Сердце Земли

      — Чёрт возьми! — с криком подорвалась с кровати Корнелия.       Дива вскочила с матраса, постеленного на полу, и с тревогой вгляделась в лицо Хейл.       В дверь постучали.       — Корнелия, всё хорошо?       — Да, мам, просто замечательно.       — Тогда спускайся, завтрак уже готов.       — Я сейчас, — крикнула Корнелия и прикрыла глаза ладонью.       Она видела Волшебницу, видела всю историю Охотника, она видела рядом с ним женщину, невероятно похожую на её новую знакомую.       Корнелия отняла ладонь от лица и пристально посмотрела в глаза Диве. Это определённо она. Хейл вскочила и схватила расчёску со стола. Девочка поджала губы, прежде чем выпалить:       — Кажется, я знаю, кто ты.       Глаза Дивы округлились.       — Имя Охотник тебе о чём-нибудь говорит?       Жительница Меридиана нахмурила брови и возвела глаза к потолку, в следующее мгновение она замотала головой. Корнелия вздохнула. Девочка завязала тугой хвост и посмотрела на часы, она опаздывала.       — Поговорим, когда я вернусь, не скучай.       Корнелия взяла брючный костюм, висящий на дверце шкафа и ушла в ванную. Оттуда она вышла уже полностью готовая к походу в школу.       — Спасибо, что довёз, па, — оставив на щеке Гарольда поцелуй, произнесла Корнелия. Она уже собиралась выйти из машины, как её остановил голос отца:       — Милая, всё хорошо?       Подросток посмотрела на обеспокоенное лицо отца и кивнула.       — Просто ты сегодня кричала утром, а днём позже вернулась домой вся в синяках и ссадинах, а ещё позднее ты зачем-то приводила в дом Липшица, и вы о чём-то громко спорили в твоей комнате, нет, — Гарольд пригладил усы, — ты не подумай, что я подслушиваю или контролирую каждый твой шаг, просто… — мужчина вздохнул и продолжил, — просто, если у тебя проблемы, ты всегда можешь рассказать нам с мамой. Мы поможем.       Девочка улыбнулась.       — Конечно, я вам расскажу. Не переживай, пап. Всё отлично.       — Отлично, — кивнув, произнёс Гарольд.       Отец с дочерью засмеялись и вскоре Корнелия вышла из машины и направилась в школу.       — То есть ты считаешь, что Волшебница обманывает нас? — шёпотом спросила Вилл у Хейл, когда та взяла лягушку, дабы её препарировать.       Корнелия нахмурилась.       — Она ведь могла всё рассказать мне, но не сделала этого.       — А меня больше интересует, зачем тебе понадобилось одной проникать в Меридиан.       — Со мной был Калеб, — как ни в чём не бывало ответила Корнелия и посмотрела на лягушку в руках.       — О, конечно, это всё меняет, — с сарказмом отозвалась Вандом.       — Послушай, мне многое вам нужно рассказать, необходимо собраться где-то вместе.       Хейл занесла над лягушкой скальпель, но остановилась. Вилл закатила глаза и забрала инструмент у подруги.       — Давай уж.       — Живодёрка.       — Зато у нас будут хорошие оценки.       — Кто бы мог подумать, что ты любишь лягушек.       — Кто бы мог подумать, что ты не любишь марать руки.       — Это буквально предательство.       — Это взаимовыгодное сотрудничество.       — И какую выгоду получает лягушка?       — Мою любовь и безграничное уважение.       — Живодёрка.       — Ты куда нас записала?       — На театральный конкурс, — мечтательно ответила на всеобщее восклицание Хай Лин. На недовольное восклицание.       Однако Корнелия никак не отреагировала на радостное заявление китаянки, её молчаливость и задумчивость не остались без внимания.       — Корни, ты чего такая кислая? — ковыряясь ложкой в чём-то, не вызывающем доверия и совершенно незаслуженно носящем звание «каши», поинтересовалась Ирма.       Корнелия посмотрела на Лэр, а затем оглядела всех подруг.       — Нужно поговорить.       За столом резко воцарилось молчание, так как каждый погрузился в собственные мысли, девочки гадали, что же хочет рассказать им Корнелия, а сама Хейл думала, как она будет доказывать подругам, что милый продавец, работающий в книжном магазине, на самом деле вовсе не милый, а злобный и опасный прихвостень Фобоса.       — Знакомьтесь, это Дива, — подталкивая жительницу Меридиана к подругам, произнесла Корнелия.       — Привет, я Ирма, — охотно поздоровалась с девочкой Лэр.       — Я Тарани, — отозвалась Кук и стала с интересом рассматривать новую знакомую.       На такое пристальное внимание к своей персоне Дива лишь улыбнулась.       — Вилл.       Дива посмотрела лидеру стражниц прямо в глаза. Вандом напряглась, но выдержала тяжёлый взгляд голубых глаз.       — Это Хай Лин, — указав на китаянку рукой, представила её Корнелия, тем самым заработала недовольный взгляд от подруги.       — Времени у нас не так много, — строго произнесла Корнелия.       Вскоре к шестерым девочкам присоединилась Ян Лин и Хейл начала свой рассказ.       Девочка, конечно, не забыла упомянуть Липшица. Как только остальные стражницы узнали, что Ллойд в курсе их сражения со злом, они с укором посмотрели на Корнелию. Особенно недовольна была Вилл.       — Глупо с твоей стороны доверять ему такую тайну, — произнесла лидер.       — Глупо было прогонять его и просить попытаться забыть то, что он видел. Вы, должно быть, забыли, кто такой Липшиц. У этого человека язык без костей, он бы при самом первом случае проболтался, — спокойно ответила светловолосая.       — Я бы не была в этом так уверена, — тихо отозвалась Дива.       Корнелия посмотрела на жительницу Меридиана и закатила глаза.       — Дива, ты единственная, с кем он нормально заговорил. Ллойд всегда был невыносим.       — Может и так, — закусив губу, произнесла девочка, — но, как и ты сказала, он был таким. Сейчас же…       — Всё, хорошо, моей целью было не обсуждение достоинств и недостатков Липшица, — прервала возражения Дивы Корнелия и, тяжело вздохнув, продолжила свой непростой рассказ.       Когда она, сказала, что Рик Хоффман - настоящее чудовище, которого они так долго искала, девочки лишь переглянулись и засмеялись. Лицо Корнелии вспыхнуло, на худых щеках появился румянец искренней злости. Они ей не поверили. Тогда Хейл начала объяснять:       — Зайдём с другой стороны. Книжный магазина на Престон-стрит. Все помнят его бывшего владельца? Почему он закрыл его? мистер Грейс всегда жаловался на постоянные головные боли, он постоянно говорил о том, что находится в магазине не один, что за ним наблюдают. И где теперь мистер Грейс?       Девочки знали, где теперь находился Джон Грейс. В психлечебнице. Уже около двух лет они не знают о его судьбе. А ведь книжный магазин Грейса был самым популярным в Хитерфилде. А самого владельца уважали и любили.       — Он был психически нездоровым человеком, Корнелия, — нахмурившись, строго произнесла Вилл, — не стоит строить небылицы, приплетая сюда мистера Грейса и его магазин, что бы это ни…       — Вилл, дослушай меня.       — Я не собираюсь слушать эти глупости.       — Вилл! — отчаянно воскликнула Корнелия.       Вандом задумалась на несколько секунд, а после сложила руки на груди, показывая, что слушать она готова. С ярым нежеланием, но готова.       — Теперь мы знаем, что в книжном магазине находится некий разрыв в пространстве, который служит точкой инверсии.       — А разве не книга является этой самой точкой? — спросила Хай Лин.       — Думаю, нет. Сама по себе книга выступает в роли портала. Но место, сам книжный магазин - это что-то вроде перепутья, перекрёстка, на котором встречаются миры, — озвучила свои мысли Тарани.       — Спасибо, — с лёгкой улыбкой поблагодарила подругу Корнелия, она тут же продолжила, чувствуя поддержку от Кук, — второй момент, Сед-Рик и Рик, — с расстановкой сказала Корнелия, а после быстро добавила, так как увидела, что Вилл хотела опровергнуть её подозрения, — я видела «Рика», — имя девочка демонстративно обозначила кавычками, — в замке Фобоса.       — Но когда? — спросила Вилл.       — Когда мы с Калебом отправились в Заветный город.       — Вы пробирались через замок?! — вскочив со своего места, воскликнула Вилл.       Корнелия стиснула зубы, ей снова приходилось врать девочкам, но по-другому объяснить свою уверенность она просто не могла. Сейчас у них было много своих проблем, не стоило взваливать на их плечи ещё одну в виде её способности.       — Вилл, я…       — Ты хоть немного думаешь о последствиях?       — Не отчитывай меня, словно школьницу! — спокойно, но твёрдо произнесла Корнелия.       — Ты и есть школьница! Но, видимо, твоё эго постоянно пересиливает здравый смысл, и ты оказываешься неспособна к разумным действиям и решениям! — повысила голос Вилл, приблизившись к Корнелии.       Вандом злилась, она была рассержена на то, что Хейл не рассказала обо всём раньше, что она сама взвалила на себя всю ответственность и не удосужилась предупредить своих друзей.       — Я думала о вашей безопасности, — процедила Корнелия.       — Ох, какая неожиданность! Великая Корнелия Хейл подумала о ком-то кроме себя! Ну наконец-то! — ядовито прошипела Вандом.       — Ви-илл, — предостерегающе протянула Ирма и с беспокойством посмотрела на вытянувшееся лицо светловолосой подруги.       — Я говорю обо всём вам сейчас, — ещё тише произнесла Хейл.       — А мы должны тебе верить? — словно удар по щеке, прозвучали слова из уст Хай Лин.       Корнелия не поверила своим ушам. К упрёкам и крикам Вилл она была готова, Хейл знала, что у Вандом были все причины на то, чтобы злиться, но от других светловолосая ждала лишь поддержку и понимание. Зря, как оказалось.       Корнелия обвела хмурые лица подруг взглядом и стремительно вышла из подвала «Серебряного дракона». Хейл засунула руки в карманы ветровки и отправилась к себе домой.       А тем временем в подвале Ян Лин отчитывала четырёх стражниц.       — Вы должны верить Корнелии, всё, что она вам сказала, это правда.       — Бабуль, нам бы очень хотелось ей верить, — вздохнула Хай Лин, — но…       — Но она постоянно что-то скрывает, что-то придумывает у себя в голове и не делится этим с нами, — закончила за неё Ирма.       — Мне кажется, мы неправильно поступили, — заявила Тарани.       В подвале воцарилась тишина. Дива сидела на маленьком диване и пыталась подавить в себе упрекающую тираду, направленную в сторону лидера стражниц. Вилл не должна была говорить то, что она сказала. Вандом - это сердце их команды, она должна выслушивать каждого, выслушивать и пытаться понять, она не должна была набрасываться на Хейл с обвинениями. Дива была в этом твёрдо уверена, как, впрочем и Ян Лин. Но переубедить упрямого лидера не представлялось возможным. Девочка должна была понять всё сама.       — Пусть так. Зато в следующий раз Корнелия сто раз подумает, прежде чем что-то делать за нашими спинами, — угрюмо отозвалась Вилл.       Девочка должна была понять всё сама. И она поймёт, у неё не было другого выхода.       Корнелию душили слёзы. Она вытирала их замёрзшими ладонями и часто шмыгала носом. Глаза помутнели и не могли ясно видеть дорогу, поэтому Хейл решила сесть на лавочку у озера и обдумать всё то, что случилось несколько минут назад в подвале.       Было обидно, было чертовски обидно. Они считали её законченной эгоисткой, тогда когда она считала себя настоящим другом, заботящимся о дорогих ему людям.       Ей не стоило вот так убегать, нужно было остаться и попытаться всё объяснить, на крайний случай рассказать им о способности к астральной проекции. А она снова, словно трусиха, предпочла бегство от проблем.       Корнелия втянула носом колючий февральский воздух и захрипела от потока новых слёз. Горькое чувство потери сковало горло и мешало кислороду поступать в лёгкие.       — К-корни? — послышался надломленный голос.       На Хейл кто-то налетел и сжал её в невероятно крепких объятиях.       Корнелия успела заметить яркие рыжие волосы и разревелась ещё сильнее.       — Корнелия, что случилось, кто тебя обидел, что-то болит? Что произошло, ради всего, не плачь, скажи мне, — умоляюще тараторил Тайлер и прижимал к себе Хейл ещё сильнее.       — Тай, — послышался хрип девочки.       Тайлер уткнулся носом ей в макушку и вопросительно замычал.       — Всё хорошо, Тай, — отозвалась девочка и попыталась остановить поток слёз.       — Издеваешься?       Торн разомкнул объятия и взял подругу за плечи. Парень оглядел лицо Корнелии и остановился на искусанных до крови губах. Внезапно его внимание привлёк огромный синяк на шее светловолосой. От быстрого бега Хейл и сильных объятий Торна, шарф, прежде скрывающий шею девочки, висел теперь на её плечах и открывал взору Тайлера ужасающую картину.       — Корни, — дрогнувшим голосом произнёс имя девочки Тайлер.       Корнелия устало посмотрела на него и по направлению его взгляда поняла, что так обеспокоило парня. Хейл подскочила и схватила шарф, дабы замотать его вокруг шеи и скрыть следы недавнего похода в один не очень безопасный мир.       Но сделать Корнелия ничего не успела. Тайлер обхватил её запястья и потянул подругу на себя. Девочка приземлилась на лавочку, а Торн стал рассматривать её шею. Парень провёл пальцем по зажившей царапине и серьёзно посмотрел на светловолосую.       — Что это?       Корнелия никогда не слышала такого тона. Тона, наполненного таким холодом, таким отчаянием и такой злостью. Хейл вздрогнула, когда мальчик обхватил её плечи.       — Скажи мне.       В ярких, всегда наполненных радостным и искренним блеском глазах плескалась боль, в них плескался страх.       Корнелия встрепенулась и быстро ответила, будучи не в силах выдерживать такой взгляд своего лучшего друга.       — Спокойно Тай, мы ходили с семьёй в лес на несколько дней.       Тайлер нахмурился, но по твёрдому и уверенному взгляду Корнелии, он понял, что подруга говорила ему правду.       Торн неохотно кивнул и набросился на девочку с новым вопросом:       — Почему ты плачешь?       — Тайлер, — выдохнула его имя Корнелия и улыбнулась.       Парень вздрогнул, но продолжил смотреть на успокоившуюся подругу.       — Я поссорилась с девочками.       — Что? — сглотнув, переспросил Тайлер.       — Да, причина проста и невероятно глупа! — взорвалась Корнелия, — они обозвали меня эгоисткой и послали меня на все четыре стороны, поэтому я и реву! Всё! Занавес! Можешь смеяться, — поджав губы, но сдержав рвущиеся наружу слёзы злости и обиды, пояснила Хейл.       И тут же оказалась придавлена к лавочке Тайлером. Парень серьёзно рассматривал лицо Корнелии. Так прошло несколько минут. Они просто вглядывались в бездонные омуты глаз друг друга. В головах было пусто, на душе играла буря.       — Ты ведь знаешь, что я никогда не стал бы смеяться над твоими чувствами, Корнелия.       Тайлер ещё недолго всматривался в голубые глаза подруги и поднялся, протянув руку Корнелии. Девочка приняла её, и они вместе отправились к ней домой.       — Твой отец будет не против того, что ты приведёшь домой мальчика? — поиграв бровями, спросил Тайлер.       Корнелия прыснула.       — Нет, он уже два дня пытается настроить канал с бразильскими сериалами самостоятельно, так как я отказалась ему в этом помогать.       — Жестоко.       — Я не собираюсь терпеть то, как он рыдает над очередной тяжёлой судьбой влюблённой пары, — Корнелия вспомнила, как полчаса просила отца успокоиться, но в ответ получала лишь всхлипы и восклицания о том, что его дочь ничего не понимает. — Мрак.       — Справедливо.       Подростки шли по улице и наслаждались видами лилового неба, многоэтажных домов и закатного солнца, что дарило последние крупицы тепла на сегодня.       Корнелия мысленно улыбнулась, несмотря на все проблемы и ссору с подругами, у неё всё ещё был её Тай.       А Тайлер был погружён не в столь радужные мысли и думал, как вправить мозги четырём курицам и как вывести Корни на чистую воду. История про лес была занимательной, только вот Корнелия в очередной раз забыла, что Тайлер был её лучшим другом и знал про неё и её семью всё, вплоть до того, что Элизабет жутко боится насекомых и темноты, поэтому отдых на природе всегда был проблемным испытанием для семейства Хейл.       Тайлер посмотрел на беззаботно подставляющую своё лицо лучикам солнца подругу и отбросил мрачные мысли подальше. Сегодня нужно попытаться расслабиться и показать Корнелии, что она не одна, что он будет рядом с ней. Всегда.