны… он всё же живой человек. Кто знает, может, был в его жизни и ещё кто-то, помимо мамы, о ком он не рассказывал. Но меня намного больше сейчас беспокоит этот стяг со Скриллом. Если она с острова Берсерков, она не обрадуется нашим драконам, и мы можем оказаться в опасности.       — Да почти никто в Архипелаге не обрадуется нашим драконам.       — Это верно.       Незнакомка проспала почти до самого вечера. Когда она очнулась, рядом с ней была только Астрид — Иккинг и драконы ушли исследовать местность и за дичью к ужину.       — Привет, — улыбнулась Астрид.       Зеленые глаза широко распахнулись, в них застыл немой вопрос: где она и кто эта блондинка?       — Я Астрид. А кто ты? Что с тобой случилось? Ты потерпела крушение? Ты была одна?       Незнакомка молчала. Потом попросила:       — Воды…       Астрид снова протянула ей флягу, подождала, пока девушка напьётся, и стала терпеливо ждать, когда же та ответит на её вопросы.       — Хедер, меня зовут Хедер, — наконец произнесла гостья. Астрид улыбнулась: красивое имя, красивая девушка, ей, видимо, сейчас совсем несладко. Но они с Иккингом ей помогут. Надо только побольше о ней узнать. Вряд ли она враг. — Мой брат? Вы видели его?       — Нет, я нашла тебя на берегу. А кто твой брат?       Едва вопрос слетел с губ Астрид, как рядом с пещерой послышался шум, какая-то возня, окрик Иккинга и рычание драконов. Девушка вскочила и схватила свой топор. Она не знала, что происходит, но без боя она не сдастся. Вечернее солнце скудно освещало пещеру, но и этот свет от него на мгновение померк — его загородила широкоплечая фигура мужчины. Когда он зашел внутрь, сзади показался Иккинг, а за ним и драконы.       — Иккинг! — Астрид бросилась к нему.       — Всё в порядке, — ответил тот и сказал мрачно, указывая на незнакомца, — а вот и брат нашей гостьи. Прошу любить и жаловать — Дагур Остервенелый.       Астрид ахнула, Хедер резко села на постели.       — Это что, драконы?       — Да, сестрёнка, представляешь? Дохляк Иккинг приручил дракона, — хохотнул Дагур.       — Ну, спасибо тебе, — скривился Иккинг. — Радуйся, что Беззубик не прикончил тебя в лесу, хотя мог бы.       — Да ладно тебе, братишка! Насколько я тебя знаю, ты и мухи не обидишь. Ну, кроме этих несчастных куропаток, — Дагур показал на добычу в руке Иккинга. — Ну что, кто готовит ужин? — он хлопнул в ладоши, поглядывая на Астрид.       — На меня не надейся, — фыркнула девушка.       — Да, поверь, её стряпню ты не хотел бы попробовать, — прошептал Иккинг Дагуру.       — Я всё слышу! — возмутилась блондинка.       Иккинг рассмеялся и принялся за приготовление ужина для всей их компании.       Пока он возился с куропатками, драконы мирно отдыхали у входа в пещеру, иногда настороженно поглядывая на Дагура, а тот подошёл к своей сестре. Он то и дело спрашивал у неё, как она себя чувствует, пытался при скудном освещении пещеры рассмотреть малейшие ссадинки и царапинки на её лице и руках. Поминутно спрашивал её, не надо ли ей что-нибудь. Она, будучи еще очень слабой, лежала на постели и ласково отмахивалась от него и все время повторяла: «Со мной всё хорошо». Астрид сидела рядом с импровизированным очагом, у которого Иккинг разделывал птиц, и наблюдала за берсерками. У неё был миллион вопросов. И главный из них звучал так:       — Иккинг, как ты встретил Дагура?       Юноша бросил на неё мимолетный взгляд и начал свой рассказ. Он отправился в лес в поисках будущего ужина и просто для того, чтобы немного изучить местность. Драконы где-то резвились неподалёку. Иккинг подстрелил пару куропаток и как раз, когда целился в третью, почувствовал, как кто-то приставил к его горлу клинок и угрожающе прошипел:       — Не дёргайся! Не то худо будет.       Иккинг замер, не смея дышать. Он испугался не за себя, его волновало, заметил ли незнакомец драконов, и не причинит ли он им вреда.       — Опусти арбалет, — последовал приказ, и Иккинг подчинился. Затем сильная рука резко крутанула его на месте, и Иккинг нос к носу столкнулся с высоким, натренированным молодым мужчиной. У него были коротко стриженные рыжие волосы и серо-зелёные глаза, хищно смотрящие из-под густых бровей, крючковатый нос придавал ему сходство с ястребом. Иккинг не видел его почти два года, но он сразу узнал того, кто стоял перед ним, — Дагур Остервенелый. Осталось только выяснить, узнал ли тот его самого. Но тут на поляну внезапно выскочил Беззубик, а за ним и Громгильда. Оба дракона зашипели и зарычали, наступая на берсерка. Пасть Беззубика открылась для залпа.       — Нет, Беззубик! Не надо! — Иккинг вывернулся из-под руки Дагура и встал между драконом и человеком.       — Это?.. Это что же… Дракон? Два дракона? Ты разговариваешь с драконами? Да кто ты такой? — в голосе Дагура слышалось замешательство.       Иккинг криво улыбнулся:       — Неужели ты меня не узнаешь, сын Освальда? А как же ежегодное метание ножа в яблоко, стоящее у меня на голове?       — Иккинг?! Иккинг Карасик? Это ты? — Дагур выронил меч и стал ходить вокруг юноши, рассматривая его со всех сторон. — Ты вроде как даже возмужал. Что странно. Всё равно ты такая же доска, как и был, — и Дагур расхохотался, поставив руки на пояс.       — Да, это я, спасибо за столь лестное замечание.       — Что ты тут делаешь? И почему ты с драконами? О, я знаю! Ты заманил их, чтобы убить? Нет… не похоже. О! Знаю! Ты ловишь их и продаешь на чёрном рынке, прям как я?       — Что?       — Что? Эм-м-м… Неважно. Иккинг, я не знаю, что ты тут делаешь, но я потерял свою сестру. Не видел её? Красавица такая, чёрные, как смола, волосы, ясные зелёные глаза, ловкая такая малышка, за словом в карман не полезет — ну просто моя копия. М? Не видел, нет? — и даже не дав Иккингу ответить, продолжил: — Мы должны были встретиться у утёса к югу отсюда, но она не появилась. Я жду её уже неделю, весь лес исходил.       — Мы нашли вчера девушку, которая потерпела крушение, на берегу, она сейчас у нас. И судя по описанию, это и есть твоя сестра. Но, Дагур, с каких пор у тебя есть сестра? Я ничего не понимаю.       — Эх, братишка, ты многого обо мне не знаешь. С тех пор, как мы виделись в последний раз, многое изменилось. И я с удовольствием с тобой поболтаю, но сейчас мне нужно видеть мою сестру.

***

      — Ну, а дальше ты все видела и знаешь, — сказал он Астрид.       Та сидела молча, переваривая информацию. В пещере окончательно стемнело, и она поднялась, чтобы зажечь несколько факелов. Куропатки за рассказом Иккинга уже зажарились, он снял их с огня и отправился вглубь пещеры, где лежала Хедер. Все собрались вокруг неё, чтобы вместе разделить трапезу. Какое-то время были слышны только жевание и причмокивание, в особенности от Дагура, который ел так, словно у него маковой росинки во рту не было всю эту неделю, что он был на острове. Когда первое чувство голода было удовлетворено, Иккинг посмотрел сначала на Хедер, а потом на Дагура и сказал:       — А теперь расскажи нам, что с вами произошло.