Семья

Проводив ребят в Афганистан на поиски Пауля, Ева взялась за Тилля мертвой хваткой. Она по несколько раз в день требовала, чтобы он забрал Рихарда из клиники. Поговорив с его лечащим врачом и увидав самого парня, она убедилась на сто процентов, что он совершенно нормален. Капая ежедневно и еженощно его отцу на мозги, она добилась своего. Через трое суток после отъезда парней в Афганистан Рихард был дома. - Где Пауль? Почему вы мне не рассказываете? Где Оливер и Шнайдер? – Рихард требовал ответа у своей семьи. Все как сговорились - ничего ему не отвечали. Первый день сказывалось действие лекарств, и парень выглядел далеко не лучшим образом, но потом все начало приходить в норму, и Рихард будто очнулся ото сна. - Какое число сегодня? – первым делом спросил он отца. Посчитав, что находился в клинике пять месяцев, он просто обалдел и не разговаривал с отцом пару дней. Тот не знал, как вымолить у него прощение, и ходил с понурой головой. - Рих, успокойся, сейчас ребята дадут знать, как добрались, и мы тебе все расскажем, – спорила с ним Дженни. - А почему не сейчас? - Потому что мы переживаем за твою психику. - С моей психикой все нормально, и зачем меня продержали в дурке столько времени - совершенно не ясно. Пять месяцев я там загорал, это обалдеть можно! Столько времени зря потеряно! Это вас всех нужно туда упрятать, а тебя самого первого, – говорил он отцу. - Риш, сынок, ну, прости ты меня, старого дурака, – клял себя Тилль, когда убедился, что Рихард совершенно здоров. - Я теперь в институте не смогу восстановиться! Идиотов после дурдома в институты не берут. А я, между прочим, хочу учиться. И что мне теперь делать? - Сынок, прости. - Найду ребят и уеду от вас подальше, в Америку уеду и буду учиться. И Пауля заберу с собой с Гюнтером, а найду Муттер - и ее заберу. - Рихард, прекрати так себя вести! – ругалась с ним Дженни. - Столько времени зря потеряно, можно было предотвратить отъезд Пауля или сразу по получении от него письма поехать в этот сраный Афганистан. - Но ребята сразу начали оформлять документы, просто их не выпускали. - Все потому, что вы тупые! Нужно было дать денег, взятку. - Рихард, как ты разговариваешь?! – опешил Тилль. – За такие слова можно и схлопотать. - Ага, сейчас, разбежались, я и сдачи могу дать. Не позволю больше мной командовать. Найду ребят, тогда наказывай меня, бей, ругай. А сейчас не вздумайте мне мешать. - Почему ты так грубо с нами разговариваешь? – ругалась Дженни. – Обзываешь нас тупыми?! - Это правда! Сидели все это время, сопли на кулак мотали. Почему не начали проверять, кто погиб в Рамштайне? - Мы не верили тебе. - Ладно, не верили. Дайте мне письмо, пришедшее от Пауля, – потребовал он. - У нас его нет, его забрали ребята, – ответил смущённый Флаке. - Адрес отправителя. Говорите, какой там был адрес? – требовал парень. - Я точно не помню, может, Дженни помнит или Тилль? Рихард пошел за ответом к ним, но они ничего ему внятного сказать не смогли. - Ева? – обратился он к девушке. - Я не знаю, они мне адрес не сказали. - Вы совсем сдурели? Куда ребята поехали? С кем договаривались? Что за американская журналистка? У них есть деньги? О боги! - Рихард, но на поиски в таком масштабе, который ты затеваешь, нужны большие деньги, – начал спорить Флаке. - Они у меня есть, надо было просто спросить! А не пихать меня в дурдом! - Но то, что ты сделал, не лезло ни в какие рамки. Что мы должны были сделать? – не унимался Флаке, пытаясь как-то объяснить их поведение. - Надо было мне набить морду, посадить в наказание в подвал, ругать меня, что угодно! Но не класть к идиотам почти на полгода. Да, я сделал ужасный поступок, но я очень страдал! Я просто хотел дотронуться до своей любимой женщины, и все! - Мы же ничего не знали… Боже, Рихард, – успокаивала его Дженни. - А вы вообще ничего не знаете и знать не хотите, - отрезал Рихард. И только хотел уйти, как раздался телефонный звонок. Все напряглись. *** Это была самая лучшая ночь. Она занималась с ним любовью с такой неистовой энергией, что он впервые подумал о женитьбе. Он кончил быстро, не в силах пережить напора, и лишь значительно позже она оставила его в покое, тяжело дыша и кончив как нужно было ей и сколько нужно. Потом, когда он уже почти погрузился в сон, она пододвинулась к нему поближе, и снова он ощутил запах ее пудры — намного более дорогостоящую версию того запаха, который исходил от тех девушек, с которыми он встречался. Она прошептала ему на ухо слова, которые выдернули его из сна на оставшуюся ночь: «Ты ведь не влюбишься в меня, правда? Ты не сможешь себе этого позволить?» Он снова набросился на эту странную женщину, такую необычную и чужую ему. Она была очень хороша в постели, настолько хороша, что он даже удивился. Она привела его к себе в номер в тот вечер, когда они добрались до Турции, и то, что случилось, случилось совершенно естественно. Оливер помнил мгновенный приступ отвращения, когда он увидел, как обвисли ее груди и как тускла кожа, но он совсем забыл об этом, когда она обхватила его ногами с удивительной силой. Когда он дошел в очередной раз до развязки, она оттолкнула его и взяла пачку сигарет. - Что не так? - спросил он удивленно. Она улыбнулась. – Иди к своему другу, мне нужно работать. - Работать? Сейчас ведь ночь. - Это здесь, а в моей стране день. Накинув на себя шелковый халат, она, не вынимая сигарету изо рта, начала звонить по телефону, показывая Оливеру жестами, чтобы он поскорей покинул ее. Смутившись, парень пошел к себе в номер, который они сняли на двоих с Думом. «Ну, конечно, у нее было много любовников, чем он мог ее удивить, он моложе ее в два раза». Так и не уснув, парень пролежал на не расстеленной кровати до самого утра, размышляя о случившимся. - Оливер, ты уже встал? – продрав глаза от звука будильника, спросил Шнайдер, увидев своего друга полностью одетым. - Я и не спал. - А чего ты тут? Вы ведь с Рози ушли. - Она меня выставила, попользовалась и выставила. Работать, говорит, ей нужно, звонила куда-то. - Слушай, Ридель, а как она? Ей лет, как моей матери, – заинтересовался Шнайдер. - Она великолепна, если ты имеешь в виду постель, – ответил Оливер и замолчал. Шнайдер ушел принимать душ, оставив молчавшего друга одного. Пока он приводил себя в порядок, раздался стук в дверь, и Рози сказала: - Я вам не отец родной и не мамка, я не собираюсь за вами ходить. Господи, Боже мой, хоть вы и на двадцать пять лет меня младше. Спускайтесь вниз, через пять минут за нами приедут. Быстро! – и она ушла. Моментально собравшись, ребята спустились вниз, где увидели, как женщина, укутанная в платок, разговаривала с турком. Она помахала им рукой. – Не узнали? Закидав вещи в машину, они направились на военный аэродром, где, по словам женщины, будут ждать военные, которые доставят их в Аль-Анбар. - Как ты быстро со всеми договорилась, – восхищались ребята. - Это моя работа, мальчики, и, если честно, я больше в жизни ничего хорошо делать не умею. - Не скромничай, – шепнул ей Оливер. - Как ты еще юн, – она погладила его по щеке. – Эй, аккуратно, мы везем очень дорогое оборудование! – крикнула она водителю, который отвратительно вел автомобиль. Прилетев в Афганистан, сразу из самолета их не выпустили. - С гор могут работать снайперы, подождите машину, - объяснили им военные. Ребята переглянулись. - Это нормально, не обращайте внимания, – Рози забавляла эта ситуация, молодые парни выглядели совершенно растерянными. Не зная, чем себя занять, пока они ждали машину, Оливер спросил Рози, что за кусочек металла висит у нее на шее. - Бакшиш, на языке фарси - подарок. Я до сих пор бережно храню маленький металлический осколок мины, порезавший мне ватную куртку во время боевой операции под Гератом. - Бог мой! Зачем тебе все это нужно? Сидела бы дома, детей воспитывала, – сказал Шнайдер. - А-ха-ха! Ты прям как моя мама. Нет, это не для меня. Война, опасность, грязь и смерть. Вот какие вещи меня манят. Ну, и, конечно, хороший секс, – она подмигнула Оливеру, отчего он покраснел и отвернулся к иллюминатору. - Выходите. – позвали военные. Загрузившись в бронированную машину, они поехали в штаб. Отдав документы, которые долго проверяли на проходной, ребята осматривались. Ничего интересного они не обнаружили вокруг; туда-сюда снующие мужчины в военной форме с автоматами наперевес, которые иногда бросали на них презрительные взгляды. К людям в штатском тут было особое отношение, и ребята это сразу почувствовали. Отдав документы, их проводили в кабинет к подполковнику. Рози попросила ребят подождать за дверью, а сама пошла на аудиенцию. Буквально через минуту была вызвана секретарь с просьбой приготовить кофе. - Видимо, ее тут хорошо знают, – констатировал Шнайдер. - Видимо, да. Интересно, мы бы сами справились? – говорил Оливер, разглядывая приемную. На стенах висели фотографии с мест боевых действий, на одной из них он узнал Рози. - Шань, смотри, это она, – улыбнулся Ридель. Шнайдер подошел к фотографии и тоже стал ее рассматривать. - Это очень смелая женщина, - раздался голос секретаря. - Она помогла многим солдатам вернуться домой. Выкуп пленных - ее конек, и очерки у нее очень качественные, я восхищаюсь ей, – она вздохнула. – А у вас кто-то в плену? Рози взялась вам помогать? - Надеемся, что нет. У нас друг пропал без вести, попал с отрядом под обстрел, но среди мертвых его не нашли. - Значит в плену. Вы не получали требований от вымогателей? - Нет. А что, тут это сплошь и рядом? Вы так спокойно об этом говорите. - Похищением людей промышляют различные разбойничьи шайки. Они видят в солдатах регулярной армии или наемниках прежде всего товар, который нужно продать с максимальной выгодой. Поэтому родственникам похищенного высылают письма с требованием выкупа. Цена варьируется от ста тысяч долларов до двух миллионов. - Господи! А как бы они нам передали требования? Мы ведь из Германии. - Поверьте мне, они бы нашли пути. Это целый бизнес. Тут и работорговля практикуется. Так что вы готовьтесь, может, новости будут не очень радужные. Кстати, а когда пропал ваш друг? - С сегодняшним днем получается два месяца, – грустно ответил Оливер. - Ну, тогда есть шанс его найти. Так быстро военнопленных не убивают. В любом случае, я вам желаю найти вашего друга, и поверьте, вам очень повезло, что Рози взялась за ваше дело. - Будем надеяться, – вздохнул Шнайдер. Открылась дверь кабинета, и вышли Рози с маститым подполковником. - Не рисковать. Не ходить с разведкой. На боевых операциях не соваться дальше командного пункта дивизии. - напутствовал он женщину. Посмотрев на ребят, он наклонил голову, жестом приветствуя их, и удалился к себе в кабинет. - Ну, все, можете звонить домой и сообщать, куда мы направляемся. Часть не расформировали, мы направляемся туда. Руководящий состав на месте, надеюсь, мы найдем вашего друга. Если узнаем, что парня держат в плену, понадобятся деньги для выкупа, без этого трудно будет его вытащить. - Да, нам уже рассказали, – ребята посмотрели на девушку-секретаря. – Такие огромные суммы… - Ничего, придумаем что-нибудь. Звоните домой и предупредите, пусть на всякий случай деньги собирают.

***

Шнайдер подошел к предложенному аппарату прямо там, у секретаря. Набрав номер, он стал ждать, гудки шли долго, и он уже был готов повесить трубку, как услышал знакомый голос: - Алло. - Риха! – обрадовался он. Оливер, округлив глаза, подбежал к Шнайдеру и пристроился ухом к трубке. – Риха! Привет! – заорал он. - Не шумите, – цыкнули на них женщины. Извинившись, ребята продолжили разговор. Узнав, как дела дома, они передали трубку Рози. Женщина удивилась, но трубку взяла. - Здравствуйте… да, я военный репортер… да, имею опыт отыскивать пропавших без вести… ага… да… я помогу… сумма?.. до полумиллиона долларов, я думаю… хорошо… запишите мой номер счета… о! А это очень интересно… я дам ваш номер телефона моему коллеге, он как раз практикуется по таким делам… да, он из Германии… но вам придется приехать в Берлин, естественно, он к вам не поедет… всего хорошего, мы с вами свяжемся. Обязательно оставляйте ваши координаты… и мне было приятно с вами познакомиться. – она передала трубку обратно ребятам. Выяснив всё, что хотели, и поговорив с Евой, ребята посмотрели с вопросом на Рози. - У вас потрясающий друг, – удивленно сказала женщина. – Хватка такая, вопрос с деньгами он обещал решить в течении недели, потрясающе. А почему он с вами не поехал? - Он в дурдоме лежал, – ответил Оливер и получил тычок в бок от Шнайдера. – А что такого? Это ведь правда. - В дурдоме? Такой умный и сообразительный человек? Я потрясена. Кхм, ну, ладно. Мы сейчас опять летим, и вы мне расскажете интересную историю про то, как вы похоронили неизвестную девушку, а ваша пропала без вести. - Рихард вам успел все рассказать? – спросил Шнайдер. - Прошу на «ты», ладно? Да, рассказал в двух словах и попросил помочь. Я его сведу с моим хорошим знакомым, и он, я надеюсь, поможет в поисках. Да-а-а, ребята! О вас можно написать очень интересный роман, столько приключений. - Ох, вы… ты еще всего не знаешь, – засмеялся Шнайдер. - Ну, вот вы мне и расскажете. Едем. Как и обещала женщина, Рихарду позвонил берлинский репортер...