Сердце Земли

— Я составила целый план, миссис Доусон! — Корнелия гордо вытянула руку с листиком вперёд.       — У меня тоже целый план! — послышался звонкий голос с соседней парты.       Корнелия презрительно хмыкнула и посмотрела на довольно улыбающегося рыжего мальчика.       — Тайлер, Корнелия, вы как всегда молодцы! Я с удовольствием почитаю ваши предложения по улучшению экологии нашего города.       Миссис Доусон поправила очки и забрала протянутые листики, она совсем не замечала недовольных взглядов детей и напряжения, которое возникло между ними.       — Надеюсь, что все остальные возьмут с вас пример, — это было сказано строгим тоном, учительница обвела взглядом притихший класс и продолжила, — в этом году нам необходимо поучаствовать в озеленении города. Я с радостью приму ваши предложения и проекты. Очень важно заботиться об окружающей среде. Жаль только двое учеников это понимают…       — Но миссис Доусон!       — И не возникай, Урия, у вас была ровно неделя, однако никто из класса, за редким исключением, не соизволил постараться! — одним этим предложением учительница природоведения заткнула главного хулигана 2 «А» класса.       Прозвенел звонок и дети стали собирать свои принадлежности, этот урок был последним, поэтому все спешили и не хотели, чтобы учительница задала домашнее задание.       — На следующее занятие у вас у всех должны быть планы, раз уж Корнелия с Тайлером так постарались, и вы тоже должны поучаствовать! По классу прокатилась волна возмущения.       — Мисс Хейл и мистер Торн получают пятёрки, остальные свободны! — огласила учительница и села за стол.       Корнелия спокойно собирала портфель, когда кто-то легонько пихнул её в бок. Девочка резко повернулась и увидела перед собой улыбающегося Тайлера.       — Не задирай нос, Корни! Мой план получил тоже, что и твой!       — А ты лучше не лезь ко мне, Рыжий!       Миссис Доусон даже не обратила внимания на перепалку двоих учеников. Вскоре в классе кроме учительницы никого не осталось.       Во втором классе к их ученическому сообществу присоединился Тайлер Торн, рыжий мальчик с карими глазами, буквально сразу он завоевал сердца всех учителей, однако лучше всего ему удавалось раздражать Корнелию Хейл. Девочка была прилежна в учёбе, любила узнавать новое, она никогда не претендовала на место лучшего ученика класса. Любимым её предметом было природоведение, никто не мог соревноваться с Корнелией в этой дисциплине, именно это её и радовало, она гордилась собой и раз за разом совершенствовалась, чтобы её уж точно никто не догнал. И тут появился этот Рыжий. Он буквально наступал ей на пятки, отвечал на все вопросы, знал столько же, сколько знала сама Корнелия. Мальчик дураком не был и видел, что действует Хейл на нервы, поэтому он решил вконец её достать и придумал девочке прозвище «Корни». Само по себе слово не раздражало светловолосую, однако её ужасно злило то, что его безо всяких стеснений произносит этот вредный выскочка.       Противостояние захлестнуло обоих, каждый пытался превзойти другого. Такое соперничество не было разрушительным, оно помогало Тайлеру и Корнелии, пусть они об этом и не догадывались. В свои 8 лет девочка была слишком «умной», как говорили взрослые. Она не интересовалась тем, чем обычно интересуются девочки в её возрасте. Ей было ужасно скучно среди сверстников, поэтому у неё не было друзей. Тайлер в свою очередь был одиноким восьмилетним мальчиком, его, подобно Корнелии, не интересовали повседневные забавы и веселье. Родители обоих переживали за их состояние, так как были уверены, что им нужны были друзья, товарищи, на которых можно было бы положиться. И вот Корнелия и Тайлер встретились.       Девочка стала больше времени уделять учёбе и старалась во всём быть первой, вернее, старалась, чтобы Тайлер был во всём вторым. В её голубых глазах появился настоящий азарт, зажёгся огонёк неподдельного интереса, тоже самое можно сказать и про Торна. Родители ребят тайно общались между собой и были несказанно рады, что их дорогие дети смогли найти общий язык. Пусть он и был основан на колких замечаниях, постоянных претензиях.       Между тем кошмары не перестали мучить Корнелию. Каждый день ей снились странные миры, чаще всего она видела мрачный замок и его не менее мрачного владельца. Девочка бродила по пустынным коридорам, рассматривала картины, висящие на стенах. Но больше всего времени Корнелия проводила в тронном зале, смотрела в холодные глаза жестокого правителя, то что перед ней тиран, она поняла, как только с его уст сорвался приказ сжечь посевы жителей северной части Меридиана, так как никто из них не захотел выдать правителю командира повстанцев. Иногда Корнелию посещали мысли о том, что Фобос, а именно так звали этого повернутого на тоталитарном режиме, догадывается о её присутствии. Его глаза часто встречались с её глазами, он постоянно оглядывался, будто хотел что-то увидеть. Однако это было невозможно. Как плод воображения Корнелии мог быть живым и не подчиняться её прихоти? Он — всего лишь сон, весь мир со странными жителями также был всего лишь сном. Почему же тогда серые наполненные первородным гневом и жаждой власти глаза так неистово пытались поймать её ясные голубые?       Всё это пугало Корнелию, она не хотела больше видеть эти мрачные просторы, их обитателей и длинноволосого князя.       Огромная дверь открылась со скрипом. «Странно, что её до сих пор никто не удосужился смазать», — недовольно скривившись, подумала Корнелия и перевела свой взгляд с Фобоса на вошедшего в зал человека, который на самом деле человеком не был.       — Мой Князь, восстание в деревне Аарвина было подавлено, а сам мятежник схвачен и ожидает Вашего суда, — высунув раздвоенный язык, проговорил Седрик.       Корнелия подавила в себе рвотные позывы, она очень любила животных, однако к змеям относилась с большой осторожностью, в раннем детстве одна укусила её в ногу. Ничего серьёзного за этим не последовало, просто было неприятно и больно. И сейчас она не могла спокойно смотреть на слугу Фобоса, который частенько менял свой человеческий облик, становился огромным зелёным змеем. Несколько раз Корнелии «посчастливилось» лично увидеть превращение Седрика.       — Аарвин — настоящая развалина, мне стоило догадаться, что он якшается с мятежниками, — сказал Фобос и махнул рукой, — что ж, не будем заставлять почтенного старика дожидаться.       Зал заполнился самым жутким, по мнению Корнелии, смехом на свете. Девочка поняла, что Фобос старался любыми доступными ему способами (а их было более чем достаточно) внушить страх в сердца жителей Меридиана. Так что даже смех или улыбка, такие безобидные детали, у Фобоса были орудиями устрашения.       Корнелия зажмурилась, ей нужно было немедленно проснуться, она совершенно не хотела быть свидетельницей страшного суда над ни в чём неповинным стариком. Девочка посмотрела на свои розовые балетки и разочарованно вздохнула, выйти из царства сновидений не получалось. Оставалось только смотреть на разыгрывающуюся перед ней драму.       Корнелия чихнула и заметила, как Фобос дёрнулся. «Он точно знает, что я здесь», — закусив губу, подумала Корнелия и бесстрашно посмотрела в серые глаза Фобоса, которые были направлены прямо на неё. За то время, что ей пришлось провести в этом месте, то есть за год с небольшим, она уже привыкла к унылым пейзажам Меридиана и злобным глазам Фобоса, поэтому перестала бояться и спокойно относилась к его закидонам.       Тем временем стражники приволокли в тронный зал старого эльфа. О принадлежности к этой расе говорили большие заострённые уши и достаточно высокий рост. Аарвину судя по всему было около трёх сотен лет, хотя выглядел он по человеческим меркам на сорок. Несмотря на все морщины и шрамы старый эльф был очень красивым, что не укрылось от внимательной Корнелии. Аарвина буквально швырнули на холодный мраморный пол, эльф упал на колени и опёрся о поверхность руками. Мятежник поднял на Фобоса свои, немного мутные зелёные глаза, они были полны ненависти.       — Не смотри на меня так, Аарвин, всё равно не сможешь испепелить, а вот мне удастся это сделать, — голос Фобоса был полон насмешки.       — Склонись перед Князем, червь, — злобно прошипел Седрик, и один из стражников ударил Аарвина по шее.       Корнелия ахнула и подбежала к эльфу, склонившему голову под тяжестью удара. Девочка присела около него и коснулась его лба. Она не знала, что собственно хотела этим сделать. Корнелия лишь думала о том, что эльфу не должно быть больно, что Фобос не имеет право так поступать. Удивительно, но её действия повлияли на состояние Аарвина. Он будто воспрянул духом и снова упрямо поднял голову. Стражник хотел ещё раз напомнить мятежнику, перед кем именно он находиться, однако движение руки Фобоса остановило его.       — Не стоит, нам нужно, чтобы он ответил на все вопросы, а не свалился без сознания от твоих неосторожных ударов, Тайнар.       Стражник виновато склонил голову, а Аарвин сплюнул и чётко проговорил:       — Если ты думаешь, что я тебе хоть что-нибудь расскажу, то ты — просто наивный глупец.       В миг лицо князя исказилось злобой, уголок губ нервно задёргался, а глаза сузились и потемнели. Фобос вытянул руку вперёд, из его ладони вырвался поток электрических разрядов. Аарвин зашипел от боли, большее он не позволил себе сделать. Тиран, прикладывая ещё больше усилий, стал выпускать молнии из ладоней. Однако мятежник лишь согнулся и громко замычал, Корнелия поняла, что Аарвин не доставит Фобосу удовольствия насладиться его криком. Она это поняла, однако крупные слёзы всё равно полились из её глаз, девочка положила свои руки на подрагивающие плечи повстанца и сжала зубы.       — Хватит! Он ведь не выдержит! — Корнелия не узнала собственный голос, столько силы в нём ещё никогда не было.       Фобос поражённо замер и крикнул:       — Покажись! Я знаю, что ты здесь.       Девочка перестала плакать и отшатнулась от вмиг подлетевшего к ней князя. В следующую секунду Корнелия открыла свои глаза и поняла, что лежит на своей кровати. С одной стороны она была рада. С другой, что именно Фобос решил сделать с Аарвином, увидит ли она когда-нибудь его? Девочка нахмурилась, зачем она об этом вообще думает, забивает голову ненужными мыслями. «Это же просто сон, почему-то такой реалистичный, но сон», — именно об этом думала Корнелия, когда решила наконец встать с кровати, однако одна деталь запутала и напугала её ещё больше. Вся подушка была мокрой от слёз, коснувшись щеки, Корнелия почувствовала влагу и поёжилась, неприятные ощущения буквально окутывали её. «Просто плохой сон, кошмар, вот и расплакалась», — пыталась успокоить себя девочка. Поток размышлений прервал голос Элизабет:       — Милая, ты уже встала? — скорее всего женщина говорила из кухни. Корнелия посмотрела на будильник, он показывал ровно девять часов утра. Для воскресения в самый раз, пора было подниматься.       Сидя за столом и хрустя фирменными, приготовленными мамой, чесночными хлебцами, Корнелия думала над тем, как именно проведёт сегодняшний день. Может ей стоило заняться уроками? Нет, все они были сделаны ещё вчера. А может посмотреть фильм про динозавров? Настроения смотреть что-либо не было.       — Милая, как ты думаешь провести день? — спросила Элизабет, держа на руках только что проснувшуюся Лилиан.       — Не знаю, может почитаю, фильм посмотрю. А что?       Корнелия с подозрением посмотрела на маму и хотела ещё что-то сказать, как вдруг отец помешал ей это сделать. Гарольд вошёл в кухню, бесцеремонно забрал последний хлебец у Корнелии и огласил:       — У меня есть одна замечательная идея! — проигнорировав возмущённые возгласы дочки, мужчина продолжил, — собирайся, мы едем на каток!       — Извини, у меня планы.       На самом деле никаких планов не было, просто Корнелия не хотела идти на каток.       — Мы туда поедем, ты посмотришь на лёд и захочешь покататься!       Гарольд был настроен очень оптимистично, а когда у главы семейства Хейл было такое солнечное настроение, никто не мог его испортить или же переубедить упрямого мужчину.       — А если не захочу, тогда сразу уедем! — сверкнув глазами, поставила условие Корнелия.       — По рукам, — согласился Гарольд.       У обоих были очень смешные выражения лиц: радостно-озорное и недовольно-хмурое. Элизабет подавила смешок, однако Лилиан не собиралась этого делать, и вскоре квартиру семейства Хейл заполнил кристально чистый и звонкий смех годовалой малышки.       Приехав на место назначения, Гарольд с Корнелией отправились в большое здание, носящее гордое название дворца. Девочка недовольно косилась на веселящихся людей и мечтала оказаться дома. Хоть она и умела кататься, ей многое не удавалось в этом спорте, а Корнелия совершенно не желала показывать кому-то свои неудачи. Сев на скамейку, девочка подпёрла рукой подбородок и стала наблюдать за тем, как отец надевает коньки. Справившись со шнуровкой, Гарольд осторожно подошёл к бортику, открыл дверцу и, сняв чехлы с лезвий, уверенно встал на лёд. Мужчина повернулся к Корнелии и обронил:       — Ты точно не будешь кататься?       — Точно! И ты обещал…       — Знаю, знаю. Сейчас поедем, дай королю размяться. Корнелия недовольно надула щёки и отвернулась, однако вскоре снова посмотрела на лёд. Рыжая макушка приковала её взор к себе.       — А он что тут делает? — тихо проговорила девочка и подошла к бортикам.       Ошибки быть не могло. По льду уверенно скользил Тайлер Торн, настоящая заноза в пальце Корнелии. Девочка открыла рот, только что он сделал двойной аксель! Да такой чистый, что и придраться было не к чему! Корнелия совсем не интересовалась этим спортом, просто умела кататься, знала названия пары техник и всего-то. Однако сейчас её глаза зажглись неподдельным интересом. Рыжий так умело катался, что она на секунду забыла, что он — вредный, несносный мальчишка, который думает только о том, как бы разозлить её. Многочисленные пируэты, резкие повороты, — всё это удавалось ему с такой лёгкостью, что у Корнелии свело челюсть. Всё это время она держала рот открытым.       — Осторожнее, Корни! Мухи и в это время не дремлют! — донёсся до неё заливистый смех Тайлера.       Корнелия всё могла стерпеть: боль от удара, плохую оценку, выговор от учителя, всё, кроме насмешек над её личностью, над её способностями. Этот мальчишка ещё увидит настоящую Хейл!       Девочка с уверенностью подошла к стойке и попросила у работницы пару коньков тридцатого размера, ничто её не могло остановить, даже то, что каталась она намного хуже чем Торн.       Встав на лёд, Корнелия заозиралась в поисках рыжего нахала. Вскоре она нашла его, он стоял, оперевшись рукой о бортик, и поправлял брюки. Девочка заскользила по льду, ей казалось, что её навыки в катании превосходили навыки новичков во много десятков раз, однако она немного просчиталась. Лезвием правого конька, она зацепилась за лезвие левого, неуклюже взмахнув руками, а также возвестив о своём положении окружающих коротким визгом, упала на твёрдый лёд. Корнелия растянулась на катке, больно ударившись носом. Не прошло и секунды, как она почувствовала на своих руках чьё-то прикосновение. Её аккуратно подняли, однако открывать глаза Корнелия не спешила.       — Стоит быть осторожнее.       О, нет, только не этот противный голос. Девочка открыла один глаз и увидела перед собой лицо Тайлера. С удивлением обнаружив, что он и не думал ухмыляться или язвить, светловолосая открыла второй глаз и посмотрела на руки Торна, которые держали её за предплечья.       К детям присоединился взволнованный Гарольд.       — Милая, ты не сильно ушиблась? Сил у Корнелии хватило, лишь на мотание головой. То что Тайлер не смеялся над её падением, а помог ей подняться, до глубины души поразило девочку.       — Видимых повреждений нет, мистер Хейл! — с улыбкой проговорил Тайлер и отпустил Корнелию.       — Спасибо, — неуверенно произнесла светловолосая. Глаза Гарольда странно блеснули, однако ребята не могли этого заметить.       — Не за что, если хочешь, я помогу тебе вспомнить основные движения.       — А откуда ты…       — Просто ты слишком умело держишься для новичка, поэтому я подумал, что, — Тайлер смущённо заложил праву руку за голову, — что ты давно не становилась на лёд и тебе просто нужно хорошенько раскататься.       Щёки Корнелии порозовели, Тайлер хвалил её, пусть и в своей манере, однако это была похвала. Девочка этого совсем не ожидала, поэтому было вдвойне приятно услышать от него что-то хорошее.       Гарольд с улыбкой наблюдал за развернувшейся перед ним сценой и во второй раз похвалил себя за сообразительность. Именно мистер Хейл надоумил родителей Тайлера посетить каток в воскресенье. Именно мистер Хейл, неповторимый и ужасный. Его план сработал, как и положено планам.       И теперь он сидел на скамейке и смотрел на двоих детей, которые катались и оживлённо спорили на счёт захода на лутц.