Country!humans: Что между нами: любовь или война?

      — Нет...мне кажется, что...я уже нашел такое государство...но пока что ни в чем не могу быть уверен... Юноша слегка наклонил голову в сторону, с вопросом смотря на Российскую Империю. Он не сразу догадался, что именно означают его слова и кого он имеет в виду. Но его порадовало, что у Империи уже есть кто-то, кто дорог его сердцу, кто способен погасить тьму в душе и снять эти отяжелевшие латы, скрывающие искренние чувства правителя. Казахское Ханство на минуту отвел взгляд. Почему-то при таких словах Империи в его сердечке что-то зашевелилось. И это "что-то" было далеко не хорошим. Или так казалось лишь юноше? Он не знал, не понимал, опять нечто смешанное и непонятное сжимало его душу. "Что происходит? Это чувство...оно уже было...почему?", — пронеслось в голове у молодого Ханства. Он и сам не заметил, как обнаружил свое состояние сбившимся дыханием, выступившим румянцем на лице и закушенной чуть ли не до крови губой. Тело словно объяло жаром, адским жаром. Он проник везде, ковром покрыл каждую часть тела и сжал ее своими клещами. Конечно, такое состояние не могло остаться незамеченным для Империи. Правитель осторожно сделал два шага навстречу крылатому юноше. Рука в белой перчатке слегка коснулась синей руки Ханства. То была случайность, и в иной ситуации на нее даже внимания не обратили бы, но так уж сошлись звезды, что именно сейчас она стала спусковым крючком, искрой, от которой прогремел взрыв. — Кто...это государство? Кто он? Голос юноши прозвучал неуверенно и с некой задержкой. Он жутко переволновался, чему сам был удивлен и что старался скрыть, но голос предательски дрогнул, сполна выдав все состояние Ханства. Он поднял глаза на Империю, взгляд дрожал, вглядываясь в холод и недоумение других глаз и стараясь отыскать в них хотя бы маленький огонечек реакции. Империя же осторожно подвел руку ближе к ладони юнца, желая убедиться в своих догадках, и лишь только синие пальцы отстранились от его, он тут же слегка улыбнулся, в тусклом свете подсвечников блеснули острые клыки. Улыбка была...теплой. Ни грамма насмешки в ней не прослеживалось. — Нуу...он молод, даже юн. У него прекрасные глаза, которые ярко блестят на свету, взирая проникновенно и пророчески на этот жалкий мир, на лице у этого государства..прекрасный узор, а за спиной — дар небес, которым его наделили ангелы, дабы он мог разрезать небосклон и подчинять себе ветер. — П-Почему?!...я..., — только и смогло вырваться из уст Казахского Ханства. Легкие сдавило и начало жечь от недостатка воздуха. В этот самый момент юноша и был рад, что этой страной оказался он сам, и в то же время надеялся, что просто ошибся, не так понял Империю, не расслышал, да что угодно, только бы не... Российская Империя нежно разжал синий кулак, что сжал рефлекторно юноша. Он не успел стянуть белую перчатку с руки, как Ханство тут же схватил его кисть обеими руками, прижав к своей груди, он запаниковал. А Империя лишь улыбнулся и приблизился настолько к нему, что грудь соприкоснулась и почувствовала, как рвется наружу буйное юное сердце, как стремится оно разорвать грудную клетку. — Я сейчас поступаю крайне нагло и невежливо по отношению к тебе, но обещаю, что большего не возьму. Теперь не возьму.... Его взгляд был так близко к глазам цвета золотистой охры. Холодок пробежал по юной спине. Ханство на мгновение охватил страх, что его опять изнасилуют, он ведь настолько беспомощен был в тот момент. Однако..ничего из этого не произошло. Империя прикрыл глаза, а юноша едва успел это же сделать, подчиняясь какому-то неведомому рефлексу. Тело содрогнулось, и их губы едва соприкоснулись, но потом осторожно впились друг в друга. Это был первый поцелуй Ханства, на который он отвечал по своей воле и которого хотел. Руки сами уперлись слегка в грудь Российской Империи, в полости рта стало совсем влажно от чужого языка, в том числе. Юноша подался чуть назад, поддаваясь столь сладостному искушению и позволяя Империи занять доминирующую позицию. Их тесная связь прерывалась лишь для того, чтобы вобрать в легкие воздуха, и вновь поцелуй продолжался. Юноша почувствовал, как обняли его талию руки Империи, как обвили они ее кольцом. Мгновения, казалось, тянулись вечно, но никто и не желал их окончания. Однако Империя все же отстранился сам и слегка отстранил от себя Ханство, разрывая эту сладостно-влажную связь. — Понимаю, это неожиданно. Тебе..лучше побыть одному, я думаю. Оставлю тебя на время, но обещаю, что зайду еще. Последнее касание запечатлелось на горячей щеке юноши, и вот Империя подошел к двери. Он вышел быстро и тихо, не проронив более ни слова, а комната словно утонула в бездне с его уходом. Пропали все звуки, свечи перестали давать достаточно света. Ханство так и остался стоять на том самом месте, где его только что целовал Империя. Конечно, он уже вступал в связь с ним ранее, но этот поцелуй свершился по доброй воле, юноша хотел его продлить еще немного, еще хотя бы немного. Рассудком он понимал, что не может привязаться к Российской Империи, невозможно полюбить своего насильника и угнетателя. Но сердце кричало об обратном, да, оно именно кричало, взывая к Ханству, пытаясь переубедить его рассудок, который не желал примиряться с таким исходом. В качестве итога юноша метался из крайности в край, внутри него начала закипать борьба не на жизнь, а на смерть. Внешне Казахское Ханство лишь выглядел взволнованным, он подошел к кровати и присел на нее, слегка продавив под своим весом мягкие перины. Теперь от исхода этой борьбы внутри него зависело не только принятое решение, но и будущее их с Империей отношений. Они никогда не были дружескими. Эту эпостасию не суждено было им пройти. И вот так из враждебных превратиться в любовные? Бред, не правда ли? Но это решение рассудка, а сердце было с ним далеко не согласно. Оно придерживалось иного мнения. Юноша поднялся с кровати и подошел к зеркалу, что висело на стене около гардероба. Он начал поправлять свои одежды, но мысли витали далеко-далеко. В тот момент взгляд золотисто-охровых глаз не выражал ровным счетом ничего. Такая пустота даже могла напугать тех, кто не ведал истинных причин ее возникновения. Внутри Ханства разгорелась настоящая война. Что будет, когда она достигнет своего апогея? Юношу разорвет, или...или же решение будет принято? Он не знал, но это чувство уже перерастало постепенно в боль физическую, давящую на сердце и сжимающую горло. Если так пойдет и дальше, то взрыв изнутри будет неизбежен. Как теперь поступить, что сказать Империи, как с ним в принципе себя держать, Казахское Ханство не имел ни малейшего понятия...