Самые яркие звёзды

По приезду домой, Юнги первым же делом закрылся в комнате, дабы не видеть лица своих родителей, которые достали его лишь за три часа поездки. Он жутко вымотан и, кажется, разбил сегодня кое-кому сердце. Это такое ужасное чувство, ведь ему тоже больно, ведь он прекрасно знает каково это. Как себя чувствует человек, который больше никогда не увидит свою любовь. Он уверен, что когда-нибудь встретит его ещё раз, но он сделает ради этого всё, что угодно. Надеемся, твои мозги встали на место, — в голове прокручивается мерзкий голос матери, которая вместо того, чтобы поинтересоваться его самочувствием и спросить, как у него дела, сказала то, что обидело и, в какой-то степени, даже разозлило Юнги. Его отец даже не поздоровался с ним. Иллюзия хорошей и дружной семьи вот-вот рассеется. Кинув рюкзак на кровать, а сумку с вещами рядом со шкафом, он достаёт мобильный телефон, чтобы проверить социальные сети и сообщения, ибо в деревне он был отстранён и от связи и от в то время ненужного интернета. Огромное количество уведомлений сразу же высветилось на экране, но в основном это были сообщения от его друга. Ты где пропадаешь? Юнги, ты жив ещё? Я приходил к твоим родителям, они сказали, что ты занят, что происходит? Ты вообще в городе? Почему твой номер недоступен? Окей, явно что-то неладное, позвони мне, когда получишь мои сообщения. Это была лишь маленькая часть того, что ему писал друг на протяжении почти двух месяцев. Он и правда не предупредил его, что уедет, но у него есть шанс всё сейчас обсудить. Как только начались гудки, то трубку сразу же сняли, ведь обычно он долго не отвечает. — Юнги! Ты жив?! — И тебе привет. — Ты где пропадал всё это время? Был занят на протяжении месяца и более? Что-то мне не верится… — Ох, Тэхён, нам столько всего нужно обсудить, — Юнги встал с кровати и решил, что рассказывая о его деяниях в деревне, он начнёт разбирать рюкзак. Он не до конца был уверен, что сейчас готов обо всём поговорить, однако Тэхён его поймёт и примет, поэтому он совершенно не сомневался в доверчивости своего друга. — Только не говори, что ты спал всё это время и тебе приснилось, что твои родители отправили тебя в психушку, — усмехнулся парень. — Ты идиот? Не знаю, что ты там себе надумал, но нет, — расстегнув молнию рюкзака, он положил телефон рядом и поставил вызов на громкую связь. — Да у меня даже в голову ничего не лезет, вообще никаких догадок. А ещё, я покрасил волосы в синий. Точнее, он уже немного смылся, поэтому сейчас выглядит голубым. — Можно я пошучу? — он пытается разрядить обстановку, но речь не идёт о разговоре с Тэхёном и даже не о его обстановке в комнате, совершенно нет. Речь шла о том, что происходит у него внутри. Он собирается поговорить обо всех переживаниях и обо всём, что с ним случилось прямо сейчас, хоть всё также до конца не уверен в своих действиях. Но никому другому он не может об этом рассказать. Прямо сейчас он вспомнил о том, что сейчас чувствует Чимин, и понял, что ему-то точно некому всем поделиться, кроме своего блокнота. Ему от этого становится ещё грустнее. Он определённо сходит с ума, раз внутри у него всё рушится, но в разговор он всё равно старается вбрасывать какие-то, вроде как смешные, фразы, однако всё равно от этого ему не становится легче. А станет ли когда-нибудь? — Нет, нельзя. Я уверен, твои волосы сейчас в ужасном состоянии, и, давай угадаю, твои волосы сейчас белые, а корни чёрные, верно? — Верно-верно, умник, — он достаёт ноутбук и ставит его на зарядку, а после остальные вещи из рюкзака и начинает раскладывать всё по местам. Сломанные наушники, пенал с парой ручек и простых карандашей, нотная тетрадь и одеколон. — Так что стряслось-то? — В общем, всё началось с того, как… — Юнги достал его клетчатую рубашку из рюкзака и заметил листок, сложенный пополам. Ему он сразу стал знаком, ведь такие листы он точно ни с чем не перепутает. Дрожь пробежала по телу, отдаваясь сильной болью в висках, и он напросто забыл о его диалоге с другом. — Эй, ты тут? Он развернул листок и увидел строчки, написанные уже известным ему почерком. Почерком Пак Чимина. Вроде таким знакомым, но таким далёким. Таким близким и неизвестным. Это был стих. Прочитав одно четверостишье, он сначала не понял, о ком он или о чём, но продолжив чтение, он впал в ступор. Он словно шёл, а потом перед ним появилась стена. И лишь когда он отвернулся от неё. В противоположную сторону, в прошлое, то сразу начал всё понимать. — Юнги-хён? — протянул Тэхён. — Я… — в горле пересохло от наступивших эмоций. — Я потом тебе перезвоню, — и сбросил трубку, сосредоточившись лишь на этом листке, вырванном из блокнота. Он ещё не до конца понимал свои чувства, зато прекрасно понимал чувства Пака. Если бы у него была возможность, то он бы отправился прямо сейчас к нему и забрал бы к себе, не отпуская больше никогда. Как жаль, что его родители этого не допустят. Как жаль, что его никто не поймёт, кроме одного человека. Кроме человека, который был заинтересован в нём с самого начала, которому было наплевать на его резкие и грубые действия по отношению к нему, ибо Чимин всегда верил и понимал, что за этой маской скрывается добрый и замечательный человек. Голова начинает болеть ещё сильнее, когда он вспоминает, что причинил ему боль. Однако, ничто не лечит прошлое лучше, чем время. Эта цитата висит у Юнги на стене, поэтому каждый раз, когда он садится за стол, то видит распечатанный черный по белому текст, на душе становится как-то легче. Благодаря этой цитате он многое пережил и не сдался даже тогда, когда упал на то самое дно, из которого, как ему казалось, невозможно выбраться. Сейчас он понимает, что единственным человеком, что спас его, был именно он, Пак Чимин. Юнги не помнит, когда последний раз плакал из-за кого-то. Вероятно, никогда, оттого он и начинает чувствовать себя таким жалким в тот момент, когда солёная слеза сползает вниз по щеке, а после падает с подбородка, разбиваясь о его чёрную кофту, впитываясь в хлопковую ткань. Ему больно, однако Чимину сейчас больнее, он определённо знает это. Подключив телефон к колонке, он ищет одну из своих любимых песен. Его вкусы в музыке необычны, ведь то, что он слушает, зависит от настроения. Например сейчас, он заходит в свой плейлист с названием «it hurts» и включает песню, которая всегда успокаивает его: Dean Lewis — Be Alright. Он услышал эту песню в кафе, когда зашёл взять себе кофе. Настроение в тот день у него было паршивое, поэтому, когда он услышал строчки этой песни, эту мелодию и приятный голос вокалиста, то понял, что вот, это именно то, что ему было нужно. Обычно, он слушает альтернативную музыку и какие-то американские поп группы, но не отрицает, что иногда его тянет и на рок и на грустную музыку. Песня сразу начинается со слов и фортепиано на фоне, а после подключается гитара и слова звучат более громко. «Я поднимаю глаза наверх, Чтобы посмотреть в твои грустные глаза, полные слёз» Эта песня определённо не про него, не про Чимина и вовсе не про них. Однако, некоторые строчки и правда напоминают ему об этом мальчишке со светлыми волосами. С такими же светлыми как и он. Как и его душа. «Ты смотришь в другую сторону И я вижу, что ты что-то пытаешься скрыть» Юнги обидно, что он не узнал мальчишку получше, что сам не разгадал все загадки парня, что стремился разгадать всё, касающееся Мина. Но у него бы не вышло, ни за что. Никто не знает Юнги лучше, чем он сам. А о его загадках и речи быть не может, это определённо не дело какого-то Чимина. Почему какого-то? «Это чувство предательства, оно не отпускает меня И всё, что я знаю, подсказывает мне, что мне стоит уйти.» Мин вдруг понимает, что совершил огромную ошибку, но если бы не сделал то, что сделал, то было бы только хуже. Он просто избавился от худшего для них будущего. И для него и для Чимина. И у Юнги есть на то причины, потому что Чимин — очень родной ему человек. Но ещё больнее от того, что Чимин совершенно не знает о его чувствах. Тот, наверно, сейчас сидит в комнате или на чердаке и убивается, ненавидя всё, что связано с Мином. Потому что он успел изучить Пака и понять то, насколько тот наивный и открытый, даже если старается скрывать свои настоящие эмоции. У него это ужасно выходит, поэтому Юнги понял ещё тогда, когда они сидели на пианино в первый раз, когда Пак пытался сыграть то, что звучало из ноутбука, а Мин сказал, что тот делает всё не так и показал ему, как правильно. Он ещё тогда увидел тот взгляд на себе. Такой изучающий, такой заинтересованный, такой… «Он ничего не понял, он даже не думал о песне, он хочет видеть Юнги, играющего на пианино, Господь, если ты слышишь, не останавливай этого беловолосого парня, приклей его руки к пианино, а задницу к стулу, это ведь искусство. — В-вроде да, хотя… — Чимин хочет сказать «можешь ещё?», но хлопающая входная дверь нарушила этот процесс, заставив обоих парней вздрогнуть.» …влюблённый. Следить за развивающимися чувствами Чимина, за его эмоциями, за покрасневшими щеками и запинками в предложениях было лучшим за всё это время, проведённое в деревне. Следить за тем, как он смотрит на старшего, думая о том, что тот не замечает этого, а ведь Юнги всегда чувствовал на себе этот пристальный взгляд. Так тяжело любить человека, начинать с ним сближаться, а потом резко отталкивать при воспоминании о том, что у него есть одна огромная проблема, которая сделает всё против них. Против всего, что у них было, есть и могло бы быть. Огласить Юнги эту проблему пока что не может. Он даже думать об этом не хочет, это его злит и заводит совершенно в другие стороны сознания, а сейчас он хочет думать лишь об одном человеке, который сейчас страдает. Которому он разбил сердце. Сконцентрировать все свои мысли на нём и ни на чём больше. «Но ничто не лечит прошлое лучше, чем время И никому не под силу украсть любовь, Которая суждена тебе с рождения» Может, им стоит забыть обо всём, что было? Может, так будет лучше? Пройдёт время, чувства остынут, и они разойдутся по разным дорогам, уже не припоминая о том, что когда-то они что-то чувствовали. Друг к другу. Только вот Юнги не подумал о самой горькой правде: настоящие чувства живут вечно. Они не угасают и вовсе не исчезают, они становятся твоей частью. Без них — ты не ты. Юнги лёг на кровать и прижал этот листок к груди, прямо к тому месту, где находится сердце. Песня продолжала играть, а как только закончилась, то началась снова, ведь Мин поставил её на повтор. Интересно, что сейчас делает Чимин? Как он себя чувствует? Вероятно, плохо. Он ненавидит Юнги? Определённо да, ведь после того, что тот сделал, вряд ли можно продолжить любить дальше. Можно лишь продолжить любить под слоем ненависти и злости, отчаяния и разочарования. Любовь не исчезнет в мгновение ока, ведь появляется она тоже не быстро. Любовь разрастается ветками по телу, по сердцу и по душе, любовь делает этот мир прекрасней. Любовь — это мурашки по коже от одного лишь взгляда. Любовь — это бешено бьющееся сердце, звук которого не скроешь даже шумом кипящего чайника или звонким голосом Чимина, который всегда пытался что-то рассказать. Любовь — это те самые бабочки в животе, которых становится всё больше и больше. Любовь — это умиротворение на душе, это покой вперемешку с безумием, это сумасшествие. Любовь — это постепенно разрастающаяся рана из-за расстояния. Боль в сердце, затруднение дыхания, дрожащие руки. Любовь — это Пак Чимин. Возможно, Юнги не влюблён в него. Вероятно, он его любит. 

***

Jacob Lee — Ghost

Дождь на улице отбивал барабанный ритм, разбиваясь каплями о крышу и окно, свет из которого еле освещал небольшую комнату. На столе лежал открытый блокнот, чёрная ручка и кружка с остывшим чаем, а рядом таблетка, которую никто не выпил. Цветы начинали вянуть, ведь их уже несколько дней никто не поливал, но никого это не волновало кроме рыжего кота, который сидел на подоконнике и смотрел в окно. Его шёрстка была идеально расчесана, ведь он не выходил на улицу уже несколько дней и сидел дома, где за ним ухаживали, а зелёные глаза наблюдали за каплями, стекающими по окну, за колышущимися из-за ветра деревьями и за огромными серыми тучами. Уже несколько дней идёт дождь, смывая всё существующее с этой планеты. Пак пошутил, что чувствует сейчас себя тучей, только вот шутка-то имела совсем не смешной посыл. Кажется, слёзы, потеря веса и головная боль будут всегда напоминать Чимину о начале августа этого года, ведь никаких других ассоциаций он не находил. Он открыл глаза и увидел своего кота, который сразу повернул голову на звук, исходящий от кровати, ведь парень стал ворочаться. — Ты чего здесь делаешь? — хрипло, сонно и одновременно с тяжестью произносит Пак, потирая глаза руками. Кот на вопрос не ответил, но Чимин видел, что тот здесь только ради него. Этот рыжий комок шерсти словно был призраком, который приходил к нему в моменты отчаяния, грусти или когда тот просто в нём нуждался. Он словно видел все переживания своего хозяина, понимал, когда нужно быть рядом, а когда лучше не беспокоить. Он, вероятно, наделён великой мудростью, раз так разбирается в эмоциях и чувствах человека, также в их потребностях. Чимин не заслужил своего кота, как он считает, ведь такое золото заслуживают лишь такие же великие существа, как и это рыжее чудо. Пак чувствовал себя очень неопределённо. Ему то хотелось плакать, то кричать, то вообще ничего не хотелось. То его раздражал вечно льющий дождь, то он просто смотрел в окно часами, пытаясь утихомирить своё внутреннее сострадание и подавленность, накрытое капюшоном равнодушия. В нём ликовал двуличный человек, который пытался забрать разум Чимина, не оставив там ни следа от прежней улыбки и доброты. Кот также сидел и смотрел в окно, шевеля хвостом из стороны в сторону, будто старался вытереть им всю пыль. Интересно, что сейчас делает Юнги? Как он себя чувствует? Вероятно, хорошо. Он ненавидит его? Определённо да, ведь после того, что сделал Юнги, вряд ли можно даже посмотреть друг другу в глаза. Зачем он думает о нём? Эти воспоминания впивались в сердце маленькими осколками, а их диалоги и то, как Юнги улыбался, режут сердце с каждой секундой всё глубже, причиняя всё больше и больше боли, от которой Пака сейчас просто вырвет. Все эти цветы, которые расцвели у него внутри с его любовью к Мину, начали вянуть; бабочки, порхающие у него в животе каждый раз, когда они разговаривали, уже давно сдохли, а эта влюблённость и блеск в его глазах начали убивать его самого. Все самые лучшие и самые прекрасные эмоции начали действовать против него, всё, что он так любил, стало уничтожать этого молодого парнишку, который только-только разобрался в своих чувствах. Возможно, Чимину нужно забыть об этом, просто выкинуть Юнги из своей головы и продолжить жить дальше, жить настоящим и будущим, не задумываясь о прошлом ни на секунду. Но суть в том, что у него не получится. Не получилось, не получается и не получится н и к о г д а. Сколько раз он старался занять себя чем-то, сколько бы он не пытался прочитать какую-нибудь книгу, написать какой-то стих или просто подумать о его планах на будущее, всё сводится только к тому, что произошло несколько дней назад. Он ненавидит Юнги всеми фибрами своей души, мысли о нём просто ломают ему голову и нервную систему, которая итак очень сильно пострадала. Если переосмыслить всю ситуацию, то поначалу Чимин просто отрицал случившееся, он старался не принимать всё близко к сердцу, ведь с самого начала не надеялся на счастливый финал. Он знал, что всё так и будет, но почему ему всё ещё так больно? Почему? Чёрт знает. Затем пришла злость: на себя, на Юнги, на весь этот мир. Он бежал по полю, топча все цветы и растения, что раньше так любил и защищал, ему просто было плевать на всё, кроме разочарования. Не в Юнги, а в себе. Он разочаровался в том, что у него снова ничего не вышло, что снова всё получилось не так, как он хотел. Он впервые влюбился, и что из этого вышло? Какое существительное подойдет больше: ничего или боль? Разбитое сердце или слёзы? Пиздец или пиздец? Потом он пытался пойти сам с собой на компромисс. Может, это было ему жизненным уроком и он больше не будет совершать таких глупостей в будущем? А было ли это глупостью? После он просто впал в депрессию, отказываясь от приёмов пищи и других потребностей. Он просто не выходил из комнаты несколько дней, питаясь лишь кислородом, слюной и собственными слезами, омывающими его лицо лучше специального геля для умывания. Принятие, к сожалению, ещё не пришло. Хорошо это или плохо никто не знает, даже сам Чимин. Принять ситуацию и смириться со всем произошедшим, закрыть на это глаза и забыть как страшный кошмар было в его планах, но они ещё не были отмечены галочкой или зачёркнуты горизонтальной линией, чтобы понять, что это выполнено. Возможно, с течением времени всё пройдёт, эта прожигающая всё внутри боль пройдёт, а душа не будет болеть, и он спокойно вдохнёт полной грудью и снова станет прежним, жизнерадостным Пак Чимином, что так любил природу, читать книжки, рисовать и писать стихи. Который так любил смотреть на ночное небо, на миллиарды звёзд и встречать рассвет, лёжа на сырой траве в поле, уединяясь с природой. Он так любил приходить рано утром на пристань и смотреть на эту спокойную воду в озере, на то, как она сливается с этими золотыми и розовыми красками неба, на котором солнце вырисовывает различные пейзажи и великолепные картины. Где этот Пак? Вероятнее всего, застрял во времени. Ему давно надо бы задуматься об образовании, об университете, в который он хочет поступить, хоть и его отец против того, чтобы тот покинул родные окрестности и уехал в большой город. Чимин хочет петь. Возможно, он пройдёт где-нибудь прослушивание. Возможно, он пойдёт учиться на художника и станет знаменитым. А может он всё-таки останется в деревне и будет всю жизнь один, а его единственной любовью так и будет звёздное небо, природа и Мин Юнги. Сейчас ему главное жить дальше и не думать о прошлом, а если и думать, то только о хорошем, ведь нельзя забывать свою историю и собственные ошибки, на которых мы должны учиться. Будь это плохой поступок или влюблённость в Мин Юнги. Возможно, Чимин не забудет его как страшный кошмар, он, скорее, примет всё то, что было, за сон. Не страшный, не фантастический и не странный сон. Он примет это за что-то новое, за что-то такое неизведанное и интересное, но одновременно жуткое и неописуемое. Он примет это за сон, в котором тебе показали всё, а потом это «всё» отняли, не сказав ни слова в своё оправдание. В случае Пака этим «всем» был Мин Юнги, но он определённо больше не будет убиваться, ведь это было бы действительно глупо. Тот подарил ему эти чувства, это щекотание в груди и бурю ощущений и эмоций, которые не давали ему потом уснуть. Тот подарил ему эту влюблённость, ведь в те дни, когда старший был рядом, то весь мир казался Чимину чем-то прекрасным, чем-то невероятным. Будто он попал в космос и ему провели экскурсию по самым красивым и необычным планетам, а напоследок подарили самую настоящую звезду, что светила так ярко. Но если бы ему и правда подарили ярко светящуюся звезду, то он бы ответил, что она недостаточно яркая и плохо светит. Ведь единственная звезда, которая может светить ярче всего на свете, — это Мин Юнги. Он бы сделал всё, что угодно, ради того, чтобы увидеть его вновь. Даже если тот будет против, даже если тот будет отталкивать его и бросаться оскорблениями. Он должен вновь увидеть то, что Юнги действительно так ярко освещает мир Пака. Он должен вновь понять, что чувствует. Возможно, Чимин не влюблён в него. Вероятно, он его любит.