Шиноби из другого мира

— Вы вторые, — ошарашили команду номер Семь экзаменаторы на входе, — Так, вам следует пройти в одну из комнат. Да, вот в эту и развернуть ваши свитки. Давайте, разбирайтесь тут, а мы пошли… — Стоять, — заорал нервный Удзумаки, — Кто те гады, что пришли первыми, ну? — Гм, мальчик, отцепись от меня, — смерил блондина взглядом сверху вниз шиноби, — Первыми пришли суновцы. Странная такая команда: размалеванный парнишка и девчонка с огромным веером, они третьего своего еле дотащили, но все равно умудрились первыми прийти. Хотя рекорд прошлых лет они не побили. Ну, вы тоже молодцы, мелкие. Все, бывайте! Махнув своим мыслям, он испарился в коридоре. При чем испарился почти буквально — ушел шуншином, не желая отвечать еще на что-то и не дожидаясь появления новых вопросов. Мелкую красноволосую они сразу попросили подождать их внизу, поэтому проблема ее размещения отошла на задний план: сначала нужно было завершить задание. — Эм, ну пошли что ли? — взглянул Удзумаки на напарников с постными минами подпирающими стенки коридора. Вернее, кислое лицо было у Саске, а Сакура прожигала взглядом макушку блондина, но до рукоприкладства пока не доходила. — Хороший знак. Видимо, перевоспитывается по-немногу. — отметил Удзумаки и, приоткрыв дверь, не дожидаясь сокомандников, зашел во внутрь. — Хм. Так? Или так? — вертел в руках свитки блондин, пытаясь их как-то соединить, — А, может, так? — Гм, Саске, а что со свитками делать нужно? — задалась вопросом Сакура, демонстративно игнорируя Наруто. — Пф, — весьма информативно прокомментировал происходящее Учиха и, аккуратно отобрав у блондина свитки, развернул их и сложил вместе. К вящему удивлению Наруто свитки, засияв, объединились и зависли в воздухе у стены. Не успели ребята полюбоваться на соединенные свитки, как перед ними очутился Какаши, несколько удивленно их разглядывавший. — М-ма, ну надо же, справились, — пробормотал он про себя и уже в слух продолжил, — Вижу, вы справились с испытанием. Видно, научились все же ценить свою команду и работать сообща. Написанное в этом свитке рассказывает о самом важном для шиноби — взаимовыручке и… — Погодите, учитель, — перебил того блондин, проигнорировав возмущенный возглас Сакуры, — Тут вот у меня человек раненный. Хатаке переглянулся с Саске и с подозрением оглядел блондина. Никакого присутствия другого человека при нем не было. — Если ты о той девочке, то если ты не заметил, мы ее оставили внизу, — начала Сакура, размышляя, где этот придурок успел головой приложиться и несколько смутилась, вспоминая о затрещине, отвешенной блондину ею же.  — Да не, вы не поняли, — Наруто достал из-под куртки крупный свиток и задумчиво на него уставился, а потом перевел сомневающийся взгляд на Какаши, — Гм, учитель, а вы не знаете, как… Хатаке вздохнул и, отобрав свиток, подал туда немного чакры, активируя его. На землю брякнулось бессознательное тело какого-то непримечательного мужика, от которого почти не чуствовалось чакры. Наличие жизни в нем тоже ощущалось как-то слабовато, что наводило на закономерные подозрения. — Где этот умудрился найти гражданского в Лесу Смерти и, к тому же до смерти его довести? — так и читалось в глазах Какаши, предчуствовавшего будущую головную боль от разбирательств с мелкими и укрытием трупа. Ведь простой человек, лишенный чакросистемы вряд ли бы дотянул до прибытия ирьенинов в таком-то состоянии — пульс был замедлен, да и весь вид у несчастного был довольно потрепанный. — Так что, говоришь, случилось? — поднялся на ноги Хатаке, буравя джинчурики взглядом. — А, да. Какаши, он, ну… Короче просто посмотрите на него шаринганом! Ну надо. — выдал блондин натолкнувшись на странный взгляд учителя, — Иначе вы мне не поверите. Немного заинтригованный Хатаке решил, что затраты чакры на краткосрочное использование шарингана соизмеримы с мозговыносом от попыток шкодливого мелкого прояснить ситуацию и, сдвинув протектор, осмотрел валявшееся на полу тело. Чтобы через секунду выпасть в осадок — ответов на многочисленные вопросы он не получил, а лишь увеличил последние. В самом-то деле: где он умудрился откопать нукенина, которого уже лет пять не могут найти АНБУ. Нет, даже не так. В невезучести Удзумаки Какаши за этот год вполне убедился. Как он умудрился найти Итачи и вырубить его? Он же признан одним из сильнейших нукенинов Конохи, да… Перехватив Саске, который тоже сумел разглядеть сквозь иллюзию своего брата, Какаши устало потер глаза. Не то что бы он утомился, используя шаринган, но пытался хоть как-то оттянуть время объяснений, строя все более дикие догадки о произосшедшем. — Отпустите меня! — вырывался Саске, будто стремясь истощить и так не особо великое терпение джоунина, — Я ему морду начищу! Как этот блондинистый идиот успел раньше меня? Пустии-и! Хатаке вернулся из ступора и отвесив подросткам подзатыльников чисто ради профилактики, тем самым их немного успокоив, уставился на Сакуру, которая явно была не в теме. — Гм, Харуно. Выйди на минутку. У меня к этим двум разговор есть, — перевел тяжелый взгляд, не обещающий ничего хорошего на парней Хатаке. — А, ага! — девочка правильно оценила обстановку и поспешила свалить, ехидно заметив, каким завидующим взглядом ее проводил Наруто. Вот бы на нее так Саске смотрел, а не этот бака! — Так, мелкие, — присел рядом с находящимся в отключке Учиха Хатаке, — А теперь рассказывайте, что с вами произошло. Особенно ты, Удзумаки. После озвученной истории, которую сбивчиво и постоянно перебивая друг друга поведали ему Саске с Наруто, Хатаке всерьез задумался, что просчитался с невезучестью Удзумаки. Характеристика «неудачники» подходила ко всей команде номер Семь, при чем весьма быстро распространялась на их окружение. Если уж они и Итачи так быстро довели… — Кстати о птичках, точнее хорьках. Зная Итачи, он еще долго протянет, но вот как заставить ирьенина лечить преступника? А хотя…- задумался Хатаке, — Попробуем своими силами. Ты уж извини, Итачи, если что. Дежурной команды медиков, вместе с джоунинами курирующих экзамен, Хатаке не нашел, зато наткнулся на беловолосого очкарика, которого не раз видел в Коноховской больнице. Тот там помощником главного врача числился и вроде бы делал какие-то успехи. Больше Какаши ничего про него не знал, так как медсестре, с которой они в тот момент «тесно общались», наконец, надоело болтать и они вновь перешли к делу… Отогнав несомненно приятные, но совсем не относящиеся к делу воспоминания, Какаши подловил ирьенина и за небольшую мзду (которую решил вычесть из награды за будущие миссии, чтоб мелким неповадно было) уговорил помочь. Парень оказался действительно толковым: быстро определил, что у пострадавшего отравление, выяснил вид яда (что-то про песчанного скорпиона, Хатаке не вникал) и выписал противоядие и дальнейший уход. К счастью для Итачи, противоядие особо сложным не было, так что откачать его было возможно. Наверное. Выпроводив излишне любопытного ирьенина куда подальше — тот, слава ками, шаринганом не обладал сквозь иллюзии не видел, Хатаке стал ожидать, когда Итачи очнется. Ему многое предстояло ему высказать. Накопилось за столько-то лет. Учиха, словно чуствуя настрой Какаши, в сознание приходить не спешил, при этом отличившись ухудшением состояния. Провалявшись в отключке больше двух дней и пережив повторный визит неизвестного ирьенина, тот явно вознамерился довести до инфаркта самого Хатаке. Остановка сердца, чуть не заставившая масочника поседеть не смотря на цвет волос, произошла в присутствии медика, позволив быстро среагировать запаниковавшему было Какаши. Под чутким руководством Кабуто (момент для знакомства был не подходящий, но медик представился), Хатаке впервые использовал свой Райтон не по назначению. Разряд молнии, прошивший воздух и ударивший Итачи, заставив тело дернуться с места, не смотря на все опасения джоунина, подействовал как надо и вернул Учиху к жизни. Выпроводив медика, успевшего, впрочем, объяснить все тонкости реанимации и последующей реабилитации больного, Какаши вернулся к пришедшему в себя Учихе. Тот вроде бы (против своего обыкновения) умирать не собирался и вполне бодро дышал, пытаясь подняться с постели. Правда, почему-то с закрытыми глазами, но это были мелочи. — Надо было его сразу молнией шибануть, — немного мстительно подумал Какаши. — И что это было? — тихо донеслось со стороны Итачи. — Видать, оклемался, — подумал Хатаке и озвучил вслух следующую мысль, — Вот мне тоже это интересно… Тот подскочил и заозирался по сторонам, но тут же свалился обратно — истощение организма боровшегося с ядом и чуть не отбросившего коньки явно не способствовало таким подвигам. Как и основательно затекшие за два дня неподвижности мышцы. — Прибейте меня кто-нибудь, — прошипел Учиха, прочуствовав на себе всю радость организма от возвращения его в мир живых. — Я бы с радостью, но зря что ли тебя откачивал? Да и Саске обидится. Может, кстати, откроешь глаза? — Какаши? Я тебя и так слышу, — тот впрочем, последовал совету джоунина, — А теперь еще и вижу. Что они учудили? — Кто они? Моя команда? — спросил Какаши и, разглядев во взгляде нукенина сочуствие, продолжил, — Да вот…

***

Нелегкую миссию по откачиванию Итачи взвалил на себя Какаши. Нет, Саске, неожиданно «вовремя» зашедший навестить брата тоже порывался творить добро, но был выдворен по причине плохого владения стихией молнии, ибо мог запросто поджарить брата вместо своевременной помощи. Что, в купе с его недавними заверениями о мести и смертоубийстве одного конкретного человека, наводило на закономерные подозрения. Тихонько прокравшись к двери, Наруто прижался ухом к неплотно прикрытой створке, стремясь разобрать, о чем говорили за ней. Как назло, общающиеся понизили громкость беседы и, недовольно оторвавшийся от дверного косяка Удзумаки чуть нос к носу не столкнулся с незаметно подобравшимся и тоже подслушивающим Саске. — Хм, — выдал тот и, решительно делая вид, что мимо проходил и ему нисколько не интересно, гордой походкой усвистал в неизвестном направлении. Он вообще почему-то дулся на Наруто, на полном серьезе считая, что тот специально скрыл от него то, что умудрился как-то победить и, более того, запечатать в свиток его брата намного раньше самого Саске. Будто бы у него выбор был. Хотя знатно офигевшее лицо Какаши, единственным глазом наблюдавшего, как он извлекает человека из свитка, того стоило. Намного больше беловолосый удивился, когда Удзумаки настоятельно предложил посмотреть на того шаринганом, заявив, что тушка неизвестного скрыта под хенге. Вот тут-то и оказалось, что мелкий блондин умудрился не только пройти экзамен и незаметно притащить с собой в башню почти труп, но и как-то почти угробить такую известную в широких кругах пользующихся книгой Бинго, личность. Правда, долго полюбоваться на ошарашенное лицо Какаши не удалось, ибо тот помчался искать ирьенинов и уже пару дней усиленно отбивался от усиленных попыток всех членов команды Семь проведать больного или, сугубо по его мнению, достать самого Хатаке. Наруто, отчетливо помня обещание Итачи, продолжал ошиваться вокруг комнаты, раз за разом подкрадываясь в отдаленный коридор и пытаясь выждать подходящий момент для беседы. Правда, старший Учиха, как назло, в сознание приходить не спешил и усиленно изображал из себя бревно. Еще одной особенностью, здорово смущавшей Наруто, были существенные отличия воспоминаний от всего происходящего. Хатаке, казалось, совсем не беспокоился, что укрывает опасного преступника, да и вообще вполне доброжелательно заботился об Итачи. К тому же были у блондина небезосновательные подозрения по поводу того очкастого доктора, который, судя по воспоминаниям, должен был охотиться за Саске и вообще являлся шпионом. Нет, с Саске он тоже пересекался, но в чем-то предосудительном замечен не был. Может, он тоже, как и Итачи, отличается от воспоминаний? Тем временем дверь, с которой Удзумаки почти слился, стремясь подслушать как можно больше, внезапно приоткрылась, и блондин, не успев восстановить равновесие, провалился во внутрь комнаты. Свалился он отчасти удачно: не на каменный пол, а на ноги Какаши, хотя они, по сравнению с камнем, были тоже не особо мягкими. — Наруто, а что это ты тут делаешь? — приподнял того за ухо Хатаке. — Я вас тоже рад видеть, учитель. Кстати, а вот Учиха обещал взять меня в ученики. Ну так как, берете? — блондин не без удивления отметил, каким злорадным видом Какаши одарил опешившего Итачи.