Ты нужен мне

      Драконы мирной стаей летели над морем, Олух исчез далеко позади, и Иккинг начал невольно успокаиваться.       Сидя впереди на драконе, Гриммель молчал и почти не двигался. Сначала Иккинг обрадовался этому, но теперь чувствовал какой-то подвох. Когда впереди показался небольшой остров, викинг понял, что подозрения появились не на пустом месте. Охотник через плечо посмотрел на парня и потянул его за ремень. Иккинг успел проститься с жизнью, думая, что его сейчас скинут в море, но Гриммель лишь прижал парня к своей спине и сам наклонился вперёд. Викинг инстинктивно обхватил мужчину руками, как раз вовремя, так как в следующую секунду змеевик резко изменил траекторию полета, ныряя вниз, к самой кромке воды.       Полёт вновь выровнялся, но теперь драконы летели низко, изредка касаясь лапами волн. При приближении к острову, Иккинг разглядел наконец тёмный провал в отвесной скале. Стая направлялась туда.       — Держись, — впервые за весь полёт подал голос Гриммель и вновь потянул Иккинга на себя.       Парень вынужденно промолчал, дракон нырнул во тьму. После первого резкого поворота и скрежета когтей о камень, Иккинг всё-таки прижался крепче к чужой спине.       После недолгого полёта в кромешной темноте они вновь оказались под ярким солнечным светом. На мгновение Иккинг ослеп. Дракон, хлопая кожаными крыльями, завис над зелённой полянкой. Гриммель махнул рукой — Иккинг опомнился и убрал руки с чужой груди — и драконы опустились на землю.       Люди спрыгнули со спины змеевика, и дракон выжидающе уставился на них.       — Иди отсюда, — махнул на него рукой Гриммель и обратился к Иккингу. — Идём, положишь свои вещи, и покормим драконов.       Иккинг удержался от удивлённо-саркастического ответа и покорно последовал за охотником в негустой лесок. За ближайшими деревьями стояла небольшая палатка, рассчитанная только на то, чтобы в ней ночевали, но никак не жили или работали. Вряд ли она простояла здесь дольше пары дней. Мешок пришлось положить в неё, но расставаться со своим мечом Иккинг не собирался. Гриммель, как ни странно, не возразил.              После они отправились в противоположную сторону от места приземления, там были слышны голоса множества драконов. Через минуту люди вышли на другую полянку, где расположились несколько десятков змеевиков.       — Сколько же их здесь, — не смог сдержать удивления Иккинг. Он уже отвык видеть большие скопления драконов.       — Сейчас здесь находятся тридцать девять драконов, — неожиданно ответил Гриммель. — Шесть древорубов, остальные змеевики. Ещё десяток сейчас на вашем острове.       — Ты оставил на Олухе драконов?! — воскликнул в негодовании викинг. — Зачем я с тобой улетал, если ты нас всё равно обманул?!       — Они не станут нападать, — спокойно ответил Гриммель. — Драконы на острове лишь для того, чтобы твои дорогие соплеменники не бросились сразу же за помощью к вашим драконам.       — Откуда мне знать, что ты говоришь правду? — подозрительно уточнил Иккинг.       Гриммель закатил глаза и пошёл на середину полянки, все драконы уставились на него. Иккинг, не отставая, следовал за ним, а после и вовсе встал рядом, по правую руку.       — В моих интересах говорить тебе только правду, — всё же ответил Гриммель.       А после гораздо громче сказал что-то ещё на незнакомом Иккингу языке. Парень догадался, что это команда для драконов. Змеевики разом бросились к чему-то, скрытому деревьями. По мгновенно наполнившим тишину звукам чавканья, стало понятно, что за деревьями находилась какая-то еда.       — Ты научил их есть по команде, — непонятно зачем прокомментировал Иккинг. Гриммель кивнул. — И зачем тебе это? Они могут охотиться отдельно и сами решать, когда съесть добычу.       — Верно, могут, — подтвердил Гриммель. — Вы так и поступали со своими драконами, не так ли?       — Да.       — Вы давали драконам слишком много свободы, и в итоге при первой же возможности они покинули вас и ушли в более благоприятное место, — размеренно начал объяснять Гриммель. — Моим драконам придётся заново учиться жить без меня, поэтому им будет гораздо сложнее уйти. К тому же, это обучает их сдержанности, они становятся меньше похожими на диких безумных зверей, и так их постоянное присутствие проще терпеть.       Иккинг вновь сдержал разъярённые слова. Он не собирался грубить человеку, от которого теперь зависела его жизнь. Иккинг должен вернуться на Олух как можно скорее, а это означало, что он обязан вести себя тихо и бесконфликтно. Чем скорее он поймёт, зачем он понадобился охотнику, тем быстрее он вернётся домой. После недолгих раздумий Иккинг решил задать вопрос напрямую.       — Зачем я тебе? У меня нет армии драконов, — обратился к спине Гриммеля парень.       — Я заметил, — медленно повернулся к викингу мужчина. — Но раньше тебе удалось её создать. Хотя меня больше интересует не количество собранных тобой драконов, а та стайка приближённых.       — Я не смогу их найти, — сразу возразил Иккинг. — Они в Скрытом мире, а людям не суждено его отыскать.       — Уверен, что тебе известно, где он и как в него пробраться, — не согласился Гриммель. — Но меня интересуют не конкретные драконы, а то влияние, которое люди на них оказали.       — Это какое такое влияние? — подозрительно уточнил Иккинг. — Они просто участвовали в освободительных операциях, а в остальном жили как остальные драконы.       — И всё же уровень их интеллекта отличался от уровня их диких сородичей, — примирительно подвёл мужчина. — Я не говорю о ночной фурии, чей интеллект всегда на ступень выше, чем у большинства других драконов. Но тот же громмель показывал совершенно иные результаты относительно своих собратьев. Единственным объяснением я вижу людское влияние.       — И ты хочешь, чтобы я сделал твоих драконов умнее? — уточнил Иккинг и получил утвердительный кивок. — Но я не делал ничего особенного ни с одним из наших драконов. Они просто жили среди людей и подстраивались под общество.       — Верно, — прервал его Гриммель. — Но никто больше таких результатов не добился. Драконы начинают вести себя иначе в условиях заточения, но всё равно остаются тупыми кровожадными тварями.       — Так стоп, — всё-таки не выдержал Иккинг. — Ты считаешь драконов кровожадными тварями и всерьёз ожидаешь, что они начнут меняться ради тебя? Что за бред. Драконы — наши друзья, ради нас они учились. И мы менялись, чтобы жить в мире с ними, чтобы стать достойными их.       — Какую бы идею ты не отстаивал, — спустя почти минуту тишины начал Гриммель, осторожно подбирая слова. — Результат на лицо. Драконы изменились, стали умнее. И я хочу, чтобы ты добился этого ещё раз.       — Ты меня вообще слушал? — Иккинг забыл о напускной сдержанности. — Мы вместе менялись. И люди, и драконы. Драконы — наша семья, только так они становились умнее, как ты говоришь, учились жить среди людей, вместе с людьми. Мы равны с ними.       Гриммель промолчал, напряжённо обдумывая что-то. Но вскоре мужчина покачал головой, откладывая мысли на другое время.       — Я не стану показывать тебе остров, сам разберёшься, — сменил тему Гриммель. — Занимайся, чем хочешь, но к драконам не приближайся. И не теряйся, завтра на рассвете за нами прибудет корабль.       На миг в голове Иккинга проскочила мысль, что можно рискнуть украсть драконов и сбежать на Олух, но он быстро от неё отказался. Викинг уже выбрал путь союзничества, так что не стоило предавать доверие. Да и сама идея, что охотник так просто предоставил пленнику некоторую свободу, звучала странно. А Иккинг не знал, чего можно ожидать от врага.       — Понял, — просто ответил парень.       Гриммель, будто только его согласия и ждал, отвернулся и стремительным шагом направился в сторону палатки. Иккинг решил исследовать остров.              Через час викинг понял, что этот остров не предназначен для пеших прогулок. Иккинг начал думать, что это не остров вовсе, а огромный камень, брошенный неведомым великаном в море и благополучно забытый всеми.       Раньше Иккинг не успел облететь ближайшие к новому Олуху острова с Беззубиком, не до того было, а позже драконы исчезли из жизни викингов. Сейчас парень необычайно ясно осознал, сколько возможностей у людей было благодаря драконам. Раньше способность забраться на пятиметровую отвесную скалу не казалась чем-то необычным, это один прыжок Беззубика. Сейчас сил одного только Иккинга хватало, чтобы забраться на пару таких склонов, но не весь же остров так облазить. Как грубый неровный камень, остров щерился выступами и угрожал неожиданными впадинами. Вскоре Иккингу надоело бессмысленно спускаться-подниматься, и, найдя дерево повыше, юный викинг забрался на него, разглядывая окружающее пространство с высоты.       Иккинг сидел не на высшей точке острова, но всё же видно было достаточно. Весь остров покрыт лесом, только в нескольких местах лысели пустынные места, но там, скорее всего, были ущелья или входы в пещеры, как тот, через который Иккинг попал на поляну с драконами. Также парень смог увидеть море, но берег был скрыт за деревьями, так что Иккинг не знал, где пришвартуется корабль. Во время полёта он не заметил подходящих бухт. Хотя он немногое успел увидеть, так что приходить к каким-либо выводам было бессмысленно.       Взгляд Иккинга задержался на блестящей в косых солнечных лучах воде, парень задумался о доме. Как там на Олухе? Что викинги без него делают? Валка, наверное, извелась вся от волнения. Но Астрид — умница, она точно со всем справится и будет управлять деревней. В Астрид можно не сомневаться. Да и беспокоится о других, когда она рядом тоже излишне. Но тревога не отпускала Иккинга, а, наоборот, усилилась от таких мыслей, вгрызаясь в грудь и пробираясь прямо в сердце.       В их мире остались драконы. Они не все спрятались в Скрытом мире, и теперь они в опасности, среди людей, которые хотят навредить им. Тот же Гриммель, который только и думает о том, как истребить оставшихся драконов. Иккинг должен защитить их от таких людей.       Но сейчас сам Иккинг лишь пленник, он даже своей жизнью не управляет, как ему кого-то спасти? С другой стороны, Гриммель — самая опасная угроза для драконов, а теперь Иккинг, вольно или нет, будет находиться рядом с этой угрозой, а значит, сможет хоть как-то повлиять на ситуацию и защитить драконов от Гриммеля. А может, он всё-таки объяснит охотнику, что драконы не «кровожадные твари», и сможет изменить его. Но эти мысли уже больше были похожи на мечты мальчишки, и Иккинг поспешил отогнать их от себя. Ему стоит придумать план спасения, а не предаваться пустым мечтаниям.       Когда начало темнеть, Иккинг спустился с дерева и решил вернуться к месту, где располагаются драконы. Но пройдя с десяток шагов, викинг услышал, как позади что-то хрустнуло. Парень резко развернулся, поднимая меч.       — Ты не наблюдателен, — уже не скрываясь, приблизился к нему Гриммель. — Из тебя бы не получился хороший охотник.       — Я предпочитаю дружить с драконами, а не убивать их, — мрачно ответил юноша и убрал меч.       — С медведями ты тоже предпочитаешь дружить? — уточнил охотник.       — Медведи просто так на людей не нападают, — отмахнулся Иккинг. — Не буду спрашивать, как ты меня нашёл.       Мужчина хмыкнул в ответ и промолчал. Некоторое время они шли рядом в тишине. Иккинг заметил, что одежда Гриммеля не шуршала, а поступь была неслышима. Он даже незаметно задержал дыхание, силясь расслышать хоть какой-то шорох, что выдаст своего хозяина, но Гриммель будто знал, куда следует наступить, чтобы ни один звук не выдал его в темноте. Со временем Иккинг стал казаться самому себе слишком шумным на фоне призрачного спутника.       — Я решил, что дам тебе группу драконов, — нарушил тишину Гриммель на подходе к лагерю. — Ты обучишь их своими методами, я не стану вмешиваться.       В душе Иккинга смешались надежда и дурное предчувствие. Слишком щедрое и вместе с тем подозрительное предложение.       — Разумеется, не сейчас, — добавил Гриммель. — К моим драконам не приближайся, они не для тебя.       Иккинг кивнул.       — Я не хочу воспитывать армию драконов-убийц, — решительно заявил он, несмотря на то, что в мыслях уже согласился на подобные условия. Со своими драконами он сможет сбежать.       — Ты не будешь воспитывать армию, — терпеливо ответил Гриммель. — Научишь нескольких своим трюкам, потом посмотрим, для чего ты ещё можешь пригодиться.       Викинг вздохнул, но промолчал.              Слишком многое произошло за этот день, слишком много противоречивых эмоций, на Иккинга сокрушающей волной накатила усталость.       — Есть хочешь? — угадывая настроение викинга, спросил Гриммель. — Спать будешь в моей палатке, больше мест нет.       — Я на улице, — возразил Иккинг.       Гриммель пристально посмотрел на парня, но в итоге махнул рукой. Хочет мёрзнуть — пусть мёрзнет. Не простудиться ума хватит.       Похлёбку они ели мясную. Иккинг удивился аппетиту охотника, тот будто тоже ничего в рот не брал с самого утра. Когда викинг доел, Гриммель забрал его тарелку и отнёс её в неизвестном направлении. Вскоре мужчина скрылся в палатке, и Иккинг улёгся в толстых корнях раскидистого дерева.       Как сильно отличаются утро и вечер одного и того же дня.