songfic mess

Сегодня такой нежный вечер. Кажется, что облака на черничном небе – накинутое сверху кружево, тонкое и невесомое, такое красивое и уютно, что невозможно оторвать глаз. И Луна светит так ярко, непривычным для нее золотым светом, наполняя все вокруг уютом, свежестью и невероятной тишиной. Мне хочется запомнить этот вечер. Но все уходит на второй план. Потому что центр всего в этот вечер – ты. Намджун-хён говорит, что человек не может любить другого человека вечно. Во-первых, человек сам по себе не вечен – рано или поздно всему приходит конец. А, во-вторых, любовь – это ведь что? Что-то невероятно невесомое, эфимерное, придуманное и описанное человеческим мозгом, который ищет оправдания для своих слабостей. И разве такое сочетание может продлиться дольше одного сезона – сезона радости и счастья? Нет. Нет, Намджун-хён так рационален и расчетлив, от этого, кажется, так одинок. Когда думаешь о конце – не можешь насладиться моментом. Я чувствовал в воздухе весну, когда возвращался домой. Ее запах, ни на что не похожий, попал в меня, в мои легкие и в мой мозг, заставил улыбаться глупо и по-детски, и я вспомнил о тебе в ту же секунду. Не потому, что ты ассоциируешься у меня с весной, нет. А потому, что ты – мельчайшим атом, который я способен заметить даже на расстоянии миллиона километров, ведь свет, источаемый тобой, он играет на моей собственной волне, только мои спутники улавливают его, и сегодня, в ту секунду, когда я ощутил весну, в воздухе зашевелился аромат только зацветшей вишни – это была ты. И я шел к тебе чуть скорее, чуть суетливее, потому что хотел оказаться рядом, вот так, бок о бок, ощущая и слыша тебя. Мне так нравится тебя любить. Позволь? Мне нравится ощущать в себе любовь, которая так раскрывается красочно каждую минуту, когда я рядом с тобой. Она переливается на свету миллиардами цветов, как самый редкий алмаз, от природы наделенный эти даром – способностью своими бликами ослеплять и дарить чувство полнейшего счастья. Мне нравится смотреть на тебя с любовью: в эти моменты я живой, мурашки пробегают по коже и дыхание становится таким неглубоким и поверхностным, как будто я испуган, или загнан в угол, или нахожусь в опасности. Все человечество шло вперед по вектору эволюции только для этого – ощущения неимоверной радости, возникающей в ту секунду, когда ты, отвлеченная от книги моим окликом, смотришь на меня усталыми глазами, наполненными озорством и вопросом. Я бы хотел знать твои мысли. И твои ощущения – тоже. Чтобы сравнить. Так же сильно и остро ты чувствуешь? Так же глубоко я в тебе, как ты – во мне? Или, быть может, твоя любовь ко мне совсем другая? Спокойная, размеренная, похожая на океан в штиле – глубокая, спрятанная в ней темнота так чудесна и одновременно с этим безумно пугающая. Кто там обитает в ней, в этой темноте? Русалки или морские дьяволы? Удильщики, способные обмануть светом, или звезды, ожидающие своего часа? Какая ты внутри себя самой – маленькая и испуганная или сильная и несокрушимая? Я хочу знать все, но прежде... ... этот вечер так нежен и чудесен своей чистотой неба, порывами ветра, мелкими льдинками, повисшими в воздухе. Намджун-хён говорит, что любви на самом деле не существует. Я вижу любовь каждый раз, когда смотрю на тебя. Намджун-хён тоже может ошибаться, правда?