Вперёд и с песней! Прорвёмся!

Изуна       — Вот мы и встретились, Изуна, — раздался совсем рядом нежный женский и совершенно не знакомый голос и я резко открыла глаза. Правда, увидела вовсе не свою комнату, а светлое, переливающиеся пастельными цветами нечто. Похожее было в аниме, когда Наруто увидел мать.       — Я здесь, — сообщил голос за моей спиной, заставив меня подпрыгнуть и развернуться. Что поделать, рефлексы. — Похоже, ты освоилась в этом мире.       Я увидела тёмноволосую молодую женщину с мягкой улыбкой и азиатскими чертами лица, в длинном церемониальном кимоно. Она парила в воздухе передо мной и смотрела тёплыми глазами.       Я судорожно соображала и пыталась придумать, что делать: спросить, напасть, убежать, тянуть время, разобраться; но какая-то часть меня просто отметала все эти варианты, как совершенно бессмысленные. Ведь всё просто. Она не человек. Я, в принципе, тоже, ибо шиноби не совсем люди, я в этом наглядно убедилась, пока разрабатывала лекарства и осваивала ирьедзюцу, но она была совершенно иным существом.       — Правильно мыслишь, милая. Я не человек. Вы называете таких, как мы, Богами, хотя в действительности это не совсем так, но не будем вдаваться в лишние подробности, — быстро проговорила она, разводя руками в стороны, и спросила с искренним интересом: — Как тебе твой новый мир? Нравится?       — Если честно, он страшен, — сказала я, тяжело вздохнув, и села, — я пытаюсь поменять некоторые его аспекты, но… Я совсем не всесильна, — отвечу как есть. Мне скрывать нечего, особенно от того, кто, судя по всему, и забросил меня сюда. Заодно выговорюсь, психологи того мира утверждали, что это полезно, — Держусь только ради брата. Ну, и других дорогих мне людей. Если бы не они, то просто не стала бы париться. Умереть второй раз уже не так страшно. К тому же теперь я точно знаю, что реинкарнация и душа существуют. Просто бы покончила с собой в надежде переродиться где-нибудь и не помнить прошлых жизней.       — Хм… Интересная точка зрения. И забавная. Но у меня сложилось впечатление, что тебе нравится, — она склонила голову к плечу, изысканные украшения в волосах зазвенели в такт её движениям.       — Ну так не плакать же. Жизнь идёт и не дожидается тех, кто медлит.       — Есть что-то, что тебя гложет. Поделишься?       — Разве? — и зачем ей это? Вот где и каким образом я умудрилась заинтересовать такую личность? — Наверное, есть кое-какие соображения о будущем, но вам с этого какая выгода? Мы с вами встретились в первые, и я точно не настолько значима для вас или мира, чтобы беспокоиться.       — Никакой. Мне просто интересно. Наблюдать можно за всеми, но их искрение чувства я могу понять только тут, — она обвела рукой пространство вокруг нас, — это как смотреть сериалы и видеть только то, что показывают на экране. Ты же не знаешь, о чем думает актёр, когда играет? А о чём должен был думать персонаж, когда принимает решение? Вот и я в таком же положении.       Сериалы… Как же давно я их не смотрела! Но, что удивительно, даже не скучала особо. Наверное, потому что банально не было времени на ностальгию. Тренировки и планирование хотя бы какого-то, более-менее светлого будущего занимали всё свободное время.       — Кстати, давно хотела узнать. Где настоящий хозяин этого тела?       — Вот, стоит передо мной, — она посмотрела на меня как на дуру, когда я начала оглядываться, — так ты и есть она!       — Но как же…       — В общем то, что ты приняла за вселение в умирающее тело, было возвращением памяти о прошлой жизни из-за разрушения барьера. Проще говоря, ты умерла там, родилась ещё раз тут, жила несколько лет припеваючи, а потом случилось нечто такое, сломавшее блок, и ты всё вспомнила. Да и сама подумай, откуда бы появились воспоминания чужого человека в мертвом теле? Они напрямую привязаны к душе, а если бы она покинула свою оболочку, то и тебе бы досталась, как говорят в том мире, дырка от бублика! — наставительно произнесла она как ребёнку.       От открывшейся правды я немного подзависла. Так Изуна не умирала? И я не попала в чужое тело? Я изначально были и Машей, и Изуной? Мадара… Он мой брат? Он мой, и ничей больше брат? Я могу так же называть его Нии-сан и не мучаться от совести? А отец? Он тоже мой! И клан мой! И друзья мои, и госпиталь мой, и я его глава… я ничего не забирала ни у кого! Все это моё!       — Конечно твоё, глупая, — будто прочитав мои мысли добро улыбнулась богиня, — Неужели это всё, что так сильно тебя заботило?       — По большей части да, — я подавила комок слёз и ответила ей, — Спасибо…       — Не за что. Мне интересно наблюдать за тобой.       — Почему? — я решилась спросить.       — Твоя душа попала к нам из соседнего измерения. Такое происходит, когда ответственный Полубог не успевает вовремя отправить душу на перерождение. Каждой душе проводят суд и, в зависимости от их жизни, определяют их последующее рождение. Некоторым не везёт и они могут стать деревом, животным, микробом. Да даже камнем!       — А…       — Когда ты умерла, перед тобой в очереди было слишком много душ, и с некоторым из них надо было действовать более тщательно. На тебя не хватило времени и ты отправилась в ближайший поток перерождений. Тобишь мой. Честно скажу, ко мне впервые такая душа попалась и я не особо понимаю, что с тобой делать. Да и блок воспоминаний какой-то слабый вышел, вот и рухнул так быстро.       — Ага, это когда «Я» очухалась…       — Да. Я решила не дублировать блок, а просто понаблюдать. Мне стало интересно, что же ты сотворишь, имея прошлую память и примерное знание будущего. Опережая твой вопрос — я не могу разблокировать другие твои жизни. Блоки старые и хорошо закреплённые. Не моя лига, — она ехидно приподняла уголки персиковых губ, обнажая ровные ряды белоснежных зубов.       — Ну, не очень-то и хотелось. Двух жизней и так за глаза хватает. Повезло ещё, что человеком была, а не, допустим, собакой. Было бы очень не приятно…       — Это да…       И мы замолчали. Она что-то делала, с появившемся в её руках, книгой и веером, а я просто сидела и смотрела. Тут было пусто. Пол вроде и есть, и как бы нет. Ни стен, ни потолка. Ничего. Только множество переливающихся огней и красок. Интересно, а с Шаринганом картина поменяется?       Неа. Всё пространство так же искрится. Мой Шаринган как имел, так и сейчас имеет все "запятушки". Я не собираюсь "качать" его до Мангекью Шарингана. Не хочу рисковать, терять, а тем более — убивать, своих друзей и близких. Он того не стоит.       — Пора прощаться, Изуна. — подала голос Полубогиня.       — Ага, — я встала и приготовилась к пробуждению. Меня ожидает множество дел. Клан, война, семья, друзья…       — Не забудь и ту кляксу.       — Кляксу?.. — какую-такую клякс… — ЗЕЦУ! Я про него совсем забыла!       Как я могла забыть об этом паразите?! Господи, КАК?! Чёрт! Так, спокойно. Что я о нём знаю? В первую очередь то, что это нечто отлично манипулирует другими! А если он на Хашираму, Мадару или других подействует?! Да он же может запороть весь наш план и мир накроется медным тазом!       Меняем планы. Надо поскорее избавиться от него… Но как? Он может легко сбежать через землю и не только. Если он уже соединился с Белым Зецу, то ещё и споры с Мокутоном может использовать… Хотя это вряд ли. Хаширама ещё живой… А кто его знает! Может, уже понял, что его планы рушатся и раздобыл себе всё необходимое. Как всё плохо…       — Успокойся и подойди ко мне, — повелела Полубогиня. Её глаза больше не лучились той игривостью, с которой она общалась со мной раньше. Только холодный расчёт.       Я постаралась взять себя в руки и заставила дышать спокойно. Приближаться к ней мне совсем не хотелось, непонятно откуда взявшийся страх сковывал. Но ослушаться я не решилась. Это могло кончиться ещё хуже.       — Хорошая девочка. А теперь… — она не договорила из-за яркой вспышки и оглушительного звона.

***

      Через дикую головную боль я открыла глаза и поняла, что оказалась у себя в комнате. Уже светало. Прикинув примерное время, встала с футона. Голова гудела, но руки делали своё дело на автомате. Я уже начала натягивать тренировочную одежду, морщась от мигрени, но внезапно застыла, ужаснувшись страшным наблюдением.       Было тихо. Слишком тихо для довольно большого клана даже в такую рань. Кто-то должен был уже встать, чтобы приготовить завтрак или натаскать воды. Животный страх сковал мысли, но оставил чёткость движений. Я быстро оделась и, спотыкаясь, побежала, молясь всем богам чтобы самые худшие опасения не сбылись. Но, выйдя за порог, я не встретила ни одного Учиха. Никого. Абсолютно.       — Румико! Гоши! Вы где! — я позвала своих служанок, но только эхо было мне ответом. Сердце сжалось в маленький комочек, мне было физически больно. Можно было бы успокаивать себя мыслями о розыгрыше, но чёрт! Это так глупо! Клан Учиха подобной ерундой не стал бы страдать.       … Хотя лучше бы это был розыгрыш.       Я медленно двинулась по пустому особняку куда несли ослабевшие ноги, иногда опираясь плечом об стену, и дошла до комнаты отца. Оттуда отчётливо доносился кислый запах свежей крови.       Не передать словами, как мне не хотелось туда заходить!.. Но вдруг… Вдруг кто-то ещё жив?.. Я толкнула сёдзи и активировала Шаринган. И упала на колени, мгновенно обессилив от увиденной картины.       Кровь. Везде кровь. Отец, Мадара-нии-сан, слуги и служанки… Все были мертвы. Их безжизненные глаза уставились на меня. В мою душу. Руки затрясло, а воздух застрял где-то на пути и раздирал мои лёгкие.       Тут одна тень зашевелилась и я почувствовала чьё-то, такое знакомое присутствие. Его голова упала ко мне на колени. Я не могла отвернуться или хотя бы отвести взгляд от бледного лица с разводами крови, будто кто-то удерживал меня.       — Изуна… П-приветик. Прости, что в таком виде, — попытался отшутиться он, но закашлял кровью. У него не было рук, а в животе была сквозная дыра от колющего оружия. Я на рефлексах попыталась активировать Шиссен, но чакра не слушалась. Она вся шла в глаза.       — Хаширама… — истерика накатила волной. Внутри будто оторвалась струна или лопнул стержень. Брат мертв! Отец и все домашние тоже! Даже мой… дорогой друг… которого я почти полюбила… Умер. Его тело медленно коченело у меня на руках, в то время как его глаза уставились в немом осуждении.       — Э-ей, ты н-не можешь у-умереть… не можешь. Точно! Н-наша мечта… а как ж-же наша мечта?! Эй, ты меня слышишь?! Хаширама, ответь!       — Он мертв, как и все остальные. Я в этом убедился, — противный, скользкий голос раздался надо мной. Задрав голову к потолку (теперь-то ничего не мешало мне двигаться) я увидела его. Убийцу. Зецу…       Крик… нет, вой заполнил кабинет и кровавые слёзы потекли из глаз. Я затряслась как в лихорадке. В этот момент я реально ненавидела всеми фибрами души и была способна на всё. Убью. Уничтожу.       — Хохохо… Как же ты сейчас выглядишь. А не надо было рушить мои планы. Может, и оставил бы твоего братца в живых.       — Я ТЕБЯ УНИ…       — …на!.. зуна! Изуна, очнись же наконец!       Я резко подскочила на месте, распахнула глаза и увидела жутко взволнованного брата с активированным Шаринганом. Живого брата. Моего дорогого Нии-сана.       — Ой… Изуна, у тебя…       Я ничего не слыша протянула руку и коснулась его лица. Теплый. Он точно живой. Слёзы облегчения полились из моих глаз.       — Ка-какое счастье… — я крепко обняла своего Мадару и уткнулась лицом ему в шею. Он сначала задеревенел, но потом обнял меня в ответ и начал потихоньку поглаживать по плечам.       — Ну-ну, тихо… Всё хорошо, — брат начал утешать меня как маленькую девочку, — тебе просто приснился плохой сон. Я тут.       — Да… Ты тут. Ты живой. Я не одна…       — Поспи ещё немного. До утра осталось несколько часов. Отдохни.       Он уложил меня обратно на футон, накрыл одеялом и сел рядом. Его теплая рука стала поглаживать мою голову и медленно, но верно усталость навалилась на меня. Веки налились свинцом и я уснула.

***

      — Сработало, — голос Полубогини опять вырвал меня из царства Морфея и я отскочила от его источника как ошпаренная, — Ну-ну. Не надо меня так бояться. Я же ради твоего блага старалась. Подбирала самую качественную иллюзию, а ты… Эх, неблагодарная, — она опять говорила с игривой интонацией и хитро щурила глаз.       — Иллюзия… Так это было ваших рук дело… Иллюзия… Ну надо же… — я упала на свой многострадальный зад, прижала ладонь к лицу и нервно рассмеялась. Истеричный хохот заполнил это «нигде», а глаза стали неистово гореть. Что-то тёплое потекло по лицу.       Словно не замечая моего состояния, Полубогини подлетела ко мне, мягко убрала и приложила свои нежные ладони к моим векам и макушке. Глаза перестали болеть, кровавые слёзы остановились.       — Ну что же, теперь у тебя есть, чем одолеть того паразита. Удачи! Больше мы с тобой не увидимся! В ближайшее время уж точно.       И я очнулась у себя в комнате. Но на этот раз за окном заливались птицы, а по коридорам шагали слуги и служанки, исполняя свои утренние обязанности. Я осмелилась открыть глаза и охренела от увиденного. Всё было каким-то блеклым и нереально медленным. Это опять Полубогиня с иллюзиями перестаралась? Или у меня зрение глючит? Я повернула голову и увидела сидящего рядом брата.       — Доброе утро, имото… — зевая, поздоровался он, — Что с твоим Шаринганом?!       — А что не так? — подсознание уже начало догадываться, но мозг никак не догонял в чём проблема.       — Он изменился, — отец появился в дверном проёме и улыбнулся, — Поздравляю, дочь. У тебя теперь есть Мангекью.       Так вот что она имела ввиду под тем, что у меня есть то, что поможет одолеть Зецу. Точно, Зецу…

***

      — И как мне теперь с тобой сражаться, скажи на милость, Учиха? — проворчал Тобирама, скрестив со мной клинки. Буквально через день после получения «подарочка» объявили о новой стычке с Сенджу, мы выдвинулись на место и теперь «тренировались». И альбинос явно ещё не успел смириться с новым положением дел в подлунном мире.       — Так же, как и прежде, — пожала плечами я, уклоняясь от его выпада ногой.       — А ничего, что раньше я должен был тебя убить?       — Не-а! Просто бей как раньше. Меня убить сложно. Я Ирьенин и очень сильный.       — Дурак ты… — проворчал он. Наверное опять от того, что я снова о своих техниках рассказываю. Ничего пускай привыкает.       — Всегда пожалуйста!       В этот раз он атаковал без сомнений и мы продолжали наш смертельный танец. Брат и Хаширама тоже были заняты по полной программе, явно пытаясь покрасоваться перед противником и показать, кто круче, но вот остальные воины обоих кланов били всё менее настойчиво. Вон Учиха решил не добивать своего противника, тут Сенджу не нанес смертельный удар и его оппонента унесли наши Ирьенины.       — А я всё думал, что с нашими воинами не так, — Тобирама тоже отслеживал положение дел на поле боя, — а это всё вы с идеями о мире.       — А как же! Мы много лет старались!       — Я уж вижу.       Через некоторое время Мадара скомандовал отступать, поскольку Буцума и отец были серьёзно ранены. Они были единственными, кто всё ещё сражался насмерть. Нашего подхватили Ирьенины, а к Буцуме подбежал Хаширама и начал его лечить. Его лицо было бело как мел, руки дрожали.       — Тобирама, командуй своими. Я должен помочь Каштану.       Он уставился на меня как на восьмое чудо света, хотя я не знаю сколько их тут… Наверное, все девять.       — Ну же, быстрее!       — Да… Отступаем! Хаширама принесёт главу, как только стабилизирует его состояние! Назад!       Все повиновались его зову и начали быстро покидать поле боя. Я же развернулась к Хашираме и побежала к нему на всей доступной скорости.       Я всегда думала, что раз в аниме Мадара и Хаширама стали главами своих кланов в достаточно молодом возрасте, значит, их отцы умерли рано. От одной этой мысли меня бросало в холодный пот и я старалась развивать наш госпиталь на сколько это было возможно. Теперь отца должны суметь вытащить с того мира, но Сенджу… Я пыталась научить Хаши некоторым своим техникам, но у него они не выходили такими же эффективными. Нужен был Шаринган и наши медикаменты. Нужные лекарства у него были и я видела, что он их доставал из карманов, но без Шарингана ему будет не под силу исцелить Буцуму.       — Хаширама, в сторону!       — Изуна?!       — Нет, конь в пальто! Давай лекарства и поддерживай его жизненную активность. Я его спасу! Только ты его полностью усыпи сначала. Он пока в полусознании.       — Что?! Как же…       — Пора объясняться с нашими отцами, — я говорила быстро, не отрываясь от диагностики, и в уме прикидывала, что именно нужно делать. Ну что же, у нас бывало и похуже, — мы его спасём, не переживай.       — А…       — Мой отец будет в порядке, — я закусила губу. Как же мне хотелось быть там и лечить его самостоятельно! Одно успокаивает, если его и не вылечат полностью, то как минимум продержат до моего прихода, — Он в надёжных руках. Я начинаю лечение!       Пока я возилась, Хаширама усыпил отца, который слышал часть нашего разговора, но не мог ничего поделать. В тот день у Мадары проявилась следующая ступень Шарингана. Мангекью.