Кратное двум

- Так значит, ты выжил. Видеть напротив, своего пропавшего семнадцать лет назад брата, было, безусловно, охренительным опытом. Я бы хотела сказать, что это самое странное, что происходило в семье Харгривз, но, буду честной, - нет. Вернувшийся Номер Пять стал всего лишь ещё одним пунктом в списке: "Причины лечь в психушку". - Как видишь, Клодетта, - закатил глаза брат, намазывая арахисовую пасту на хлеб. Я поморщилась, так как никогда не любила эту приторную гадость. И свое полное имя. - Кстати, ты почти не изменилась. - О, ну спасибо, - удивлённо ответила я. - Я имел в виду, что грудь у тебя так и не выросла. Я с трудом отличил вас Клаусом, - не моргнув глазом, продолжил Пятый. Руки зачесались врезать братцу, но я лишь мило улыбнулась: - Не знаю, сколько там тебе лет, но ты все такой же наглый маленький засранец. Как ты умудрился вернуться? - Судя по твоему внешнему виду, - Номер Пять поджал губы, окидывая меня беглым взглядом, - ты давным давно не вспоминала точные науки. Мне будет крайне сложно объяснить тебе весь процесс. Я скрипнула зубами, желая надрать брату задницу. - А судя по твоему внешнему виду, нормальная девушка у тебя появится примерно... никогда, - надавила на больную мозоль я, наблюдая, как выходит из себя Пятый. - Тебе лучше знать, - ядовито усмехнулся тот. - Ах, ты... Мы с Клаусом сидели на столе, и из этого положения было крайне сложно дотянуться до Пятого, чтобы придушить его. Но я каким-то чудом умудрилась схватить его за лацкан пиджака, и потянуть на себя. Впрочем, как и сотни раз до этого, Пятый просто исчез, появляясь рядом с чайником, и доставая две чашки из шкафа: - Кофе? - Чёрный, как моя душа, - откликнулась я, сдувая чёлку со лба. - Мы вам не мешаем? - перебил Лютер. Я даже замерла. Ситуация уж очень походила на наши детские пикировки, и, видимо, не одна я это заметила, так как всё семейство с интересом наблюдало за происходящим. Я молча забрала кружку у Номера Пять, и махнула рукой: - Мне уже почти тридцать, а я спорю с тринадцатилеткой. К черту. - Мне пятьдесят восемь, - огрызнулся Пятый. - А я Мэрилин Монро, - фыркнула я. - Пойду найду маму. - Я с тобой, - внезапно высказался Диего. - Пошли. Конечно, говорить Второму, что его компания, по определённым причинам, была мне, как кость в горле, я не стала. Пришлось бы объяснять все другим членам семьи, а этого хотелось ещё меньше, чем поисков Грейс в компании моего брата-номер-два. В конце концов, разговаривать нам было необязательно. Но похоже, так думала я одна. - Видел рекламу твоих услуг, - негромко произнёс Диего, когда мы, не спеша, поднимались на второй этаж. - Интересное использование способностей. Я сделала глоток из кружки, усмехнулась и ответила: - Это, что, презрение в твоём голосе? Я, по крайней мере, не ношу кожаные штанишки и карнавальную маску. Диего сжал челюсти, и я почти физически почувствовала, как он сдерживается, чтобы не кинуть один из своих любимых ножей мне в глаз. Но братец выдохнул, и вдруг слегка улыбнулся, словно вспомнил что-то забавное. Я остановилась и вопросительно изогнула бровь: - Я сказала что-то смешное? - Нет, просто вспомнил, как ты стягивала с меня эти "штанишки", - он выдохнул мне эти слова прямо на ухо, и по шее пробежались предательские мурашки. - А вот маску ты тогда попросила оставить... Мне не хотелось слушать. Я просто даже не хотела думать о том, о чем говорил Диего. Поэтому легко оттолкнув его, я постаралась изобразить максимальное равнодушие и произнесла: - Это было пять лет назад. С тех пор многое изменилось. - Конечно, - кивнул Диего, криво усмехнувшись и принимая мою игру, хотя мы оба знали, что это блеф. - Много воды утекло. - Именно. Я ускорила шаг, оставляя брата позади, и незаметно для него облегчённо выдохнула. Может быть, где-то за пределами этого дома я смогла бы спокойно отреагировать на вещи, которые так некстати решил вспомнить Диего, но не здесь. Дело было, в первую очередь, в том, что, буквально, с каждого портрета на нас смотрел отец. Тот же отец, который методично ломал нам психику все детство. Тот же отец, который не позволял нам узнать, что такое любовь и дружба. И тот же отец, который сделал из нас тех, кем мы и являлись. Найти Грейс в этом огромном здании всегда было до смешного легко. Она либо готовила на кухне, либо убиралась в комнатах, либо вышивала в "картинной галерее". Не изменившаяся ни на день, робот-мама, медленно повернулась к нам с Диего и ослепительно улыбнулась. Почему-то защемило где-то в груди. Несмотря на жуткую правду, Грейс всегда заботилась. Да, не больше, чем предполагала её программа. Она никогда не выпускала нас с Клаусом из склепа, хотя мы умоляли, сидя по отдельности и не имея возможности помочь друг другу. Не утешала Ваню. Не перечила отцу. Но помогала Лютеру с испанским, Диего с заиканием, Эллисон с пением, нам с Клаусом собирать паззлы, Пятому и Бену с тригонометрией, а Ване со скрипкой. Это было гораздо больше, чем то, что когда-либо делал для нас отец. И безусловная запрограммированная любовь матери отзывалась во мне сильнее, чем жёсткое равнодушие папы. - Мам?.. - Моя малышка, - ласково проговорила Грейс, слегка раскинув руки . - Клоди. Иди сюда. Я совсем по-детски шмыгнула носом и позволила себя обнять. Не знаю, что там отец нахимичил, но Грейс всегда была по-человечески тёплой и мягкой. И, плюс, это была единственная мама, которую нам, особенным детям, предложили. - Я скучала, мам, - прошептала я, зная, что робот услышит. - Я тоже, моя милая, - ответила она. - Как прошло задание? Я бросила встревоженный взгляд на Диего. Это было странно. Гораздо более странно, чем то, что нашей мамой был робот. - Задание? - мягко переспросил я, глядя в умиротворенное лицо матери. - О чем ты? - Ваш отец отправил вас спасать заложников из банка, глупышка. Вы справились? - пояснила робот, снова начиная вышивать. - Да, мам, - сглотнув ком в горле и поднявшись с кушетки, ответила я. - Мы всех спасли. - Это так хорошо... - прошептала она, рассеянно глядя на картины. - Это просто прекрасно... Я приложила палец к губам, проходя мимо такого же ошарашенного Диего и быстро, но бесшумно, спустилась вниз. Лишь тогда я вспомнила про забытую наверху кружку с недопитым кофе, но подниматься уже желания не было. - Она же не может сойти с ума? - брат нагнал меня в гостиной, легко остановив за руку. - Это какой-то бред. - Может, после смерти отца у неё истёк срок годности? - криво пошутила я, дрожащими пальцами доставая сигареты и закуривая. - Она думает, что мы только вернулись с первого задания, Ди. Это же чушь собачья. Я так разволновалась, что не сразу поняла, что назвала брата так, как назвала только в наши самые близкие моменты. Впрочем, кажется, Диего тоже было не до этого. - Мы разберёмся. Нам нужно хоронить отца. Раз Номер Пять здесь... Пора. Я кивнула. Хотелось покончить с этим как можно быстрее и убраться обратно на Аляску. Копаться в очередных проблемах семьи я просто не желала. ... Так же, как и прятаться под детским зонтиком Эллисон вместе с пьяным Клаусом. Но меня никто не спрашивал. Холодный дождь заливался мне зашиворот, капал на лицо, превращал и так кудрявые волосы в каштановый хаос. Я хотела разделить зонт с Ваней, но капризничать мне никто не дал. То есть, близнец просто взял меня под руку, раскрывая над нами прозрачно-розовое недоразумение. И если против компании Клауса я не имела ничего против, все же я любила свою непутевую мужскую копию, то ливень, который начался около часа назад, вызывал у меня желание забить на церемонию и лечь спать. Мама успела надеть чёрное платье и накрасить губы красной помадой, но её рассеянная улыбка буквально кричала о том, что Грейс прибывает в каком-то своём мире. Не будь она роботом, можно было бы подумать, что женщина просто скорбит по мужу и не может осознать происходящее. Но это было не так. И ситуация напоминала театр абсурда. - Начинай, как будешь готов, - сказал Пого, обратившись к Лютеру, держащему урну с прахом. По лицу Первого мало, что можно было понять. Он смотрелся огромной горой, по сравнению даже с печальной статуей Бена, стоявшей на возвышении. Я только сейчас заметила, что Лютер выглядел как-то не пропорционально. А плотный тяжёлый бушлат и водолазка превращали его в атланта из дверенегреческих мифов. Впрочем, он всегда очень любил себя и свое тело. И, видимо, знатно накачался за то время, пока я его не видела. - Что ж... - Первый снял крышку с урны, выспая прах на землю. Его оказалось преступно мало, и я кинула взгляд на Клауса. Тот скорчил виноватую мину, но промолчал, протягивая мне сигарету. Я затянулась, делая мысленную пометку, спросить об этом позже. - С ветром было бы лучше. Пого взял слово, и, кажется, он был единственным существом, кто действительно скорбел по отцу. Я думала над тем, что хотела бы сказать, но на ум шли только язвительные шутки и фразы, после которых Лютер натянул бы мне глаз на задницу. Так что, я промолчала. А вот Диего сдержаться не смог: - Он был монстром. Он был дурным человеком и ещё худшим отцом, - фактически процедил Второй. Клаус рядом со мной не удержался от смешка, и я пихнула его под ребра. -... Мир стал лучше без него. - Тебе пора умолкнуть, - почти прорычал Лютер. - Ребят, может вы... - начала было я, но за раскатом грома моих слов было не расслышать, так что я забила. - Клау, дай сигарету. События развивались слишком быстро. Никто даже не успел ничего сделать, когда Диего и Лютер накинулись друг на друга, как пара бешеных псов. Это не сильно отличалось от тренировок, которые устраивал нам отец. Вот только тут дрались не два подростка, которых можно было остановить одной фразой сэра Реджинальда, а два злых взрослых мужика с суперсилами. - Бей его!.. - прокричал Клаус, и я снова двинула ему в бок. - Что? Я ставлю на Лютера. - Ты такой говнюк, - пробормотала я, внимательно наблюдая за дракой. - Не дай бог они... - кулак Первого попал в памятник Бена, снося фигуру на землю, - разобьют Бенни. Идиоты. Эллисон рядом со мной молча смотрела, хотя могла предотвратить этот бардак. Ваня беспомощно жалась к маме, которая выглядела так, как будто её милые мальчики просто играли в салки. А Пятый вообще ушёл в дом, махнув рукой. Классическая ситуация, от которой я уже успела отвыкнуть. - Диего, нет! - вдруг воскликнула Седьмая, но было поздно. Нож Второго стрелой пролетел мимо Лютера, задевая его руку. Кажется, не по себе стало всем. Одно дело драться, это всегда имело место быть между Первым и Вторым, но использовать свои ножи Диего просто не посмел бы, если бы отец был жив. Всё изменилось. Лютер выглядел слишком шокированно. Он зажал рану и быстро скрылся в доме. За ним ушли Эллисон и Ваня с мамой. Клаус кинул окурок под ноги и тоже отправился внутрь, оставляя меня под дождём. Я поежилась, кутаясь в промокшую куртку и внимательно посмотрела на Диего: - Ты в своём уме? Я, честно, хотела спросить, в порядке ли он, но слова вырвались раньше, чем я подумала. В конце концов, он мог просто зарядить ножом и в меня. Но я надеялась, что процент психопатов в нашем доме чуть меньше пятидесяти процентов. - Будешь читать мне мораль, Четыре-с-половиной? - ядовито отозвался брат, подходя вплотную ко мне. - Ты думала об отце точно так же! Все думали так же. Но сказал я. - Ты мог убить Лютера, - мне вдруг стало стыдно, и я поспешила задавить это чувство, прежде чем оно задавило бы меня. - Вторые похороны нам ни к чему. - Ты прекрасно знаешь, что если бы я хотел его убить, я бы это сделал, - огрызнулся Диего. Его мокрая чёлка прилипла ко лбу, точно так же как и моя. - Мне надоело лицемерие. И твоё в том числе, Клоди. - Что ты имеешь в виду? - переспросила я, совершенно не желая слышать ответ. - Ты знаешь, - Диего встряхнул головой, разбрасывая вокруг капли. Пара попала мне на лицо, но я не отреагировала. - Пять лет назад. Хватит притворяться. Брат окинул меня коротким ледяным взглядом, уходя в дом, а я задумчиво убрала с лица влажные пряди волос и подошла к разбитой статуе Шестого. Подняв отколотую голову, я аккуратно водрузила её на постамент, погладив гладкую мраморную щеку. Капли стекающие по камню, напомнили слезы. - Мы в таком дерьме, Бенни, - проговорила я, задумчиво стряхивая осколки. - А статуя, кстати, полный отстой. - Согласен, - откликнулся Бен. - Я даже не похож, правда? - Истинная, - грустно усмехнулась я. - Тут не видно твоих чудесных ямочек. - И пиджак я этот ненавидел, - кивнул Шестой. - Хорошо, что Лютер её разбил. Закажите нормальную. Я кивнула. - Договорились.