Как добраться до Аляски?

      Когда Эдд открыл глаза, на часах было без двадцати восемь. Совсем скоро у них должен был начаться урок. — Мэтт, собери мой рюкзак за меня, а я тебе с историей помогу-у-у, — сонно говорил Гулд, укутываясь в тёплый плед получше. — Извини, но меня до сих пор зовут «Томас», — кривится Том и укладывает свои пшеничные волосы в привычный ёжик. — И часто ты Мэтта просишь собрать твой рюкзак вместо тебя?       И тут Эдвард вспоминает события как вчерашнего дня, так и вчерашней ночи. Он кое-как садится на диване, трёт глаза, зевает и потягивается, а после смотрит на непривычный цвет волос своего друга. В голове сразу всплывает вопрос, кем был вчерашний ненастоящий Риджуэлл: галлюцинацией или же полтергейстом? Что же, ответ на этот вопрос брюнет знать не хочет. Потому что ни один из вариантов его не устраивает. — Не часто. Когда совсем в падлу, — отвечает на вопрос своего собеседника кареглазый парень и встаёт с дивана. Он быстро находит свою толстовку и надевает её. — А тебе идёт. Я вчера не разглядел. — Ясно. Спасибо, — произносит Томас и убирает расчёску, беря лак для волос. — В школу пойдёшь? — Не мешало бы, — снова потягивается Эдд и быстро ищет и находит свой рюкзак. — Давно не видел бесящих лиц. — А как же Мэтт?       В этот же момент громко звенит телефон Гулда, который оказывается на кофейном столике, под горой волос, пакетиков, бумажек и прочего хлама, в который Эдвард засунул руку. Ох, лёгок на помине. Ему пришло сообщение от Мэтта.

Матери с пяти утра названивает Дэн. Говорит, что ты куда-то пропал. Ты… всё же сбежал?

      Почему-то внутри брюнета всё перевернулось. Интересно, он может отблагодарить свои ноги? Если бы не они, то кареглазый вернулся бы обратно, домой.

Да, я сбежал. Извини, что не пришёл к тебе. Поговорим в школе?

— Ну, с ним тоже стоит кое-что обсудить, — как-то глупо улыбается Эдд и выключает телефон. — Кста-а-ати, возьми карандаш для глаз, на случай, если стрелки сотрутся. — Спасибо, что напомнил.       Парни дружно рассмеялись и принялись за дальнейший сбор в школу.

***

      Эдд волновался, что его отец мог бы искать его в школе, потому сейчас Гулд изучал инструкцию покидания здания на случай пожара. Естественно рядом появившегося Тома он не заметил. — Что выбрал? — Твою мать, — дёргается Эдвард. — Мою мать зовут Ванесса, и за неё я буду стоять горой, — саркастично отвечает Риджуэлл и закатывает глаза. — Смешно, — цокает языком брюнет и тычет пальцем в лестничный пролёт на втором этаже. — Если я буду на первом этаже, то побегу сюда, чтобы запутать моего отца. Эта лестница ведёт как в подвал школы, так и на второй и третий этажи. На втором и третьем этаже есть пожарные лестницы. Я побегу на второй этаж, а там спущусь по лестнице на задний двор школы и скроюсь где-нибудь там. Если я буду на втором этаже, то побегу на первый, а там, через главный вход, и куда глаза глядят. — Неплохой план, — раздаётся над ухом кареглазого парня, который дёргается во второй раз. — Пойдём, поговорим? — Пошли, — заторможенно кивает Эдд и позволяет Мэтту утащить себя в курилку.

***

      Как только Гулд утыкается в закрывшуюся дверь, к его губам тут же припадают чужие, тут же сменяемые языком, который преодолевает преграду в виде зубов и сплетается с другим. Почему-то Эдду казалось, что он тает, ведь движения мэттовского и собственного языка были быстрыми, но нежными и чувственными. Наверное, это был один из немногих поцелуев, которые приносили лишь душевное спокойствие и упоение. Да, пусть Харгрэйвс и сжимал своего парня из-за всех сил, но целовался он как никогда ласково, терпеливо, заставляя душу Эдварда трепетать.       Когда же Мэттью оторвался от губ своего бойфренда, он сжал последнего так, будто они больше никогда не встретятся. Будто они совсем скоро станут чужими. Эти объятия не были тёплыми, они были безнадёжными и тоскливыми. Из-за этих объятий брюнета как будто покрыли скользкой и противной слизью. Захотелось отстраниться, что кареглазый парень и сделал. — Я скучал по тебе, — с грустной улыбкой признаётся рыжик и берёт в свои руки руки Эдда. — Тебе идёт новая стрижка. Это Том постарался? — Я по тебе тоже скучал, — Гулд поднимает свои глаза на вытянутое лицо напротив. Красивый, несмотря на мешки под глазами. — Да, спасибо. А красил его я. — Да, он мне вчера ещё написал. Я сегодня увидел и фотку с его новым цветом волос, и сообщение от него. Ты хорошо постарался. Молодец.       Повисло молчание. Эдвард хотел задать своему парню множество вопросов, хотел поговорить ещё больше, но он просто уткнулся лицом в его грудь, сомкнул руки на чужих лопатках и невольно расплакался. — Я хочу, чтобы всё было, как раньше: отец в порядке, мы с тобой были друзьями, Том был бы со своим натуральным цветом волос. Я хочу… я хочу, чтобы всего этого не было. Потому что мне тяжело от этого всего. Я просто не знаю, как мне с этим всем жить. Я не понимаю, как мне дальше жить, — беспорядочно шептал брюнет, сжимая бойфренда всё сильней и сильней. — Помоги мне разобраться во всём этом. Я один не вытяну. Пожалуйста.       Шатен сжал парня в ответ. Он поцеловал своего парня в макушку и зарылся носом в его волосы. Ему было больно и обидно, но он засунул свою эгоистичность куда подальше и прошептал в родное лицо три простых, но таких необходимых сейчас кареглазому парню слова: — Конечно, я помогу.

***

      Эдд бежал по первому этажу школы, поскальзываясь и вылетая через главный вход, запрыгивая в первый встречный автобус. Ему повезло, что он смог оторваться. Вот только теперь он не знал, куда ему деваться. К Мэтту? Да, ключи у него от его дома были, но это не значит, что Дэн не будет искать его там. Мэтт же писал, что Дэн с пяти утра названивал его матери, ища своего сына. К Тому? Опять же, Дэн знает, где живёт Риджуэлл, да и он остался в школе, а значит домой к нему не попасть. Тогда куда же?       В голове Гулда всплыли события давно прошедших дней, а среди этих событий всплыло и местечко, где можно переждать какое-то короткое время. Хотя бы до того момента, пока Харгрэйвс не напишет. Потом Эдвард сходит к нему за вещами, а после воспользуется помощью Лексы. Точно, так он и сделает.       Автобус останавливается на одной из остановок, на которой сходит брюнет, а после уезжает дальше, оставляя кареглазого парня на произвол судьбе.