Магическая кругосветка

«Те, кто наблюдают за картой, редко знают, где находится сам компас».

      Я вернулась к мастерской Зонтовой ближе к закату — с обоими носками в рюкзаке и смутной надеждой, что теперь получу инструкции, поздравление, а лучше — ответы.       Ничего этого не случилось.       Табличка на двери исчезла. Шторы были опущены. Дверь — закрыта. Я подёргала ручку, толкнула плечом. Магическая ткань, ещё утром мягко приветствующая, сегодня будто не замечала моего присутствия.       — Серьёзно? — прошептала я в пустоту. — Я что, должна была сшить их вместе? Или постирать перед возвращением?       Сделала круг по улице. Вернулась. Открыла компас — нить была вялая, почти спала. Смотрела будто внутрь себя, а не наружу.       И только когда я подошла к витрине, заметила на старом манекене что-то новое: бирку, пришитую к выцветшему пеньюару. На ней были буквы:

«Нитка найдёт путь. Следующая петля — за поворотом».

      Я бы закатила глаза, но было немного не до того. По крайней мере, это значило, что задание выполнено. Меня видели. Меня ведут.       Оставалось лишь понять — куда.

***

      Когда я вернулась в бар, Алек выглянул из-за стойки с тем самым видом, который у него бывал только в двух случаях: когда кто-то заказал латте с мятой, или когда он заметил что-то странное.       — Ты случайно не поссорилась с какими-нибудь загадочными дядями в мантиях? — спросил он вполголоса.       — Пока нет. А что?       — Минут двадцать назад кто-то заходил. Спрашивал про тебя. Я сначала подумал — может, кто-то от родителей. Мол, девочка с рюкзаком, тёмные волосы, «немного не в себе». Но тип слишком вежливо не называл имени и слишком внимательно разглядывал все входы и выходы.       Я замерла. Пальцы сами потянулись к карману, где лежал компас. Он был едва ощутимо тёплый. Будто знал, что время вышло.       — Думаешь, это связано с ним? — спросила я, не вытаскивая.       Алек пожал плечами:       — Не знаю. Но если бы хотел найти кого-то, кто вляпался во что-то странное — начал бы с таких вот вопросов.       В этот момент мимо окна скользнуло что-то быстрое. Фигура. Силуэт в длинной мантии прошёл мимо входа и будто замедлился. Я метнулась к рюкзаку, Алек выпрямился.       — За мной, — бросил он и направился к задней двери. Я шла следом, стук сердца отзывался в ушах.       Мы свернули в узкий коридор за кухней, потом на склад, и наконец — в подвал. Я никогда туда не заглядывала. Алек щёлкнул пальцами, и лампа на потолке зажглась, обнажая кирпичные стены, пыльные коробки и... старую деревянную дверь, вросшую в стену так, будто она была здесь ещё до постройки всего остального.       — Это что? — выдохнула я.       — Я сам до конца не знаю. Иногда от неё идёт тепло. Иногда — слышно, как за ней будто бы кто-то шепчется. Я не трогал. Шарп на вопросы не отвечал. Но если ты принесла с собой неприятности, лучше попробовать пройти через эту дверь, чем ждать, пока нас найдут.       Он ещё не успел договорить, когда сверху раздался глухой звук. Затем второй — уже ближе. Кто-то вошёл в бар.       — Может, клиент, — прошептала я.       — Может, — лаконично ответил Алек. Мы оба сомневались в этом.       Я достала компас. Нить внутри дрожала — а потом резко потянулась в сторону двери. Я подошла ближе. Положила ладонь на дерево.       Щелчок.       Доски начали расходиться, медленно, со скрипом. За ними — не просто проход. Свет. Тёплый, зыбкий, будто от ламп в тоннеле. Ветер с той стороны пах свежестью и чем-то влажным, как будто там только прошёл дождь.       А позади — шаги. Два, три, тяжёлые. Кто-то уже был в коридоре.       Алек схватил меня за руку.       — Прыгаем? — спросил он.       Я кивнула. Даже не думая.       — Прыгаем.       Мы нырнули в свет, который был слишком мягким, чтобы быть реальным, и слишком тёплым, чтобы быть сном. На мгновение всё исчезло: и шаги, и бар, и город, и даже вес тела. Только вспышка — как будто нас сняли на старую плёнку.       А потом мы упали.

***

      Упали мы не больно. Скорее — как будто нас посадили. На булыжную мостовую.       Я подняла голову. Небо над нами было тяжёлым, сизо-серым, с низкими облаками, как будто они пытались раздавить крыши. Улица вилась по склону холма, дома были с узкими фасадами и готическими крышами, а вывески писались на чешском. Прага? Даже если я не знала этого точно, воздух здесь пах историей и недосказанной магией.       Алек медленно встал, стряхнул пыль с коленей и посмотрел на меня.       — Ну... теперь мы официально потерялись.       Я достала компас. Он снова дрожал. Нить поворачивалась — медленно, словно принюхиваясь к воздуху.       — Кажется, он знает, куда идти, — сказала я.       Алек усмехнулся:       — Хоть кто-то из нас.