На грани чувств среди высоток

NF - Paralyzed (лучше, если вы будете её слушать на протяжении всего чтения) Впрочем день был чудесный. Птички пели. На улице, как всегда творило оживление. Машины. Люди. Дети, играющие на площадках. Пожилые дедушки и бабушки гуляли в парках и скверах. Собаки лаяли, кошки мяукали и пчёлы жужжали. Хотя... какие пчёлы в городе, черт возьми? Кажется, я немного заболталась... В общем, все было, как обычно, но не в школе искусств D’un Fore Bon. Все школьники были взбудоражены. В коридорах стоял такой гул, что учитель математики надел беруши. Отовсюду слышались короткие фразы, шёпот, крики, где можно было легко услышать знакомые нам имена. Дана Вельт и Ньют Кахана. Эти двое возымели огромную популярность среди всей школы. Каждая ученица, черт возьми, каждая, начала шипперить этих двоих, будто героев из сериала. Казалось, все начали переживать за из отношения больше, чем за свою личную жизнь. Ну, собственно, кому не знать, как не нам с вами? Но самая движуха сейчас на четвёртом этаже, в коридоре рядом с кабинетом химией... Двое людей сидели на подоконнике, обнимая друг друга, словно боясь потерять ту самую искру, пойманную ими так мучительно больно и сложно. Посмотрев на них, можно было задохнуться от умиления. Умиротворение и спокойствие, казалось, творило в их отношениях. И они благодарны. Друг другу. За то, что они обрели много всего, и только благодаря друг другу. Ньют теперь знает, что такое настоящие чувства, которыми, как в книгах и в фильмах сказано, невозможно управлять. Просто сердце начинает биться быстрее при виде именно этого человека. Человека, который заменяет весь мир. Он становится единственным, за которого ты переживаешь, за которого ты болеешь, за которого ты готов умереть. И если всё это звучит очень банально для вас и обычно, то тогда вы перечитали романов, так и не поняв, какого это испытывать. Вы становитесь зависимым. С одной стороны это так прекрасно и божественно, а с другой стороны - больно и страшно. Ньют знает, какого это зарыться в белых и мягких волосах, осознавая, что никто другой не смеет к ним прикоснуться. Он знает, какого это целовать с недавних пор родные и слегка обветренные губы. Он знает, какого это чувствовать прикосновения нежных женских пальцев на своей спине. И знаете, это наиприятнейшее чувство. Он готов поклясться. Что и пугает, и умиляет одновременно... Сейчас никто из них точно не знает, что ждёт их впереди. Им просто хорошо сейчас. Чувствовать дыхание на коже, из-за чего начинают подрагивать пальцы на руках, строй мурашек пробегает по телу, заставляя сжаться и задержать дыхание. Внизу живота начинает щекотать, словно пушистым пером, но им далеко не до смеха. Это просто чувство. Которое испытывают миллионы людей одновременно. Но жалко, что многие потом страдают. Из-за этого же. И Кахана никогда бы не поверил во всё это, если бы это не случилось с ним. Как и многие другие. Но самое страшное... Блондин до сих пор боится одного... Влюбиться. Точнее... нет... Любовь - это очень странное понятие, которое невозможно описать. Только изобразить или почувствовать. Но... её можно сравнить. Любовь - это словно высота. Мы не боимся высоты, мы боимся упасть. Также и здесь. Любовь захватывает тебя, словно обнимая большими крыльями, из которых очень сложно выбраться. Мало кому удаётся это сделать по своему хотению. Я думаю, это даже невозможно. Сколько бы раз ты не пытался, все безуспешно. Это и пугает. Навевает ужас. Не так-ли? Но мы всё равно идём навстречу. Наплевав на последствия. Это просто самая главная ошибка. Но, конечно же, сначала мы думаем, что всё это правильно... Обман, ха, как предсказуемо! Сарказм. Обман... Обман. Обман! Любовь? Обман? Вымысел? Что же это? Что означает это слово? Одна фраза. Три слова. Десять букв. И... бум! Твоя жизнь никогда не станет прежней. Туда, но не обратно... - Дана? - тихий шёпот, который обжигает молодую кожу девушки. - Что? - она аккуратно приподнимается с него и сразу же тонет в чёрных, как омут, глазах. - Я давно хотел тебя спросить... - и... снова это чувство охватывает его. Запутывая, пугая. Унося куда-то туда, куда вообще было не нужно. Снова это смущение. Снова сердце пропускает три удара. Снова внутренности парализует и... Снова и снова. Всегда, - Что такое любовь? Она чувствует, как её щеки приобрели розоватый оттенок, и она проклинает того, кто это придумал. Резко Ньют встаёт и берет её за руки. Им движет то непонятное чувство. И я молюсь, что он узнает, что это. Откуда оно. Кто наложил это проклятие? А может это дар? Столько вопросов... Дана еле успевает за бегущим впереди Кахана, крепко держащего её за руки. Кончики пальцев покалывает. И она бы соврала, если бы сказала, что не уверенна, что это чувствует и Ньют. Густые белые волосы развеваются из-за быстрого бега, и, я уверенна, все ученики, расступающиеся перед этой сумасшедшей парочкой, загляделись на их красоту. Задерживая дыхание, боясь спугнуть. Ньют бежал быстро. Он продолжал бежать, когда в коридоре они наткнулись на Завуча, продолжал, когда Минхо, Галли, Тереза, Амелла и Томас стояли в коридоре, забытые всеми, продолжал, когда охранник кричал им вслед... э... не очень хорошие слова... Дана бежит рядом и этого ему достаточно. Если бы его спросили неделю назад, какой у него фетиш, он бы ответил: поэзия и искусство. Но сейчас... Сейчас у него фетиш на голубые глаза и белоснежные волосы. И снова это чувство заставляет говорить такие смелые фразы. Неужели, кому-то там наверху весело наблюдать за нашими страданиями? Возможно. Когда-то мы это узнаем. Каждый в свой отмеченный срок. Без этого никак. И сейчас. Когда перед ними Манхэттен, лежащий, как на ладони, когда они на высоте птичьего полёта, когда они на верхушке высокого небоскреба, им хорошо. Ведь он обнимает её, а она его. - Так что же такое любовь? - спросила Вельт, отрываясь от Ньюта и обнимая себя за плечи. - Это... Сложный вопрос... - Улыбаясь, произнёс парень и перевёл взгляд куда-то за горизонт, - Я думаю, не существует понятие любви. Я знаю, что я... люблю тебя, и... моя любовь - это ты. И если бы все было так легко, если бы люди умели летать, а все задуманное становилось реальностью, это была бы правда. Может это о-о-очень близко к правде, но не до конца. Нельзя это утверждать. Если бы Ньют падал с небоскреба сейчас вниз, если бы Ньют сидел запертый в комнате, где пожар, если бы Ньют тонул под водой, он бы никогда... никогда бы не вспомнил Дану. Хотя может и вспомнил бы... Но мы этого не узнаем. - Te quiero, - тихо произнесла Дана, смотря прямо в глаза блондина. - Ч-что? - заикнувшись, спросил он. И если он не окаменел, то точно замер. Задержавши дыхание, он боялся пропустить любое сказанное девушкой слово. - Это по испански... Люблю тебя, - ответила она, опуская голову. И они были похожи на маленьких детей. Детей, которые впервые по-глупости признались в любви друг другу. Но я не думаю, что сейчас это произошло по-глупости. Скорее всего, это снова в груди сердце пропустило три удара, легкие сжались, а тело мелко затрясло. И если бы Ньют не послушал сейчас то чувство, которое сопровождало его в последнее время так часто, они бы так и стояли, погружённые сами в себя. Одинокие. Никому ненужные. Не найденные. Словно впервые, он аккуратно сжимает её в объятиях, чувствуя, как она прерывисто вздыхает. Они сталкиваются взглядами. Голубой и карий. Совершенно противоположные цвета. Но каждый из них думает, как это прекрасно. Волшебная искра, словно маленькая звёздочка видна у каждого в глазах. И они не могли наглядеться. Медленно он поднял её на руки, а она обвила ногами его худую мужскую талию. Лица медленно стали приближаться, чувствуя горячее дыхание друг друга. - Я хочу показать тебе, что такое любовь, - прошептала она, а затем нежно коснулась своими губами его губ. И они растворились в этом сладостном плену, утопая друг в друге. Он в запахе вишни, а она в запахе еле чувствовавшихся сигарет. И Дана бы потеряла, наверное, сознание, если бы Ньют не держал её своими руками, нежно спускаясь по пояснице, сжимая бёдра. Зарывшись пальцами в его пушистые волосы, она таяла от его касаний. И они не замечали никого и ничего вокруг. Сейчас он целовал её манящие губы, покусывая нежную алую кожу уст, а она поддавалась его напору, чувствуя сразу несколько эмоций: счастье, блаженство и смятение. - Я думаю, это самое... - начал было Ньют, оторвавшись от неё. - Давай помолчим? - произнесла она со смешком, разглядывая его таинственным и томным взглядом. И ответить ему никто не дал. Хотя Кахана и сам не противился. Почему-то он сейчас был уверен, что она была ангелом в прошлой жизни. Если таковая вообще существует. Да и кто знает? Зачем мучиться и философствовать на тему, неразгаданную человеком, если можно просто наслаждаться и дарить приятные ощущения? И нужно этим пользоваться, пока твои чувства не исчезнут. Ведь в любой момент, абсолютно в любой, ты можешь потерять человека. Ты станешь парализованным, холодным, ничего не чувствующим существом. Ты потеряешь свою веру. Это самое страшное. Так что цените своих близких, это самое ценное что у вас есть. И Ньют это понял, ещё когда потерял свою сестру. И если бы не Дана, он бы давно погиб. Не физически, а духовно. - Спасибо, - тихо прошептал он, не открывая глаз, - спасибо, что ты есть... И последовал следующий сладостный поцелуй. Эта крыша ещё тысячи таких повидает, но как ценен мир человека в данный момент, эту секунду.