Время всегда хорошее

Регулус открыл глаза: он лежал на холодном полу, а над ним нависал низкий, затянутый паутиной потолок. — Очнулся! — взволнованно сказал женский голос. Регулус судорожно вдохнул: склонившаяся над ним девушка была невероятно похожа на его старую подругу. — Пандора? — не веря своим глазам, спросил он хриплым от долгого молчания голосом. Он предал её, из-за него она страдала, и всё же она пришла за ним. Как тогда, на первом курсе, когда они познакомились. Но девушка удивлённо посмотрела на него и мотнула головой; в её ушах закачались и зазвенели странные серьги. — Я Луна. Луна Лавгуд. Теперь только Регулус смог разглядеть её лучше. Теперь она уже не так походила на Пандору. На вид девушке было не больше шестнадцати. У неё были длинные белые волосы, но спутанные и грязные, и те же огромные прозрачные глаза. Не Пандора. Её дочь. — А кто такая Пандора? — с интересом спросил другой голос. Вторая девушка сидела в углу, прижавшись к стене, и её лица в темноте не было видно. Больше в помещении не было никого. — Моя мама, — тихо ответила ей Луна, поставив на пол рядом с Регулусом свечу в подсвечнике. — Откуда ты её знаешь? — Вы очень похожи... — невпопад пробормотал Регулус. — Что ты здесь делаешь? — спросила вторая, меняя позу; светлые волосы в коротком хвосте упали ей на плечо. Регулус не без труда сел: тело порядочно затекло, пока он лежал на полу. Интересно, сколько прошло времени? Чувство голода подсказало, что по крайней мере несколько часов. Через забитое досками маленькое окошко виднелся кусочек тёмного неба. — Он меня оглушил, — буркнул он, вспоминая последние события, а потом протянул руку к поясу. — И нож забрал, маленький предатель. Салазар великий, я идиот! Регулус медленно встал и подошёл к выходу из темницы. Проём закрывался тяжёлой дверью с решётчатым окошком. Он толкнул дверь плечом, но, конечно, безуспешно. Отошёл к окошку в противоположной стене; на тёмном небе блестели звёзды. Вон Полярная, вот Сириус, и другие... Иронично. — Кто вообще держит пленников на чердаке? — хмуро спросил он, но вопрос вышел почти риторическим. Вторая девушка усмехнулась: — Тот, у кого нет зловещего подвала с крысами и плесенью? Поверь, мы не в обиде. Есть будешь? Регулус заставил себя усмирить гордость и кивнул. Девушка встала, пригнувшись, чтобы не задеть потолок, подошла и протянула ему кусок хлеба, замотанный в носовой платок. Регулус не сдержал смешка, когда, развернув платок, увидел довольно большой кусок лишь немного зачерствевшего белого хлеба. Рядом девушка поставила сколотую фарфоровую кружку с остывшим чаем. На кружке красовался хорошо знакомый герб рода Фоули. — Хорошо устроились! — оценил он, и, несмотря на голод, аккуратно отломил кусочек хлеба. Правила этикета в него буквально вбили с рождения, вплавили под кожу вместе с темной магией. Он спросил, уже зная ответ: — Где мы находимся? — А чёрт его знает, — по-магловски ответила девушка, и уселась рядом, скрестив ноги в рваных джинсах. Маглорождённая? Полукровка? — Хозяина зовут Алекс, кажется. Фамилия ещё такая... — Фоули, — кивнул Регулус, получив подтверждение своим догадкам. Значит, они в особняке Фоули. Только от этого не легче: планировку нижних этажей он ещё мог вспомнить, но не больше. Едва ли это могло помочь, пока он заперт на чердаке. — Да, — кивнула удивлённо девушка. — А ты его знаешь? — Знал когда-то, — нехотя ответил Регулус. — Мы только что заново познакомились, как раз перед тем, как эта дрянь оглушила меня и притащила сюда. — Как тебя зовут? — спросила она с любопытством. Регулус помедлил, соображая, можно ли назвать настоящее имя, но решил не врать. Сейчас они на одной стороне. Девушка просто протянула руку: — Анна-Кэтрин Хоуп. Но ты зови меня Энни! А Луну ты уже знаешь. — Рад знакомству, — улыбнулся он, пожимая ей руку, которую в других обстоятельствах поцеловал бы. — Я Регулус. При неровном свете свечи лицо девушки — светлые волосы, голубые глаза и бледные веснушки на щеках, — казалось ему очень знакомым. Да и фамилия... Если бы не голубые глаза вместо карих, он бы не раздумывая назвал её другой фамилией. Да только возможно ли это? Но тут удивлённо воскликнула Луна: — Регулус? Регулус Блэк?! Мама рассказывала мне о вас! Так это вы... — Верно, — сказал Регулус коротко. Что ж, дочь Пандоры имеет право ненавидеть его. Поэтому, когда Луна заговорила, он подумал, что ослышался. — Вы её спасли! Она говорила, что вы дружили. Регулус поднял голову: девушка улыбалась. — Она простила меня? — неверяще спросил он. — За что простила? — удивилась Луна. — Вы же её спасли! Я рада, что вы живы, сэр. Жаль, мама не знает. — Возможно, я расскажу ей, — пробомотал Регулус. — И, пожалуйста, зови меня по имени. — Хорошо, сэр! Ой, то есть Регулус. Но ты не сможешь ей рассказать: она умерла, когда мне было девять. Луна сказала это спокойно, но Регулус вдруг почувствовал, что кто-то словно ударил его. Он вспомнил всё: как Пандора, шестикурсница Когтеврана, случайно нашла его, первокурсника, в коридоре — в тот день он сильно подрался с братом. Пандора отвела его в больничное крыло, сама успокоила и залечила ранки и синяки, а потом дежурила у постели в ожидании целительницы. Они подружились, как могли дружить маленький слизеринец и когтевранская староста. Она помогала ему делать уроки и искренне болела за него на квиддичных матчах, и даже после выпуска из Хогвартса писала ему длинные письма. Пандора — тогда уже Лавгуд — была самым добрым человеком из всех, кого он знал. И вот она, измученная, в плену у Пожирателей, и всё по его вине, потому что он должен был вытащить её сам, а не надеяться на Орден Феникса. После они не виделись. Случайно встретив мужа Пандоры, Регулус спросил о ней, но тот прогнал его. А он, как последний трус, так и не решился встретиться с ней. И вот она давно мертва, а перед ним дочь его подруги, с её глазами и её улыбкой. И она говорит, что Пандора простила его. — Я вытащу нас отсюда, — стиснув зубы, пообещал он Луне Лавгуд и Энни Хоуп. Вот уж точно, день невероятных встреч... *** Девушки провели в плену несколько недель. Луну забрали прямо из Хогвартс-экспресса после каникул, чтобы этим наказать за анти-Пожирательские взгляды её отца. Она признавалась, что обращались с ней не так уж и плохо — в конце концов, она была чистокровной. Но здесь, на чердаке, она оказалась недавно: до того её тюрьмой было поместье Малфоев. Энн появилась позже. Во время налёта Пожирателей на её городок она пыталась спасать маглов из горящих домов. Энни говорила, что она — обычная магла, но то, как непринуждённо она использовала это словосочетание, наводило Регулуса на размышления. Он боялся, что ей могут как-то навредить, но она со смехом рассказала, как наврала Пожирателям, что её отец богат и может заплатить выкуп. — А на самом деле? — спросил тогда Регулус. Она перестала смеяться и пожала плечами, наморщив нос: — Я его никогда не знала. Этот жест снова невероятно напомнил Регулусу кое-кого. Он не был уверен, так ли она не знает, как говорит, но Энн не любила рассказывать о семье, а он не стал расспрашивать. Но и немногие её слова укрепляли его подозрения. Спросить он не решился. *** Шли дни. Еду им приносили, но выбраться было невозможно. Он пытался позвать Кикимера, но эльф не пришёл. Может быть, Тёмный Лорд, наученный горьким опытом, додумался в этот раз наложить нужные заклинания против эльфов... Никто не приходил: ни маленький предатель Алекс Фоули, ни Тёмный Лорд, ни Пожиратели смерти, ни даже Беллатрикс. Так Регулус понял, что Алекс так и не рассказал Лорду о нём — иначе Беллатрикс и Лорд пришли бы, и он был бы давно мёртв. В один день Регулус сидел у тёплой стены, где проходила труба, и пытался колдовать без палочки, вспоминая уроки прапрадеда. Надеялся, что ещё немного — и он сможет взорвать или прожечь чёртову дверь. — Рег! — вдруг позвала Энни, как всегда, беззастенчиво сократив его имя. — У нас гости. Действительно, послышались шаги вверх по скрипучей лестнице — ровно семь ступенек. Гость был один, но кто? И чего им ждать? Регулус посмотрел на спящую на коленях подруги Луну и покачал головой: — Пусть спит. Я разберусь. Гость подошёл к окошку в двери. Лампа за его спиной резко высветила лицо Алекса Фоули, некрасиво заострив приятные черты. — Соскучился? — ничуть не удивившись, хмыкнул Регулус. Фоули неожиданно поддержал его: — Поболтать пришёл. — Только потише, — спокойно попросил Регулус, — тут девочка спит. Алекс растерянно улыбнулся. Он, казалось, и не хотел быть здесь, и не понимал, как говорить с Регулусом. Такая простая просьба выбила его из колеи, но он и правда понизил голос, как будто это он был пленником, а не его собеседник. — Лорд всё занят... Я никак не могу... — он развёл руками и замолчал, смутившись. Регулус терпеливо ждал. — Ты пытался сказать, что знаешь, кто виноват... в смерти сестры. — Знаю, — кивнул Регулус. — Том Реддл, он же лорд Волдеморт. — Что ты несёшь? — вскрикнул Алекс, вцепившись руками в решётку на окне. А Регулус спокойно продолжил: — Он хотел переманить к себе твою семью, а когда они отказались, проклял Прис, думая, что этим заставит род исчезнуть. А она переиграла его: ушла сама, чтобы защитить от проклятия... — Кого? — нахмурился Алекс. — Зачем ей спасать кого-то такой ценой?! — Спасти кого-то, кого она любила, — закончил Регулус, малодушно умолчав, что этим кем-то был он сам. Потому что и сам был не столь уверен, что не виновен в её гибели. — Кто же знал, что был и младший сын — ты же всё детство болел, тебя прятали. И вот, столько лет спустя, этот младший сын, последний из рода, приполз к убийце на коленях и подставил руку под Метку! Ну, как тебе такой расклад? — Это неправда! — замотал головой Алекс. — Я тебе не верю! Ты предал Лорда! — Можешь говорить, что хочешь, но ты знаешь, что я не вру. — Пошёл ты! — рыкнул Алекс, вскочил, хлопнул дверью и сбежал по лестнице. Чердак погрузился во тьму. Регулус невесело хмыкнул, снова прислоняясь к стене. Если только он не ошибся, Фоули ещё прибежит к нему. К тому же... несмотря на то, что тот взял его в плен и пытался сдать Волдеморту, что-то вызывало в нём симпатию к нему. Наверное, потому что и он был жестоко обманут Тёмным Лордом, как и Регулус когда-то. Когда он повернулся, Энни непонимающе посмотрела на него, но он ограничился лишь уклончивым ответом: — Это очень давняя история. *** Шли дни. Луна выцарапывала отметки острым краем серёжки, и их становилось всё больше. В один день она протянула серьгу Регулусу, и он уже стал выводить чёрточку, как вдруг Чёрная метка обожгла предплечье. Он зашипел сквозь зубы от неожиданной боли, ясно чувствуя: Тёмный Лорд рядом. Внизу послышались голоса и тяжёлые шаги. — Это Тёмный Лорд, наверняка по наши души, — прошептал он и снова пообещал, сам уже не очень-то в это веря: — Я вытащу нас отсюда! Дверь распахнулась, и все трое невольно вздрогнули. Вошли несколько Пожирателей во главе с Лордом. Алекс проскользнул в дверь последним и замер в дальнем углу, избегая взгляда Регулуса. Сидящая рядом Энн беззвучно прошептала ругательство. За двадцать лет бывший кумир Регулуса окончательно потерял человеческий вид. Перед ним стоял монстр: безволосый, красноглазый, со змеиным лицом и мертвенной кожей. И этим он когда-то восхищался?! В самый последний момент Регулус успел спрятать опасные мысли окклюменцией. — Ну и кто тут у нас? — шипящим голосом осведомился Тёмный Лорд. — Приятель Фоули, девчонка Лавгуд и магла. Говорит, что за неё заплатят, милорд, — отчитался один из Пожирателей. — Но, похоже, врёт. «Приятель Алекса?!» — мысленно возмутился Регулус. Ещё не хватало! — Лавгуд оставьте, она и её отец нам ещё послужат. Ты! Сюда! — приказал Лорд, указав палочкой на Энни. — Не заставляй Лорда Волдеморта ждать, магла! Девушка бросила на Регулуса панический взгляд, и бескровные от ужаса губы беззвучно прошептали: «Помоги!». Мордред. Регулус не был безрассудным гриффиндорцем, но оставить девушку в беде... И даже не важно, кто она. Он не мог не вмешаться. — Не тронь её! — крикнул он, выступив вперёд, закрывая её собой. Голову он не поднимал, чтобы отросшие волосы закрывали лицо. — Лучше меня. — Нет! — сдавленно вскрикнули за его спиной Луна и Энни. А Тёмный Лорд ядовито усмехнулся: — Вот как? Так девчонка тебе дорога? — Пытать невинных девушек низко даже для вас, Повелитель, — хладнокровно пожал плечами Регулус и тут же обругал сам себя: ненависть не пересилила старую привычку. — «Повелитель»? — задумчиво хмыкнул Волдеморт. — Благодарю за этот жест уважения, я ценю это. Так кто же ты такой? И почему считаешь себя вправе указывать мне, Лорду Волдеморту, что делать? — Посмотри ей в лицо, — посоветовал Регулус. — Или ты уже забыл всех, кто верил тебе? — Да кто ты такой, чтобы так обращаться ко мне?! — зло прошипел Волдеморт, но его взгляд всё же метнулся к Энни. На миг Регулусу показалось, что по лицу Тёмного Лорда скользнуло узнавание, но оно тут же исчезло без следа. — Вот как ты платишь своим слугам за преданность? — негромко спросил Регулус. — Мальчишкам, которых ты обманом завлекаешь в свои сети, перемалываешь, а после — выбрасываешь, как бесполезные игрушки? — Кто ты?! — в голосе Волдеморта мешались шипение и крик. — Покажис-сь! — Посмотри сам, Том, — дерзко усмехнулся Регулус, подняв голову, и надменно бросил: — Я тот, кто раскрыл твой главный секрет. Кто-то из Пожирателей ахнул, очевидно, узнав Блэка, но Регулус не стал разглядывать их. Он смотрел в жуткое лицо Волдеморта, чьи красные змеиные глаза расширились в изумлении и... неподдельном страхе? — Ты!.. Но ты мёртв! — прошипел Волдеморт. — Ты ведь тоже уже умирал, Том, — сказал Регулус. — Что, если не ты один достиг такого могущества? Я-то ведь чистокровный, не то, что какой-то полукровка, — этого, наверное, говорить не следовало, но он не удержался. — Ты врёшь! — рявкнул Волдеморт, задыхаясь от гнева. — Как... ты смеешь... звать меня... этим именем?! Называть полукровкой?! Предатель! Ты умрёшь, но сначала... На колени! — Годы идут, а средства не меняются, да, Том? — Регулус зашёл так далеко, что уже не мог остановиться в своей дерзости, даже понимая, что скоро умрёт. Но так хотелось отомстить! Куда только делась его выдержка, благоразумие?.. Что это — губительное действие Метки или фамильное безумие?.. — Круцио! Он всё же упал на колени, а потом повалился на пол. Боль была невообразимая, словно всё тело рвали на кусочки и одновременно жгли. За долгое время он и забыл, каково это. Кровь словно закипала внутри, а кости плавились. Но Регулус молчал, стиснув зубы так, что они едва не трескались. Спустя несколько мгновений, показавшихся часами, Лорд опустил палочку. — Ты знаешь моё имя, а я знаю твоё, — упрямо проговорил Регулус, облизнув прокушенные до крови губы. — Я знаю все твои тайны! Может, скажешь Алексу, кто убил его сестру на самом деле? Или, например, расскажешь им всем, что всё время врал о своём происхождении? А, Том Риддл? — Круцио! Сквозь ужасную боль Регулус расхохотался. Пожиратели вздрогнули и отшатнулись; если бы он мог соображать под действием проклятия, то понял бы, кого напомнил им этим сумасшедшим смехом. Кровь от крови. — Круцио! — Остановитесь! — взвизгнула Энн. Дрожа от ужаса, она вцепилась в руку Луны, но сделала шаг вперёд. — Кто ты, девчонка? — прошипел Волдеморт с недоумением на змеином лице. Но палочку опустил, и Регулус смог приподняться на руках. — Вы ведь знаете. Он уже всё сказал! — дрожащим голосом ответила Энни. Веснушки на бледном лице выступили ярче, и сейчас, с горящими ненавистью глазами, её лицо говорило само за себя. Регулус будто снова перенёсся на двадцать лет назад: так же в последнюю ночь его жизни смотрел на него друг, обвиняя в предательстве. Он не понимал, знала ли она правду о себе или блефовала, но Регулус никогда не видел Волдеморта настолько потрясённым. И хотя в Лорде уже не осталось ни малейшей доли тёплых, человеческих чувств, но что-то вдруг всколыхнулось в расколотой душе. Может, это и был отголосок странной привязанности к самому верному Пожирателю и лучшему ученику. К парню, что считал жестокого Тёмного Лорда едва ли не отцом. — Надо было лично убить ту грязнокровку, — наконец прошипел Волдеморт. Понял, значит. Ну всё, сейчас их всех убьют. Конец истории. Щёки Энни покраснели пятнами. — Не смейте!!! — Авада!... — взревел Волдеморт. Регулус почувствовал, как сердце уходит в пятки, и уже приготовился увидеть зелёный луч смерти, но Лорд вдруг замер на месте, словно прислушиваясь к себе, и довольно улыбнулся. И это могло значить только одно... Они поймали их. Её. Гермиона!!! — Крэбб, Гойл, охранять! — рявкнул Волдеморт. — Головой отвечаете, — и, отдав приказ, трансгрессировал прямо с чердака. Силён, мерзавец. Крэбб и Гойл, узнаваемые даже под масками, переглянулись и почесали в затылках, не опуская нацеленные на пленников волшебные палочки. Наконец Крэбб осмелился подать голос: — Блэк, это правда ты? — А что, не похож, кузен? — с кривой улыбкой прохрипел он. — Ну кому ещё дури хватило бы... — И всё, что ты говорил — правда? — А я когда-нибудь врал? — поморщился Регулус. — Правда от начала до конца. — И девчонка... — А вот это не ваше дело, — резко оборвал Регулус. — Дайте воды, что ли. — Не положено, — пробасил Гойл, переглянувшись с напарником. — Сейчас же дайте ему воды! — потребовала всё ещё дрожащая и бледная Энни. — Мистер Фоули, Алекс! Да помогите же! Алекс замер на месте, будто решая что-то, но всё же вышел из своего угла. Неторопливо приблизившись, он взял из рук Энни пустую чашку, наполнил её «Агуаменти»... И вдруг резко развернулся, выпалив два заклинания без остановки. Оглушенные Крэбб и Гойл с глухим стуком повалились на пол. Алекс протянул руку, рывком поднял Регулуса с пола и протянул ему незнакомую палочку, короткую и тёмную. Чувствуя, как магия заструилась в жилах с новой силой, Регулус схватил Энни и Луну под руки и трансгрессировал. Он не ошибся: Алекс сделал правильный выбор.