Единство

Приорский дворец, Вольтерра, Италия. Вернувшись с охоты, они с ходу столкнулись с Джейн. Та смерила их презрительным взглядом и едко хмыкнула: — Смотрю, душевные мытарства окончены, один ушёл, второй утешил… — Джейн, — сурово одёрнул её Деметрий, — да что с тобой? Он уже давно не узнавал её: девушка, дарившая ему нежные улыбки, превратилась в безжалостную мегеру. Астрид же проигнорировала выпад Джейн. Её уже абсолютно не удивляло поведение той, да и как оно могло удивить, если она остро чувствовала её эмоциональное состояние. Но от иронии, правда, удержаться не смогла: — Джейн, очень мило с твоей стороны было встретить нас. В ответ Джейн фыркнула и исподлобья сверкнула по ней страшащим взглядом: — Тебя ждёт Кай. От этих слов Астрид как будто окатили ледяной водой. — Зачем? — ошарашенно выпалила она и покосилась на Деметрия, по виду которого стало ясно, что его интересует тот же вопрос. — Ну, это тебе виднее, — злорадно выдала Джейн и оскалилась: сейчас кому-то будет жарко. — Он в тронном зале? — с надеждой поинтересовался Деметрий. — Нет, — в глазах Джейн плясали победные искры, казалось, ещё чуть-чуть, и она спляшет на радостях. Астрид помрачнела: выходит, Кай ждёт её у себя в кабинете, следовательно, Мастера там не будет. У-у-у, как быть-то?! До сих пор их пути с Каем более не пересеклись, но даже его запах, который она иногда улавливала, прошибал до костей. А теперь он её позвал — впору удавиться. — Я провожу тебя, — тихо сказал Деметрий и подтолкнул Астрид вперёд. — Джейн, я прошу тебя не уходить далеко, нам есть что обсудить, — на ходу сурово кинул он. Джейн безразлично пожала плечами и отвернулась: видеть, как Деметрий держит мерзавку за плечи, ей было неприятно. Теперь Астрид член клана, Мастер к ней благосклонен, а значит, ей уже никогда не представится возможность оторвать сопернице голову. «Ну, если только Астрид не доведет Кая», — от этой мысли Джейн стало легче. Деметрий проводил Астрид до кабинета и, зная, что Кай не выносит столпотворения под дверью, сразу ушёл. Астрид тихо постучала в дверь и, дождавшись ледяного «да», вошла в кабинет. Её сразу пробрало от витавшего в воздухе истинно мужского запаха: брутального, жесткого, пробуждающего в ней первобытные инстинкты… А оформление кабинета в точности передавало характер и темперамент своего хозяина: каменная кладка, грубо обработанное дерево, мебель из натуральной кожи, полное отсутствие декоративных элементов… Всё здесь было пропитано духом Кая. Опасное место, ох, какое опасное. Взяв свои эмоции под жёсткий контроль, она прикрыла дверь, сделала несколько шагов и безучастно посмотрела на Кая. Тот стоял посреди кабинета в напряжённой позе: ноги широко расставлены, руки скрещены на груди, взгляд жёсткий, на лице застыло холодное выражение. И хотя от его энергетики не исходило угрозы, Астрид всё равно немного потряхивало по необъяснимой ей причине. Тем временем, сощурив глаза, Кай скользил по ней тяжелым, изучающим взглядом. Ему впервые представилась возможность её хорошенько рассмотреть, и то, что он сейчас видел, его заворожило: неприступный вид, гордый стан, глаза, как и волнистые волосы, отливают огнём и кровью — истинная Вольтури. А лёгкая, струящаяся ткань платья привнесла в образ нежность и изящество. Братья правы: Астрид, бесспорно, эффектная женщина. — Отошла? — вдруг поинтересовался он. Его негромкий с хрипотцой голос пустил по её телу невольную дрожь. Держать безразличную маску становилось всё сложнее. Она коротко кивнула и отвела взгляд: обсуждать с ним столь болезненную для неё тему она не собиралась. Кай усмехнулся: точно отошла — опять нуль почтения к старейшине. Желание подойти к ней и хорошенько встряхнуть взыграло в нём с неимоверной силой. Тем более, запрет братьев — кому-либо приближаться к ней — был отменён тотчас, как она вышла из своих покоев. Астрид уловила промелькнувший в его глазах недобрый огонёк и напряглась ещё больше. — Вы что-то хотели? — осторожно спросила она. Кай непроизвольно нахмурился: уже не терпится уйти? — Да, — строго начал он. — Теперь ты полноценный член клана, поэтому и я присоединяюсь к твоему обучению. Моя дисциплина — боевое искусство. Уголков её губ коснулась лёгкая улыбка: если бы он только знал… Что не ускользнуло от Кая. — Астрид, — его голос заледенел, — ты решила и дальше испытывать моё терпение?! Набирающая в нём обороты ярость, в комплекте с несокрушимым видом, подействовали отрезвляюще. — Нет, — вмиг посерьезнев, заверила она, — просто вы уже давно принимаете активное участие в моём обучении. Кай посмотрел на неё с полным недоумением. — На вашем образе я научилась управлять радиусом щита, — пояснила она и следом мягко добавила: — За что давно хотела поблагодарить. — На моём образе? — он откровенно не понимал, что она несёт. — Поблагодарить? — Ну, — она замялась, — чем острее чувство опасности, тем податливее щит, — она перевела дыхание. — А когда вы в гневе… — Я понял, — резко прервал её Кай и помрачнел. К чему были манёвры Аро, не позволяющие им пересечься, если Астрид всё равно постоянно соприкасалась со страхом? Аро этого не мог не знать, так почему не подпускал его к ней? К чему были строгие предостережения братьев про её душевное равновесие? Назрел серьёзный разговор, и на этот раз или они дадут ему отчёт, или он за себя не ручается. — Ты и сейчас меня боишься, Астрид? — решил прояснить он. Она степенно покачала головой: — И да, и нет. — Поясни. Астрид, пытаясь подобрать слова, задумалась, но в итоге решила ответить как есть: — Да — так как знаю, что вы можете подавить и уничтожить, нет — потому, что не чувствую угрозы. Кай скупо кивнул. Знает — хорошо, чувствует — ещё лучше. Его порадовало, что сейчас она не считает его опасным. — Ах, да, ты же у нас эмпат, — поддразнил он. Астрид фыркнула и отвернулась: спросил — ответила — точка, комментировать что-либо, как и вступать с ним в диалог, она не собирается. Кай враз посуровел. Это безразличие к его персоне уже порядком надоело ему. — У меня складывается впечатление, что, даже принимая смерть от моей руки, ты не проявишь почтения, — процедил он. Астрид открыто посмотрела на него. — Страхом можно подчинить, но не завоевать расположение, — твёрдо ответила она. Кай был шокирован: она либо безрассудная, либо смертница. Он потёр лицо рукой. Её поведение завело его в тупик. Он даже злиться не мог. — А Аро ты почитаешь? — почему-то это его задевало. Глаза Астрид заискрились. — Безмерно, — с благоговением прошептала она. Ему хотелось смеяться: тот, кто вывернул своими манипуляциями всё её потаённое против неё самой, и она не может об этом не догадываться, в почёте. А он, Кай, изначально не скрывающий своего истинного лица, только подавлял… У этой женщины определённо с головой не всё в порядке. Напряжение между ними достигло накала. Астрид понимала, что, ещё немного, и живой ей отсюда не выйти, но не объясниться всё же не могла. — Я никогда не посмею проявить непослушание или неуважение, но лицемерить, что почитаю вас, не буду — это было бы недостойно нас обоих, — с расстановкой проговорила она. Глаза Кая почернели от гнева: она что, кидает ему вызов?! Надо было придушить её ещё в их первую встречу! Если она сейчас же не уйдёт, он это дело исправит! Его разъярённая энергетика мгновенно передалась Астрид, и она инстинктивно отступила. — Феликс расскажет тебе расписание тренировок и начнёт с тобой заниматься, — жёстко отчеканил Кай и, грубым жестом указав на дверь, презрительно выплюнул: — И не таскай за собой везде Деметрия, у него есть более важные обязанности. Его тон и слова произвели эффект увесистой пощечины. Внутри Астрид всё закипело. Сдерживаясь изо всех сил, чтобы, начисто игнорируя устои, не выплеснуть на него поток праведного гнева, она сухо кивнула, а после горделиво вскинула голову, развернулась и, уже покидая кабинет, неторопливо, демонстративно спокойно закрыла дверь. Смотря ей вслед, Кай негодующе выдохнул, а после, пройдя к креслу, резко опустился в него и бесперебойно застучал пальцами по подлокотнику. Её прямолинейность и брошенный вызов пробудили в нём нещадные порывы. А её волевой и разгневанный вид распалил в нём нездоровый интерес. Она сама спровоцировала его на действия, от которых Аро больше не сможет её заслонить. Теперь или он добьётся от неё почтения, или уничтожит. Третьего не дано.

* * *

Астрид вылетела из кабинета Кая и стремительно понеслась прочь. Чего только стоило ей удержаться и с треском не хлопнуть от раздражения дверью. Этот мужчина настолько пошатнул её душевное равновесие, что, не будь он старейшиной, она выцарапала бы ему глаза. О-о-о, как же у неё сейчас внутри всё клокотало. В это же время ей выплыла навстречу Джейн и сразу смерила её ядовитым взглядом, но Астрид пролетела мимо, решив не испытывать судьбу. — Неужто допустила ошибку? — саркастично усмехнулась ей вдогонку Джейн. «Ох, милая, сама напросилась!» — Астрид со свистом втянула воздух, резко остановилась и развернулась. Она ушла не так далеко от кабинета Кая, и от этого ярость в ней бурлила, как в недрах вулкана: эта бестия опять создаёт опасную для обеих ситуацию. — Джейн, — процедила Астрид, — я попрошу всего один раз: не провоцируй. Но Джейн было плевать и на разъярённый вид соперницы, и на предостережения той — она жаждала крови. Деметрий пристыдил её за недостойное поведение и тем причинил такую боль, что сейчас она не остановится даже под страхом смерти. — А то что? — хищно наступая, вскинула она подбородок. Напрягшись всем телом, Астрид уже собралась принять оборонительную позу, как уловила исходящую от Джейн острую кровоточащую боль — и её гнев тотчас уступил место жалости. Она тут же расслабленно выпрямилась и уже участливо посмотрела на Джейн. Её состояние Астрид понимала как никто другой, ведь она сама недавно пребывала в таком же Аду. — Ты не спровоцируешь меня на драку, — отрезала она. Это твёрдое заверение, сказанное донельзя спокойным тоном, мгновенно остановило шествие Джейн, а сама она недоумевающе заморгала. — Между нами с Деметрием нет любви, — действуя без промедления, Астрид продолжила взывать к её разуму. — Тебе давно уже пора успокоиться. Успокоиться?! Да Джейн, наоборот, хотелось вцепиться в глотку этой невозмутимой стервы. — Это ничего не меняет, — прошипела она. — Он неотступно рядом с тобой, привязан к тебе, защищает тебя! — Алек делает для тебя то же самое, но вы ведь не пара, — голос Астрид звучал всё тише и мягче. — Джейн, я прошу тебя, не срывай на мне свою боль. В ответ та свирепо фыркнула и крепко сжала кулачки: ещё не хватало, чтобы мерзавка её жалела! Астрид, подняв руки в предостерегающем жесте, отступила и тактично продолжила: — Я просто сама испытала такую же боль, и, Джейн, тот, кто причинил мне её, не был моей Вечностью… — она запнулась. — Ты уверена, что Деметрий — твоя судьба? Чаша терпения Джейн была почти переполнена: ещё одна говорит то же самое! — И как же вы с Деметрием определили, что не пара? — сузив глаза, процедила она. Такого поворота в разговоре Астрид не ожидала и ошарашенно ахнула: сказать правду она не могла! И тут же была сбита волной лютой ненависти и злости, от чего молниеносно почувствовала смертельную опасность — Джейн всё поняла и без её ответа. И та, действительно, уже не контролируя себя, утробно зарычала и стремглав бросилась на соперницу.

* * *

Кай сразу уловил шум и нахмурился: в этом крыле замка ещё никогда не нарушали тишину — в нём передвигались бесшумно, не задерживаясь. Однако звуки только стали громче и оживлённее, на что Кай заклокотал. В нём ещё кипел вызванный Астрид гнев, а тут ещё кто-то посмел нарушить заведённый на его территории порядок. Он вышел из кабинета и, жестом приказав страже следовать за ним, пошёл на шорохи. Кому принадлежат голоса, Кай распознал прежде, чем увидел их обладательниц, и это привело его в неописуемую ярость: убьёт, обеих! Джейн сделала прыжок и тут же — на лету — была перехвачена старейшиной и жёстко отброшена в руки стражника, а Астрид, схваченная им за горло, была пригвождена к стене. — Я предупреждал вас, — свирепо прошипел он, и обеим стало явственно, что теперь их жизни не стоят ни гроша. Джейн, осознавая, что натворила, тут же поникла, Астрид же не могла думать вообще: опасная близость Кая лишала её рассудка. — Отвести к Аро, — ледяным тоном велел он, и раздавленную Джейн повели прочь. А Астрид закрыла глаза и приготовилась к расправе. И почему Джейн опять отпустили, а её оставили? Каким богам теперь молиться? — Ты уже достаточно нарушила устоев, — зарычал Кай, сжимая её горло ещё сильнее. — Твоя неприкосновенность аннулируется. И тут всё изменилось. Несправедливое обвинение, как удар гонга, вывело её из оцепенения и сподвигло на борьбу. Да, она повелась на провокацию, но ведь остановилась! Не нарушила в итоге правила! И даже пыталась урезонить Джейн. Нет, она не позволит себя уничтожить за чужое деяние! У Кая сейчас нет ни прав, ни оснований вершить её судьбу! Астрид распахнула глаза и впилась в него открыто презрительным взглядом. — Отпусти, — процедила она и, инстинктивно пытаясь вырваться из жёстких тисков, мёртвой хваткой вцепилась в его руку. Защитная реакция жертвы, даже столь агрессивно обороняющаяся, не была для Кая нечто новым — какие только противники не встречались на его бессмертном пути. Однако именно её отпор почему-то выбил почву у него из-под ног. Настолько, что, сам того не замечая, он резко разжал руку и выпустил её. Астрид, еле устояв на ногах, машинально схватилась за горло. — Это было несправедливо, — едва слышно прохрипела она. Кай отошёл от неё. Его трясло и от негодования, и от бессилия. Её уничижительный взгляд дал ему понять, что смерти она не страшится, зато её оскорбило обвинение. Непостижимая женщина! — Причину ты опять откажешься назвать? — не зная, зачем, спросил он. Астрид, ещё держась одной рукой за горло и опираясь второй о стену, выпрямилась. — Это личное, — подчёркнуто ответила она. — Да и какая вам теперь-то разница? — вздёрнула она подбородок. — Ведь обвинительный вердикт — уже! — вынесен. Кай ошеломлённо вскинул брови. Совсем страх потеряла?! — Я задал вопрос, — рыкнул он. Но Астрид было на это плевать. Он задел чувство её собственного достоинства, и теперь она ничего не обязана ему объяснять. — Почему было не задать его Джейн? — с тем же вызовом спросила она. Каю начало казаться, что они поменялись ролями. Он был и восхищён её смелостью, и одновременно возмущён ею. — С неё есть кому спрашивать, — в тон ей ответил он. — Думаешь, мой гнев хуже разочарования Аро? Он вопросительно приподнял брови, ожидая очередной смелый ответ, но вместо него последовала совершенно другая реакция: вся бравада Астрид неуловимо улетучилась, а сама она непроизвольно содрогнулась от ужаса, которого не было даже в момент скорой расправы. И от этого Кая молниеносно обуяла дикая злость, такая сильная, что все мышцы разом вытянулись в тугую струну, а глаза заволокло кровавой дымкой. Её благоговение к Аро вызвало в нём нещадный порыв разорвать её на месте! — Ну, видимо, — зло зашипел он, нависая над нею, — теперь и на тебя известна управа, да, Астрид?! Резко дёрнувшись, Астрид вжалась в стену. Столько отрицательных эмоций одновременно она ещё ни разу не улавливала. Ход мыслей сбился, и она уже не слышала ни разум, подсказывающий «солгать», ни инстинкт, кричащий «бежать». Она была не в силах даже отвести взгляд. А Кай тем временем упёрся руками в стену по обе стороны от неё, тем заключив её в ловушку, и Астрид помертвела. — Да, — пролепетала она непослушными губами, — лучше принять смерть, чем увидеть разочарование Мастера. — И что же выберешь ты? — не переставая смотреть ей в глаза, прошипел он. На что Астрид даже перестала дышать. Для неё вокруг всё разом едино оборвалось. Она знала, что её ответ ему не понравится, ведь даже сейчас, стоя на краю пропасти, Джейн ей было жаль больше, чем себя. И Кай понял всё и без слов, от чего зверь внутри него, обезумев, взревел как бешеный — он бился в агонии и жаждал! — жаждал! — жаждал!!! — её крови! На его скулах заходили желваки, зубы заскрипели, и он судорожно вжал пальцы в стену, превращая камень под ними в крошево. Она решила усомниться в его несокрушимом могуществе?! Теперь её не спасёт ни Аро, ни Маркус! — Что же… — он задыхался от гнева. — Это… твой выбор… Его чёрная аура вмиг окутала её мраком — могильным, удушающим, с кровавыми вспышками. И Астрид поняла, что это конец. Вопль ужаса застрял в горле, и, безвольно опустив плечи, она вскинула руки к лицу и сдавленно всхлипнула… …Но расправы почему-то не последовало. Её бесслёзный плач, подобно скрежету железа по стеклу, пустил по телу Кая болезненную дрожь, а её обречённый вздох и вовсе выбил из лёгких весь воздух, точно ему с силой ударили в грудь. В глазах потемнело, и, нервно содрогнувшись, он рывком отпрянул назад и застыл в полном недоумении: зверь, скуля, затих, и внутри него, неуловимо потушив ярость, образовалась ноющая пустота. Кай, прикрыл глаза и глубоко, судорожно вздохнул. Напряжение в теле сменилось страшной усталостью, и с каждым сбитым вздохом Астрид сил становилось всё меньше и меньше. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, он шагнул к ней, аккуратно взял её за запястья и медленно отвёл руки от лица. Её остекленевший взгляд и трепещущие губы обессилили его окончательно. Он осознал, что не смог бы привести приговор в исполнение. И дело не в её даре и покровительстве братьев. Просто не смог бы, и всё. — Астрид, — заговорил он тихим, хрипловатым голосом, — всегда сохраняй выдержку и стойкость, даже если тебя будут рвать на части. Ты — Вольтури, — он непроизвольно помассировал её запястья подушечками больших пальцев, — не забывай об этом никогда. Теперь от него исходила светлая аура, а его тотальное спокойствие подействовало на неё как мгновенное успокоительное — Астрид, не дыша, замерла. Кардинальная перемена в нём шокировала её настолько, что она даже не подумала высвободиться из его рук. Послышались приближающиеся шаги, но оба не шелохнулись. Вскоре в коридоре появился Маркус и сразу сверкнул обеспокоенным взглядом по рукам Кая, крепко держащим хрупкие женские запястья. — Брат, — с ходу сурово начал он, — Астрид требует к себе Аро. Разрывая зрительный контакт, а с ним и затянувшееся между ними молчание, Кай отпустил руки Астрид и, тихо смеясь, отступил: что «такого» Аро увидел в воспоминаниях Джейн, коль решил, что послать только одну свиту будет недостаточно? — А я её как бы и не задерживаю, — он сделал провожающий жест, но тут же криво усмехнулся — в уже вернувшейся к нему, свойственной ему одному манере — и кольнул: — Иди, твой Мастер ждёт тебя. Это циничное издевательство вывело Астрид из оцепенения, и на неё потоком хлынуло пережитое потрясение: осознание избежания гибели… испытанные страх и отчаяние… донельзя прочувствованные злость и ненависть… Разум помутился, и Астрид рассвирепела. Настолько, что готова была вцепиться в горло Каю. И сейчас ей было плевать на всё — начиная с устоев и заканчивая последствиями. Всё померкло, кроме жажды кровавой расправы. Кай нутром почувствовал в ней зверя, буйствовавшего ещё недавно в нём самом, и хотя внешне он остался невозмутимым, внутри него всё задрожало от яростного возбуждения. Такая — неукротимая и своенравная — она ему безумно нравилась. Он жаждал увидеть пик её гнева! Эмоциональное напряжение между ними сносило Маркуса монструозными волнами. Он с ужасом понял, что ещё немного, и случится непоправимое. — Астрид! — прогремел он, требовательным жестом подзывая её к себе. К противникам моментально вернулось самообладание. Кай скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся, а Астрид тенью скользнула к Маркусу. — Брат, мы ждём тебя позже, — уже невозмутимо проговорил тот, и они стали удаляться. Кай смотрел им вслед и, отрешённо покачивая головой, пытался понять: в какой же именно момент всё пошло не так.

* * *

Пока они шли к каминному залу — кабинету, в котором прошла её первая аудиенция у старейшин, — Астрид вернула своё эмоциональное состояние под личный контроль. Злость ушла и осталось лишь горькое сожаление, что, лишившись из-за Кая возможности трезво мыслить, она не проигнорировала выпад Джейн. Маркус уловил её настроение и участливо посмотрел на неё. — Хочешь поговорить об этом? — тихо спросил он. Она покачала головой: — Нет, я должна сама сделать выводы. Он коротко кивнул и больше не сказал ни слова. Вскоре они подошли к кабинету, где их уже ожидал Деметрий. Резко оттолкнувшись от стены, он шагнул им навстречу. — Деметрий, не заходи, — властно велел Маркус и, прежде чем скрыться за дверью, обратился уже к Астрид: — Не задерживайся. В ответ Деметрий возмущенно фыркнул. Он уже ничего не понимал: вначале его отослал Аро, потом Алек смерил гневным взглядом, а теперь ещё и Маркус запрещает заходить. — Что происходит? — недоумевал он. Его потерянный вид омрачил Астрид. Подойдя к нему, она легонько провела ладонью по его плечу. — Тебе лучше сейчас отсюда уйти, — мягко проговорила она. — Я скоро освобожусь. Деметрия не устроило такое положение дел, но он был вынужден согласиться. — В последний раз, — больше для себя, чем для неё, сурово проговорил он и, прежде чем отступить, перехватил её руку и слегка поцеловал запястье. В ответ Астрид молча кивнула и потянулась к двери. Войдя в кабинет и услышав сзади щелчок и стремительно удаляющиеся шаги, она облегченно выдохнула и осмотрелась. Атмосфера этого помещения навеяла тёплые воспоминания. И, как ни странно, острых эмоций она сейчас не чувствовала ни от одного из присутствующих. Джейн стояла посреди зала, уткнувшись лицом в грудь брата, который ласково гладил её по голове. Астрид встретилась взглядами с Алеком и была поражена: он жалел их обеих. Аро, упершись одной ногой в пол, сидел на краешке стола и, сцепив руки впереди в замок, смотрел в сторону, как будто не хотел их всех видеть. А Маркус, стоя у тронов, жестом попросил Астрид подойти к нему. Она сразу уловила его энергетику защитника и всё поняла: опора её оппонента — брат, опора её самой — Маркус. И не будь Деметрий причиной конфликта, вероятнее всего, сейчас эту роль исполнял бы он. Наконец Аро повернулся к ним и, переводя опустошённый взгляд с одной на другую, скорбно выдохнул: — Вы меня огорчили обе. Джейн затрясло, а Астрид безжизненно опустила голову, ведь она испытывала боль их обеих: своими словами Мастер лишил их душевной силы. — Джейн, — посмотрел на неё, строго начал он, — я мирился с твоим нежеланием понять очевидное, давая тебе возможность самой разобраться в себе, но более этого делать не намерен. Более того, скажу тебе, что и Деметрий: ты ведёшь себя недостойно. Джейн дёрнулась, как от удара хлыстом, и решила, что скорее удавится, чем ещё раз допустит, чтобы её отчитывали при этой мерзавке. Алек, целуя белокурую голову сестры, прижал её к себе ещё крепче. Но, видя, как Аро медленно поднялся и направился к ним, отступил, безропотно передавая её в руки старейшины. Аро тут же бережно взял Джейн за плечи, и та, тихо посапывая, потупила взгляд и поджала губы. — Милая, — ласково заговорил Аро, — я вынужден буду сделать тебе больно один единственный раз, ибо по-другому просто не получиться донести до тебя то, что уразумели уже все, кроме тебя, — он приподнял её подбородок и вкрадчиво проговорил: — Деметрий — не твоя Вечность. Джейн судорожно выдохнула. Она — это! — уже слышала! И тут мягкое выражение лица Аро сменилось хладнокровным. — Я отсылаю вас с Деметрием, — безжалостным тоном отчеканил он. — И пока ты не разберёшься в себе, видеть тебя не желаю! Удар — мощный, вышибающий дух и сознание — пришёлся в самое сердце, и Джейн рухнула бы, если бы Алек вихрем не подхватил её. Астрид же задохнулась и закрыла лицо руками. Она глубоко прочувствовала, о причинении какой боли шла речь, и сейчас вместе с Джейн горела в сущем, кровавом Аду. Маркус, чувствуя то же самое, успокаивающие сжал её плечи. Тяжелая тишина заполнила пространство. Но вскоре напряжение стало спадать, и Джейн обмякла в руках Алека. Она осознала, что Мастер прав: Деметрий не её судьба, ведь такую цену, даже за его любовь, она заплатить не может. И боль неуловимо отступила, впуская в её истерзанную душу покой. Произошедшие в ней перемены безошибочно уловили все присутствующие. Астрид встрепенулась и, убрав руки от лица, ошеломлённо посмотрела на Маркуса, в глазах которого заискрился свет. А вид Алека от обеспокоенного вновь вернулся к непроницаемому. Он деликатно отстранил сестру и как можно мягче подтолкнул её к вторично раскрывшему для неё свои отеческие объятия старейшине. Однако Джейн, из-за только что пережитого сильного потрясения, не была в состоянии сделать ни малейшего движения. Тогда Аро сам шагнул навстречу и, одной рукой приобняв её за плечи, а второй обхватив затылок, сердечно привлёк её к себе. Сложив ладони у него на груди и делая взволнованный вздох, Джейн мирно опустила голову. Астрид хотелось раствориться в излучающих ими чувствах нежности и полного умиротворения. Смерч, разрушавший их жизненный покой, прошёл. — Алек, — отпуская плечи Астрид, Маркус слегка склонил голову в сторону двери. Алек прекрасно понял старейшину: неформальная встреча окончена, начинается решающая; коротко кивнул и молча покинул кабинет. Аро проводил Джейн до дивана, помог ей сесть и отошёл к столу. — А теперь, — мерно начал он, — я бы хотел услышать, какие вы сделали выводы, — он вновь присел на краешек стола и поочередно посмотрел на своих протеже. Те обменялись долгими осмысленными взглядами и не без удивления поняли, что абсолютно безразличны друг другу, настолько, что даже обсуждать это не видели смысла. Астрид вдоволь наелась ненавистью некоторых обитателей замка и была только рада тому, что на одного противника стало меньше. Есть Джейн, нет её — ровно. Джейн же, познав своё истинное отношение к Деметрию, не считала Астрид более соперницей, да и по положению в клане она всё равно остаётся во всём первой, ведь Мастер благосклонен и к Челси, но та вечно где-то шатается, впрочем, как и Астрид, в то время как она, Джейн, всегда рядом. Наряду с этим Аро скользнул по ним пристальным взглядом и перевёл его на брата. — Конфликт улажен, — заверил Маркус, и тихий тембр его голоса развеял остатки напряжения. Аро довольно кивнул. — В таком случае, тема тоже исчерпана, — констатировал он и проворковал: — Джейн, милая, ты можешь идти. От его бархатного голоса Джейн вся точно расцвела. Плавно поднявшись, она проследовала к двери, до́лжно попрощалась и покинула кабинет. Стоило ей выйти, оба старейшины перевели на Астрид суровые взгляды, и та обреченно вздохнула: оказывается, ещё не конец. И подтверждая это глаза Аро гневно заполыхали. Сегодня он чуть ли не пошёл против брата и, хуже того, мог потерять Астрид, к которой успел прикипеть душою. Теперь жемчужин у него было три, и он не собирался терять ни одной. — Астрид, — жёстко начал он, — ты понимаешь, что сегодня стояла на пороге смерти? Астрид прекрасно это понимала, и ей нечего было сказать в своё оправдание. Она хотела заверить, что подобное никогда более не повторится, что отныне будет вести себя сдержанно, хранить молчание, а свои эмоции держать под жёстким контролем, особенно в присутствии Кая, но даже мысли о нём сумели нарушить её душевное равновесие, и она так и не смогла заговорить. Аро, видя, как её затрясло, посчитал, что ответа так и не дождётся, и жестом поманил к себе. — Мастер… — только и вымолвила она, подойдя к нему. Тот взял её за руку и притянул к себе. Ни его эмоции, ни выражение лица не изменились, хотя картина, нарисованная её воспоминаниями, категорически ему не понравилась. Аро уже не узнавал Кая: позволить гневу затмить голос разума — абсолютно не в характере брата, ведь своей подавляющей властностью тот всегда наслаждался хладнокровно. Да и отношение окружающих — от ненависти до выказывания почтения — Каю было раньше совершенно безразлично, как, собственно, и их с Маркусом покровительство кому-либо. Может, брату против шерсти само существование Астрид и её отношение к нему? Ведь ясно, как светлый день, что дело не в нарушенных устоях. Что же до Астрид, то её поведение равноценно поведению Кая, с одной лишь разницей — разума она лишается сразу и начисто. В голове Аро молнией сверкнула догадка, и у него внутри всё напряглось. Ему нужно в краткие сроки тщательно проанализировать сложившуюся ситуацию и найти из неё выход. Он ласково похлопал по руке Астрид, после чего выпустил её. — Я не стану ничего говорить, ты уже сама сделала правильные выводы, — он потёр нос и махнул рукой: — Можешь идти. Астрид так и не смогла чётко уловить ни одной его эмоции и растерялась: почему он шифрует их от неё? Аро снисходительно улыбнулся. — Дорогая, твоей вины нет, — заверил он, — просто так сложились обстоятельства, — и мягко подтолкнул: — Ступай. Она не стала настаивать, проследовала к двери, учтиво кивнула и вышла из кабинета. В то же мгновение безучастная маска слетела с лица Аро, и теперь оно выражало крайнее беспокойство. — Брат, — встревоженно проговорил он, — я знаю, к кому тянет нашу жемчужину. Маркус коротко кивнул. Он тоже прекрасно знал, к кому. Более того, даже знал, как сильно. В нём до сих пор всё кипело от накала противостояния Кая и Астрид. — Тяга взаимная, — в свою очередь сообщил он. Брови Аро ошеломлённо поползли вверх. Нет, ему, конечно, и самому приходила такая мысль… Это в полной мере объяснило бы неконтролируемые вспышки Кая, его ревность и крайнюю необходимость в почтении Астрид. Но одно дело — предполагать, другое — знать наверняка. Благо, если тяга действительно взаимная — это во сто крат облегчит поставленную перед Аро задачу. Если же нет, то ему придётся всеми мыслимыми и немыслимыми способами удержать Астрид от познания истины, или же он её потеряет — она сама попросит о смерти и, даже откажи он ей, всё равно её найдёт. — Уверен? — переспросил Аро. — О, да, — с ободряющей улыбкой заверил Маркус, направляясь к брату.