Шиноби из другого мира

Прим. автора: «Писалось и публиковалось не в самом трезвом виде (иначе, я бы вообще не выложил), так что, возможно, будет исправлено.» Наруто устало потер спину и поковылял с полигона, где Какаши гонял свою не в меру удачливую (хотя это как посмотреть) команду, умудрившуюся в полном составе пройти в финал. Удзумаки и предположить не мог, что могло сподвигнуть довольно пофигистичного учителя, не особо радевшего о воспитании подопечных на такие подвиги, но догадывался. Точнее, это было что-то вроде интуиции основанной на тех самых воспоминаниях, язвительных комментариях лиса: «Да задолжал он кому-то, вот и…» и излишне самодовольной морде Учихи. Гонял Какаши их на совесть и если нытье Сакуры на тему, что ей хватит ее знаний и вообще она — девочка (будто это что-то объясняло) еще прокатывало, то за наследника Учиха и джинчурики беловолосый взялся всерьез. Ежедневные многочасовые тренировки заставляли ненавидеть учителя и желать прибить того совсем не понарошку, но в тоже время добавили уважения к любителю высокорейтинговых книжек. То, что Какаши читал вовсе не стихи или тактические пособия было и так понятно, но подтвердилось, когда Удзумаки (совершенно случайно) разглядел знакомую обложку в разделе «Для Взрослых». Умудрившись достоверно продержать хенге достаточное для покупки время (сюда бы Учиху с его гипно-глазками!), подросток стал обладателем не самого сюжетного, но единственного в своем роде порно-романа за авторством некого «Д. Жирайи», что, впрочем, совсем не окупило расходы. Еще раз потянувшись до хруста в спине — Саске, в спаринги с которым Хатаке приноровился ставить джинчурики в последнее время, совсем зверел и не особо заботился о ценности здоровья как сокомандников, так и себя. Хотя тот захват с броском через плечо Удзумаки весьма позорно пропустил, что вполне закономерно списывал на шаринган, позволявший внезапно полюбившему рукопашку Учихе предсказывать удары. Впрочем, сам Наруто не без гордости отмечал, что клановое додзюцу не помогло сокоманднику избежать всех ударов самого джинчурики, и в конце тренировок ссадинами и синяками в самых неожиданных местах в той или иной мере обзаводилась вся команда, не исключая отлынивающую Сакуру. Чей-то внимательный взгляд, уже пару минут буравивший спину джинчурики немного сместился, но своего наблюдения не прекратил. Удзумаки поморщился — вот принесла же шпиона нелегкая — и, стараясь не показывать виду, поплелся домой, нарочно выбирая самые людные места. Наблюдатель немного отстал, но слежку явно не прекратил — обострившееся чутье отмечало следующий за джинчурики запах, котрый казался странно знакомым и находился совсем рядом. Завернув за угол, Наруто нос к носу столкнулся с Учиха, подпиравшего стену с таким ледяным видом, будто бы баллотировался на титул Снежной Королевы. Неприязненно осмотрев того, блондин двинулся дальше и уже проходя мимо сообразил, что он и являлся его незадачливым преследователем. Но первым начинать разговор джинчурики не спешил — если тому вдруг что-то понадобилось от Удзумаки, пусть и выссказывает свои просьбы сам, а не строит гордую и неприступную мину. — Наруто, — услышал Удзумаки негромкий голос, уже подходя к двери, — Есть разговор. — Ну, и? — не желая облегчать собеседнику жизнь развернулся блондин. — Не здесь, — дернул бровью, но продолжил шифроваться Учиха, — Пойдем… — Либо ты мне тут все выкладываешь, либо я пошел. — решил сразу обозначить свою позицию джинчурики, с выражением поглядывая на окна — позавтракать нормально сегодня не удалось и есть хотелось просто зверски, как и просто повалиться без сил на кровать. А ведь сегодня еще и тренировка у Тачии… — Тц! — выдал Саске, но, на удивление, не стал возникать и продолжил свою мысль, невольно потирая скулу — Ты где так удар поставил? И не отмахивайся, тебя явно кто-то учил. Кто? — И ты уверен, что я тебе прямо все так и выложу? — насупился Удзумаки. — А почему нет. Или это какая-то совершенно секретная информация? — криво усмехнулся Учиха. — Да нет, — протянул Удзумаки, в голове которого разгорался очередной гениально-безумный план, — Только ты моего учителя не знаешь. Короче, здесь же через пару часов. «Не думаю, что Тачия будет резко против присутствия Саске на тренировке. К тому же ее никто не заставляет с ним заниматься. А вот отвлечь ее немного все же стоит…» — отметил про себя Наруто, проводив взглядом сокомандника.

***

Митораши Анко сидела в не самой популярной забегаловке деревни, гордо именующейся баром и разглядывала жидкость в пиале. Сегодня ей не повезло. Опять. А ведь она верила этому козлу, что он её любит, что не будет ворошить старые слухи, гуляющие на каждой кухне про ее отношения с Орочимару. Которых не было, но когда это останавливало любопытных и скорых на суд жителей. Рядом металлически звякнула фляжка, соприкасаясь с поверхностью почти белой пиалы и сосед, вернее соседка, судя по длинным волосам слившихся с тенью помещения (в этом заведении экономили не только на закуске) уже давно целенаправленно напивавшаяся рядом, обратила, наконец, свое внимание на окружение. — Вот, хочешь? — протянулась к девушке рука с зажатой в ней фляжкой. Из-за шума, царившего в баре разобрать довольно тихий голос было проблематично, но Анко была еще не настолько пьяна, чтобы отключить свои инстинкты шиноби. Вернее, в этой ситуации подтверждалась старая поговорка, что опыт не пропьешь. — Это что? Сакэ? — и не подумав отказываться, принюхалась Митараши к халявной выпивке, — Хозяин же не разрешает со своим. Впрочем, убирать руку с довольно изящного не смотря на металлическую составляющую сосуда она не спешила. — А мы немного. — усмехнулась длинноволосая, подливая в пиалу Анко, а затем и в свою, и с непонятной гордостью добавила, — И, кстати, это не сакэ, а чистый спирт. — Спирит? Но на запах, как крепленное саке? — выжидательно уставилась Митараши на собеседницу, не спеша дегустировать. — Это намного лучше сакэ! — авторитетно заявила собутыльница, залпом выпивая пиалу и стащив с тарелки Анко шпажку со сладкими шариками. Митараши со смесью злости и восхищения проводила руку, удивительно аккуратно (для глубоко не трезвого состояния самой собеседницы) умыкнувшую данго, и тоже опрокинула напиток, напрочь вышибивший все чуства кроме жжения в горле и пищеводе. Даже нагло стыренное любимое лакомство оказалось вмиг забыто. Заполошенно отдышавшись, как после небольшого марафона, Анко смахнула выступившие с непривычки слезы (даже тайком привезенное и распитое по молодости вместе с приятелями пойло из страны Снега было не таким забористым) и с поспешностью накинулась на десерт, косясь на такую странную собутыльницу. Та же задумчиво пялилась на шпажку в своих руках, а потом горестно вздохнув: «Гребанные рефлексы», метнула ее куда-то в зал. Проследив за полетом предмета для этого совсем не предназначенного, джоунин с удивлением отметила, что несмотря на явно неточные из-за количества выпитого руки, та попала точно посередине иероглифа, за каким-то лядом намалеванного на столбе. Какое-то время они просто молчали, думая о своем, пока явно скучающая из-за недостатка (а точнее полного отсутствия) компании Анко неожиданно даже для самой себя не предложила: «Слушай, а давай махнемся?» Настроение у девушки непреклонно росло вверх, и хотелось сделать или попробовать что-то необычное. Митараши, не дожидаясь ответа от собутыльницы поставила перед ней свой кувшинчик, который она не смогла добить и до половины и, немного поколебавшись, отжалела палочку данго. — А давай! — неопределенно махнула рукой полулежащая собеседница и, не размениваясь на мелочи в виде пиалы, приложилась сразу к горлышку. — «Ну, дает!» — подумала Анко, цедившая свой заказ полвечера, — «Похоже, мы подружимся!» — Предлагаю тост! — внезапно остановилась и не совсем внятно начала длинноволосая, разрумянившееся щеки которой было видно даже в темноте бара, — Чтобы у нас все было хорошо, и чтобы!..» В этот момент она подняла вверх указующий перст, словно хотела придать большую важность своему изречению, но красивый жест смазался ее не самым эпичным падением на стол. — Эй-эй. Ты чего? — подхватила Анко оказавшуюся довольно увесистой собеседницу. Пока они сидели, разница в росте была не столь заметна, но когда на ее плечах повисли несколько лишних, по ее мнению килограммов, различия между собеседницами оказались существенными. — Эй, как-там-тебя? — Митараши не оставляла попыток растормошить собеседницу, внезапно осознав, что даже имени новой знакомой не знает, — Ты где живешь? — М-м-м… Нигде. Мне не-екуда возвращаться-я…- пробормотало тело, которое она тщетно пыталось уместить обратно на стул. У распаленной алкоголем, а оттого более эмоциональной девушки от этих не вполне внятных слов всколыхнулись не самые приятные воспоминания, которые она не раз пыталась забыть. Времена, когда ей тоже было совсем некуда пойти, хотя вины подростка в предательстве учителя не было и капли. К тому же бросать откровенно пьяную девушку в довольно сомнительном баре, ей совершенно не импонировало. — Ладно. Ладно! Так и быть. — говорила больше для себя Анко, — Пойдем. Переночуешь у меня, а там уже… Тело согласно кивнуло в ответ и с грохотом свалилось со стула.