Третий лишний

— Соня, просыпайся! — Света лениво перебирала пальчиками по Динкиной спине. — Ты меня не будишь, а наоборот, усыпляешь. — Арбенина говорила сонно, посылая слова больше в подушку. До Светы долетело лишь невнятное бормотание. — Динка, я солнышко хочу! — Светлана уставилась на серое Питерское небо и невольно поежилась. — Солнышко к Вашим услугам, мадам! — Диана, мгновенно перевернувшись, уже нависала над Светкой, хитро прищуриваясь. — Динка, а ты и правда как солнышко. — Сурганова провела ладошками по взъерошенным белым волосам, слегка приглаживая совершенно очаровательный одуванчик наэлектризованных волос. — Так чего же тебе еще надо? — Диана состроила смешную рожицу и звонко поцеловала в губы. — И это все? — Света обиженно отвернулась от сияющей Динки. — А этого мало? — Диана совершенно серьезно смотрела на Сурганову. — Мне тебя всегда мало! — Светка притянула Динку к себе, целуя в смеющиеся губы. — Светик! Как же я по тебе скучала! — Диана легкими поцелуями утверждала и закрепляла каждое слово, словно личной печатью. — Так что там по поводу солнышка? — - Сурганова схватила ладошками Динкино лицо, не давая ей снова перевести разговор на поцелуи. — Ну Светик! Ну давай потом? — Диана мотала головой, фыркая и бурча. — Ну ты и зануда! Арбенина села и утопив пальцы в волосах посмотрела на пасмурное утро за окном. — Солнышко сейчас в Испании например. — Ну так поехали в Испанию! — Сурганова, положив голову на колени к Динке, во все глаза смотрела на любимые черты лица совершенно не скрывая кошачьей хитрющей улыбки. — Ой Сурганова! За что тебя везти на солнышко то? Была бы ласковее, я бы… Договорить она не успела. Светка перевернулась и повалив Динку на спину провела языком по животу, к шее, и прикусив мочку уха, скользнула по скуле к губам. — А так? — Света еле удерживала за плечи Арбенину, не понимающую, почему ее опять отстраняют от дела, вернее от тела! — Отвезу куда хочешь, прямо сегодня, только перестань меня дразнить! — Диана рыкнув смахнула Светкины руки и прижав к себе добралась наконец до смеющихся губ.

***

— Ну Светка, раньше ты такой не была. — Арбенина откровенно наслаждалась полетом, сидя рядом со Светланой, разглядывая морщинки в ее сияющих глазах. — Это какой же? — Шантажисткой! — Диане откровенно нравилось Светино такое поведение. Ее забавляло, что она легко позволяет Сурику вить из себя веревки. — Динька, я просто стала мудрее. — Света лукаво подмигнула. — Опыта набралась, многому научилась. — Да уж… — улыбка вдруг замерла на Динкиных губах, прячась своим послевкусием в ворот толстовки. — Дин, ты чего? — Света выпрямилась и с тревогой попыталась заглянуть в потухшие зеленые глаза. — Ничего! — Арбенина подтянула ногу к животу, обхватив ее руками. — Ну что я сказала не так? — Света со вздохом откинулась на сидение и глядя на пушистые облака, задумалась. Какая тонкая грань между прошлым и настоящим. Слегка заигравшись словами, она невольно напомнила Динке, что за эти годы она не была одинока. Целуя других, Света не представляла Арбенину, а наоборот пыталась забыть. Флиртуя, жила в ощущении легкой власти и жадно брала все то, что подкидывал ей случай. Вдруг Светлане стало противно. Противно от того, что она позволяла себе просыпаться с незнакомыми лицами, забывая спросить имя или успешно его забывая. — Динка, прости меня… — Света прошептала эти слова, возможно впервые осознав за что просит прощение уже многие годы. — Не обращай внимания, это мои заморочки. — Диана попыталась улыбнуться, но ничего не выходило. Светка стала вдруг словно чужая. Арбенина вспомнила долгий и тихий разговор в ванной, где Светка больше часа разговаривала по телефону, переходя от крика к шепоту. Диана тогда в эйфории укладывала их вещи в один чемодан, стараясь не думать о том, с кем Сурганова разговаривает. Арбенина знала, что Светка придумала целую историю, чтоб ее на три дня потеряли из виду все, в том числе и Элла. Но вот тут, выше облаков, сидя в самолете вдруг стало нестерпимо больно и плохо.Захотелось сбежать невзирая на высоту. Ей вдруг до одури захотелось выпрыгнуть из самолета с парашютом и, паря над землей, оставить всю боль и обиду там, в облаках. Пусть солнце сожжет ее ревность. Оставшийся час они просидели в тишине, съедаемые собственными мыслями. Каждая думала о скелетах в шкафу. Прошло слишком много ночей. Было слишком много лиц и имен. Было слишком мало встреч и много боли в разлуке. У каждой за плечами были годы, перемолоть которые уже не под силу. Улетая из родного Питера так хотелось оставить эти свинцовые тучи над Невой, но они неумолимо догоняли их, прижимая к золотистым пескам жгучей Испании. Сидя в такси, Диана разговорилась с водителем, изредка переводя Светке некоторые фразы. Светило яркое и теплое солнце, обнимая и словно целуя в прохладные щеки. Света его не замечала. Ее солнце, уткнувшись в телефон переписывалось с детьми, улыбаясь экрану, не замечая ничего вокруг. — Динка, пойдем погуляем? — Света переодевшись вышла на маленькую кухню уютного домика на берегу Бискайского залива. — Ты только посмотри, какая красота! — Пойдем. — Диана прихватив телефон первой вышла на улицу. Они шли, лениво обсуждая песок и отвесные уступы острых скал. Диана твердила, что Тема обязательно бы залез на дерево или попытался бы спуститься к бухте, которая уютно располагалась в чаше неприступных утесов. — Дин, ты пожалела, что мы приехали сюда? — Света зашла чуть вперед, останавливая Арбенину. — Светка, не задавай сейчас мне вопросов! — Диана раздраженно обошла маленькую фигурку в широких штанах и засунув руки в карманы пошла к обрыву. Сурганова, стараясь не обращать внимания на такие перепады настроения, шагала чуть позади и старалась насладиться природой и морским воздухом. Но желанное солнышко было ненавистно, а красивые пейзажи, словно картонные декорации, с хрустом падали в пыль прошлого. Стоя рядом, они смотрели вдаль на съедаемое гранитными утесами небо, умывающееся в глади темного-синего моря. — Почему она? — Диана, словно задала вопрос ветру, уносящему последние слова прочь. — Кто? — Ты ее любишь? — Диана не поворачивалась, продолжая задавать вопросы ветру, срывающему песок с массивных валунов. — Кого? — Света оттягивала ответ, как могла, прекрасно понимая, что тяжелого разговора не избежать. — Ты ее любишь? — Диана была холодна, как далекое Питерское небо. — Люблю… — Сурганова готова была бросится с обрыва, вслед за своим голосом, разбившимся о скалы. — А меня ты любишь? — Люблю! — Света ответила быстро и немного скомкано, словно боясь, что в этот раз ее не услышат. — А ты? — Светка с вызовом посмотрела на Арбенину. — А ты любишь меня? — Люблю! — Диана развернулась к Сургановой. — Только эти слова ничего не меняют. Меня дома ждут дети, а тебя уют семейной жизни. — Диана пнула камешек и он сорвался с обрыва, шелестя грубыми боками о скалы. — Тогда зачем все это? Почему поехала? Почему послушала меня? Зачем? Зачем украла меня той ночью? Зачем? — Посмотри на воду. Она гладкая и ровная, словно стол. Такой я была. — Диана подхватила камень и бросила его, внимательно смотря на то, как вода съедает камень, оставаясь ровной и гладкой. — Брось теперь ты. Сурганова бросила камешек, внимательно смотря, как тот тонет в морской пучине. Диана, подхватив горсть камней бросала их в воду. — Вода ровная и гладкая, но эти камни навсегда останутся там. Светка… — Динка, я понимаю. Только что же нам теперь делать? — Я не знаю. — Арбенина смотрела на Светлану, ища ответы в ее глазах. — Зато я знаю! Помнишь, ты всегда хотела посмотреть корриду? — Светка сверкнула улыбкой и заговорчески подмигнула. Завтра в Севильи можно будет осуществить твою мечту. — Так тебе же жалко быков! — Дина удивленно смотрела на Светку. — Жалко, но я постараюсь! — Света умоляюще смотрела на Динку и встрепенулась увидев промелькнувший блеск в глазах напротив. — Значит завтра мы едем в Севилью! — Диана широко улыбнулась и швырнув увесистый камень в море, надев очки притянула Светку к себе, положив подбородок на уютное маленькое плечико своей отважной скрипачки.