Время всегда хорошее

Гермиона бессовестно – недостойно старосты – сбежала с вечеринки Слагхорна. Она забрала из гостиной сумку с книгами и отправилась в свою персональную библиотеку, где никто не помешал бы ей. Ей нужно было написать сочинение о древних рунических заклинаниях, и Гермиона решила начать пораньше. Это задание было необязательным, но она сама попросила разрешения выполнить его, чтобы подготовиться к экзамену в следующем году. И ещё ей страшно хотелось отвлечься от всего, что происходило. За крепкими стенами школы идёт война, уже вышедшая за пределы партизанской. Убивали целые семьи, и не проходило и недели, как кто-то узнавал о смерти друзей или родственников. Все храбрились, но этого было недостаточно. Слишком поздно! В прошлый раз – в первую войну с Волдемортом и его соратниками – всё начиналось также. Гермиона знала это по рассказам Сириуса и профессора Люпина, последних Мародёров. Нет, она не одобряла это название, но она знала достаточно о психологии пятнадцатилетних парней, чтобы сказать, что они были идиотами (может быть, за исключением Люпина)... но идиотами талантливыми. Что будет с ними всеми – Гарри, Роном, да и другими людьми? Сколько семей уже разрушила и ещё уничтожит эта дурацкая война? Вторая Мировая затронула весь мир. Не выйдет ли Вторая (а по факту, третья, если считать Гриндевальда) Магическая за пределы Островов? Если забыть о Гриндевальде, Волдеморт был настоящей магической версией Гитлера. А значит, он рано или поздно проиграет. Но какой ценой? В гостиной праздновали день рождения некоего Майка, и кто-то по обыкновению гриффиндорцев протащил спиртное; сосредоточиться в шуме вечеринки было абсолютно невозможно. Гриффиндор!.. Поэтому Гермиона и сбежала в Выручай-комнату. Распустив причёску, она с наслаждением потрясла головой, давая свободу пышным волосам. Девушка посидела в тишине с книгой, потом со вздохом подняла перьевую ручку, которой любила писать, и принялась выписывать первую строчку. Вдруг послышались шаги. Гермиона прислушалась: с одной стороны, она начала было волноваться – хотя ну что, в самом деле, такого могло произойти за каких-то три дня, а с другой – волноваться за совсем незнакомого парня... Она потрясла головой и продолжила писать. Придёт, и хорошо. Шаги слышались громче, и вдруг её руку накрыли холодные пальцы — у него будто всегда мёрзли руки. Гермиона замерла, не решаясь обернуться. Казалось, электрические искры бьют в руку в тех местах, где холод касался её. Регулус склонился над ней, и она чувствовала его дыхание на шее. По коже пробежали мурашки, не связанные с холодом. Что происходит? И почему она так реагирует? Странно... Это было несколько пугающе, вот только Гермиона не боялась. Бояться мальчишки-ровесника было не в её принципах. Гермиона боялась не людей, а того, на что те были способны. – Ты ошиблась, — спустя минуту молчания тихо сказал он. — Тут должны быть Йера и Соул, – и отвернулся. Гермиона Грейнджер ненавидела, когда ей указывали на ошибки, да ещё и так дерзко и нагло! Она и не думала, что он разбирается в рунах. Девушка перечитала написанное, сверяясь с учебником, и сердито исправила запись. Конечно, Регулус был прав. – Вот видишь, – произнёс парень. Он сказал это чуть лениво, не хвалясь, а констатируя факт. Гермиона повернулась к нему, собираясь высказать ему всё, что думала о нём... и застыла, поражённая переменой в его облике. Лицо его стало ещё более бледным, нездоровым, под глазами залегли круги, да и серые глаза больше не блестели. Несмотря на это, он был спокоен, только иногда, листая книгу, застывал, невидящим взглядом сверля страницу, уходя в свои мысли. Спустя несколько минут Гермиона не выдержала и засыпала его вопросами: — Что с тобой случилось? Ты болен? Что вообще могло случиться за два дня? – Я здоров, – глухо отозвался Регулус. Конечно, можно считать Метку на руке редкой формой аллергии, а Тёмного Лорда болезненной бредовой галлюцинацей, но вряд ли она имела ввиду именно это. ...Астры на снегу. Семёрка на оплавленном металле. Зелёная вспышка, на дюйм облетевшая молодого аврора... – Не лезь не в своё дело, – раздражённо буркнул Регулус. – Тогда зачем ты пришёл? – не удержалась Гермиона. – Надеялся не встретить тебя здесь снова, –угрюмо ответил парень. – Вот как, — произнесла Гермиона, помолчав. Регулус снова отгородился от неё книгой. Она покосилась на него, но промолчала, покачала головой и вздохнула. «Как бы эта девчонка смотрела на меня, если бы знала?» — думал Регулус, уставившись куда-то мимо книги. Лучше не думать... «Рад тебя видеть, я убил человека, и, кстати, я – Пожиратель смерти.» Когда Регулус оторвался от чтения, девушка уже ушла, а перед ним стоял флакончик с зельем Сна-без-сновидений. Парень взял его в руки – мутно-зеленое стекло ещё хранило тепло её рук, – и впервые за три дня искренне улыбнулся. *** Регулус, 1978 Регулус вернулся в гостиную, размышляя о будущем задании Тёмного Лорда. Глупая ссора со странной девчонкой вызывала только раздражение: он ведь вообще не с ней говорил, а только озвучил свои мысли. И когда впереди показалась дверь в гостиную факультета, он и думать забыл об обидчивой девчонке. – Где ты был? – не хуже факультетского символа зашипела на ухо Прис, едва он, произнеся пароль, отодвинул дверь-гобелен. – Все ждут только тебя! – И так будет выглядеть вся ваша супружеская жизнь! – ввернул неугомонный Барти. Под хохот остальных слизеринцев Регулус пересёк гостиную и отвесил ухмыляющемуся Краучу лёгкий подзатыльник. – В честь нашей дружбы, дорогой друг! – усмехнулся Регулус. – И ты, Брут!.. – притворно горестно вздохнул Барти. Слизеринцы вновь захохотали: как-никак, а разрядить атмосферу Крауч-младший умел, как никто другой. Несмотря на кажущуюся холодность, с друзьями Барти был общителен. Когда рядом не было его отца. – Ладно, Блэк, пошли, нам ещё на задание, маглов мочить, – грубо сказал Кэрроу, стоявший у разожжёного камина уже в маске. Вообще-то он был старше всех на курсе, но остался на второй год, завалив на пятом курсе СОВ. Регулус похолодел: он догадывался, какого рода задание его ожидает, но чтобы так... Первым, что он усвоил в своей недолгой жизни, были три вещи: быть Блэком – значит быть лучшим; чистота крови превыше всего, а магглы ужасные создания, ошибка эволюции. Но убивать? Он был не готов к этому. Убивать человеческих существ, с разумом, чувствами и прочим? Тех, кто не отличается от них, волшебников, внешне? Может быть, все вокруг как всегда перегибали палку? Хладнокровно убивать, наслаждаясь мучениями, как его старшая кузина, сходившая с ума при виде крови? В этот момент Присцилла повисла на нём, обхватив руками шею, и крепко поцеловала. – Удачи, – прошептала девушка ему на ухо, но в этот раз поцелуй не принёс ничего, кроме презрения к невесте. Удачи в чём? В убийстве?! — Береги себя, — добавила Прис, отступая от него. «Ага, — произнес противный голосок в его голове, – а ты надеялся, что Гермиона поцелует тебя на удачу?» Регулус, конечно, не надеялся, хотя стоило признать: девушка была очень даже миловидна. Какая, право, чушь лезет в голову! Он помотал головой и решительно шагнул в зелёный огонь. Спустя пару мгновений он вышел из камина Лестрейндж-холла, как всегда, едва споткнувшись о золоченую каминную решётку. Зал был наполнен самыми разными людьми: тут были чистокровные лорды, их дети от шестнадцати и старше, жёны и невесты лордов и наследников, и другие, не относящиеся к благородным семействам. Как то: несколько оборотней под командой Грейбека, двое вампиров, кучка наёмников и прочий сброд. Среди всей толпы выделялась одна Беллатрикс в кроваво-алом платье, да мужчина в черной мантии, от которого так и веяло тьмой и силой. К Тёмному Лорду никто не решался приблизиться ближе, чем на несколько метров. Ну, кроме кузины Беллы. Регулус искренне обрадовался, приметив за колонной контрастное чёрное пятно, и поспешил туда. – Здравствуй, Снейп, – криво улыбнулся Регулус, пожимая руку старшему товарищу. Тот в ответ сдержанно кивнул, но Регулус, знакомый с ним вот уже семь лет, понял, что Снейп и правда рад. На свой манер. – Как? – коротко спросил Регулус. Мизантроп Снейп не терпел долгих разговоров. – Ничего. Так, зелья помаленьку... Заказы у Лорда очень... м-мм... специфические. Один только «напиток Живой Смерти», смешанный с зельем отчаяния, чего стоит. Регулус поёжился: даже в воображении смесь получалась жуткая. – Надеюсь, проверял не на себе? Зельевар коротко пожал плечами. – Разбавил. Мне хватило, – хладнокровно ответил он. – Скопытит любого... – Надеюсь, я не доживу до того, чтобы узнать, для чего ему это, – хмыкнул Регулус и тут же перевёл тему. – Нарцисса не появлялась? – Малфой-то? Не. Блэк только вздохнул. Ну вот, тут одна Белла. Но всё лучше, чем идти одному! – Идёшь сегодня с нами? Снейп покачал головой, и внезапно произнёс: –Ты это... Осторожнее, Блэк, вот что. Это, что сегодня, будет настоящий рейд. В смысле, такой себе этюд в багровых тонах, — попытался пошутить он. — Лестрейндж с вами, она об этом позаботится. Я серьёзно, Блэк. — Где? — Недалеко от Коукворта... Регулус оглянулся, потом перевел взгляд на собеседника и кивнул в знак благодарности. — Всё будет в порядке. Снейп искоса взглянул на парня, но промолчал. Регулус точно не был дураком, да и неплохо знал его. Насколько кто-то вообще мог знать Снейпа. – И вот ещё что: ты со своим идиотским благородством... Забудь об этом! Главное бы выжить... А такие как ты, все из себя благородные, помирают первыми. – Неправда, – попытался было возразить Блэк, но поник под взглядом товарища и кивнул. По команде повелителя Регулус натянул маску и исчез в вихре трансгрессии.