Третий лишний

Машина, проглатывая дорогу, словно голодный зверь, неслась в аэропорт. Диана и Света, сидя на заднем сидении были погружены в свои мысли. Не хотелось говорить, обсуждать и договариваться. Совсем не хотелось, развернувшись к друг другу, не смотря в глаза что-то объяснять. Не хотелось молчать. Говорить было страшно. Сурганова, прилипнув взглядом к однообразному пейзажу городских джунглей вздрогнула, когда Динка подала ей телефон. — Что там, я без очков! — Света пыталась разглядеть текст, но буквы плыли перед глазами. — Ох старость. — Динка хихикнула. — Так достань! Это важно! Света пошарив в сумке достала очки и взяв телефон прочла: «Хочу разорвать твою футболку в клочья!» Сурганова, улыбнувшись набрала текст и передала его ерзающей Арбениной: «Умерь свой пыл!» Фыркнув, Диана очень долго что-то набирала, потом стирала, ерзала, вздыхала и наконец отдала Свете телефон: «Мне плевать, что мы на трассе и не одни!!! Я умру без тебя!» Света довольно долго смотрела на экран и наконец начала набирать ответ: «От долгого ожидания эмоции ярче!» Арбенина, которая практически навалилась на Светку и прочитав с экрана короткое послание откинулась назад и гаркнула: — Да меня сейчас порвёт, неужели не видно? — Дин, ну что ты как маленькая? — Света устало улыбнулась. — Всему свое время! — Да что ты говоришь! Ты еще не поняла, что ожидание убивает в прямом смысле слова? — Тебе только это от меня нужно? — Света развернувшись буравила Динку взглядом, привычным жестом вскинув очки в волосы. — Нет, конечно! — Диана осеклась. Сурганова немного расслабившись откинулась на сидение, как горячий шепот обжег ей ухо: — Скажи, что не хочешь услышать свое имя, сорвавшееся с моих губ страстным шепотом? Света вздрогнув, посмотрела на Динку, которая аж подпрыгнула на месте: — Покраснела, значит я права! — скорчив довольную рожицу, Диана ерзала на сидении, улыбаясь и запуская пальцы в волосы. Оставшуюся часть пути ехали молча изредка поглядывая друг на друга. Хотелось остаться вдвоем и жить, вдыхая жизнь одними легкими на двоих. Но обе прекрасно понимали, что это невозможно. Не только гастрольный график, записи и эфиры сдерживали их, готовых сорваться и бежать без оглядки куда угодно, лишь бы вдвоем. Они понимали, что насытившись друг другом сполна, произойдет то, что происходило уже сотню раз — они снова оттолкнут друг друга. Так было всегда и так будет. Срываясь, Диана понимала, что лучше сейчас, чем никогда. Разрешая, Света твердила себе " Это навсегда. В этот раз навсегда!» Вновь убегая, Арбенина верила, что обязательно вернется. Глядя в спину Динке, Света убеждала себя, что сможет снова ее принять. Эти мысли уже четверть века рефреном гуляют между ними, образуя петлю бесконечности. Разорвать ее невозможно. Их жизнь зациклена друг на друге, даже если стена между ними вырастает до небес. Водитель уже выруливал на парковку аэропорта, медленно объезжая вереницы притулившихся к друг другу спящих до востребования машин. Света потянулась к Динке и, оставив на губах влажный поцелуй, задержалась на них на долю секунды дольше, чем следовало, выскочила на мокрый асфальт и, подхватив сумку, уверенными шагами скрылась за стеклянными дверями аэропорта. Диана, смотря ей вслед, понимала, что только ожидание встречи удерживает ее сейчас на месте. Только глаза Светки, которые обещали, что все у них еще будет, заставили Диану развернуть машину в обратный путь.

***

Дни летели, приближая Ледовый. Эфиры на радио, концерты — все это помогало Динке справляться с эмоциями хлещущими через край. На эфирах она озорно подмигивая, обсуждала Свету, завуалировано давала советы и улыбалась. Сурганова приплясывала на концертах, читала стихи и в любую свободную минуту хватала скрипку, словно проверяя, не забыла ли она родные сердцу мелодии их общего с Динкой прошлого. Переписываясь друг с другом, они обсуждали песни, аранжировки, освещение и даже одежду. Так подробно, словно именно это и увлекало больше всего. Старательно обходя острые углы, Динка засыпала Светку идеями и предложениями, а Сурганова обстоятельно и подробно отвечала, боясь написать лишнее. Они читали между строк, понимая и догадываясь, что происходит на душе у каждой. За день до Ледового, поздно, почти ночью, Динка ответила на очередное Светкино сообщение фоткой своей любимой гитары. Потертая, со сбитым от медиатора покрытием, она была красива и притягательна. - Моя любимица! — Динка горделиво подписала фотку. — Знаю! Она прекрасна! — Света любовалась инструментом, прекрасно помнив его особенное звучание. — А ты знаешь, что у нее есть имя? — Ты даешь гитарам имена? — Нет, только этой! — И как ее зовут? — А угадай? — Не знаю) — Знаешь! — Скажи! — Светка! — Ты назвала гитару в мою честь? — Да! — А почему? - Не знаю, я не задумывалась, но когда я перебираю струны, словно разговариваю с тобой. Она для меня — ты! Она мягче всех остальных, нежнее.Если рву на ней струны, они не режут мне пальцы! Ни разу! — Дин…это так трогательно…и приятно… Спасибо тебе! — Ты же завтра утром приезжаешь? — Да, и сразу на репетицию, нам так много нужно успеть. — Успеем, до завтра! До завтра! Мысли и воспоминания мягкой кошачьей лапой ласкали сны, торопя ночь скорее покинуть город. 29 марта началось волнительно и суетливо. Света спешила в Ледовый, а Диана, не обращая внимания на разрывающийся телефон, преспокойно читала книгу в утреннем поезде. — Ну что такое? — Динка бурчала в трубку — Диана, ты вчера студию закрыла? — Макс? Ты меня пугаешь! — Ты только не волнуйся, одной гитары не хватает, может она на базе? Или у тебя? — Какой гитары??????????? — книга чуть не выскользнула из рук. — Черная, твоя любимая! — Макс! Ты шутишь??? Я вчера видела все гитары в студии. Ты же их сам забирал! — В том то и дело, а сейчас одной нет. — ИЩИ! — Диана угрожающе шептала, боясь перейти на крик! К моему приезду она должна быть на месте! Книга была отброшена. Еще час Арбенина как на иголках провела смотря в окно и, обзванивая всех и каждого, но гитара словно испарилась. Буквально влетев на сцену, Диана орала во всю мощь своих легких, что отменит концерт или просто не выйдет, если гитара не найдется. Никто не мог понять, как это могло произойти и почему была украдена именно она. Сама невзрачная, в самом обычном чехле. Не знающий человек никогда бы не обратил на нее внимание. Значит вор знал, что взять и куда ударить больнее. Под крики парней и Дианы на сцену вошла Света, но Динка даже и не подумала замолчать. — Света, я не буду играть, у меня украли гитару! — Какую? — Света прикрыла рот рукой, инстинктивно прижимая к груди скрипку. — Ту самую! — Рявкнула Арбенина и рванула со сцены. Света, обнимая скрипку, почти бегом побежала за ней. — Динька, перестань. Просто забыли в Москве, в студии, на базе, это бывает. Успокойся! Сурганова лучисто улыбнулась и обняла одной рукой Динку за плечи. — Родная, перестань, пойдем, у тебя с собой еще шесть гитар, если захочешь я отдам любую свою, только пожалуйста, успокойся, пойдем поиграем, а? Светкины слова, словно живительный бальзам залечивали раны и обиды. Диана, немного фыркая, но уже без нервов и злобы просто пообещала всех уволить и пошла за Светкой на сцену. Репетиция, подготовка, интервью… Вся концертная суматоха закружила Диану настолько, что она забыла о свой пропаже, твердо поверив Светкиным словам. Ведь за столько лет из-под носа у них гитары не воровали, да и в парнях она была уверена, как в себе самой. Махнув рукой, Арбенина сияла, видя Светку рядом, а главное, она была одна, а это значило, что у Сургановой есть планы на вечер после концерта, в которых Динка будет играть главную роль. Подмигивая и улыбаясь, Арбенина вышла на сцену и два часа просто рвала зал на части и собирала заново своим голосом, словами и звуками. Стоя со Светкой на одной сцене, она не видела и не слышала никого вокруг. Это был полет. Полет над их вечностью. Над их прошлым. Это была их жизнь. Нежная и страстная, в каждом движении и взгляде. В каждом порыве и дыхании. Отгремевшие аплодисменты шелестели в ушах у Светки, когда Арбенина прилетела к ней в гримерку и прижала к себе, страстно целуя. Ей необходимо было сейчас чувствовать ее. Наплевав на всех, она схватила Сурганову за руку и потащила к выходу, буквально обгоняя рвущуюся толпу фанатов. Благо, машину она оставила у самого дальнего подъезда, куда фанаты доберутся не скоро. Почти бегом, под колокольчик Светиного смеха, Арбенина тащила Светку к машине. Подлетев к пассажирской двери и рывком открывая ее, Арбенина усадила Сурика и оббежав вокруг, встала как вкопанная. Со стороны водителя стоял гитарный чехол, приваленный к зеркалу. Арбенина, узнав свою гитару, не осознавая, опережая мысли действиями, положила чехол и открыла замки. С диким дребезжанием лопнула четвертая струна Это была ярость! В кофре лежала сломанная пополам любимая Динкина гитара, позвякивая на ветру ежом топорщащихся рваных струн. На гладкой черной полированной поверхности деки валялся белый медиатор с хорошо читаемой надписью «Сурганова и оркестр»