Третий лишний

— Элла? — Жукова осеклась, — Дай Свете трубку! — Не могу, говори мне! — Труфанова перестала шептать. — Я должна сказать Свете! — Лена упрямо настаивала, понимая, что это противостояние не бесконечно. — Это Лена? — на кухню вошла заплаканная Света и буквально выхватила телефон. — Говори! — Света! Мне позвонила Лариса. Она продолжает приглядывать за Дианой. Ты должна знать… Сегодня ее мотоцикл… — Я видела репортаж по телевизору! — голос Светы ножом разрезал воздух. Слез не осталось. — Ты все знаешь???? — Лена ахнула и на мгновение потеряла дар речи. — Знаю! Когда поднимут тело, узнай, в какой морг ее повезут! Света отключившись, буквально выронила телефон из пальцев. Силы покинули ее. Элла, подхватив ничего не видящую перед собой Светлану, опустилась с ней на пол. Слова были излишни. Тишина, нависаемая, кажется над всем миром, рвала барабанные перепонки. Еще секунда и произойдет что-то страшное. Но маховик времени отсчитывал минуты, адским грохотом отдаваясь в сознании Светы. Время, самый страшный враг, самый лучший друг. Единственный целитель и беспощадный убийца. Никто не засекал удары. Все просто сидели, прижимаемые осознанием того, что произошло. Вслух не было произнесено ни слова, все и так было понятно. Раздавшаяся трель валяющегося на полу телефона словно возвестила всех присутствующих о том, что они еще живы и дышат. Света аккуратно взяла телефон и отрешенным голосом проговорила: — Да Лена, я слушаю. — Пятая городская… — Выезжаю… Поднявшись с пола, Сурганова на автомате, слегка заторможено стала одеваться, тщательно шнуруя ботинки. — Я поеду с тобой. — Элла уже доставала ключи от машины из кармана куртки. — Кто попытается поехать за мной, больше меня никогда не увидит! — в голосе проскользнула Дианина интонация и Мария, вжав голову в плечи, поежилась. — Ты же не сможешь сесть за руль в таком состоянии, я не позволю! — Элла попыталась проявить характер. Света, молча накинула куртку и бросив в карман телефон вышла из дома. Машина, то самое место, где она наконец, осталась одна. Выезжая на дорогу, Света ласково погладила руль и вдруг ударила его со всей силы! — Доигралась?!!! Это был крик в пустоту, крик отчаяния и лишь самой верхушки той боли, которую только может выразить человек словами. — Я ненавижу тебя, слышишь??? НЕНАВИЖУ! Ударив по рулю еще несколько раз, Сурганова уронила голову на саднящие от боли ладони. — Динка… — сквозь глухие рыдания говорила Света… — Почему? Почему? Машина долго стояла на обочине, впитывая в себя страшную боль и отчаяние. — Помнишь, ты говорила, что мы умрем вместе, дожив до старости? Динка… Не обращая внимания на заливающие лицо слезы, Света завела мотор и, выехав на трассу, поехала на свое последнее свидание… Пробираясь по пробкам, Света на мгновение, которое показалось ей забвением, успокоилась, насколько это вообще было возможно. Ехала она осторожно, пытаясь тщательно контролировать ситуацию на дороге. Усилий пришлось приложить немало. Словно во сне, она ехала на автомате, сама удивляясь своим действиям. Добравшись до больницы и припарковав машину, Сурганова снова сжала руками руль. — Динка, помоги мне… — прошептала Света, глядя на припухшие ладони. — Помоги! Глубоко вдохнув, Света уверенно направилась в больницу. При входе в нос ударил ни с чем ни сравнимый запах больницы, щедро приправленный ярким, режущим глаза светом и привычным для такого заведения скоплением народа. Перед глазами поплыли пятна, к горлу подступила тошнота, дышать стало противно. Сурганова увидела молодую медсестру и догнав ее, окликнула: — Здравствуйте. Я в морг, на опознание, как мне пройти? — Пойдемте, я провожу Вас. Идя по серым коридорам с низкими потолками, Света пыталась глубоко дышать. Идти было с каждым шагом все труднее. С каждым поворотом и открытой дверью становилось все страшнее. Светлана боролась с желанием убежать прочь. — Вот, проходите пожалуйста. — Медсестра дежурно улыбнулась и ушла, бесшумно скользя по серому полу больничными тапочками. — Здравствуйте, к вам привезли девушку, авария на мотоцикле… — Да, есть такая, вы на опознание? — Да… — Света выдохнула и прошла в морг, где на столе лежало тело в черной кожаной куртке. Секунды старили её, обращаясь в года. Светлана, теряя опору под ногами, казалось, шла по зыбучим пескам, утопая в своей боли. Глаза, отказываясь видеть худую фигуру на металлическом столе закрывались все плотнее, а ноги, кажется маршировали на месте. Вдох. Выдох. Шаг Вдох… Шаг. Глаза зажмурены, из-под влажных ресниц по проторенной дорожке стекает слеза… Вдох… Сердце предательски сбивается, рвано выстукивая свой галоп Выдох… Шаг… Вдох! Выдох! Вдох! Выдох! Вдох! Вдох! Вдох Крик!!!!! Темнота… Сурганова разлепила налитые свинцом веки и поморщившись от запаха нашатыря попыталась сесть. — Ну наконец-то, — патологоанатом выбросил ватку и подал Светлане руку, помогая встать. — Я понимаю, что процедура опознания очень тяжелая, но прошу Вас, скажите хоть что-нибудь о этом человеке, если Вам это известно. Градом возвращалась память, образы, мысли, чувства… Сурганова подскочила на месте и буквально навалившись на безжизненное тело вдруг закричала: — Это не она! Слышите? Не она! Огромная доза адреналина хлынула в кровь.Хотелось петь и обнимать весь мир. Не совсем понимая, где она находится, Света широко улыбалась, сдерживая рвущийся наружу смех. — Женщина, я все понимаю, но это морг, прошу вести себя подобающе! — Прошу прощения. — Света собралась и ответила. — Эту девушку я впервые вижу и ничего про нее сказать не могу, к сожалению! — Это я уже понял, — врач протянул документы, которые Света подписала не глядя и кивнув молчаливому мужчине, вылетела из морга. Несясь по коридорам и лестницам, она чувствовала безумный восторг и накатывающую злобу. Ее буквально окутывала нежность и в тоже самое время, до испарины, опутывал страх. За несколько часов Диана «умерла и воскресла» практически на Светиных глазах, не мудрено, что эмоции ее просто выпотрошили до дна. Вылетая из ненавистного здания и жадно глотая свежий воздух, Сурганова бежала к машине, набирая Ленин телефон. Руки тряслись так, что дверь она открыла лишь с третьего раза. Злость, ярость, гнев и негодование накатывали, убивая радость от хороших новостей. — Лена, срочно телефон Пальцевой! — Светлана рявкнула так, что Жукова на том конце провода явно услышала лязг Арбенинской интонации. — Света, она пьяна там… — Жукова впервые слышала Свету такой. — Телефон! — Света бросила трубку, давая понять, что сейчас ее слова не обсуждаются. Выруливая с парковки, Сурганова уже набирала Ларису. Практически потеряв терпение и отчаявшись, Света услышала пьяное и вязкое: — Да… Слушаю… — Лариса, это Светлана Сурганова. В трубке слышались всхлипы и бормотание. — Лариса, я была в морге, это не Диана. Вы слышите? Лариса? — Вы шутите? — Лариса! — Светлана сама была на взводе и теряла терпение слишком быстро. — Мне нужны все адреса ее квартир, гостиниц, номеров и домов в Питере, где она может отсиживаться. — Повторите, что Вы сказали? — Лариса, она жива, в аварии погибла другая девушка! Адреса, прошу! — Света уже готова была сама искать Диану заглядывая во все двери. — Она убьет меня, если я ее сдам. — Не переживайте, я это ей не позволю! — Хорошо… — голос в трубке трезвел с каждым словом…езжайте на выезд из города, она точно там, скину адрес, минутку. Сурганова, выезжая на дорогу, старалась ни о чем не думать. Силы стремительно покидали ее. Гнев то и дело сменялся приступами безудержной радости и приливом нежности. Пробираясь по пробкам, Света пыталась думать лишь о дороге, боясь сойти с ума от случившегося. Подъехав к дому, который был спрятан в глубине Питерских двориков, Сурганова заглушила мотор и глубоко вздохнув выпрыгнула из машины. Попав в подъезд, она пошла к мусоропроводу, с обратной стороны которого были аккуратно спрятаны ключи. Лариса явно всегда продумывала все до мелочей. Подойдя к обшарпанной двери, Свету охватил панический ужас: спина, липкая от пота, по вискам стекало за ворот куртки, руки тряслись, как после недельной попойки, а сердце казалось уже давно перешло на запредельные скорости, ставя жизнь словно на скоростную перемотку. Открыв замок и шагнув внутрь в нос ударил запах пыли и табака. Квартира встретила Светлану кромешной темнотой и гробовой тишиной. Не разуваясь, Сурганова подошла к плотно закрытой двери единственной комнаты и несмело толкнула ее. На диване, широко раскинув руки лежала Арбенина, слегка похрапывая. Волна нежности затопила клокочущее сердце. Света, улыбнувшись, включила свет. Всюду валялись исписанные вдоль и поперек листы бумаги, обрывки и клочки которой полностью закрывали собой пол в маленькой душной комнате. Нежность испарилась. Пустые бутылки, емкости с окурками, запах перегара, табака смешанного с пылью и затхлостью. Рванув окно настежь Сурганова увидела Диану, прикрывающую глаза от яркого света. — Ларка, ты теперь не мой директор, значит и не моя нянька! Проваливай! — Я ненавижу тебя! — Света прошептала эти слова одними лишь губами, но этого хватило, чтобы Динка, подскочив на диване, вытаращилась на нее. — Светка??? Что ты тут делаешь??? — Диана спрыгнула на пол и на некрепких ногах подошла к Свете. Сурганова, словно в замедленной съемке видела приближение самого дорого и любимого человека в своей жизни, которого похоронила меньше часа назад. Хлесткий и звонкий удар пришелся на левую Динкину щеку. От неожиданности она потеряла равновесие, свалившись опять на диван. — За что? — Ненавижу! — Света потеряла контроль над собой. Все струны души ее лопнули, болтаясь ошметками, больно раня при каждом прикосновении. — НЕНАВИЖУ!!! Удары сыпались со всех сторон, совершенно не сдерживаемые человеческим разумом. Арбенина, прикрыв лицо руками и подобрав колени не пыталась отбиваться. Что-то случилось. Такой Светка еще никогда не была. Удары стали слабее и Диана, вывернувшись, схватила ее за руки и обвив вокруг своей шеи притянула к себе. — Просто поплачь… — Диана крепко держала вырывающуюся Сурганову, бормотавшую что-то про аварию, мотоциклы и морг. — Я рядом! Поплачь! Сорвало последний барьер и слезы хлынули ручьем, утопая в скомканном Светиными ладонями свитере. Она, сотрясаемая рыданиями, тесно прижималась к крепко держащей ее Динке, моля только о том, чтобы это не оказалось кошмарным сном.