А ведь мы должны друг друга ненавидеть...

— Меня окружает Любовь. Кто-нибудь, спасите, умоляю. Я больше не могу на вас смотреть! А если меня стошнит — виноваты будете все четверо! Чимин зажал рот рукой, смотря на то, как ругается Лорд Рал, демонстративно отворачиваясь от проявления нежности старых и новых друзей. И получаса не прошло с того момента, как друзья добрались до домика Костяной Женщины, а этому упрямцу уж успели намозолить глаза прилюдные знаки искренних чувств приятелей. Вот уж действительно, почему нет? Планы обсудили, решая с утра двигаться в направлении гор под чутким руководством Чонгука, Идона прокляли раз по пять за его эгоистичные планы по захвату Мира. Можно и уделить внимание любимым людям. Но… Великая Создатель, ну чего они все, как сговорились?! Эти целуются, эти обнимаются. Глазами друг друга пожирают… Айщ, изверги! Не давите на больную мозоль! Не вы одни тут секса лишены по воле «командировочки». — Да будет тебе, хён, — улыбнулся Чонгук, утыкаясь носиком в шею Тэхёна со спины и обвивая его талию сильными руками, крепко прижимая к себе. — Можешь просто на нас не смотреть. — Всё никак не могу понять, что ты нашёл в этом мешке с неприятностями и безумием, — ворчал Юнги, отпивая чай из кружки, пока Джин приводил кухню в относительный порядок. И замечая взгляд Намджуна на мужа… Мин не хотел этого знать! Проклятое логическое мышление! И как теперь чаёвничать в этом осквернённом месте?.. — Кхм… Да… Тэхён, да. От него ведь уже в первую встречу удрать хочется куда подальше! Но никак не подружиться. — А Чимин? — приподнял бровь Джун, подпирая голову рукой и сидя в пол оборота, чтобы наблюдать за всем происходящим на кухне. — Разве он не сразу подружился с нашим однофамильцем? — Пф, — волшебник отмахнулся от слов давнего друга. — Эта парочка по жизни долбанутая, им дружба на роду написана. Два придурка, из-за которых мы вечно попадаем в неприятности. — Эй! — возмутился Тэхён, дуя губки. — Не правда! Мы хорошие. Это ты всегда был злюкой. — Кем? — засмеялся Джин, разворачиваясь на препирающихся друзей и знакомых. — «Злюкой»? Ох, Тэхён, ты такая лапочка, не могу просто… Как только Юнги при мне не называли люди, но чтобы «злюкой» — впервые в жизни такое слышу… — Я же говорю, у него уровень развития пятилетнего пацана, — бурчал куда-то в кружку Мин. — Поэтому мой вопрос остаётся открытым. Чонгук, ну ты-то с виду парень адекватный. Как так вышло, что ты в него влип по самое небалуйся? Чонгук сел на стул, утягивая негодующую любовь всей своей жизни к себе на колени и продолжая его крепко обнимать. Бронзовая кожа, частично скрытая под балахоном волшебника, как магнит притягивала к себе взгляд младшего, заставляя забыть обо всём на свете… Кхм, да, вопрос! — Ну… Я не знаю, — нежно улыбнулся Чонгук, кладя подбородок на плечо Кима. — Просто взял и… Потерял голову от этого «сумасшедшего»? Когда мы впервые столкнулись, я уж было подумал, что он меня спалит своим волшебным огнём. Извиняюсь, но на тот момент я мало что знал о колдунах. Родители мои были и остаются суеверными, но не слишком, однако верят в слухи о магах, находящихся по ту строну границы. Уверен, они не лгали мне, и среди вас есть такие чудовища, которые готовы уничтожить всё на своём пути… Эм… — взгляд невольно скользнул на Юнги, но тут же врезался в противоположную стену. Какой хороший мальчик, в секунду принял ангельский вид «ничего не знаю, я не при делах, оно само». — Ну, вот. Поэтому я, как ты и говорил, хён, сперва было хотел убежать подальше. Но потом он так улыбнулся мне… — Тэхён смущённо поднял голову к потолку под тихий хохот Чимина. Ему ли не знать о способностях лучшего друга располагать к себе людей, параллельно ими же социум и отталкивая. — В общем, когда я перестал его бояться — всё как-то само завертелось. Хён показывал мне чудеса волшебства, а я ему — прелести обычной человеческой жизни. Мой отец — кузнец, так что в последний день перед возвращением Тэ-Тэ в Эйдиндрил мы с ним вместе сковали этот меч, — Чонгук кивком головы указал на оружие, лежащее под подоконником. То самое, каким он проткнул нападающего на Лорда Рала солдата. Пак даже удивился, кося взгляд на довольного волшебника. Да-да, это мы, и сами! — Я научил его колоть дрова. В первые пару раз, конечно, он едва не убил меня «этим дурацким топориком», но потом быстро освоился. Ему даже понравилось. — Угу, было весело, — кивнул Ким. — Только тело потом с утра ломило, мышцы дико ныли, и я, возможно, клялся, что прокляну этого любителя сельской жизни… Но мне правда показалось это забавным. — Я думал, что нашёл себе хорошего друга, — продолжил Чон, вздыхая и гладя волшебника, до сих пор сидящего на его коленях, по животу. — И думал так ещё несколько месяцев после его отъезда. Только не понимал, почему так сильно скучаю? У меня был когда-то лучший друг, Боми, мы с ним были друзьями шестнадцать лет, прежде чем он переехал в Срединные Земли. Мы редко списываемся, у него теперь своя жизнь, а у меня своя. И оттого мне была непонятна причина собственной подавленности от разлуки с хёном… До тех пор, пока я не встретил вас. Намджун с Джином переглянулись, когда Гук-и выразительно посмотрел на супругов, а Чимин еле сдержал вздох умиления. Он понимал Чонгука. Чувства, что связывали до недавнего времени незнакомых ему людей, можно было ощутить даже на расстоянии. По нежным улыбкам, выразительным взглядам. По их дикому притяжению друг к другу. Когда знаешь о возможности потерять нечто дорогое сердцу… Начинаешь это ценить так, как ничто другое. И если бы Мин-и не осознал свои чувства к кое-кому раньше, то сейчас был бы тот самый момент «щелчка». — Но тем не менее, тебя поцеловал Тэхён, — подметил Юнги, подрабатывая язвой в их дружном, мирном и едва ли не «святом» коллективе. — Чего ж ты такой робкий, а, Гук-и? Или Тэ-Тэ внезапно осмелел? Хм, интересно, а ты-то с чего вдруг? Насколько я помню, а я это отлично помню, вы, братцы-кролики, к однополой любви симпатией не пылали ни разу. Даже брезговали чуток, когда Хосок завёл об этом свою шарманку. Ну, потому что Хоби у меня в этом деле как всегда, — от слова «у меня» в речи старшего Чимин недовольно дёрнул носиком. «Хоби у него», блин. Полигамная сволочь… — И что я замечаю спустя время? Моя ориентация заразна? Чонгук едва воздухом не поперхнулся от последней фразы великого волшебника Д’Хары. Вот это выясняется в невинном разговоре! Ладно он, но… Кошмар, голубая кровь и правда атакует хуже любого вируса. — Как, и вы тоже? — пискнул макнэ компании, удивлённо распахивая глазки. — Эм… — Тебя-то что так удивляет? — хмыкнул мужчина, отставляя опустевшую кружку в сторону. — Не ты ли буквально десять минут назад прогнул сидящего на твоих коленях мага в поцелуе, который больше походил на страстную прелюдию к жарким сексуальным играм, нежели на обыкновенное проявление симпатии. — Хён! — вспыхнула парочка под дружный смех невольных слушателей. — Перестааань! — И не подумаю, — театрально закинул ногу на ногу Юнги, склоняя голову на бок. — Это, по ходу дела, именно благодаря мне ваша любовная история сложилась более-менее удачно. Да, она длится меньше суток, но зато какие перспективы! А если бы я не приучал этих двоих к тому факту, что любовь не имеет рамок и симпатизировать разумному существу может человек любого пола, то вы бы сейчас так и шарахались друг от друга, как два девственника, недоумевая, «а почему у меня стоит на такого хорошего и верного товарища?» — Мин Юнги! — воскликнул вместе с донсенами Джин, давая Лорду Ралу не сильный подзатыльник. Чтобы меньше глупостей болтал и прекратил смущать бедных детей. — Угомонись уже. Вижу, ты отдохнул… — Вот только не начинааай, — прохныкал колдун под удивлённый взгляды своих давних попутчиков. Мин Юнги умеет хныкать? Вот так информация, хоть стой, хоть падай… — Я уже понял, зачем вы меня искали, и не хочу это обсуждать. Я не маленький ребёнок, я не озабоченный подросток, как эти двое, — Юнги кивнул на продолжающих обживаться новоявленных влюблённых. — Мной не руководят гормоны и я умею держать себя в руках. Я прекрасно осознаю все последствия… — Как раз-таки о последствиях и их отсутствии я бы хотел с тобой поговорить, — перебил донсена Сокджин, беря мага за руку и его выводя на улицу. Чимин сел на освободившееся место и снова дёрнул носиком. Как же его бесит этот Мин Юнги… — Он бесит всех, не переживай, — улыбнулся Намджун. Исповедник даже на месте подпрыгнул от испуга. Но старший приподнял руку, успокаивая Пака. — Не говорил ты этого вслух, малыш, не бойся. Я просто невольно подслушал, прости. Иногда я не могу удержаться от соблазна, а ты сейчас так громко думаешь… — Так вы правда читаете мысли? — забыв свои страдания по скотской личности по имени Нюнги, Чимин придвинулся поближе к Намджуну, ставя локти на стол и упираясь подбородком сцепленные ладошки. — Я раньше думал, что это обычная легенда. — О, нет, я не миф, — качнул головой Джун, откидываясь на спинку стула и с интересом рассматривая Исповедника, являющегося в видениях его мужу вот уже больше пары месяцев. — Только я не читаю мысли, а слушаю их. Все путаются, ничего. Но мне удобнее жить, когда смертные считают, что я всё-таки выдумка. — Чтобы вас не использовали в корыстных целях, — с умным видом кивнул младший, краем глаза замечая, как Чонгук с Тэхёном ушли в другую комнату, чтобы не мешать «взрослому» разговору своими сексуальными флюидами. — Это я понимаю как никто другой… — Я удивлён, что тайна твоей силы была сокрыта столько лет, — честно признался мужчина, поворачивая голову к окну, где было видно «мирно» беседующих Джина и Юнги. — Как твоим близким это удалось? — О… — Чимин задумчиво провёл указательным пальцем по своим губам, даже не зная, что именно можно ответить этому человеку. Да и неудобно было как-то жаловаться на свою жизнь… Он же не подслушивает сейчас, да? — Об этом позаботилась моя нуна, Мису. По наказу мамы с папой прежде, чем они умерли. — Полагаю, что смерть их произошла по вине Идона, — угрюмо произнёс Слушающий, невольно сжимая кулак. — Он будет гореть в огне Подземного Мира, но недолго, мы с Джин-и и Юнги позаботимся об этом. Мы найдём способ заставить весь Новый Мир забыть об этом подонке. — Как? — непонимающе моргнул Исповедник, зябко ёжась от пробегающих по спине мурашек ужаса. Злой хён так пугает… — Существует заклинание, которое может стирать память… Так масштабно? — Нет. Пока нет, — сделал акцент на нужном слове Ким, немного хрустя шеей. — Но поверь, как только Магистр Рал пересечёт границу мира живых и мёртвых, мы пойдём на всё, чтобы эта тварь исчезла с лица земли навсегда. — А тебе-то он чем так не нравится? — невинно спросил донсен, почёсывая левую бровь и не обращая внимания на мельтешение за окном. — Меня Идон долгое время держал в плену, он хочет использовать мою силу для порабощения чуть ли не всей вселенной. Юнги… С ним тоже понятно, братьев не выбирают, но убивают тут и там. А вот вы?.. Танимура и Дворец Пророков ведь находятся в Древнем Мире. А обзавестись собственным пророком он решил не так уж давно. И лично вы, как я полагаю, даже не встречались… — Иногда, чтобы возненавидеть кого-то, личная встреча и не требуется, — невесело отозвался мужчина, барабаня длинными смуглыми пальцами по столу и медленно выдыхая. — Извини… Прости, не умею держать гнев в узде с самого рождения, таков характер. А когда дело касается Джин-и — я становлюсь просто каким-то неуправляемым зверем. — Я вижу… — немного улыбнулся Пак, чувствуя, как по телу разливается приятное тепло от слов старшего о супруге. Да, между ними определённо не просто близкие отношения. Тут любовь, которая может стать легендарной… — И всё же, что Идон сделал Джину? Ты злишься из-за охоты на него или… Есть другое? Слушающий продолжал стучать пальцами по деревянной поверхности, насильно подавляя плохие эмоции. Чимин готов был поклясться, то видит чёрную тучу ярости над головой нового друга. — Идон фактом своего существования не давал Джин-и спокойно жить, — поведал мужчина, недовольно цокая языком и разминая левый кулак. — Ты же знаешь, что бывает с пророками, когда они предчувствуют страшные события, которые не миновать? Рождение Идона Рала, его правление и те бесчинства, что он устроил и ещё устроит — всё это довело в своё время моего мужа до нервного срыва. Одно упоминание этой фамилии бросало его в дрожь. Он даже хотел послать родителям Магистра письмо с просьбой не называть малыша «Идоном». Но сёстры Света были сосредоточены на другой проблеме и не позволили ему это сделать. Идиотки… Это случилось задолго до его встречи со мной, но… Я видел то время в его глазах. И мне очень от этого больно до сих пор, — Намджун устало провёл рукой по лицу, ощущая острую необходимость обнять мужа, дабы не думать о том, что с ним творили во Дворце Пророков. Но они с Юнги вне дома, да и не подходящее сейчас для этого время. — Когда мы с Джин-и познакомились — он уже дружил с Юнги. И не боялся его только по одной причине — иная фамилия. Конечно он знал, к какому дому относится хён, но это было не важно, когда они общались при помощи колец. Юнги был таким… Властным, жестоким, юным диктатором. Я видел это каждый раз, наблюдая издали за их разговорами. Но всё это запиралось глубоко внутри маленького садиста. Рядом с Джином хён становился совершенно другим. Немножко язвительным, но отзывчивым и готовым получать новые знания ребёнком. Никогда не думал, что увижу Лорда Рала в роли простого любопытного мальчишки. Чимин смущённо улыбнулся, потирая затылок. Хён прав, представить Юнги в таком амплуа не просто. Но у Пака отчего-то это получилось слишком легко. Странно, он знает его куда меньше Джуна и Джина, никогда не видел его… А нет, не правда, хорошо. Пару раз ему доводилось наблюдать, как Мин с жадностью поглощает знания, разбираясь в структуре строения медальонов, амулетов, читая древние книги. Проходя через города, Тэхён вынуждал друзей задержаться у какого-нибудь прилавка, возле которого Рал надолго зависал, изучая специфику незнакомой магии, если она таковой являлась. Удивительно, что в этом мире до сих пор осталось что-то, что он не знает. С таким-то рвением… — Будь осторожен в своих чувствах, малыш, — посоветовал Ким, глядя на замечтавшегося приятеля. — Юнги, конечно, мой друг, но… Не думаю, что он создан для отношений. Особенно… — …со мной, — завершил предложение Мин-и, горько усмехаясь и обнимая себя за плечи. — Конечно, я всё понимаю… Я Исповедник, он — Хозяин Морд-Сит. Мы должны ненавидеть друг друга… И клянусь, изначально всё так и было! Не знаю, когда это произошло… Может, мы просто привыкли друг к другу? — А может, ты просто начал видеть в нашем общем друге не Лорда Рала, а самого Мин Юнги? — хитро прищурился Джун, улыбаясь. — По определённым обстоятельствам, которые имеют своё начало в далёком прошлом, Морд-Сит и Исповедницы враждуют. Но если же взять и отбросить это на второй план? Остаются два незнакомых человека. Мин Юнги и Пак Чимин. Есть ли у вас что-то общее? Что-то разное? Естественно. Но повод ли это ненавидеть друг друга? У Пака определённо было чувство дежавю. Юнги говорил нечто похожее не столь давно. И… Если так подумать… То они оба правы. Только почему-то легче от этого не становится. — Хён, но ты же сам сейчас сказал, что… — начал мямлить Исповедник, безбожно краснея и запинаясь на каждом слове, чувствуя, как смущение просто перекрывает ему кислород. — Я сказал, чтобы ты был осторожен, — напомнил Намджун, делая круговой жест обеими руками. — И что отношения с Юнги, возможно, ни к чему хорошему тебя не приведут. Ты, вероятно, и сам к этому не готов. Однако… Я ведь не запретил тебе попробовать, — шоколадные глазки широко распахнулись, быстро-быстро моргая. Что?.. — Я предупреждаю тебя о том, чтобы ты не расстраивался, если у тебя что-то не получится. Юнги эгоист, каких поискать, непомерная язва в любом разговоре, будь он хоть сто раз серьёзным. Этот маленький садист может причинить тебе много боли. Как душевной, так и физической. Об этом, полагаю, ты и так уже знаешь. Но… В глубине души он… потерянный ребёнок, лишённый любви, в которой нуждается каждый. Поэтому… — Ким Намджун, что это ты тут за проповедь устроил? — нахмурился Рал, заходя на кухню и беря меч Чонгука в руки, слегка вытаскивая клинок из ножен, проверяя тем самым на глаз качество стали. — Исповедник тут Мин-и, а не ты, так что кончай наставлять бедное существо «на путь истинный». Не отнимай у малыша его хлеб. — О чём я и говорил, — шепнул Ким, немного улыбаясь и кладя на колени Чимина свою сумку. — Юнги невыносим. Но если хочешь… — под непонимающий взгляд старшего на беседующих, Джун заговорчески подмигнул Паку. — То удачи.