Until the End

Я запутан, где правда и ложь? Что посеешь, то в итоге и пожнешь. Я один, я стою у врат с обратной стороны рая, называемой ад.

Тёплым весенним вечером экипаж Авроры каким-то магическим образом уговорил Мельника остановиться переночевать у озера. Все очень устали от бесконечной дороги. За все время поезд останавливался только по необходимости, а сейчас все могли спокойно и без спешки прогуляться на свежем воздухе. Так как Аврора остановилась недалеко от какого-то поселка, Мельник отправил на разведку Артёма, Аню, Идиота и Карину. Первая сладкая парочка решила пойти вокруг деревни, пока вторая пошла в самую глубь. — Думаешь, тут никого нет? — спросил Сергей, чтобы хоть как-то развеять угнетающую тишину. — А по-твоему почему я даже винтовку не взяла? — Зато ножей больше, чем у меня с Артёмом и Аней… — Люблю холодное оружие, — сказала Аникина, подойдя вплотную к мужчине. — А тут никого нет потому, что нет следов на главной дороге. Ну, это если говорить про людей, животных тут достаточно. — А вдруг Чёрные найдут кого-то на окраине? — Маловероятно… Идиот замолчал на секунду, но потом задал очередной мучающий его вопрос: — Ты не разговаривала с Сэмом с того самого момента, как он попытался узнать у тебя про Оборотней… — он не успел договорить, как был прерван. — Думаешь, он не стенка — подвинется? Ты стал слишком хорошего мнения о себе… — Всегда им был. — Только раньше твое эго дремало где-то очень глубоко и вот вдруг решило проснуться, — девушка набрала побольше воздуха. — Я не знаю что чувствую к Сэму. Скорее всего тупо поторопила события, когда в первый день на Волге он предложил мне встречаться… — Сколько ты с ним не виделась до этого? — С нападения Рейха на Ганзу. — Да-а-а, Сэм рассказывал эту печальную историю… — Почему печальную? — Когда двери перед ним закрылись и раздались выстрелы, он подумал, что это стреляли в тебя. — Нет, я первая выстрелила. Подожди, — сказала Карина, прислушиваясь: — Слышишь? Сергей сначала не понял, что он должен был услышать, но потом, как будто бы специально, раздался громкий множественный топот и… мычание? — Коровы? — в унисон сказали они и побежали к источнику звука, который доносился от домов, которые стояли ближе к лесу. Они бежали пару минут до места откуда исходил звук, а когда были на месте поняли в чем причина. Мутировавшая рысь вцепилась в ногу одной из коров. — Стреляй, че встал? — скомандовала Карина и через несколько секунд раздался выстрел и рысь упала. Животному повезло, но странности не прекращались. Из домика, который стоял рядом с лесом вышла пожилая женщина. Она подошла к забору и посмотрела в сторону Карины и Идиота. — А ты говорила, тут никого нет… — сказал Сергей как будто намекнув девушке, что она была не права. — Ущипни, — попросила Карина и протянула руку мужчине, но он только странно посмотрел на нее и добавил: — Не буду. Это не глюк и не сон, — Идиот решил подойти к женщине и Аникина двинула за ним. — Вы в порядке? — спросил он. — В порядке, в порядке. Я знала, что вы придете, — она говорила довольно медленно и странно смотрела в грудь Сергея, а не в глаза. Карина заметила, что зрачки у нее странного серо-голубого цвета, что означало, что женщина слепа. И этот факт еще сильнее ввел Карину в состояние непонимания происходящего. — Не забивай себе голову, дочка, иногда не нужно воспринимать реальность такой, как ты её видишь… Аникина опешила от сказанного ею, поскольку именно вторую часть этой фразы когда-то давно ей сказал Витаустас. Спартанец заметил, что девушке не по себе. — Кто вы? — спросила Карина. — Меня зовут Лидия Ивановна, хотя раньше меня по разному называли: то ведьмой, то провидицей — но вот только теперь никого из них не осталось. — Как вы тут живете совсем одна? — перебил старушку Идиот. — Ты имел в виду со слепотой, а не одна, — на ее лице показалась еле заметная улыбка. — Я вижу гораздо больше, чем вы думаете: твой шрам на лице, — она показала у себя на лице полосу от уха до носа, — и твой, — затем она положила левую руку на правое плечо. Спартанец и Оборотень стояли в полном недоумении. — Пойдемте в дом, — предложила старушка и направилась в сторону своего дома. Идиот хотел было сообщить Авроре, что происходит, но Карина его остановила и они молча пошли за бабушкой. Дом Лидии Ивановны был небольшой как внутри, так и снаружи. В некоторых углах дома была паутина, мебель и обои давно выцвели. Дом не выглядел живым, но все же у него есть владелица. Женщина уселась в кресло в углу и ладонью указала на диван, который стоял напротив. Только когда Карина с Идиотом присели, она начала говорить: — Вы здесь потому что вам нужна помощь, в особенности тебе, Карина. Ты одна среди чужих, но у тебя есть своя опора… — она сделала паузу, будто бы посмотрев в сторону Сергея. — О какой помощи вы говорите? — Ты знаешь место в которое уехали твои люди, но переубедить командира не можешь… — И каким образом вы можете мне помочь? — голос Аникиной звучал довольно скептично и это заметил Сергей. — Я видела сон в котором, ваш полковник изменил свое мнение. И чтобы исход был таким же благоприятным, нужно его повторить наяву…

***

Первыми в лагерь, разбитый спартанцами, вернулись Артем с Аней и они, естественно, доложили о том, что обстановка вокруг деревни достаточно спокойная. А вот Карина с Идиотом пришли позже чуть ли не на час. Сергей решил сам поговорить с полковником и оставить Карину временно наедине. Только она решила прилечь, как в купе залетел Князь. — Так как с нашим уважаемым американцем ты временно не разговариваешь, а он все равно волнуется, то он попросил меня спросить у тебя: все ли хорошо? — сразу же с порога начал Игорь. — Все прекрасно, — кратко ответила Аникина даже не посмотрев в сторону Спартанца. — И ты думаешь я поверю? — он сел напротив нее и стал взглядом прожигать в ней дыру. — Меня так то мало волнует кто из вас верит мне, а кто нет… — Ты же это несерьезно. С Сэмом у тебя сейчас, конечно, не лады, но ты же думаешь о том, как он к тебе относится. Про Идиота тоже наверное… — О господи! — проныла девушка и отвернулась к стенке, но парень оказался слишком настойчивым. Так могло бы продолжаться и дальше, если бы Мельник не созвал бы всех спартанцев, и Карину в том числе, в рубку. — Слушайте все! — гордым голосом начал полковник. — Нам удалось связаться с «Ковчегом». Спасибо, Тэтэшник дешифратор подключил, — Мельник подошел в приемнику и нажал кнопку после чего пошла запись его разговора… — Ковчег! Ковчег… ответьте, прием! — Это ковчег! — воскликнул голос на той стороне, — Назовите себя, прием! Все стоящие в рубке замерли и вникали в разговор. — На связи полковник Святослав Мельников, командир отряда специального назначения. Мы приняли ваш сигнал и направляемся к вам. Как слышите? Прием. — Да-да, слышу вас хорошо… Карина сложила руки на груди. По интонации человека по ту сторону, она поняла, что что-то не так, а именно он был довольно взволнован и отвечал не по уставу… Но разговор продолжился дальше. Мельник представился, как и человек из Ковчега. Полковник уточнил несколько деталей дороги в сторону бункера и спросил про обстановку в целом, но тут ему уже ничего не ответили, сказали только «при встрече». На этом их сеанс закончился. Глава Спарты буквально сиял от счастья, но один момент все сильно его волновал: — Ну что на это скажешь? — спросил он у Аникиной. — Оказывается твой Доринов был неправ. Девушка ничего не ответила и Мельник решил упрекнуть ее в этом. — Молчишь? Признаюсь из-за твоих слов, что мол это все напрасно и никого там нет, у меня появлялись сомнения. Но теперь их нет. — Я не собираюсь вас переубеждать, — девушка направилась к выходу и подойдя к двери, развернулась: — Пускай это сделаете вы сами… — Она уже практически вышла из рубки, но Мельник окликнул ее вопросом. — Вот так просто уходишь от разговора? — Подождите, а что я еще должна сказать? — она обернулась в очередной раз. — Если вам так хочется с кем-то поговорить на эту тему, у вас есть Спартанцы, к которым я не отношусь. Это ваша тема для разговора — я не лезу… — Если ты так настоятельно не хочешь смириться с конечным пунктом назначения, значит ты знаешь какой-то еще? — в разговор вмешался Артем. Карина перевела на него взгляд, а Идиот, который как раз таки стоял напротив нее, заметил в этом взгляде что-то необычное. — Да-а, еще в самом начале ты говорила, что путешествие будет напрасным. Может объяснишь? — в разговор теперь подключилась и Аня. — Объяснение не понадобилось вам тогда, не думаю, что понадобится и сейчас… — Как раз наоборот, лучше скажи, — перебил Мельник и тон его голоса явно не предвещал ничего хорошего. — А если нет, пытать будете? — с ответом полковник не поторопился и Карине пришлось быстро искать слова, чтобы посвятить их в ситуацию, но полностью ее не раскрывать. — Ладно, я соврала: Доринов не мертв и я не последний Оборотень… — девушка слегка улыбнулась, что спровоцировало полковника. Мельник вцепился рукой в горло Оборотню, прижимая ее к стене. Но пока хватка была не сильной, Карина держала себя в руках. — Так и знал, сука, что тебе верить нельзя… — Это взаимно, — за такой ответ хватка усилилась, но Мельника приостановила его дочь. — Так она вообще ничего не скажет. — Ты права, — Мельник достал пистолет из кобуры и направил его на лицо, медленно отойдя немного назад. — Теперь, если тебе дорога твоя жизнь, ты все скажешь. — Надо же как быстро эта фраза поменяла отношение ко мне. Андрей не мертв, я на это надеюсь, но и в метро его не было почти уже год. Спустя время, после бойни на Д-6, Доринов договорился с неким американским немцем об эвакуации… — Американский немец? Это как? — переспросил Князь. — Разговаривает по-немецки как чистокровная овчарка, а зовут его Джек Тейлор. Не очень немецкое имя знаешь ли. — А ты много в немцах разбираешься? — вставил Дамир. Девушке, естественно, это все не нравилось. Она хотела было ответить, но ее опередил Идиот. — Лучше, чем мы все вместе взятые. — Ты ее защищаешь? — спросила Аня, подойдя ближе к Спартанцу. — Это просто факт. Обстановка была напряжена до предела. Карина поняла, что она не слышит продолжения разговора вокруг нее, только свое собственное сердцебиение. Внутри бушевал дикий страх, что сейчас пистолет Мельника выстрелит. Но вместо этого погас свет. Аникина моментально распахнула глаза и поняла, что все еще находится в своем купе, совершенно одна. Она приподнялась, чтобы посмотреть в окно: поезд стоял там же, где остановился утром. Девушка не совсем понимала, что происходит, но, кажется, это был всего лишь сон. Чтобы в этом удостовериться, Аникина решила выйти из купе. Первым и единственным, кого она увидела на на поезде, был Сэм. — Ты в порядке? — первым спросил американец. — Да-а, а почему ты спросил? — с недоумением ответила она. — Ты вся бледная. Не заболела? — Наверное давление… А ничего не произошло пока я спала? — Ну кроме того, что полковник связался в Ковчегом — ничего. Карина, я же вижу ты чем-то обеспокоена, — мужчина взял стакан, наполнил его самогоном меньше чем до середины и подвинул к Аникиной. Она выпила его и даже не поморщилась. — Сколько нам осталось ехать до Ямантау? — Через неделю будем там, — Сэм всем своим видом показывал, что хотел бы услышать, что ее гложет и Карина решила дать ему хоть какой-то ответ. — Я не собираюсь оставаться в Ямантау. Даже если там вдруг будут люди. Мельник точно затащит меня удостовериться в том, что я не права, но на долго я там не задержусь. Надеюсь и вы тоже, — после сказанного девушка пошла к выходу. — Подожди, а как же мы? Карина остановилась. Его слова неприятно кольнули ее сердце потому, что она понимала, что Сэм испытывает к ней очень сильные чувства. И они были бы более взаимными, если бы он не был привязан к Мельнику и Спарте. — Сначала посмотрим, что случится через неделю… После этих слов она сразу же направилась на улицу. Солнце висело еще достаточно высоко над горизонтом, но облака уже стали окрашиваться в красивые цвета. Все Спартанцы собрались вокруг костра, кроме Сэма и Князя. Но Карина не придала этому особого значения. Свободное место было рядом с Идиотом, которое девушка и заняла. — Ты наконец-то проснулась, — улыбнулся Сергей, на что Карина просто кивнула. — Мельник связался с Ковчегом, — эту фразу он сказал уже тише, чуть ли не шепотом. — Знаю. Сэм сказал… Долго они тут будут сидеть? — До ночи, затем будем отъезжать. Лучшего момента, чтобы связаться с Оборотнями, чем сегодня не будет. — Ты прав. — Эй, Сережа, Карина, — окликнула их Аня, — Что вы там сплетничаете? — Неужто Идиот пытается отбить у нашего американца подружку? — спросил Леша, будто бы насмехаясь. — И мысли не было, — ответил он. — Ну это кто тебя знает. Вообще мы сегодня надумали истории рассказывать, а так как про нашу маленькую волчицу мы мало что знаем, предлагаю начать с нее. Все поддержали предложение Алексея, из-за чего Карина немного недовольно фыркнула. К кругу присоединились пропавшие Князь и Сэм. — Я не мастер рассказывать, но ладно, какую историю вы хотите? — Какая у тебя была жизнь до Метро? — спросила Аня. — Вам краткую биографию рассказать что-ли? — Да, очень интересно, — согласился Сэм. — Ладно… Я родилась в Грайфсвальде, это за почти на самом севере Германии. У меня была самая обычная семья: папа — военный, мама — учительница и старший брат. И до восьми лет я жила в Германии, но дважды меняя город: сначала Гамбург, потом Берлин. Потом нам пришлось переехать в Москву, на родину отца. Умерла его мама, то есть моя бабушка и, чтобы помогать дедушке, папа решил нас увезти и остаться там на некоторое время. В школе мне было сложно, но училась я хорошо. Друзей не было, поэтому все мои дни проходили достаточно однообразно с семьей. Утром, когда началась война, мы ехали в метро на авторынок, чтобы купить машину брату… Но случилось то, что случилось и мы остались в Метро. Дедушка стал работать военным хирургом не смотря на то, что возраст уже не позволял. Я ему помогала, а мой брат иногда сопровождал караваны торговцев, как и Идиот, — Карина остановилась, чтобы взглянуть на своего соседа. — Я встречалась с ним достаточно долгое время, а потом он исчез на два месяца. В этот промежуток времени умер мой дедушка. Брат стал Оборотнем, а когда мне сказали, что Сергей больше не вернется на Белорусскую, я сделала тоже самое. Как видите не особо интересная история. — А как тебя приняли в Оборотней? — вопрос последовал от Мельника и Аникина не удивилась. — Ну сначала врач Доринова спас мне жизнь. За то время, что я восстанавливалась, я как раз и узнала, что брат вступил в их ряды. А об этом уже узнал сам Андрей. Тайна должна была сохраняться абсолютно от всех, а братец мой прокололся. Поэтому Андрей пришел ко мне, приставил пушку ко лбу и задал один простой вопрос: буду я с ними или нет. И он бы он убил меня вне зависимости от ответа, если бы не посмотрел, как я отреагировала на его действия. — А как ты отреагировала? — Никак… Я будто бы и не видела этого пистолета, знала, что Андрей не выстрелит. Но я добровольно согласилась. — То есть сначала он хотел тебя убить, а потом вы становитесь лучшими друзьями? — с некоторым недовольством спросила Аня. — Я его не понимаю… — Я и сама его иногда не понимала… Так что не удивительно, — Аникина попыталась выдавить из себя улыбку. — Для первого раза пойдет, — заключил Леша и направился в сторону Игоря. — А теперь право рассказа переходит нашему Князю. В кругу шла одна история за другой, из-за чего время шло очень быстро. Но Карина была больше погружена в свои собственные мысли, нежели слушала Спартанцев. Как только она поняла, что провела достаточное время с ними, чтобы не вызывать никаких подозрений, она просто молча встала и пошла в сторону поезда. — Куда это она? — негромко спросил Сэм у Идиота. — Не знаю, может хочет прогуляться? — Она мне сказала, что не хочет оставаться с нами после того, как мы приедем в бункер… Но она надеется, что мы тоже там не задержимся. — Я думаю Карине для полного счастья мешает полковник. Это же он руководил поимкой ее друзей. Мы убили почти всех. И я удивлен, что она не сделала с нами того же. — То есть, если бы не Мельник, то она бы осталась с нами? — Мы бы просто не поехали в Ковчег. С каждым днем, я все больше придерживаюсь ее точки зрения на этот бункер. На этом разговор с Сергеем зашел в тупик и мужчина случайно переключился на Катю с Настей. Сэм вспомнил, что Карина не может иметь детей. И он решил, что возможно это и является причиной ее отстраненности в отношениях. Может она боится об этом сказать? Поэтому мужчина решил обсудить это с ней самой, прямо сейчас. Он зашел на поезд и решил проверить их купе, но ее там не было. Сэм вышел на кухню — опять пусто. Аникина будто бы снова исчезла и он уже испугался, что она решила уйти именно сейчас. Последнее место, которое мужчина захотел проверить, была рубка. И да, снаружи, на противоположной от Спартанцев стороне поезда, стояла Карина. — Я уже решил, что ты опять сбежала, — начал американец подходя ближе к девушке. — Я бы два раза одну и ту же фишку не выкидывала… — У меня есть серьезный разговор, — эта фраза уже немного напрягла Карину, так как она и понятия не имела на какую тему Сэм хочет с ней поговорить. — О чем? — Мы последнее время не очень хорошо общались из-за того, что я выполнял просьбу Мельника. Но ты и без этого стала более отдаленной от меня, с момента, как мы уехали с Волги. Я просто хочу знать: это не из-за того, что ты не можешь иметь детей? Глаза Аникиной мгновенно расширились и она немного отстранилась от Сэма. — Откуда ты…? — она не успела договорить, как Спартанец сразу же дал ответ на ее вопрос. — Это Идиот мне рассказал. — Я его убью, — прорычала Карина, собираясь отправиться обратно к костру, но Сэм придержал ее за плечи. — Рано или поздно ты бы сама сказала. Он просто ускорил процесс. Надеялся, что у нас все серьезно и, в конце концов, просто хотел меня подготовить. — И как ты к этому отнесся? — тон девушки сменился на более спокойный. — Ну, от этого любить тебя меньше я не стану… Просто над вопросом о детях надо подумать по-другому. — К этому «вопросу» лучше пока просто не возвращаться. — Хорошо… — В голосе Сэма послышалась грусть и это заметила Карина, но решила промолчать. — Знаешь, если ты не собираешься оставаться в бункере, то я пойду с тобой…

***

Наступил тот самый долгожданный день для всего экипажа Авроры, включая Оборотня. Утром абсолютно все были на взводе и готовились к заходу в Ковчег. Пейзаж за окном сменился на редкий лес из поломанных деревьев и большую возвышенность, которая как раз впереди переходила в гору. Мельник собрал команду на дрезине из Креста, Карины, Сэма и Идиота, и отправил их вперед проверять дорогу и фон. Отношения американца с Аникиной улучшились после того разговора. Но сейчас Сэм заметил, что она не в лучшем настроении и поэтому просто молча стоял рядом. Карина была будто бы напряжена, но на деле этим она скрывала свой некий внутренний страх, что эта поездка ни чем хорошим не закончится. На дрезину зашли Мельник, Артем и Анна. Все надели маски, поскольку фон рос ближе к бункеру. Пройдя небольшой туннель, все увидели сколько машин и автобусов стояло перед входом в Ковчег. Именно поэтому полковник решил, что сюда ехали люди со всей страны. Теперь перед этой командой стояла большая железная дверь бункера и только она отделяла Спартанцев от новой жизни. На движение дрезины среагировала камера под которой находился пулемет. Несколько секунд она будто бы осматривала гостей, но затем раздался громкий голос. — Назовите себя, — потребовал он. — Полковник Мельников. Прибыл для доклада Министру обороны. — А где ваши люди? — Остались на поезде. — Снаружи опасно. Свяжитесь с ними, пусть загонят поезд на дезактивацию. И добро пожаловать в Ковчег. Дверь бункера стала подниматься и дрезина тронулась вперед. Внутри было пусто и темновато. Никаких людей, только разбитые вагоны, машины и кучи мусора. Это подметили и остальные члены команды. Крест остановил технику и все вышли на небольшую платформу. — Крест, останься тут на случай, если что-то пойдет не так, — скомандовал полковник и как-то странно посмотрел на Аникину. — Остальные, пошлите уже на доклад. Спартанцы вместе с Оборотнем зашли в лифт и пока они спускались Идиот решил поговорить с Кариной. — Как ты? — обеспокоенно спросил он. — Я в норме, — ответила Аникина, но Сергей понял, что это было неправдой. Карина глубоко выдохнула, пытаясь держать рассудок холодным. Она успокаивала себя тем, что видела вещи и похуже. И вот казалось бы, девушка почти подавила страх внутри себя, но с открытием дверей лифта, все откатилось назад. Команда прошла небольшой коридор, который вывел их в небольшой зал с застекленным помещением. В самом зале свет был приглушен, но зато в стеклянной комнате на всю мощность включился прожектор. Он светил в спину пяти силуэтам, скорее всего министру и его помощникам, но лиц видно не было. Полковник стал говорить свою «пламенную» речь, а когда заикнулся про то, что на поезде есть женщина и ребенок, министр его перебил. — Женщина и ребенок? Давно не было… Над головой послышались голоса и рычания. Спустя мгновение из дыр в потолке стали вываливаться обитатели этого бункера. Они выглядели не самым приятным образом: порванная одежда, кожа желтовато-серого цвета, да и многих зубов не хватало. «Люди» накинулись на Спартанцев, повалив Аню и полковника. Остальные, в течении нескольких секунд, еще могли как-то отстреливаться и бороться. У Карины не было с собой винтовки, но остались ножи. Ей посчастливилось перезать некоторым глотки, но количество врагов возрастало в геометрической прогрессии. Девушку толкнули в стену и практически насадили на арматуру, но та смогла увернуться. Со вторым замахом ей повезло намного меньше: не угадав траекторию металлической палки, острый конец прошелся ей по лицу от виска ко лбу. Было невыносимо больно, но Карина не могла просто так сдаться. Когда человек хотел начать добивать ее, Аникина нырнула под его замахивающейся рукой. Он развернулся на месте вслед за движением Оборотня и мгновенно получил мощный удар ногой в грудь, а за ним и нож между глаз. Но Карине с рук это просто так не сошло: сзади на нее накинули веревку и стали стягивать как можно сильнее. Девушка сильно дергалась в попытках освободиться, но удар по ногам выбыл ее из равновесия. И так ее наконец-то повалили на пол. Теперь Аникиной пришлось играть хорошую актрису. Девушка притворилась, что находится в отключке и стала слушать, что происходит вокруг. Из разговоров людей бункера она поняла, что была последней кого вырубили. Ей крепко связали руки за спиной и потащили в другое помещение. Прошло минут пятнадцать пока всех спартанцев перенесли и к этому времени очнулись Идиот, Сэм и Аня. Американец лежал в нескольких метрах от Карины. Когда в глазах перестало двоиться, он увидел, что вся левая половина девушки была в крови. Сэм уже напридумывал себе все, что можно и нельзя, пока не заметил, что она открыла другой глаз, будто бы осматриваясь. И действительно, Карина сейчас искала пути отхода, пытаясь параллельно придумать, что делать. Но думать помешал человек, вошедший в помещение. Он несколько отличался от своих «сожителей» хотя бы тем, что был относительно нормально одет и не вел себя как дикарь. Как только бункеровцы заметили, что Мельник очнулся и попытался что-то сделать, они его сразу же скрутили и поставили на колени. Тот человек, который только вошел, начал разговор с полковником. Карина слушала их краем уха. Она хотела незаметно сесть, но ее движения заметили и, как и Мельника, усадили, что, в прочем, тоже сойдет. Над каждым Спартанцем стояло по два, а то и три человека. Да и по самому помещению ходили эти твари и облизывались. Напротив Карины стоял стол с горелкой, которая грела гигантский чан не понятно с чем. В добавок Мельник назвал людей из бункера людоедами. И таким образом Аникина поняла, что эта кастрюлька для них… Из-за этого она стала интенсивнее рассматривать возможные лазейки, пока не заметила то, что хотела. На втором этаже, где недавно стояли людоеды, промелькнуло две черные фигуры. Сэм увидел, что Карина что-то придумала, но узнать, что именно, не было возможности. Внезапно к ней подошел самый человекоподобный людоед из всех присутствующих. — Мадам, знали бы вы как растет аппетит при запахе свежей крови, — он вальяжно наклонился перед ней, протягивая руку к лицу. — Только тронь, — она отодвинулась и с ее словами отключилось электричество. Свет оставался только от свечей, которых было достаточное количество, и от горелки. Но кажется людоед не особо это заметил, а вот остальные да. — А иначе что вы мне сделаете, дорогуша? — он еще больше приблизился и взял Карину за подбородок. Аникина промолчала. Людоед рассматривал ее как игрушку. Он хотел слизнуть кровь с ее щеки, но отвлекся на красную точку, которая медленно поднималась по предплечью вверх. Людоед выпрямился и с недоумением спросил: — Что? — это были его последние слова, потому что после этого прозвучал громкий выстрел, разорвавший его голову на мельчайшие куски. Это расшевелило всех людоедов искать выстрелившего. А спасители Спартанцев не стали себя долго скрывать и пять человек, одетых во все черное и скрывающие свои лица под металлическими масками, стали стрелять в людоедов. Сэм заметил, что один из них, на маске которого вместо правого глаза был крест, не стал дожидаться пока все противники будут убиты и подбежал к Карине. Он закрыл ее своей спиной и поэтому американец не видел, что он с ней делал. Но через пару секунд он заметил, что девушка была освобождена и теперь на ее лице так же красовалась маска. Мужчина помог Карине встать, после чего та сразу же подбежала к Сэму. — Кто это? — спросил американец, который уже не понимал, что происходит. — Ты хотел узнать кто такой Доринов? Вот у тебя будет возможность спросить у него самого, но когда мы выберемся, — резко ответила Аникина, развязывая веревки на руках Сэма. К этому моменту выстрелы прекратились. Оборотни освободили Артема, Идиота и Мельника. Полковник стоял, оперевшись на разделочный стол, на котором до этого он лежал сам. По его злому взгляду Карина поняла, что ему есть, что сказать: — Значит твои дружки все-таки живы? — в его голосе было столько неприязни, сколько не было в том кошмаре. — Но это сейчас не самое главное. Артем, надо искать Аню… И всех этих тварей перебить… До единой. — Ее уже нашли, — ответил Андрей и включил рацию из которой донесся голос Витаутаса. — Спартанка с нами. Поднимайтесь в командный пункт, оттуда поднимемся к выходу. — Лифт здесь, — сказал один из Оборотней. — Предлагаю не задерживаться здесь. Все ваши вопросы мы обсудим когда выберемся из этой чертовой дыры, — сказал Доринов и направился к лифту. За ним последовали и остальные его люди, включая Карину. Спартанцы переглянулись и, взяв свое оружие, последовали за ними. Пока они поднимались наверх, в кабине лифта нарастало напряжение, но все продолжали молчать. Сэм смотрел на Карину, которая стояла за плечом Доринова, и ловил себя на мысли, что ему неприятно видеть как они стоят рядом. Дверь открылась на нужном этаже и всю эту толпу встретили еще два Оборотня и Аня. Она сразу же бросилась в объятья отца и мужа. Но эти нежности длились недолго. — Идем, главные двери закроются через семь минут, — сказал Витаутас направляясь к большому проходу. Первыми в коридор, ведущий в спиральную лифтовую, вышли Оборотни. Выйдя на открытую площадку людоеды заметили их на противоположной стороне и стали стрелять. Это заставило всех поторопиться, а также начать стрелять в ответ. — Все в подъемник, быстро! — скомандовал литовец, подгоняя и своих и Спартанцев. Снаружи остались Карина и Андрей. — Вит, вытаскивай их отсюда. Мы не успеем подняться до закрытия дверей. Оборотень кивнул и подъемник стал двигаться вверх. — В смысле «они не успеют»? — воскликнул Сэм, но его вопрос остался без ответа. Подъемник остановился практически у самой дрезины. Ото всюду стали лезть людоеды. Оборотни отстреливали их, пока все Спартанцы не были на дрезине, а когда удостоверились, что больше никто не потерян, поднялись к ним и Крест стал вывозить их из бункера. Сэм смотрел на двери бункера с пониманием, что Карина осталась там. Но Витаутас, заметив, что американец поник, и вспомнив его вопрос, подошел к нему. — Они выберутся… — литовец знал с какой интонацией это сказать, что бы не спровоцировать Спартанца, потому что накаленная обстановка между двумя фракциями до сих пор сохранялась. — Как? — У бункера есть второй выход. Он недалеко от поезда… Тем временем в бункере выстрелы не прекращались. Андрей и Карина бежали изо всех сил, не обращая внимание на то, что за ними охотятся почти все людоеды. Пули буквально свистели над их головами, пока они спускались по лестнице. Оказавшись на нижнем уровне, Андрей повел Карину через коридоры к помещению запасного генератора. И Карина была очень удивлена, когда рядом с ним оказался большой люк, который должен был вести наружу. Он был немного приоткрыт и Аникина сразу догадалась, что именно здесь Оборотни заходили. Они вылезли в туннель, в конце которого виднелся свет. Андрей стал закручивать вентиль двери и потом поставил на нее бомбу. — Зачем? — спросила Карина пытаясь немного отдышаться. — Эта дверь открывается и внутри и снаружи. Через тридцать секунд взрыв завалит проход… Уже меньше, бежим! Оборотни побежали с новой силой. В голове шел мысленный отсчет до взрыва, но кроме этого Карина чувствовала, как в висках бьет пульс и ноги медленно становятся ватными. Но свет приближался с каждой секундой и воздух становился свежее, чем в пыльном туннеле. А когда мрак полностью исчез и Карину слегка ослепило, она осознала, что они выбрались. Девушка осмотрела те самые редкие, поломанные деревья, поезд который стоял в трехстах метрах. Она сняла с себя маску, вдыхая воздух полной грудью. Карина поняла, что сейчас ей просто хочется лечь в траву и лежать смотря на небо, что она и сделала. Андрей обернулся посмотреть на нее. Он тоже снял свою маску и присел рядом. Оборотень внимательно рассматривал Карину: царапина на лице оставит очередной шрам, но Андрей уже давно не замечал их на ее теле. — Не могу поверить, что ты тут… — тихо сказала девушка и по ее виску стекла слеза. Доринов навис над ней, медленно приближаясь к ее лицу. Он нежно накрывает ее губы своими и чувствует как ее руки поднимаются по шее к подбородку. Мурашки, как электрический ток, пробежались по телам обоих. — А так веришь? — хрипло прошептал он, обжигая своим горячим дыханием шею Карины. Немного отстранившись, Андрей по ее глазам понял ответ. — Это закончилось и теперь все изменится…