Camomilla

***

      Хосок немного нервничает. Его потряхивает от предстоящего разговора, но поговорить надо. Родители дико бояться за его младшего братишку и попросили обеспечить хорошую защиту, ведь тоже знают, что в каждой школе есть такие группировки, но общей главой всех является Мин Юнги, правая рука которого Чон Хосок. Но даже эта должность не спасла его от наказания и от того, что, скорее всего, Мин откажет в просьбе, но попробовать стоит. Он набирает воздуха в легкие и на выдохе стучит в дверь.       — Хен? Мы можем поговорить? — Чон заходит в прокуренное помещение и видит Юнги на диване, а рядом с ним блондинчик. Мин рычит достаточно громко из-за того, что его прервали, но мягкие поцелуи Пака в шею и его запах рядом успокаивает.       — Да, конечно, проходи, садись, — Юнги укладывает голову Чимина к себе на коленки и мягко вплетает длинные пальцы в его шелковистые волосы, начинает поглаживать. Чимин урчит еле слышно, замечая, как старший расслабляется.       — А мы можем обсудить это наедине? — осторожно спрашивает Хосок, присаживаясь в мягкое и большое кресло на колесиках и подкатывается ближе к дивану, внимательно смотря на Чимина, намекая, чтобы тот свалил, но тот лишь смотрит в ответ и даже не шевелится.       — Он меня успокаивает, и если ты хочешь сейчас же закончить разговор и увидеть свои собственные переломанные кости, то да, он может выйти, — спокойно говорит тот продолжая гладить омегу по голове, а тот еле видно улыбается.       — Ладно, собственно не важно, в общем, я хотел бы попросить тебя… — он на секунду замолкает и сверлит взглядом свои руки, не решаясь больше смотреть Мину в глаза, и думает, как же будет правильнее сказать это все, чтобы тот понял и не убил.       — Я знаю, о чем ты хочешь попросить, Хосок, — Юнги улыбается, ведь знал, что Чон придет попросить за брата, поэтому его эго сейчас дико ликует.       — Ну, так ты возьмешь его к нам? — он все же смотрит ему в глаза, а потом переводит взгляд на Чимина, который ничего совсем не понимает и пытается вникнуть.       — Хоуп, вот скажи, а собственно, какого хуя, я должен соглашаться? — он начинает рычать слегка нервно дергать второй рукой, которая не в волосах Пака, но тот берет ее в свои две и целует, успокаивая, за что Хосок ему неимоверно благодарен. Юнги слегка расслабляется и гладит второй рукой тыльную сторону руки Чимина. — Если ты постоянно ослушиваешься моих приказов, почему я должен защищать его, м?       — Я больше не ослушаюсь, хен, ты же знаешь, мне родители башку открутят, если с Чонгуком что-то случится. Поэтому я готов на все. И кстати, когда мне ждать наказания за Чимина? Уже прошло много времени. — он смотрит на Чимина, а тот мягко как-то улыбается, что даже Чон выдыхает.       — Наказания не будет, Чимин попросил оставить тебя в живых, хотя я уже ребят напряг, и мы вырыли прекрасную могилку прямо для тебя. Поэтому, если ослушаешься еще хоть раз, она тебя все еще ждет, понял? — он строго посмотрел на него, но уже без злости и Хосок кивнул.       — Так что на счет Чонгука? Он через 2 года пойдет сразу в последний класс старшей школы, сейчас на дому учиться и только задания ходит брать, сделаешь его главой банды в нашей школе?       — Хорошо, но я тебя предупредил. Надеюсь, ты меня услышал. Пусть зайдет ко мне, когда время придет, а куртку возьми на складе и про тату у Сынхо не забудь.       — Спасибо, хен, — Чон встал, поклонился и выдохнул с облегчением.       — Все, вали уже, — после этого Хосок еще раз его поблагодарил, пожал руку и вышел из помещения. Как только дверь захлопнулась, рот Чимина открылся, ведь у него было просто куча вопросов.       — Юнги-я, — тянет Пак пытаясь привлечь внимания и добивается этого.       — Что, детка? — он продолжает гладить его по волосам, так хорошо и приятно.       — А почему Хосок пришел за два года, чтобы договориться? — с интересом Чим задает самый волнующий вопрос.       — Потому что стать главой банды в школе хотят многие. Некоторые приходят и за три года договариваются, ведь управлять группировкой очень почетно, да и просто состоять в ней тоже. Группировки в школе могут менять, и решать, кто в них будет входить могу только я или главы каждой школы. В этом году я закончу школу и пойду в универ, а главой в школах будешь никто иной как ты, но без меня все равно не справишься, да и я буду у тебя зависать, поэтому за оставшееся время, пока я еще тут, я будут учить тебя и рассказывать, что и как работает. Главное, если тебя кто-то не будет слушаться, можешь пригрозить мной, потому что я, когда стану управлять университетскими группировками, стану еще популярнее и знать и бояться меня будут еще больше. В любом случае не бойся и если что — зови меня.       — А если я не справлюсь? — как-то неуверенно говорит блондин, — все-таки я омега, и альфы не будут меня слушать, — Юнги замечает его страх и боязнь за ответственность, поэтому гладит по маленькой пухлой руке.       — Справишься, перед уходом я представлю тебя главам школ, их не так много, человек 100, не больше, — Чимин поднимается и усаживается тому на колени, утыкаясь носов в шею и вдыхая такой родной аромат кофе. Юнги обнимает его крепко и гладит по накаченному бедру.       — Мне ведь всего 16, какие еще 100 человек, я со своим другом одним-то еле справляюсь, тем более он не очень рад тому, что мы встречаемся. Он говорит, что ты бандит и не лучшая пара для меня, — Мин на это только фыркает и обнимает крепче и потом отстраняет голову Пака от своей шеи и смотрит ему в глаза.       — Мы самая лучшая пара и пусть твой друг сначала себе истинного найдет, а потом выебывается.       — Он бета, поэтому истинного у него нет, — Чим тяжело вздыхает, — хорошо, что у меня есть ты, — он улыбается и мягко чмокает альфу в губы.       — Э, не-ет, — тянет тот, — так дело не пойдет, — он ухмыляется и притягивает свою омегу ближе и целует глубже, но осторожно и нежно. После того, как он видел растерзанные губы этой булочки, он ни разу не целовал его жестко. Ему не хотелось, чтобы Пак плакал. Его омега никогда не будет плакать из-за боли. — И кстати, я возглавил школьные группировки в 14, а ты в 17 возглавишь, так что ты еще лучше меня справишься.       — Ох, надеюсь, ты прав, — он крепко обнимает своего альфу и пытается думать лишь о хорошем, и о том, что все это правильно.

***

      Время пролетает достаточно быстро. Все тесты и зачеты давно сданы. Вот и конец года подкрался совсем тихо. За это время Тэхен до конца пришел в себя, не без помощи лучшего друга, конечно. Он начинает еще лучше учиться, чтобы не думать о своей проблеме и полностью окунается в знания. В школе его уже считаю за бесячего ботаника-бету, но спасает дружба с Чимином и Юнги. Тэ чувствует себя комфортно в их компании хоть все еще против такой истинности друга. Но смотря на их отношения, он даже завидует им, ведь ему такое больше не светит. Конечно, он радует родителей прилежным поведением и высокими баллами, но в душе он не счастлив. Даже рядом с любимыми друзьями и с перспективой, что он будет правой рукой Чимина. Юнги не был против, он знал, что любимому можно доверять и если он хочет сделать Кима главой нашей школы, то препятствовать не будет, за что тот ему благодарен. Конечно, Паку все еще страшно. И Мин все равно приходит к нему каждый день и спрашивает как дела, и помогает, если надо. Омеге справляться с званием главы в разы сложнее, но Чимин старается и очень хочет соответствовать предыдущему. Тэхен пока не особо знает, что ему делать будучи заместителем, поэтому тупо продолжает зубрить. Оказывается быть ромашкой среди гадких роз очень сложно. Все колются и пытаются поранить. Но с прошествием времени, Ким понял, что уже никогда не будет прежним. Он активно старается удержать свой статус мягкого и беззащитного беты, но новая должность не позволяет. Чимин и Юнги заставляют быть жестче с подчиненными, заставляют выставить те шипы, которых никогда не должно быть у ромашек. Поэтому он просто превращается в дикую. Которые, когда-то разрушили его жизнь, но он об этом скорее всего никогда не узнает. Тэхен надевает кожаную куртку и ему набивают временное тату, как главе школы. Теперь те, кто его ненавидел и презирал, продолжают ненавидеть, но подчиняются, ведь Ким и впрямь стал самой ядовитой и дикой ромашкой. Он продолжает хорошо учиться и тем самым заставляет подчиняться почти всех, но непоколебимым остается лишь друг, ведь он на ступень выше. И Пак даже рад, что выбрал Тэ своей правой рукой, ведь тот ему сильно помогает и решает многие проблемы. С каждым днем он думает о том, что быть бетой не так уж и плохо и будь он омегой, то сейчас не смог бы быть строгим. Иногда он начинает благодарить судьбу за такой подарок. Особенно когда нужно разнять дерущихся мудаков и те, еще издалека заметив огненный взгляд Тэ, перестают драться и получают заслуженное наказание. Иногда Ким лезет на чужие территории, но кто ему что скажет? Если сам Пак просит разобраться, то друг не откажет. Тем более он настолько умен, что на домашку уходит все меньше времени, а на разборки все больше. Родители начинают и сами пугаться такого сына. Сокджин часто плачет и не понимает, куда делось их маленькое и мягкое солнышко, а Тэ тем временем становится все голоднее и злее. И теплеет он только рядом с друзьями, когда расслабляется. А Юнги, когда видит такого Кима, то гордится своей работой и часто того хвалит, особенно за помощь Паку, которому не очень сладко, но он хорошо справляется, да и сам стал жестче, ведь понял, что по-другому нельзя. Прошло немного времени, но как же сильно изменились люди. Мин возглавил универы и теперь крышует там, но к мелким все равно часто приходит, ведь там его истинный.       Еще через месяц Юнги с Хосоком приходят отдохнуть к младшим. Юнги сидит на диване и курит сигарету. У него на ногах расположилась блондинистая макушка, а ноги Пака лежали на ногах Тэ, что сидит рядом с Юнги. Несладко приходится больше всего Чимину, поэтому ему разрешили расслабиться в этот вечер. Хосок же откинулся на кресле возле друзей и попивает пиво.       — Чимин-и, детка, ты сильно устал, тебе надо больше отдыхать, — Юнги массирует ему голову, а Пак буквально мурчит от нежности и приятных ощущений.       — Если я буду больше отдыхать, то либо завалю учебу, либо понаберу еще больше проблем от школ, — он подставляется под ласки и тяжело выдыхает.       — Тэ, а как у тебя дела? — интересуется Мин.       — Все тихо, последний раз разбирался с Минхо, потому что этот ублюдок полез на чужую территорию и начал там драку за какую-то омегу, — он откидывает голову назад на спинку дивана и прикрывает глаза, руками же медленно массирует Чиму ноги, — хотя омега была так себе, на самом деле. Пришлось его наказать.       — А у него наказания похлеще твоих, — добавляет Чимин, — вот почему у меня не может быть все так гладко. Хоть я и прошу Тэ помощи, главы других школ возмущаются, когда приходит Тэ, а не я, а я устал ужасно, — он нащупывает вторую руку Юнги и кладет себе на щеку, начинает тереться как майский кот от тепла и еще больше расслабляется.       — Потерпи немного, малыш, скоро легче станет. Просто во многих школах в этом году поменялись главы, так же, как и через два года вновь очень многие уйдут вместе с тобой и Тэ.       — А когда мы поступим в универ, нам же не придется ничем управлять, да? — с надеждой интересуется блондин.       — Нет, не придется, просто потерпи два года и все вновь будет как раньше.       — Ох, хорошо. ТэТэ, помассируй чуть выше, пожалуйста, — Пак сползает чуть ниже, чтобы в руках младшего оказалось то самое место, а потом тихонечко стонет от наслаждения.       — Чимин, если нужна будет помощь, ты можешь дать мне больше работы, у меня стало слишком много свободного времени, а если те еще будут возмущаться я и их накажу, — парирует Тэ и случайно чуть сильнее давит на больное место, Чимин стонет чуть громче, но от наслаждения и кивает головой в знак согласия.       — Спасибо, Тэ, что помогаешь.       — Не за что, мне это даже нравится начинает.       — Моя школа, — ухмыляется Юнги хлопает Кима по плечу.

***

      Годы идут и как и говорил Юнги и впрямь становится легче. Главы сами научились справляться со своими проблемами, поэтому тревожат главу лишь когда происходит проникновение на чужую территорию. Но даже тогда Пак не поднимает свой шикарный зад с коленей Юнги и отправляет Тэ разбираться, а тот и рад не сидеть на месте. Выпускной класс. Год подходит к концу и Тэ с Чимином без раздумий выбирают лучший Сеульский университет, где учится Юнги. В последний раз они вдвоем сидят в любимом подвальном помещении, что стал уже родным и таким прокуренным, что не чувствуется. А Чимин и рад — теперь наступит спокойная жизнь и он может насладиться учебой и уйти в нее с головой. Главное, Юнги рядом и лучший друг под боком, а что еще нужно для счастья? Юнги сидит в кресле и проверяет бумаги, на которые Чимин уже окончательно забил и давно устроил себе выходные, а сам отдыхающий развалился на диване и наслаждается любимым запахом, который очень близко и от этого хорошо. В дверь тихо стучат и потом без приглашения в кабинет входит высокий шатен с широкими плечами. Накаченный паренек выше самого Юнги и Чимина. Он стоит около двери и молчит.       — Чего хотел, пацан? — интересуется Мин. Тот стоит еще секунду, а потом резко смотрит на Юнги и приближается медленно.       — Я Чонгук, мне Хосок сказал зайти, — он протягивает руку и на удивление Чимина, Мин ее пожимает.       — Привет, Гук, садись на диван, — он указывает туда, где развалился наглый омега, а потом обращается к нему, — Чимин-а, подними свой охуенный зад с дивана, прими сидячее положение и дай будущему главе присесть. Чимин удивленно смеется, потому что слышать такой комплимент от старшего приятно, но он обиженно дует губки и отодвигается в угол, пока рядом приземляется огромный альфа. Чим принюхивается и чувствует запах грецкого ореха с шоколадом. Да, он приятно пахнет. Да и на вид очень сексуальный. Чимин расслабляется, но обиженного вида не теряет, показывая старшему свое недовольство.       — Мне Хосок все рассказал, так что я знаю, что от меня требуется, но хотелось бы уточнить про всякие наказания, он сказал, что таким занимались вы.       — Так, во-первых обращайся ко мне хен… — Юнги не успевает договорить, как его перебивает Чимин.       — И меня тоже, я же старше! Хотя Тэ никак не хочет признавать, что я его хен, — обиженно дует губы.       — Хорошо, хен, — Чон смеется и обращается к Чимину, а тот приятно улыбается, ведь к нему впервые так обращаются.       — А про наказания, ну смотри, ты можешь наказать подчиненного только в том случае, если он очень сильно провинился, правда, например, с Тэхеном такое не работало и он наказывал за любой проступок. Степень наказания идет вместе со степенью преступления. Если на тебя будет наезжать главный другого района, потому что альфа с твоего поимел омегу с его, то можешь применить самое строгое, и за драку и в принципе проникновение на чужую территорию. Но опять же пример наш Тэ, который наказывал всех без разбора и не важно с нашей он школы или нет. И всегда наказывал жестко, поэтому в последнее время у нас не было проблем, он всегда все решал. Я же, как ты знаешь, сейчас слежу за университетскими бандами, поэтому помогать тебе будет твой братец. Думаю, ты справишься. Даже при виде тебя все будут шугаться так же как Тэхена.       — Да я слышал про этого Тэхена от Хосока, он говорит, что настоящий зверь.       — Да уж. Тэ был даже жестче, чем я. Ну если вдруг прям совсем что-то серьезное случится, можешь попросить помощи у меня или Чимина. Но к Тэ лучше не приставай, у него на таких как ты рука тяжелая.       — Ага, и куда делся мой душка ТэТэ, — резко вспоминает Пак.       — Ладно, думаю ты понял, можешь идти. — Юнги вновь жмет ему руку на прощание, а Чимин просто машет с дивана, на котором вновь раскинул свои конечности. Чон прощается с новым знакомыми, а в голове лишь одна единственная мысль. «Кто такой этот Тэхен?»

***

      Все возвращается на круги своя. Тэхен ходит в универ вместе с Чимином, они решили пойти на танцевальный факультет, поэтому сейчас учатся в одной группе. Нужды быть жесткими и беспощадными больше нет. Они снимают кровопийские маски, убирают кожаные куртки куда-то подальше в самый темный угол и смывают временное тату, что в течение годов исправно подрисовывали. Теперь они безвластны и так даже лучше. Теперь Тэхен совсем уходит в учебу с головой. Он круглыми сутками торчит в танц. классе и за учебниками, а остатки времени тратит на подработку и иногда сон. Ест он мало, отчего совсем исхудал и это очень пугает окружающих. Но силы на тренировки все равно откуда-то находит. Иногда Чимин поражается его напорству, хотя и сам не лучше. После поступления в универ, он тоже ушел в учебу, правда все свободное время он проводит со своим истинным или пытается вытащить Тэ куда-нибудь потусить. Но тот все время отказывается, ссылаясь на невыученные предметы, хотя он давно изучил все темы на полсеместра вперед и Пак тупо не понимает, почему тот не хочет просто отдохнуть и расслабиться. А Тэхен находит в себе все больше талантов. Теперь, к танцам, отменному голосу и великолепным руководческим способностям добавляется и умение красиво рисовать. Причем юный художник еще ни разу не рисовал чей-либо портрет какой-то знаменитости, только один раз Чимин выпросил у него собственный, а потом у Тэ чуть кровь не полилась от визга друга, который был в восторге от прекрасного рисунка. Его образы сидят где-то в голове и он хаотично выводит линии и продолжает изображать одного конкретного человека, что засел в памяти. Он больше похож на мультяшного персонажа и на каждом его портрете украшают прекрасные цветы, то это лилии, розы и, конечно же, дикие ромашки. Пусть время прошло, но Ким, после того как побыл жестким и грубым, не смог исправить свою сущность и вновь стать мягким мальчишкой, что так радовал своей квадратной улыбкой окружающих. Сейчас Тэ вообще сложно было заставить улыбнуться. В любой шутке он искал подвох и потом переводит ее в нравоучительный рассказ, от которого маленькие ушки Чимина буквально заворачивались. Пак часто жаловался Юнги, что его любимый друг все больше напоминает ему старого деда, но Мин лишь соглашается с рассуждениями Тэ, тем самым подталкивая Чима называть и его старым пердуном. Сейчас Паку уже девятнадцать, а день рождение Тэхена не за горами. И друг отчаянно, уже две недели, ищет хороший подарок, что подойдет под душу Тэхена, она холодная и черная. Если бы Тэ был прежним, то он бы и порадовался букету ромашек с открыткой и какой-нибудь фигне, что сотворил Чим своими крохотными пальчиками. Но уже все иначе и блондин искренне не знает примет ли друг его подарок. После того как Тэ поиграл в начальника, он изменил имидж. Теперь его волосы стали холодного металлического оттенка, челка больше не закрывала лоб и глаза, а на затылке он отказался отрезать волосы и теперь они длиннее обычного и ежиком его не назовешь. Бесспорно, ему так лучше, но выглядит он холоднее и отстраненнее, что безусловно пугает. Его пронзительный взгляд уже совсем не карих глаз, теперь он носит линзы яркого коньячного цвета, практически не снимая. В его стиле одежды теперь все меньше светлых тонов. Его любимый прикид на все случаи жизни это черная рубашка, не застегнутая сверху на три пуговицы и оголяющая острые, как нож, ключицы, такие же черные и рваные джинсы, облегающие достаточно аппетитные формы, хоть он и похудел, но зад все такой же, так и хочется смять. Удобные кроссовки давно сменили менее удобные, но достаточно солидные ботинки, которые иногда сменялись такими же солидными тапочками от гуччи, а на тонких и красивых пальцах всегда красовались множество серебряных колец разных форм, так же, как и на шее вечно что-то блистало, привлекая внимание не только омег, но и альф. Он бета и может по-разному. Хоть он и такой весь темный и мрачный, но такой сладкий, что ему под ноги кидаются многие, и не важен пол. Все равно Тэ день ото дня отшивает всех, пока не найдет того самого, который западет в сердце. Он больше не верит в истинность. Она сломала ему жизнь. Будь он омегой сейчас, то возможно через чертовых пару дней, на свое совершеннолетие, мог найти свою пару, с котором бы провел всю жизнь. По крайней мере, он бы знал, как того человека зовут, с кем ему суждено.       Ким сидел за партой в пустой аудитории, закинув на стол ноги. Он пришел раньше назначенного времени и решил немного передохнуть, ведь если Пак хотел с ним вот так поговорить, то это не предвещало ничего хорошего. Совсем ничего. Но, видимо друг решил прийти так же раньше, поэтому, когда дверь в аудиторию хлопнула, Тэхен лениво открыл глаза и спокойно уставился разглядывать друга.       — Привет, ТэТэ, — Чимин был достаточно серьезен и спокоен. Он присел на парту рядом с ногами Кима и ответно посмотрел в глаза.       — Привет, Чим, о чем хотел поговорить, — Тэ чуть склонил голову, на удивление его голос был мягок, или так казалось?       — Ты знаешь, о чем. В эту субботу твой др и это отличный повод отметить два праздника одновременно. Так как мы первый курс, знаешь же, что мы должны проставиться перед старшими, иначе нас загнобят, а твой др отличный повод и его отметим и проблем меньше со старшими. С тебя требуется просто прийти, — сразу ответил на последующий вопрос Чим.       — Ты все устроишь?       — Не, не я. У нас есть на потоке еще парочка ребят, которые тоже хотели поучаствовать в организации, а я так примазался, тип твое др отметить надо, и они согласились объединить, ведь тебя-то все знают, даже старшие.       — Ага, все знаю и раздевают, буквально уже меня пол универа поимело глазами. Ладно, скинешь адрес смской, — Он опускает ноги с парты и отодвигается в сторону приглашая друга присесть рядом, ведь у них тут сейчас пара. Чимин любезно устраивается рядом, облокачивается на друга, удобно умещая светлую голову на его груди. А Ким и не против. Он любит своего друга, несмотря на всю холодность. Ведь именно он помогал ему вернуться в прежнее русло жизни и принять себя таким, какой он есть. Хотя таким быть даже лучше. Тэ приобнимает его и вплетает длинные пальцы в шёлковые его волосы, нежно массируя и заставляя Чима закрыть глаза в наслаждении.       — Кстати, Юнги ради твоего дня рождения дал нам свою дачу на выходные, там все будет, — не открывая глаз тихо сказал Чим.       — Вау, как хен расщедрился, — хмыкнул тот в ответ так же прикрывая глаза, но не прекращая приятных действий относительно Чимина.       — А что тебя собственно не устраивает? — раздался совсем близко грубый голос. Оба открыли глаза. Чимин мило улыбнулся и не отрываясь от груди друга протянул свою ручку к Юнги и погладил его по щеке, Тэ же сначала удивился, а потом довольно хмыкнул. Мин приземлил свой тощий зад на парту, где ранее сидел Чимин и уставился на их общего теперь уже друга. — Три этажа, пять спален, три туалета на каждом этаже, две ванные, огромная гостиная внизу, такая же кухня, на улице бассейн и огромный двор с качелями и красивым садом. На крыше терраса, можно салюты запускать, и что, блять, тебя тут не устраивает? — с нотками возмущения спросил старший.       — Все устраивает, Хен, просто не ожидал, что будешь таким щедрым и дашь старшим разнести твой загородный домик.       — После пьянки тебя ждет сюрприз, Тэ, мой тебе подарок. О, думаю, ты будешь очень счастлив. И да, так как там будут старшие, то не думаю, что они разбомбят мой дом, а малолетки вроде вас и не осмелятся шага ступить, чтобы мне напортачить. Я так-то все еще уважаем человек среди своих людей, да и вообще всех, так что не вопи и лучше бы спасибо сказал, неблагодарный засранец.       — Спасибо, хен, но я просто вообще не планировал его праздновать. Меня Чимин уговорил. Будь моя воля я бы вообще не пошел, — он косо глянул на Пака, что тут же поднял на него жалобный и возмущенный взгляд.       — Но придешь, — наполовину вопросительно и наполовину утвердительно пролепетал омега.       — Да приду, приду, обещал же. — он погладил его по голове и тот обратно устроился на его груди, чуть сильнее, чем прежде, обнимая за талию.       — Мне не нравится, что вы так воркуете. Если бы Тэ был омегой, я бы и слова не сказал, но он бета, и чего это ты так к нему липнешь, а, детка? — немного с рыком сказал тот и с прищуром посмотрел на Тэ, который тут же начал беззвучно смеяться.       — Не ревну-уй, — мило потянул Чимин, — он же просто мой лучший друг, такой же, как и твой. Кстати, как там Чон справляется? Хосок ничего про него не говорил? — решил съехать с темы, очень плавненько.       — Говорит все нормально. Его уважают и бояться так же как Тэ раньше. Он наказывает так же как он, но гораздо чаще.       — Эй, меня вообще то все еще уважают и бояться, — встрял младший, — и кто это такой вообще, что за мелочь? — возмущение так и перло. А с хера ли какого-то молокососа уважают больше, чем Тэ?       — Скоро узнаешь. Он через пару лет тоже сюда поступит, сказал, что тоже хочет танцами заниматься.       — Вот пизденыш, — прорычал Ким.       — От пизденыша слышу, — усмехнулся альфа. — Ладно, пара сейчас начнется, я пошел, — Мин быстро чмокнул своего омегу в лоб, на что получил довольную улыбку и скрылся в длинном коридоре.       — Ты не представляешь, как я не хочу этот ебанный др, Чим, — ноет бета, поглаживая старшего по волосам.       — Все равно он настанет, поэтому мы хорошо его отметим, ведь это совершеннолетие моего любимого тонсена, — улыбнулся омега.       — Прекрати, у нас разница в пару месяцев, — буркнул тот.       — Все равно я старше! — он надул губки и потерся носиком о его грудь, на что услышал смешок.       — Ладно, ладно, хен так хен. — Пак довольно улыбнулся, а тем временем, вся группа уже собралась, и преподаватель начал интереснейшую лекцию по истории искусств.