Семья

      Когда Майя после работы, нагруженная пакетами из ближайшей Пятёрочки, вошла в квартиру, дети были уже дома. Сына видно не было, значит, он уже уселся за компьютер в своей комнате, а дочка стояла в их просторной теперь прихожей перед зеркалом во всю стену и придирчиво рассматривала своё отражение.       — Женя, что это?.. — Майка чуть не выронила свои пакеты, до того поразил её Женькин вид. — Когда ты это купила? И сколько оно стоит? Это же с Али?       — Не совсем, ма. Это из какого-то японского магазина.       — То есть ты даже не знаешь где купила всё это добро?       — Мам! — возмутилась девушка. — На Али такое убожество, одна дешевка! И ни капли на Аску не похоже.       Майя ещё раз внимательно оглядела дочкин наряд. Красный облегающий латексный комбинезон имел не нарисованные, а накладные элементы защиты, то ли из резины, то ли из какого-то хитрого пластика. Обувь тоже выглядела добротно. А длинный рыжий парик из канекалона блестел и выглядел даже красиво. И ещё зажимы эти нейро- как их там. Майя давно смотрела Евангелион, но Аска в Женькином исполнении была действительно похожа. Месяц назад Майя не придала значения словам дочери, что у них в театральной студии (куда та наконец-то записалась, благодаря известно чьей финансовой поддержке) скоро намечается косплей. Ну, косплей и косплей, пусть наряжается. На Али всякого барахла полно, вроде недорого. Но это!..       — Женя, сколько стоил твой костюм? Это не за три тысячи, не за пять и, я полагаю, не за десять! Так сколько, Женя? И откуда у тебя деньги? — ответ на последний вопрос Майя знала заранее, но всё же хотела услышать от дочери лично.       — Я не знаю сколько, мам! Это подарок, а ценами на подарки интересоваться неприлично, — надулась Женя. — Я просто сказала дяде Элу, что хочу быть Аской и спросила, какой на его взгляд костюм лучше. А он сказал, что они все не очень, и если уж я хочу произвести впечатление, то костюм должен быть качественный. И аксессуары тоже.       — Значит это Эл тебе купил?       — Я не просила, он сам предложил! Но ведь здорово же, правда?       — Здорово, — согласилась Майка. — Костюм действительно очень хороший. Но… Женя, не кажется ли тебе, что не стоит принимать такие дорогие подарки? Ты ведь не можешь подарить ему ничего аналогичного…       На самом деле Майя не знала, вправе ли она упрекать дочку. Сами-то они с Серёжей брали куда более ценные подарки от Элека. Взять хотя бы эту квартиру — разница в цене с их прежней двушкой составила больше двух миллионов! Итого, два миллиона квартира, Серёжина машина восемьсот тысяч, ремонт в прошлой двушке, роды, платная палата во время лечения, коммерческие услуги онкоцентра… А ещё медицинская страховка в частном медцентре для Сашки, его одежда, питание, игрушки, развлечения. Плюс курсы английского для сына, театралка для дочки… И это только траты Элека на них за последние пять лет. А сколько было до того! Да, Сыроежкины продались Громову с потрохами. Эл купил их Сашу за дорого, ничего не скажешь, не продешевили! От этих мыслей Майке захотелось плакать. Чтобы не терять лицо на глазах у дочери, она пошла на кухню разбирать покупки и готовить обед. Скоро придёт Серёжа, его надо кормить, а то дети наверняка всё подъели.       — Жень, ты ела? — крикнула Майя из кухни.       — Да, мам!       — А твой брат?       — Не знаю, он как из школы пришёл, сразу у себя закрылся.       Майя решила проведать сына лично, а заодно выдернуть его из очередных танчиков или во что он там рубится. Она открыла дверь в его комнату и не сразу поняла, что же изменилось — сын сидел в наушниках за своим столом и играл. Только… ноутбук у него был какой-то другой — совсем большой, а изображение на экране совершенно не тормозило, хотя раньше Женя всё жаловался что его ноут не тянет.       — Привет, — Майка положила руку на плечо парню. Он дёрнулся от неожиданности, но наушники снял и гордо улыбнулся:       — Круто да?! Это дядя Эл мне подарил!       — Не слишком ли дорогой подарок, Женя?       — Ну… Эл сказал, что я за моим старьём только глаза порчу, а ему для работы новый ноут понадобился. Вот он мне свой прежний и отдал. Он же тоже крутой был.       — Понятно… А с чего это он так расщедрился сегодня — тебе ноутбук, сестре твоей костюм?       — У нас же скоро День рождения.       — Через два месяца, Жень.       — Мам! Эл сказал, что заранее только поздравлять нельзя, а подарки дарить можно в любой день!       «Эл сказал…», «Эл сказал…» Сколько лет она уже слышит это «Эл сказал…»! Не мама, не папа, не учительница, не Президент и даже не подружка Маша или друг Петя! Всегда Эл, только Эл! Проклятый андроид как-то незаметно наложил лапу и на их старших детей! Они оба обожают «дядю» Элека. И Майя с Серёжей здесь тоже виноваты. Когда-то они выдумали эту версию, чтобы не вызывать ни у кого непонимания, и теперь для всех окружающих, в том числе и для детей, Электрон Викторович Громов никакой не киборг-андроид, а двоюродный брат Сергея Сыроежкина, похожий на него как родной близнец. И дети справедливо считают его близким родственником, не стесняются брать у него дорогие подарки, клянчить деньги, ходить к нему и жаловаться на родителей. Дядя же… Он и, когда родились близнецы, всячески предлагал им с Серёжей свою помощь и поддержку. Только Майка была тогда здоровая и энергичная, её родители — на пятнадцать лет моложе, а Серёжины — здоровы и свободны. Прекрасно обошлись тогда без Эла.       Майка варила суп и тушила плов, параллельно думая свои невесёлые мысли. Муж написал ей, что задержится на работе, дети давно умотали к репетиторам. Надо бы пойти проведать Сашку. А то поздно уже, он скоро спать уляжется. Только она собралась, как андроид сам позвонил ей.       — Май, тут Серёжа заснул. Я думаю, тебе лучше самой проводить его домой. Или, если ты не против, он может здесь остаться.       — Я зайду, — скрипнула зубами Майка. «Конечно, робот хочет, чтоб его ненаглядный с ним остался! Интересно, на что он рассчитывает? У него всего одна кровать, в которой спит Саша. Будет трахать моего мужа, а рядом будет спать ребёнок? Нет уж!» — Майка даже возможности такой допускать не хотела.       Серёжа спал на большой кровати Электроника, обняв обной рукой сына, который уполз во сне куда-то ему под мышку. Идиллическая картинка, Майка бы поумилялась, но всё портила одна деталь — соседняя, пустая сейчас подушка была примята, и вся постель в целом свидетельствовала о том, что с неё только что встал третий человек. Милая сцена тут же дополнилась в Майином воображении лежащим рядом с её родными Электроником. Который, прижавшись к её сыну, в то же время обнимал её мужа. Сучонок!       — Эл, — Майя взяла себя в руки, улыбнулась андроиду и сказала: — Пока Серёжа спит, я хотела бы поговорить с тобой.       — Конечно, Май, я слушаю, — Электроник напрягся. Ничего хорошего для него от Майи по определению исходить не могло.       — Хочу тебя поблагодарить за костюм и ноутбук, Эл, но… Это слишком дорого. Пожалуйста, не дари нашим детям дорогих вещей, тем более без повода.       — Май, мне это не сложно, а у них День рождения скоро, — начало разговора ему уже не нравилось.       — Не скоро. Через два месяца. Эл, пожалуйста. Мы с Серёжей в долгу у тебя, ты слишком много на нас тратишь. Все эти годы тратил. Пожалуйста, не втягивай в это и наших детей, — Майя начинала заметно нервничать.       — Май, я не во что их не втягиваю, и вы мне ничего не должны. Но если ты настаиваешь…       — Я настаиваю. Нам слишком дорого обходится твоя помощь! Ты забыл, ЧЕМ мы за неё заплатили? Вернее, КЕМ?       — Май, я люблю Сашу. Как своего собственного сына. Я… я одинокий человек, Майя. Кроме вас у меня никого нет. И что плохого, что я трачу свои деньги на тех, кто мне дорог?       О, Майя знала этот приём. Андроид цинично давил на жалость. «Я одинокий человек, у меня никого нет…» Когда Электроник был мальчиком, наивным и неопытным, окружающие использовали его в своих интересах. Манипулировали им, играя на его чувствах, на желании стать человеком, а Серёжа и вовсе вертел андроидом как хотел. Но время шло, робот на своих ошибках учиться умел, аналитические способности у него всегда на высоте были, и он стал практически неуязвим к попыткам внешнего управления собой. Больше никто не мог заставить его плясать под свою дудку. Теперь это делал он. Электроник больше ни на кого не оглядывался, делал что хотел и пользовался теми, кто мог быть ему полезен. Или теми кто имел к нему слабость. Его наполовину искусственный интеллект, колоссальная работоспособность и иммунитет к чужому давлению быстро сделали андроида ведущим разработчиком в одной IT компании. Ответственность на нём лежала большая, знания и опыт требовались немалые, но времени такая работа отнимала немного. Особенно, учитывая его производительность и малое количество сна, которое требовалось Электронику. А зарплата у него была более, чем приличная. Теперь Эл просто покупал нужное ему отношение людей, деньгами заставлял совершать выгодные ему поступки. А когда деньги как инструмент не годились, он не гнушался психологическим давлением и манипуляциями. Например, с Серёжей он в равной степени использовал обе этих возможности. Где надо подкупал, где надо давил на жалость и смотрел на него преданными щенячьими глазками. Но на Майку последний вариант ни капельки не действует — Электроник её соперник, и жалеть его она не будет.       — Эл, давай начистоту, — вздохнула Майя. — Тебя ведь интересует только Серёжа.       — Май, я… конечно я люблю его, мы ведь генетически близнецы с ним, — чем дальше, тем хуже, Майя пошла в атаку.       — Ты любишь его не как брата, — тихо сказала Майя       — О чём ты, Май?       — Брось, Эл. Ты же не можешь врать. Скажи уж правду — ты любишь моего мужа. Как мужчину. Все эти двадцать пять лет, что вы знакомы.       — Май, зачем ты мне всё это говоришь? — у Эла начиналась паника. Он никогда никому не говорил о своих чувствах к близнецу. Сергей был из очень гомофобной семьи, его отец, явно о чем-то догадываясь, на дух не переносил двойника своего сына. Все остальные друзья и знакомые Элека встречались или состояли в браке с лицами противоположного пола, и вряд-ли бы поняли его. Сам Сергей в юности постоянно флиртовал с девушками, а пока они с Майкой не заключили официальный брак, без всякого зазрения совести изменял ей с её же подругами.       — Затем, дорогой Электроник, что Сергей настолько обязан тебе, что если ты ему скажешь, он сам штаны снимет и на четвереньки перед тобой встанет. Так что не вмешивай сюда ещё и наших детей.       — Май, зачем ты так говоришь о своём муже? — почти проныл Электроник. Ему было невыносимо больно слушать такие вещи о любимом человеке.       — Потому что это правда! И мы с тобой оба это знаем, — припечатала женщина.       — Я никогда не потребую с него ничего подобного! — чуть не плакал Эл. Он обожал Сергея, хотел его до безумия, но ему и в страшном сне не могло присниться, что он может заставить своего Серёжу сделать что-то такое против собственной воли.       — Просто, это было бы честнее, Эл. Не так подло, как, пользуясь ситуацией, отнимать у нас ребёнка, — Майя долго терпела. Но дольше носить это в себе она не могла.       «Боги, она предпочла бы подложить собственного мужа под другого мужика!» — Сергей проснулся почти сразу, как вошла его супруга, но сначала ему было просто лень вставать из-под тёплого пледа и от сопящего сына, а потом его не на шутку заинтересовал разговор жены с Элом. Впрочем, по здравом размышлении, осуждать супругу за подобные мысли Сергей не мог. Она женщина, природой предусмотрено, чтобы дети всегда были для неё на первом месте. А муж… Майя любит его, Серёжа в этом не сомневался. Но также знал и то, что нужен ей в первую очередь как источник дохода — на свою зарплату ей с двумя (а тем более с тремя!) детьми просто не выжить. И всё же ему было горько. А Эл повёл себя благородно. Он действительно за всё время ни разу не намекнул, чего на самом деле хочет от Серёжи. Всё, что Элек позволял себе — это невинные нежные прикосновения. Пусть их и было много. От этих мыслей Серёже стало ещё хуже — Эл всё это время страдал, и страдал по его вине.       — Вставай, Серёжа, — Майка легко потрясла Сергея за плечо. — Пошли домой.       — А? Да… конечно, — Сыроежкин старательно изображал только что разбуженного человека — зевал, разминал затёкшие руки. — Прости, Эл, что доставил неудобства, — Серёжа с Майей по очереди поцеловали спящего сына и пошли в свою квартиру.       Эл, едва за гостями захлопнулась дверь, нырнул под плед к Сашке. С «Серёжиной» стороны — лежал, обнимал спящего малыша и вдыхал носом Серёжин запах, который ещё хранила подушка. Вряд ли теперь удастся наладить с Майей добрые отношения, она воспринимает его как соперника. Хотел бы Электроник им на самом деле быть, этим соперником…