Ocean Eyes

"… говорят, любить по-настоящему можно лишь раз. Так, что коленки при виде возлюбленного подгибаются, в глазах темнеет, а на кончиках пальцев колет. Такая любовь случается лишь однажды, если повезет, или никогда — и тот человек поистине несчастлив. Мне повезло так, как никогда раньше. Моя любовь смотрит ясно, говорит красиво, держит крепко и не отпускает, когда тяжело, напротив — притягивает ближе. Коленки подгибаются, в глазах темнеет, а на кончиках пальцев покалывает — я все это чувствую почти каждый день. Навязчивая идея, сердечный приступ, обострение хронического заболевания всего человечества — и все это любовь. Поистине прекрасное чувство, которое окрыляет и пригибает к земле, заставляет смеяться и вызывает слезы.

Живи вечно, моя любовь."

Тэхен крепко прижимает тетрадку к груди, не пытаясь вытереть текущие по щекам слезы. Так вот она какая… любовь. Не соображая, Тэ бредет в спальню и валится на кровать, не в состоянии думать о том, кому посчастливилось покорить сердце его ученика, только вот все эссе проникнуто дикой грустью и гнетущей тоской, так что повезло ли Чонгуку? Неужели его чувства были отвергнуты? А может тот человек просто не знает? Тэхен не может успокоиться, засыпая на мокрой от слез подушке. Джин неторопливо пьет кофе, так как приехал сегодня раньше, чем обычно, давая Тэхену спокойно собраться. Хотя все и так валится из рук — спокойствия как не было. Его эмоциональное состояние слишком нестабильное в последнее время, и Тэхену честно не хочется показывать пальцем, кто в этом виноват, но мысли вновь и вновь возвращаются к улыбающемуся Чонгуку, желающему хорошего дня или говорящему «До свидания». К Чонгуку, который в кого-то влюблен, и это больно бьет Тэхена. Нет, он ни на что не надеялся, он взрослый человек и понимает, что здесь шансы не то что нулевые, они отрицательные. Он должен радоваться за ученика, потому что это, и правда, редкость — настолько сильное чувство. Но он не может радоваться, что-то внутри точит и гложет, заколачивает гвозди, колет иглами. Больно. С Джоном было не так, с ним было логично и просто. — Ты в порядке? — спрашивает как всегда внимательный Джин. — Какой-то задумчивый. — Да, как всегда, — уклончиво отвечает Тэ, закидывая в сумку снова таблетки от головной боли и ежедневник. — Я хотел спросить… — Джин поднимает голову и улыбается. — Как там твои… эм… чувства к Чонгуку? Щеки моментально становятся красными, и Тэхен ищет, куда бы спрятать голову, потому что не пристало смущаться учителю от одного упоминания о… даже подумать страшно, Тэхен еще не готов так открыто об этом говорить даже с друзьями! — Я… я читал вчера его сочинение на свободную тему… он писал о любви, — говорит Тэхен, переставляя статуэтки на полке, чтобы чем-то занять руки. — Мне кажется, он в кого-то очень сильно влюблен. Очень сильно. — Ты расстроен из-за этого? — Что за странные вопросы? Я не расстроен! Тэ слишком громко ставит фигурку кошки на место и резко оборачивается к Сокджину, который улыбается. Тэхен повелся на его провокацию и выдал себя… Такой глупый. Он плюхается в кресло и закрывает лицо ладонями, а в голове носятся образы девушек, парней, в которых мог влюбиться Чонгук… и все они так подходят для его возраста, статуса, а Тэхен совсем нет. Никогда и ни при каких обстоятельствах. — Он ребенок, им свойственно простые увлечения и симпатии принимать за большие чувства, ты же знаешь, — успокаивает подошедший Джин, поглаживая друга по плечу. — Или он только ради оценки так написал… чтобы ты поверил в его искренность. — Чонгук ничего ради оценки не делает. Он… он так описывает, как есть, понимаешь, очень правдиво, точно… — Тэхен почти скулит, уже не стесняясь слабости, которая одолевает в последнее время. — Чувствую себя раздавленным. Но он не виноват, что влюбился. Это так прекрасно, я рад за него… — Конечно, ты рад, — спокойно говорит Джин, обнимая учителя за плечи и немного покачивая из стороны в сторону. Ноябрь в этом году какой-то бессердечно холодный, но Тэхен и это понимает. Погода будто пытается успокоить его нервы, душу и голову, но разве может ветер тягаться с осторожным взглядами, с розовыми щечками и совершенно очаровательной улыбкой Чонгука. Ответ очевиден — Тэхену ничто не поможет, какие бы усилия ни были приложены. Школа только-только наполняется учениками, они приехали слишком рано. Это даже хорошо, потому что в учительскую Тэхен не любил заходить, а документов, по словам Джина и Хосока, на его столе скопилось достаточно. Ким спешит к своему месту, чтобы как можно быстрее расправиться с почтой, журналами и подписями в нужных бумажках. Пожалуй, это худшее, что есть в его работе. Он бы даже нанял человека, который бы разбирался с документацией вместо него, но, увы, это не представляется возможным. Конкурс для молодых учителей, конкурс для спортивных команд, приглашение на конференцию по современной мифологии Кореи, литературный журнал… вещь нужная, ее Тэ откладывает в отдельную стопку. Дальше идут благодарственные письма от родителей, просьбы взять какой-то класс на руководство и дополнительные занятия… Так много желающих, но у Тэхена уже нет мест для дополнительных занятий. Конкурсы не кончаются, но на глаза попадается что-то интересное. Конкурс для молодых писателей Корейского национального университета искусств… Тэхен быстро прочитывает положение, ища сроки и надеясь, что не упустил время. «Работы отправляются до 1 декабря включительно. Обязательно указать место настоящего обучения, имя и должность руководителя…». Тэхен даже не досматривает остальные бумаги, сгребает остатки в мусорную корзину и вылетает из учительской, желая поскорее встретиться с Чонгуком и рассказать ему о конкурсе. И школьник не посмеет ему отказать, ведь это такой шанс, и Тэ верит в победу Чона. У кабинета уже столпились ждущие его ученики. Парни и девушки здороваются с учителем и интересуются его здоровьем, что очень льстит Тэхену. Зачем люди заводят кошек, если можно завести себе класс, который ежедневно будет поднимать настроение? Он пропускает детей вперед, просматривая, кто уже пришел. Чонгука среди них нет, но до урока еще пять минут, а парень слишком часто опаздывал, поэтому это не удивляет учителя. Он просит раздать Намджуна книги, а сам выходит из кабинета, желая встретить Гука до урока. Это не прихоть, скорее необходимость, все-таки выходные прошли. Школьник не заставил себя долго ждать, и теперь несется на всех парах к кабинету, еле успевая затормозить перед улыбающимся Тэхеном. Привычно тяжелое дыхание отдается приятными вибрациями в грудь учителя, и он начинает улыбаться еще шире. — Господин Ким… я опять чуть не опоздал, — на выдохе произносит Чонгук, поправляя галстук и выпрямляясь. — Доброе утро. — Доброе утро. У вас, кстати, было еще время, поэтому отдышитесь, — говорит Тэ, и парень тут же сгибается снова, восстанавливая дыхание. — Вы, очевидно, долго спите? — О, нет… я отводил сестру в детский сад, — признается школьник и заглядывает в кабинет. — Я из-за этого обычно опаздываю на первые уроки. Тэхену приятно узнавать какие-то факты из жизни Чонгука, пусть и незначительные, но это важно для него. И это умиляет настолько, что лицо может треснуть от сдерживаемой улыбки. — Это уважительная причина, Чонгук. Но… постойте, я вас не просто так здесь встречал. — Тэхен разворачивает положение и протягивает ученику. — Вот, смотрите, это конкурс для молодых писателей от Университета искусств. Я думаю, вы могли бы поучаствовать… Их пальцы неловко соприкасаются на пару мгновений, и щеки Чонгука тут же розовеют снова. И нет, Тэхен не удерживает свою руку специально дольше рядом, просто так получается. Парень удивленно всматривается в документ, а затем внимательно смотрит на учителя. Тэхен отражает взгляд ученика и чуть улыбается, молясь в душе, чтобы школьник не отказывался. — Вы думаете, я смогу? Это достаточно высокий уровень, там наверняка много желающих, — говорит парень, грустно качая головой. — Я недостаточно… профессионален? Тэхен злится по многим причинам сейчас: потому что Чонгук так не уверен в себе, потому что больше ничего не давал почитать учителю, потому что так очаровательно закусывает губу и трет правое ухо, потому что у ученика чудесная родинка под губой и милый шрам на щеке… Тэхен так злится, что хочется прижать Чонгука к стене и часами говорить ему, какой он талантливый, какой удивительный, а потом целовать, целовать, целовать… — Любой профессионализм приходит с годами, а вам я уже говорил. Вы талантливы, Чонгук, и должны попробовать свои силы. Попробовать нужно все, верно? — Тэхен вопросительно выгибает бровь и легонько толкает Чонгука в плечо. Он удивительно уверен в себе, и это пугает, но Тэ не собирается упускать такой шанс — когда еще он сможет так говорить с Гуком и не об учебе? Правильно, это достаточно редкая возможность, чтобы ей не воспользоваться. Звенит звонок, и Тэхен быстро заглядывает в класс, прося всех прочитать первую главу без него. Чонгук смотрит сквозь него каким-то отсутствующим взглядом, видимо, размышляя, а учитель ждет. — Вы прочитали мое сочинение? — вдруг тихо спрашивает Гук, заглядывая в самую душу Тэхена. От темного глубокого взгляда по спине бегут мурашки, ноги становятся ватными, но Тэ как-то держится, не желая показать свои чувства перед учеником. — Да, прочитал, — так же тихо отвечает. Чонгук не моргает, но улыбается как-то по-особенному, будто эта улыбка показывается на его лице редко — размытая, неоформленная, но приятная. — Вам понравилось? — Да, — почти шепчет Тэхен и отходит к двери в кабинет, чтобы опереться, потому что пол будто распадается под ногами. — Нам нужно идти на урок, а вы… подумайте, у вас есть все шансы. Тэхен разворачивается и заходит в кабинет первым, прерывая своим появлением тихие разговоры класса. Чонгук быстро пробирается к своему месту, выглядя таким счастливым. И это заразительно — Тэхен тоже начинает улыбаться.

///

[Хосок-а]: в прошлом году Ли Сону уволили за приставания к старшекласснику… [Хосок-а]: надеюсь, в этом году тебя не постигнет та же участь? [Ким Тэ]: господи! Я же просто позвал его позаниматься!!! В школе проходят занятия для других классов. Ты знаешь, что все переполнено. И вообще, я ничего не собираюсь делать, идиот! [Хосок-а]: ууу кто злится:)))) да я же несерьезно, подумаешь, ученика к себе позвал, с кем не бывает… [Ким Тэ]: можешь больше не обращаться за помощью ко мне, я не твой друг отныне. [Идиот]: Хен, прости))) я не хотел тебя обидеть [Идиот]: прости меня, я такой идиот… [Ким Тэ]: это ты точно подметил [Идиот]: хорошего вечера, Тэ))) [Ким Тэ]: я знаю, о чем ты думаешь, придурок. [Идиот]: и это мне пишет учитель литературы? Как некультурно (( [Ким Тэ]: я предупреждал. [Идиот]: все-все, убегаю))) Тэхен откидывает телефон подальше, закатывая глаза и проклиная себя, что рассказал Хосоку о своих странных чувствах к Чонгуку. Конечно, Хосок не выболтает, но шутить на эту тему будет еще долго. Почему-то Ким не думал об этом, когда за бутылкой вина разоткровенничался, изливая душу любопытному Хосоку. Да, реакция Джина была слишком идеальной, что-то должно было ее подпортить. И да, Чонгук согласился, подумав над предложением неделю. Это время было тяжелым, Тэхен успел продумать, что будет делать, если школьник не примет его идею, уже отругал себя, как худшего учителя, потому что не смог заинтересовать ученика. И отругал себя, как человека, который потерял возможность больше времени находиться с Чонгуком. Сегодня он ждет школьника у себя дома, и если говорить о волнении, то получится слишком эмоционально. Тэхен для храбрости выпил успокоительное и еле удержался от бокала вина (мало ли что), хотя хотелось очень. Он еще раз перепроверяет подготовленную по просьбе Чонгука литературу. Сам парень заверил, что принесет несколько своих работ, которые они вместе посмотрят и отредактируют. Ладошки учителя потеют сильнее, когда он оглядывается на часы — еще пять минут, и будет семь. Он придирчиво осматривает себя в зеркале и одергивает персиковый свитер. Достаточно ли по-учительски он выглядит? Может ли Чонгук догадаться о его чувствах? Тэхен не может успокоиться, еще никогда раньше не было так страшно перед кем-то раскрыться. Он будто что-то упускает, что-то важное и видимое всем, кроме него. Напряженную тишину нарушает звонок в дверь, который приводит учителя и в ужас и в восторг одновременно. Кто бы мог поверить — Чонгук будет в его квартире, будет сидеть на его диване, будет ходить по его ковру… Господи, Тэхен стал таким сентиментальным. Кажется, это возраст. Он подбегает к двери и смотрит в глазок, сердце отстукивает свой последний танец, но дальше… Тэхен открывает дверь и приветливо улыбается школьнику, щеки которого моментально краснеют. — Добрый вечер, господин Ким, — говорит парень, неловко переступая с ноги на ногу. — Здравствуйте, проходите, — просит учитель, пропуская Чонгука вперед. —  Раздевайтесь и не стесняйтесь. Парень кивает и заходит, быстро стаскивая обувь. Это уже слишком. «Я мог бы позвать его в кафе… Он все сейчас поймет, потому что я идиот… Меня посадят в тюрьму, вышлют из страны. Господи, какого черта я сделал», — думает Тэ, дрожащими руками закрывая дверь. Школьник тем временем проходит к столу и достает ноутбук. Тэхен медленно поворачивается к парню, засовывая руки в карманы, потому что они точно бы его выдали — учитель всегда, когда нервничал, щелкал пальцами. — Вы не могли бы… не обращаться ко мне на «вы», — просит Чонгук, смотря под ноги. — Я… это так официально. — О, конечно-конечно, я могу, Чонгук, прости, если тебе было неловко из-за этого. Тэхен чувствует, как его собственные щеки становятся красными, потому что Чонгук смотрит так… трогательно и осторожно. За этот взгляд можно отдать многое и напридумывать можно тоже многое, но он не может тешить себя бессмысленными надеждами. Они просто пустые и необоснованные. — Хочешь чего-нибудь? Чай? — предлагает учитель, потому что так долго смотреть в глаза Гука уже невыносимо. — Да, пожалуйста. Из рук все валится, мысли путаются, этого стоило ожидать, но Тэхен недостаточно подготовился, это выдает его, он точно узнает. Черт. Он с двумя чашками балансирует так, будто идет по самому тонкому канату над башнями-близнецами, но это всего лишь путь к столу, за которым сидит Чонгук, который снова отрывает взгляд от экрана и смотрит на учителя, чуть улыбаясь. Очень пристально и почти смертельно. «Бери себя в руки, он твой ученик, в конце концов, ты должен ему помочь. Профессионал здесь ты», — приободряет себя учитель, раскрывая книги на закладках. — Для начала повторим пару теоретических вопросов, потом перейдем к редактированию. Согласен? — он поднимает бровь, и, кажется, это было слишком игриво, потому что парень снова краснеет. К слову, это слишком мило и очаровательно. Тэхен должен держаться. — Как вам будет угодно. Дальше все идет намного лучше, Тэхен объясняет все тонкости стилистических фигур и художественных приемов, надеясь, что все это поможет школьнику в будущем. Теория приводит в порядок мысли учителя и помогает отвлечься, потому что руки Чонгука находятся в опасной близости от его собственных, и это накаляет обстановку. Школьник совсем не замечает его волнения, видимо, и расслабляется, активно обсуждает какие-то примеры и переспрашивает, если что-то непонятно. И придвигается ближе, чтобы что-то рассмотреть. Так близко, что Тэхен может почувствовать, чем пахнут волосы школьника — чем-то персиковым и до боли домашним. Пока Чонгук пишет примеры на листке, Тэхен осторожно всматривается в черты лица ученика, пытаясь запомнить его таким увлеченным и сосредоточенным. Тэхен не совсем осознает, почему так хочется зарыться пальцами в черные волосы, провести рукой по щеке и долго-долго смотреть в глубокие глаза, но еле успевает себя остеречь, потому что это точно лишнее, непозволительное. — … господин Ким, у вас милая родинка на носу, — говорит вдруг Чонгук, смотря с нескрываемой теплотой во взгляде на учителя. — Что? — Тэхен моргает пару раз, думая, не послышалось ли ему, но Чонгук тихо смеется и указывает пальцем на его нос. — Я говорю, у вас милая родинка. — О… — Тэ отчего-то дотрагивается до своего носа и улыбается, будто его уличили в чем-то неприличном. — Спасибо, она всегда со мной. Чонгук еще раз смотрит на него и снова склоняется к листку, а Тэхен, если быть совсем честным, готов вылететь в окно и подняться к звездам от счастья. — Готово. Читать? — спрашивает через пару минут Гук, широко улыбаясь. Учитель утвердительно кивает. – Его голос всегда казался мне намного глубже, чем Марианская впадина, опаснее, чем ущелье Эль Чорро, и загадочнее, чем улыбка Джоконды. Он погружал меня в ледники Антарктиды и в лаву Везувия, разводил в душе пожары и взращивал цветы в груди… — Это прекрасно, — шепчет Тэхен, смотря в глаза ученику и мечтая, что… нет-нет, ни о чем таком. Ему просто хочется, чтобы и в него когда-то влюбились так сильно, чтобы голос казался чем-то волшебным, почти нереальным, таким… особенным. — Вы правда так думаете? — тоже шепотом спрашивает Чонгук, наклоняясь ближе — еще чуть-чуть, и их носы точно столкнутся. Но так наплевать, если честно. Тэхен замечает, что Чонгук смотрит куда-то ниже глаз, и это смущает и заводит не хуже любого наркотика. Учитель чувствует его дыхание на лице, но не может себе позволить сделать что-то, потому что он же чертов учитель! Тэхен прикрывает глаза и качает головой, отгоняя глупые мечты, отклоняется назад и пытается выдавить улыбку, хотя собрать себя как никогда сложно. Оторваться от Чонгука само по себе сложно, не смотреть на него, не слышать редкие реплики… А теперь он знает, как парень пахнет, и это не даст уснуть ночью. — Перейдем к редактированию, — откашлявшись, объявляет учитель, и Чонгук двигает к нему ноутбук, тут же краснея. — Только, эм… Это недавнее, может быть немного странно. Что-то вроде потока сознания. — Отлично, это должно быть интересно, — говорит учитель, шутливо потирая ладони. Они читают первую страницу, Тэхен снова погружается с головой в мир, придуманный Чонгуком. В этот раз все по-особенному — это что-то личное, трогательное и очень пронзительное. Герой рассказа много думает, рефлексирует и переживает. Его что-то гложет, держит в постоянном напряжении, и читатель перенимает тяжелые эмоции, сопереживая персонажу. Удивительно, не часто с помощью книги можно так проникнуться чужими чувствами, но Чонгук умеет это делать. Поразительно, и Тэхену пора бы перестать удивляться, но удивление — это то самое, что он чувствует рядом с Гуком постоянно. Герой влюблен и, очевидно, это проекция самого школьника, потому что, а как иначе можно так реалистично описать состояние влюбленности? Мироощущение влюбленного человека нельзя представить или списать с кого-то — его можно только познать самому. Рассказ небольшой, и немного осмыслив его, Тэхен переходит к небольшим поправкам, обсуждая кое-какие моменты. Чонгук необычайно оживляется, принимает критику и просит советов, спрашивает, как звучало бы лучше, а Тэхен отвечает, потому что понимает героя и, кажется, самого Чонгука, потому что их чувства похожи. — Если не секрет, — начинает учитель, — то… героя ты списывал с себя? — Это так заметно? Да, только так можно добиться правдоподобности, — просто отвечает парень и смотрит на Тэхена. — Правильно. И, должно быть, это очень больно… Больно так любить, — говорит Тэхен и понимает, что это лишнее. Он не может лезть в душу к ученику, пока тот сам этого не захочет. Он допустил ошибки и теперь надеется, что Чонгук просто забудет про его глупое и необдуманное замечание. — Худшее здесь то, что эти отношения просто неосуществимы, — после некоторого молчания произносит парень и грустно улыбается. — Но есть и хорошие моменты, я могу видеть этого человека почти каждый день, слышать его. Мы даже разговариваем. Но что-то другое просто невозможно. Тэхен не должен радоваться, что у Чонгука никого нет, но что-то в душе ликует, это глупо, но кого любовь не делала дурачком? Он понимающе кивает и просит еще кое-что исправить. На часах уже почти десять, когда они заканчивают. Тэхен наливает еще чай и достает любимое печенье, пока Чонгук собирает свои вещи. Они разговаривают о школе и классном руководителе школьника, о Намджуне и Чимине. Тэхену приятно видеть Гука таким расслабленным и разговорчивым, а еще приятно слушать его голос, без каких-либо угрызений совести рассматривать лицо и просто наслаждаться присутствием в своем доме. Что может быть лучше? Это все, о чем он может мечтать. — А вы, господин Ким, вы всегда хотели быть учителем? — спрашивает парень. Взгляд Тэхена останавливается на верхней губе школьника, он с трудом отводит глаза и пожимает плечами. — Я просто любил литературу, хотел в ней разбираться. Всегда много читал, так почему бы не делиться своим опытом с другими? Возможно, прозвучит нескромно, у меня, вроде как, неплохо получается быть учителем, — смеется Тэ, прикрывая рот ладонью. — Это точно, вас все обожают, — с восторгом отзывается Чонгук. — Приятно слышать это от учеников. Тэхен вызывает такси для Гука и стоит в проеме, смотря, как парень собирается. Хотелось бы ему, чтобы каждый вечер проходил так — за обсуждениями литературы, разговорами о рассказах Чонгука и просто из-за улыбок: смущенных, милых, открытых и ярких. Не в этой жизни, наверное. — Спасибо за вечер, господин Ким. До свидания. — До свидания, Чонгук. Тэхен скатывается вниз по закрытой двери и закрывает лицо руками, чувствуя, как по щекам бегут горячие слезы. Влюбиться в своего ученика чертовски больно, никто этого не заслуживает. Но еще больнее от того, что и парень в кого-то влюблен. Замкнутый круг, делающий страдания бесконечными. «А Шекспир все-таки был прав», — думает Тэхен, вспоминая фразу великого.

Любовь — это самая красивая мечта и самый страшный кошмар. У. Шекспир