#белыйклен

Как ты представляешь себе посмертие? Длинный коридор со светом в конце, а потом облачка, золотые ворота и архангел Петр со связкой ключей? Красивые земли, откуда зовут присоединиться к ним девы и духи, и ты идешь по этим землям с почти невыносимой тягой остаться в одном определенном месте, хотя что-то шепчет тебе, что повторение лишь приведет к мучению? Ждешь ли ты рая или ада после смерти? А может блаженное ничего? Картер очнулась возле дерева. Вокруг был туман — это соответствовало ее представлению о загробной жизни. Туман, дерево и лавочка под ним. Картер присела, раскинув руки по спинке, но через секунду ей стало неловко, и она положила ладони на колени. Неужели ее судьба — это лимб, чистилище? Дерево росло посреди туманного ничего. Картер наклонилась и потрогала землю — вполне привычное ощущение с мелкими камушками, комками высохшей грязи, редкими травинками — такая проплешина на полянке или просто обычная земля рядом с лавкой в парке. Потрогала дерево — крепкая кора с неровностями, как у старого дерева. От скуки и неумения сидеть долго в одном положении Картер встала на лавочке и попробовала дотянуться до веток, на ее удивление это получилось. Значит, дерево не иггдрасиль. Картер встала на цыпочки и, крепко ухватившись за ветку одной рукой, другой потянула листок, а потом села с другой стороны лавочки от отпечатков ее ботинок. Лист был большим, сухим, но не ломким. Его нежный молочный цвет все равно выделялся на фоне белого тумана, может, помогала золотистая линия по кромке листа. Картер крутила листок в руках, понюхала, пахло немного маслянисто, но листом, подумала о том, чтобы пожевать, но просто кинула под ноги. Она легла на лавку и вытянула руки вверх, туман моросью ложился на пальцы. Было не холодно, не тепло, а как-то ни как. Еще и клен этот. не хватало краника и стопки панкейков. Картер положила ладонь на живот, но тот не бурчал, потом подняла руку к грудной клетке и с интересом засунула пальцы в дыру, легкие на ощупь были как очень сочный апельсин, пленочки еще эти. Без звука сердцебиения было грустно. — Ведут сквозь туман блики млечной луны, — произнесла нараспев Картер, но голос показался ей противным и излишне громким. Что еще оставалось делать в безвременье? Картер не нашла в себе сил покаяться, но воспоминание о мертвом Джимми снова кинуло ее в слезы. Вот только те испарялись и поднимались вверх, похожие на хрупкие, маленькие снежинки. Картер опустила руку и сжала лист, вслушиваясь в хруст. От странной, нестерильной, но претворяющейся домашней белизны было странно. Картер вытерла щеки и встала с лавки. — Эй, смотри, куда наступаешь, большеногая. — Хм? — Картер остановилась, поджав ногу как цапля, и в такой позе наклонилась вниз. — Джимми? — А-а-а, — протянула лягушка, поднимая голову ей на встречу, — это ты. Тоже ждешь? — Не знаю, — Картер плюхнулась обратно на лавку и подперла голову кулаком, — а ты разве не сразу того… в райское болото? — И на мою долю список грешков найдется, — хмыкнул Джимми и одним прыжком оказался на лавке тоже. Картер отвела взгляд и крепко сжала свои пальцы. — Прости. — А, не парься, — отмахнулся Джимми, — мы все равно пытались вас утопить. Ну, знаешь, «поцелуй лягушку и она станет принцем» — а если наоборот, — он квакающе хихикнула, вот так «кви-хи-хи», — на нашем болоте станет одной лягухой больше. Так что я считаю, это око за око. — Ну, мне все равно стоило хотя бы высыпать тебя из чайника, — пожала плечами Картер. Она извинилась и извинения приняли… вроде. — Да ладно, — фыркнул Джимми, — что было, то прошло. — Хорошо… Картер замолчала. Слова не находились, а что нужно делать в чистилище она не знала. И тишина легла вторым слоем на туман. — Ты правда веришь, что у нас бы получилось? — Как минимум год удержали бы внимание, — кивнула Картер, — у меня есть расчеты… были… там, — она кивнула под ноги. Джимми хмыкнул. — Уверена, что не там? — он махнул лапкой вверх. Картер улыбнулась и кивнула, облокачиваясь на спинку лавки: — Может и так. И снова замолчали. Разговор не клеился, но Картер не чувствовала напряжения, словно Джимми ее на самом деле простил. Она подумала, смогла бы так сделать, если бы ее убили. Скорее всего да, это ведь была случайность, а она прекрасно знала, насколько легко совершаются ошибки, даже если ты этого не хочешь. — Слышал песню Квакстера? — «Прекрасней нету лжи»? У нас ее даже мальки знают. Джек Джонсоном его звали, а может Джейсоном Фандерберкером — лягушка с пианино. Известная личность. — Хорошая песня… — Ага, успокаивает. А вот чего-чего, но спокойствие Форду только снилось. Он выбежал в просторную пещеру с троном, собранном из рук, держа, как оружие кость, вытащенную из червя (и не спрашивайте откуда у червя кости (он их съел). Форд бежал на крик, распаленный осознанием того, что человеку причиняют боль, и когда вбежал, то резко остановился, словно врезался в невидимую стену. Ведьма сидела на своем собственноручно сделанном троне и жевала волосы Картер. Прям наматывала на вилку, похоже сделанную из пястных косточек, черные пряди и совала в рот. От сюрреалистичной картины Форд не сразу смог двинуться и ведьма его заметила. Отложила свою еду на колени, издевательски повернув голову лицом к нему. — За ней бежал? А зачем, соколик? Я же сказала, что оплату возьму. А ты идти можешь, держать не стану. — Отпусти ее, — справившись, наконец, и с шоком, и с голосом, сказал Форд и угрожающе взмахнул костью (по виду, большеберцовой). — Иди, сохатик, — махнула ведьма и руки, исполнявшие роль спинки трона повторили этот жест, — нечего тебе здесь делать. Форд кинул в нее кость, ведьма хладнокровно наклонила голову вправо, а кость поймали ее многочисленные руки и уложили на полку в стене. Присмотревшись, там можно было увидеть другие части скелета. Что ему делать? Как спасти несчастную девушку? Да и не о спасении жизни сейчас речь шла, о том, чтобы остановить глумление над трупом. Хотя бы в смерти человек должен найти спокойствие. Форд подошел к ведьме, а она лишь, любопытствуя, смотрела за его действиями. — Тоже сделку предложить хочешь? Эта дурочка сама себя переиграла, — ухмыльнулась Дженифер и позволила ручкам поднять тело Картер в зрительскую ложу. — Сделку? — Уж не знаю, чем она тебе дорога, сохатик… — Я не виду переговоров с террористами, — мрачно бросил Форд и, подняв голову, стал прикидывать, как забраться наверх. — Очень зря, — хихикнула ведьма и щелкнула пальцами, а в следующую секунду ее ручки бросились щекотать Форда. Что ж Картер тоже не ожидала, что к ней прикоснуться. Она медленно повернула голову, ее глаза расширились почти до боли — ощущение не обманули, кто-то жевал ее волосы. И этим кем-то оказался жираф. Всамделишный, настоящий жираф с желто-коричневой расцветкой, длиннющими ресницами и рожками. От него пахло травой и бананами, а между зубов его торчала прядь картерных волос. Она потянула голову прочь от животного, а тот всхрапнул и заржал ей в лицо. — Тьфу… что?.. что сейчас произошло? — брезгливо передернув плечами, Картер посмотрела на обслюнявленные пряди. — Джимми? Лягушка сидела рядом и, болтая ногами, смотрела наверх, словно вместо бесконечного тумана там было прекрасное звездное небо. Картер даже на мгновение засомневалась и прищурилась, но кроме слишком большого облака ничего увидела. — Не лезь ко мне, — строгим голосом она сказала жирафу и поддтолкнула его морду вверх, чтобы листья жевал, а не волосы. Гравити Фолз, конечно, странное место, но кто бы мог подумать, что и умерев в нем, ты попадешь в не менее странное место. Впрочем, Картер никогда и не задумывалась о метафизике и метагеографии потустороннего мира. Ей все казалось реальным сейчас… вот только «прекрасней нету лжи». Почему бы и этому миру не оказаться всего лишь иллюзией, последним кадром умирающего мозга? Картер попробовала добавить сумашедшеньки и зачерпнула ладонью туман, но хоть он и казался молочным, на ощупь оказался просто россыпью прохладным капель. Мелкодисперсной, хо-хо-хо, вот какое словно она вспомнила для описания. Но на мелкодисперсности все умные слова закончились. Картер не понимала, почему до сих пор не оказалось где-то в конечном пункте назначения. Так не хотелось верить, что ее судьба — прихожая — чистилище. — Ты тоже видел жирафа? — Ага, они здесь часто ходяи. Жуткие твари. — Жирафы — жуткие твари? — Их в наш мир выкинули в наказание, — лениво кивнул Джимми, — но ты не волшебница, откуда тебе знать. — Волшебники… сражались с жирафами? — осторожно, не доверяя себе, что сложила такие слова в одно предложение, спросила Картер. — И жирафы победили. Потом им, конечно, наваляли, от души, но думаю, там скорее хитрость помогла, чем реальная сила. Так и кинули сюда, а они и притихли. В этом мире, сама знаешь, магия не сильна. — Я вообще думала, что магия — это выдумки. — Ну, а теперь знаешь, что нет. Форд тоже узнал то, о чем не подозревал, а это то, что ведьма могла управлять своими ручками не только голосовыми командами, но и просто направляя пальцем. Хотя на мгновение показалось, что у мутантиков вообще есть собственный квазиразум. Форд отбивался от настырных пальцев с острыми ногтями, ведьма не жалела, посылала в бой все больше и больше рук. Картер почувствовала, как ей на голову упало что-то легкое, и раздраженно повернулась к жирафу. Она сняла с головы лист и кинула под ноги: — Жуй с закрытым ртом! Не вежливо плеваться в других лю… созданий. Жираф показал ей язык, длинный такой, как черничная жевательная резинка из круглой коробочки. Картер закатила глаза и, сложив руки на груди, снова оперлась о спинку лавки. Что ей делать? Просто так сидеть уже скучно. Она повернулась к Джимми: — Ты знаешь, как отсюда уйти? — ну, а вдруг. Лягушка открыла один глаз и хитро улыбнулась. Форду было не до улыбок, он отчаянно отбивался от кулаков и пощечин. Пара мутантов схватила его за руки, накручивая крапивку, а от тех, что пытались выколоть глаза, удавалось уклоняться. Но Форд чувствовал, что слабеет. И стоит ли безжизненное тело такой борьбы? Но ведь это не просто труп, а Картер! Форду бы хотелось, чтобы хоть кто-то знал о его смерти, когда такая случится. Вдруг руки перегруппировались и начали собираться в большую руку. Форд поспешил на другой край пещеры, да только его схватили за ноги и ударили лицом об пол. А сверху его прижала гигантская рука. Форд барахтался как цыпленок в пасти лисы. И как назло, как последняя соломинка, ломающая спину верблюду, послышались ленивые хлопки. — Браво, браво, милок, — хихикнула Дженифер, — столько огня. Дай-ка я тебе твою судьбу расскажу, что тебя ждет в ближайшие полчаса, — она хищно облизнулась. Ведьма присела на колени рядом с поверженным мужчиной и схватила его руку. Она положила ее себе на колени и, присвистнув, позвала мутантиков на помощь. Те с силой расправили его пальцы. Похоже, она в прямом смысле говорила, когда сообщила, что прочтет его судьбу. — О-о-о, милок, ты на перепутье, — она хихикнула, — линия жизни прерывается, но продолжается, кажется, ты еще потрепыхаешься. Ты ведь видел моего главного спонсора, мистера Полайта? — она наклонилась на уровень лица Форда и дунула вверх, сдувая свою челку, но та снова упала, скрывая один ее глаза, — он путешественник во времени. Так что милок, знаешь поговорку «двум смертям не бывать, а одной не миновать», тебя, похоже, ждет все-таки две. А кто лучше в такой аномалии, — ведьма подчеркнула голосом это слово, как будто знала об одержимости Форда, — разбирается, чем сотрудники отдела антипарадоксов? — Ммм, а линия умы длинновата, тебе бы стоило быть чуть поглупее для твоего же блага. Иногда разум это проклятье, а твой мозг тебя еще помучает, ох, что я вижу, — она расхохоталась и провела длинным ногтем по его ладони. — Смотри-ка, у тебя есть линия отношений, — гигантская рука прижала Форда сильнее, прекратив его новые попытки выбраться, и заставив захрипеть от боли в трещащих ребрах, — любовь это боль, — согласно покивала Дженифер, словно он с ней согласился, — а ты, мой дорогой, ужасно колючая, дикая роза. Кому такая нужна? Слишком много проблем. А тут у нас что? Да, именно это я искала — перекресток, — она больно вдавила палец в его ладонь, — на судьбе твоей написано сделать выбор. Если выберешь неправильно, то никогда не станешь собой. Как интересно. Мальчики!.. — она махнула ладонью и гигантская рука осыпалась мелкими ручками. — Так что же ты выберешь, касатик? — ведьма наклонилась к Форду, касаясь носом его носа. — Иди к черту, — прохрипел он. — Неправильный выбор, — пропела Дженифер и щелкнула, а потом показала большим пальцев вниз. — Твои ручки станут особым сокровищем моей коллекции, — услышал Форд, прежде чем на него снова рухнула гигантская рука. И зачем надо было им рассыпаться, чтобы снова собраться? Короткий срок взаимодействия? Даже в такой момент он оставался голодным до знаний исследователем. Картер тоже почувствовала голод — но по простой мирской пищи, не духовной, стейка ей вдруг захотелось или хоть картофельного пюре, даже без мяса. Или шоколадный батончик, сбить аппетит. Да хоть стакан воды, чтобы успокоить проснувшуюся черную дыру в животе! Картер вздохнула и посмотрела на белый клен, может, ей листья пожевать, как жирафу? — Кстати, что за лягушачий зомбиапокалипсис вы устроили? — она повернулась к Джимми, хотелось прикоснуться, пожать лапку, чтобы убедиться, что они на самом деле в порядке, но Картер решила не рисковать. — Лягушачий апокалипсисис? — Когда две сотни напали на магазинчик Ма и Па, — напомнила Картер, но получила только непонимающий взгляд глаз с продольным зрачком, — когда Квакстер зачем-то залез в Форда и управлял им как марионеткой, я не знала, что вы, ребята, так можете. — Квакстер сделал что? — Джимми вылупился на нее такими большими глазенками, что стал похож на лысую, зеленую сову. — Залез в тело Форда… или только в его рот, — повторила Картер. — Вообще-то, мы так не делаем, — задумчиво произнес Джимми, — хотя… ты собиралась поцеловать этого парня? — Н-нет… я же его третий раз видела... - Картер почувствовала, как щеки краснеют, она же не только поцелуи предлагала тогда. — Ну, тогда я не понимаю. Спроси у Квакстера, как увидишь. — Да его еще тридцать лет ждать, а то еще больше! — Так сходи и спроси, — важным, женским голосом сказал жираф. — Хочешь сказать, что из чистилища есть путь на Землю? — жирафа кивнула, Картер подняла брови. — Покажешь? — Нет, но расскажу. Вы сильно шумите, так что это только на пользу мне, если уберетесь. В общем, иди в ту сторону, — жирафа показала копытом, — и лягушку свою забирай. Как туман рассется, значит, возврщаешься. — Так просто?.. — оглушенная знанием пробормотала Картер. — А у меня вместо джиллет бритва оккама, я не усложняю, — хмыкнула жирафа и захрустела кленовыми листьями. Картер присмотрелась, они теряли белизну, а золотая полоска на краях расползалась по прожилкам и предавала золотистый же цвет листьям. — Спасибо! — Картер улыбнулась и посмотрела на Джимми. — Пойдешь? Винки по тебе скучает. Аж из пустыни меня вытащил, чтобы я тебя забрала… спасла… то есть… ты, наверное, все и так видел. Джимми прыгнул ей в капюшон: — Н-н-но, лошадка, — весело квакнул он. Форд смотрел на ухожящую сгорбленную фигуру, от давления и асфиксии темнело в глазах. Но он успел заметить, как рядом с ведьмой появился еще один человек. «Полайт? — промелькнула мысль, — реально с ней работает, вот придурок». Дышать становилось все сложнее, в голове зашумело, Форд подумал, что закроет глаза на секундочку, а потом продолжит бороться. Ну, не может же он так глупо погибнуть. Картер шла в тумане, Джимми уснул в капюшоне и его тихое, клокочущее похрапывание немного разгоняло скуку. Картер пыталась найти ритм и ей казалось, что она слышит нотки Квакстеровской песни, то есть не самого Квакстера, конечно, но имя оригинального певца она постоянно забывала, да и услышала ведь сначала от своей лягушки, а импринтинг и синдром утенка никто не отменял. — Ведут сквозь туман блики млечной луны, — бормотала Картер, — все, что терял ты, найдешь… Она сделал следующий шаг и ее нога уехала вперед, проскользив. Картер плюхнулась на задницу, от толчка Джимми подпрыгнул и упал ей на голову, и потом повернулся и плюхнулся обратно в капюшон. — Что за?.. — простонала Картер, собирая конечности в кучку. В процессе вставания рука коснулась предмета, ставшего причиной столь неприятной остановки. Картер выгнула бровь и подняла его. — Книжка? Откуда здесь книжка? Картер открыла блокнот с золотистым отпечатком шестипалой ладони и цифрой два на твердой бордовой обложке. Скетчики знакомых странных существ Гравити Фолз перемежались их характеристиками и редкими эмоциональными записями. Она пролистала к концу, потом открыла с начала, но так и не увидела, кто автор. Хотя блокнот напоминал тот, что использовал Форд… Картер хмыкнула и пролистала страницы, вдруг он успел записать что-нибудь про ее сумасшедших лягушек? Между тридцатой и триадцать первой страницей оказалась квадратная карточка, как от полароидной фотографии. «Используй, — было написано там, — синий медальон. Мр. Полайт». И маленькая пиктограмма в конце фразы пририсованна в виде личика из двух точек-глазок и изогнутой линии в виде рта. Картер хмыкнула. Кто еще такой мистер Полайт? Ей подкинули этот блокнот? И что за медальон? Рисуночек рядом с подписью отвратительно напоминал маски зрителей. На мгновение Картер показалось, что за ней все еще следят, но ведь это невозможно, кто из живых способен смотреть на то, что происходит в чистилище? Она попыталась вытряхнуть эту параноидальную мысль из головы, но она прилипла. Так еще и медальон… Что за очередная ловушка? Картер вдруг почувствовала себя грязной, соверщенно не вовремя. Волосы слиплись в одну сосульку, голова чесалась, на лицо, казалось, налипла пленка, губы высохли так, что с них можно было откусывать кусочки. Карманы липкие и склизкие, пуговица на джинсах оторвалась и они держались на честном слове, съехав до бедренных костей почти неприлично. На куртке грязь и разводы, штаны снизу покрыты грязью так, словно на Картер сапоги коричневые. А уж про ботинки и говорить нечего — такое не отмоешь, только на помойку. Она вдруг и усталой себя почувствовала. И голод вернулся. Бутербродика бы с крем-фрешем и укропом… Картер нахмурилась и оглянулась, слишком приземленные чувства для чистилища. И правда, она так задумалась над карточкой мистера Полайта, что не заметила, как вышла из тумана. Старые-добрые, ненавистные стены пещеры встали по сторонам. Картер слышала крики и смех, безумные хахашечки, дублирующиеся эхом, и поспешила на звук. Джимми все еще спал в ее капюшоне, по крайне мере Картер надеялась, что он там и на самом деле жив. Только она вышла на свет, как не смогла сдержать крик: — Не-е-ет! — Картер бросилась к Фороду, которого давила гигантская рука, собранная из мелких ручек. Ведьма прервала свою смешливую тираду злобного гения и повернулась к девушке. И хмыкнула, сложив руки на груди: — Поздно ты, девочка моя, опять облажалась и не справилась. Как это на тебя похоже, Картер, милая. Картер упала на колени перед Фордом, дрожащими руками отталкивая руки ведьмы. — Нет, нет, нет, — исступленно бормотала она, встряхивая парня и пытаясь вытащить его наружу. Картер кинулась в сторону под насмешливым взглядом Дженифер и стала бросать камни в гигантскую руку, чтобы хоть немного облегчить давление на Форда. Получилось немного ее отогнать. Картер потянула его на себя, успела уложить головой на колени, как ручки собрались и снова придавили его к земде. Показалось, но он издал стон — значит, жив? Картер обхватила его ладонями за щеки. — Дыши, дыши, дыши, пожалуйтса! — она прижалась губами к его губам, сильно выдыхая, а потом, вспомнив правильный порядок действий, положила пальцы на его шею, ища пульс. Вдруг что-то привлекло ее внимани. Что-то синевато-зеленое светилось в кулаке Форда, Картер расцепила его пальцы и вытащила — медальон. — Это зеленый цвет, — раздраженно пробормотала она и крепко сжала. И чем ей поможет безделушка? — Что это там у тебя? — заинтересованно шагнула к ней Ручная ведьма, — ну-ка, покажи, мой птенчик. Я ведь и так, и так это получу, не скрывайся. Глаза Картер налились бирюзовым сиянием, она взмахнула рукой и гигантская конечность рассыпалась на мелкие. Картер взмахнула другой рукой и стены с потолком задрожали. — Ну-ка, милочка... — продолжала уговаривать ведьма наигранно сладким голосом. — Я отрицаю, — тихо и уверенно произнесла Картер, повернувшись к ней и вытянув вперед руку, — ты останешься с пустыми руками. Больше никаких шоу, никакой оплаты, Дженифер! Пещеры задрожали еще сильнее, толчки, как в семь баллов по шкале Рихтера, заставили трястись сталактиты сверху, сталагмиты снизу и сталагнаты, сросшиеся в колонны. — Прочь! — крикнула Картер и свет, лившийся из ее глаз, стал жестче и ярче. Камни затрещали, сверху посыпалось, от одного гигантского идеально ровного сталактита, упавшего на пол, образовалась гигантская дыра. Картер повернула взгляд на Форда и, подчинившись невиданной силе (магия скорее всего), он поднялся наверх. Вот только, в то время, когда Картер не смотрела на ведьму, она успела броситься на них. — Нет! — Картер все-таки увидела ее краем глаза и крепче сжала медальон. Упал еще один сталактит и по земле поползли трещины!.. И в такую трещину упала Ручная ведьма, только крик и был слышен. Ручки бросили за ней, как лемминги; Картер чувствовала, что глаза у нее мигают, как сломанные фары, и, пока сила медальона не кончилась, направила в этот разлом еще парочку сталактитов, запирая. Как раз вовремя. Медальон погас, а сверху, на Картер упал Форд. Она лишь простонала ворчливо и откинулась назад, роняя голову на пол. Живы? Все-таки живы и более-менее целы? Последняя мысль всколыхнула ее и Картер попыталась вылезти из-под Форда. С трудом, но и это получилось. Она прижала пальцы к его шее. — Кхм, кхм, юная леди, — бархатным, но каким-то склизким голосом сообщил кто-то за ее спиной, — позвольте, но этот юноша, м-м-м, нуждается в более совершенной помощи. — И что ты предлагаешь, мистер Полайт. — Ох, мы знакомы, юная леди? Картер наполовину повернула голову и прищурилась: — Ты написал мне о медальоне. Так что убить меня, как ведьма, не хочешь, — она сделал вывод, в который хотела верить, — поэтому я спрашиваю, что ты предлагаешь, чтобы ему помочь, мистер Полайт? Мужчина обошел ее и присел у тела Форда, а потом протянул руку выверенным, изящным жестом. Картер вложила медальон и подняла бровь. Она не могла перестать держать Форда, ей жизнено важно было чувствовать, что он дышит — и он ведь дышал, пусть тихо и прерывисто. Картер положила блокном ему в карман, словно присутствие любимой вещи могло помочь. Полайт с улыбкой надел медальон на черной ленте и сжал его левой рукой. — Видентис омниум. Магистер ментиум. Магнезиум ад хоминем. Магнум опус. Хабеус корпус. Инсептус ноланус оверратус. Магистр ментиум! Магистр ментиум! Магистр ментиум! Форд открыл глаза, они светились ровным бирюзовым светом, но в них не было разделения на зрачок и радужку, словно лампочки воткнули ему в череп вместо глазных яблок. Полайт провел рукой над его лицом и открыл рот — и сразу же, словно это послужило спусковым крючком, хотя скорее поворотом крана — изо рта Форда потекла черная жижа. — Что происходит? — не надеясь на ответ, выдохнула Картер. — Спасаем Пайнса, — с улыбкой произнес Полайт. — Это я вижу, — ворчливо отозвалась она, — но эта черная штука, что это? — Проклятье, — так же особо не отвечая, а только вызывая новые вопросы, сообщил Полайт. — Ведьма прокляла? — Дженифер, порой, очень эмоциональна… — Дурная ведьма…