Единство

Техас, США. Увидев, как падает Алек, вся команда оцепенела от животного ужаса, и это мгновение промедления, показавшееся вечностью, стало для них роковым. Застигнутые врасплох, Тийа и Челси оказались доступными мишенями и ещё находились в глубоком шоке, когда сильные и грубые руки скрутили их и стали нещадно сдавливать горло, пуская по коже трещины. Взревев от ярости, воины Вольтури было ринулись на выручку и тут же застыли, как вкопанные. В их глазах через край плескалось бессильное отчаяние. Невзирая на дождь, погребальные костры ещё полыхали, а захватчики, державшие в своих руках мертвой хваткой душу и сердце клана, находились от них в опасной близости. Любой неверный шаг грозил жемчужинам старейшин мгновенной смертью. Тийа, безнадёжно пытаясь вывернуться, лихорадочно искала выход. Если она сейчас не зацепит кого-то из противников взглядом, то через считанные секунды лишится головы. Однако оппонент держал крепко, трещины на теле становились всё страшнее и глубже, и она уже чувствовала, как теряет сознание, когда их сбило невидимой силой, и захватчик, чтобы устоять на ногах, был вынужден ослабить хватку и крутануться. Это стало её спасением. Ясно осознавая, что это последний дарованный им шанс, Тийа посмотрела на схватившего Челси вампира и послала приказ. Тот тотчас отпустил свою жертву и стремительно бросился к ним. Её мучитель, не ожидая вероломного предательства, ослабил контроль и тем утратил бдительность. В следующий миг смертельной хваткой вцепились уже в его собственную глотку. Не теряя времени, Тийа выскользнула из его рук и перевела взгляд на него самого, и он, не отдавая отчёта, метнул руки в ответном броске. Ослеплённые союзники практически отделили друг другу головы, когда негодующая Челси и уже видимый Афтон помогли им закончить дело. Третий — последний из нападавших, осатанело скидывая с себя воинов, было ринулся к обездвиженному Алеку, как попал под кровожадный взор Тийи и смиренно застыл в ожидании смерти. Вампирши с остервенелым огоньком в глазах хищной поступью подошли к нему. Это был последний враг, выходит, шанса отомстить у них более не будет. Тийа ослабила хватку, чтобы он перед самым концом знал, от чьей руки примет смерть. Его взгляд прояснился, и они с исступлённой яростью разорвали его на мелкие куски. С не меньшей ненавистью Афтон поджёг его останки. Вокруг воцарила всеохватывающая тишина. С тяжёлым, гнетущим чувством Челси и Тийа подошли к Алеку и опустились рядом с ним на колени. Борясь с подступившим в горле комом и смахивая частыми морганиями застывший в глазах жгучий яд, они, точно безумные, ласково гладили его по волосам и лицу. — Афтон, — позвал один из воинов, — там ещё одна. Это сообщение мгновенно вывело троицу из прострации, и они синхронно посмотрели в указанную воином сторону — вдалеке виднелась безжизненно лежащая на земле хрупкая фигурка. Не отрывая пристальные взоры, вампирши стремительно подлетели к ней и нависли над нею, испепеляя полным ненависти взглядом. — Не ранена, но явно без сознания… — опешил Афтон. — Что за чёрт? Взор Челси немного прояснился и теперь был уже не столь враждебным. — Так же, как и Алек… — раздумчиво протянула она спустя немного времени. Афтон изумлённо приподнял брови, тогда как Тийа, захлебываясь от ярости, не уловила смысл сказанного Челси. — Стерва! — зашипела она и потянулась острыми ноготками к горлу противницы, но тут же была оттащена и заключена в оковы стального объятия Афтона. Извиваясь змеёй в его руках, она впилась возмущенным взором в Челси. — К чему эти реверансы?! — выплюнула она сквозь зубы. — Ты же тоже прекрасно поняла, что именно эта дрянь свалила Алека! В ответ Челси выпрямила стан и надменно вскинула голову. — Ты забываешься! — ледяным тоном осадила она Тийу. — Её участь будет решать Кай. И если Алек действительно её рук дело… значит, у неё дар. Сильный дар! И её держали в резерве до последнего. Она и была их козырем. К ней по этому поводу у старейшин могут возникнуть вопросы. А с Марией, кстати, её связывает одна лишь ненависть! Она не была в их команде, — Челси провела рукой дугу над сгоревшими останками. — А также знала, что их больше нет, следовательно, пришла на смерть осознанно. Несуразный поступок, и лично мне интересно, что же ей на самом деле руководило. Алек же, — она шумно перевела дыхание, — жив. Наша с ним связь не ослабла. Он скоро придёт в себя, — заключила она уже смягчившимся голосом. — Тобой сейчас руководят эмоции, но когда ты придёшь в себя, поймёшь, что я права, — её взгляд совсем потеплел. Тийа перевела взор с неподвижной фигуры, которую по безмолвному приказу Челси отнесли подальше от неё, к Алеку, и её крупно затрясло от отчаяния, боли и ненависти. Она горела заживо от переполняющих её эмоций, захлёбывалась ими, а чувство собственного бессилия как-либо помочь Алеку сломало её окончательно, раздавило. И не имея более абсолютно никаких сил сдерживаться, она истошно завопила. Афтон тут же выпустил её из рук, и Тийа, тенью опустившись на землю, закрыла лицо трясущимися руками, безуспешно пытаясь подавить рвущийся из груди звериный крик. Сдерживаться более не смогла и Челси. Присев рядом с Тийей, она потянулась к ней и заключила её в свои успокаивающие объятия. Вскоре вопли Тийи перешли в сдавленные рыдания. — Будь по твоему, — отнимая руки от лица, просипела она. — Но если ей вынесут смертный приговор… — задохнувшись от душившей её ненависти, она не договорила. Однако Челси всё поняла и без слов. — Ты саморучно её разорвёшь, — заверила она тихим, слегка дрожащим голосом, продолжая заботливо гладить Тийу по голове. — О большем и не прошу… — всхлипнула та. Лишившись последних моральных сил, они замолчали. Обессиленные и измождённые душой и телом настолько, что были не в состоянии даже повернуть головы в сторону прибывших силовиков Вольтури. Те, ещё пребывая в страшном напряжении, сразу пробежались по рядам, оценивая обстановку. Сконцентрировавшись на мертвенных Тийе и Челси и безжизненном Алеке, они оцепенели от чувства, казалось бы, непрекращающегося сущего кошмара. А Джейн так и вовсе, во все глаза смотря на брата, покачнулась и безотчётно вцепилась в Феликса в поиске опоры. — Алек… — прошептала она онемевшими губами. Мир вокруг неё рухнул. Не видя и не слыша ничего и никого, кроме возлюбленного брата, Джейн и не почувствовала, как крепкие руки подхватили её, а вскоре опустили рядом с Алеком и заботливо поддерживали, пока она, захлебываясь от горя, в жёстком мандраже и тихо поскуливая, оседала на землю у его изголовья. Глаза заволокло выжигающим ядом, и Джейн разразилась судорожными рыданиями. Заклиная брата очнуться, она обхватила его лицо подрагивающими руками и стала осыпать исступленными поцелуями. — Не оставляй меня… — горько рыдала она, вытягиваясь рядом с ним и вжимаясь в его тело так, будто пыталась врастись в него… заслонить собою. — Молю… Она, как безумная, неустанно повторяла его имя, продолжая целовать его и дрожащими пальцами очерчивать черты его лица, шеи, плеч. Мрак, в котором пребывал сейчас Алек, поглотил и её. Кромешный, безмолвный мрак. Джейн всем своим существом ощущала пустоту, окружающую их. Осознание, что брат не чувствует её и бродит один в бесконечной темноте, разрывало её изнутри. Ей хотелось умереть. Джейн твёрдо решила: если Алек не придёт в себя, она самолично возведёт им погребальный костер и взойдёт на него вместе с ним. Она была к этому готова. Видимо, им уготован только такой конец. Все Вольтури от пережитого за последние часы катарсиса закаменели, не чувствуя ни хлеставшего их ветра, ни грозового ливня. Первым очнулся Кай. С трудом взяв себя в руки, он растёр мокрое лицо ладонями, тяжко выдохнул, а после направился к Челси и Тийе. Опустившись рядом с ними на корточки, он осторожно привлёк их к себе. Проведя невесомо по волосам Челси и поцеловав по-отечески в лоб Тийу, он вновь приподнялся и воззрился полным боли взглядом на Алека и бьющуюся на груди того в тихом рыдании Джейн. — Он жив? — из-за сдавившего горло спазма его было практически не слышно. — Да, — неколебимо заверила Челси. — Я правда не знаю, что с ним, но могу с полной уверенностью заявить, что он не пострадал ни морально, ни физически. А близость Джейн сейчас его исцеляет, он чувствует её. Джейн сквозь беспамятство услышала её слова, от чего невнятно застонала, но уже от душевного облегчения. И точно стараясь передать брату ещё больше тепла, обняла его ещё крепче. Порывисто выдохнув, Кай невольно закрыл глаза и поднял лицо к небу. Он никогда не был верующим, но в данное мгновение благодарил небеса, что никто из его команды не пострадал. — Кай, — окликнул его Феликс. Старейшина тотчас опустил голову и перевёл взгляд на приближённого. Воззрившись на лежавшую у ног того фигуру, он недоумённо изогнул брови: — Кто это? Челси передала Тийу Деметрию и встала рядом с Каем. — Их козырь, — выплюнула она. — Предполагаем, именно она и вырубила Алека. И между ними установилась связь, которую я никак не могу разорвать. Словно у них сейчас одно сознание на двоих. На скулах Кая заходили желваки. Сцепив пальцы обеих рук, он потёр ими губы. — Получается, сейчас её трогать опасно даже ментально? — хрипло спросил он. — Попробовать реанимировать даром Тийи, к примеру. Челси отрицательно покачала головой, на что Кай на мгновение задумался, а после направился к Феликсу. Слегка наклонившись над неподвижной вампиршей, он откинул мокрые волосы с её лица, и в следующий миг его брови ошеломлённо поползли вверх. Рядом стоявший Феликс шумно втянул воздух. Он был так же шокирован, как и Кай. Впрочем, представшая картина лишила дара речи не их одних, ибо шла вразрез информации, полученной только что от Челси. Они смотрели на обездвиженного врага и не верили тому, что видят. Недаром говорят: прекрасное таит в себе немалую опасность… И перед ними сейчас предстало тому прямое подтверждение: хрупкая фарфоровая кукла, с пухлыми губами и пушистыми ресницами на юном, невинном личике, облепленным длинными белокурыми вьющимися локонами. Чистый и ранимый ангел… сумевший каким-то — непостижимым! — образом обезвредить их самое мощное оружие… — О, боги, — с горькой иронией усмехнулся Кай. — Внешность обманчива, — пробубнил Феликс. Тийа заклокотала в плечо обнимающего её Деметрия, а с нею и начавшая приходить в себя Джейн. — Реанимировать?! — зашипела она, прижимаясь ещё плотнее к брату в непроизвольном защитном жесте. — Убить! От этих слов Кай перекосился от гнева. — Ты не слышала Челси? — прогремел он. — Или от горя ума вконец лишилась?! У неё с Алеком связь, которую разорвать нельзя! Пока он не придёт в себя, трогать её категорически запрещено! — рубанул он, но следом, понимая, что за агрессией Джейн стоит страх, он заставил себя сдержаться и заговорил уже мягче: — Мы не знаем, как действует её дар. Не исключено, что, тронув её, мы навредим ему. Джейн, судорожно хватая воздух, опустила лицо на грудь брата и затряслась от бессильного гнева. Кай вновь окинул сосредоточенным взглядом неподвижную у его ног вампиршу, гадая, что же ему с нею делать, а после наклонился и аккуратно взял её на руки. — Всё, сворачиваемся! — сурово приказал он. — Феликс, бери Алека, — распорядился он и стремительно рванул с места. Феликс мягко отстранил Джейн, подхватил Алека и со всеми последовал за старейшиной.

* * *

США. Она потихоньку выныривала из темноты, а вскоре стали возвращаться и чувства. Вначале вернулось обоняние, потом слух, и наконец она уловила свет даже через закрытые веки. Нет-нет-нет! Не может быть! Она жива! «Дьявол! Жива!» — Не-е-ет! — истошно заскулила она и, жёсткой хваткой вцепившись в волосы и вжимая пальцы в голову что есть силы, перекатилась на бок и опустила лицо в пол. Она крепко зажмурила глаза, однако запретить чувствовать не получилось. Ведь даже не дыша, она едино ощущала всё, что происходит вокруг. Осязала колыхание воздуха. Слышала шорохи и тихое дыхание. Сделав короткий вдох, она зашипела. Некоторые ароматы из общего букета ей были знакомы. Она чувствовала их на поле боя. «Вольтури!» — Вы же не даёте второго шанса, — сквозь зубы ядовито выплюнула она и, резко вскинув голову, метнула на вампиров полный ненависти взгляд: — Лицемеры! Кай опешил и от неожиданности, и от такой откровенной агрессии, а вместе с ним и Феликс. Вместо того, чтобы молить о пощаде, она посмела ещё и проявить неслыханную дерзость. Посмела упрекнуть в невыполнении собственных правил, хотя — по идее — должна благодарить, что осталась жива! — Умереть хочешь?! — прошипела Джейн. — Это, пожалуйста! Сделать бросок ей не позволили свинцовый взгляд старейшины и Феликс, загребший её в объятия. Задохнувшись от ярости, Джейн затряслась в его руках, но повторную попытку наброситься не сделала. Зато это сделал Кай. Молниеносно метнувшись вперёд, он за горло припечатал к бетонному полу прожигающую их уничижительным взглядом пленницу. — Как действует твой дар? — прогремел он. Буквально на мгновение она замешкалась, но следом на её лице заиграла надменная улыбка. — М-м? — усмехнулась она, всем видом показывая, что плевать хотела на его вопрос. Кай вскипел и, нещадно дёрнув её за горло на себя, со всей силой припечатал обратно, тем пуская по каменному полу глубокие трещины. — Отвечай, — свирепо процедил он. Она проницательно прищурилась. От него исходила смертельная энергетика, а глаза пылали просто разрушительным огнём. Опасен, чертовски опасен. А ещё жесток и беспощаден. Истинный палач! Он напомнил ей об её далекой, ещё человеческой жизни. Когда, чтобы избежать боли, она страшилась даже дыхнуть в сторону своего мучителя. Но не сейчас! Теперь она, наоборот, жаждала, чтобы он довёл дело до конца. Нужно поднажать на него, ведь если они оставят ей жизнь, то участь её будет незавидной. — А иначе что? — презрительно сверкнув глазами, огрызнулась она, а затем и вовсе рассмеялась сквозь хрип прямо ему в лицо. И не прогадала. Кай, взревев от гнева, стал сдавливать её горло безжалостной хваткой, и губ жертвы коснулась ликующая улыбка, как бы говоря: «Давай же! Ещё чуть-чуть, и долгожданный конец!» — Кай, остановись! — вскрикнула вмиг подлетевшая к нему Челси. — Она этого и добивается! — оттаскивая его, констатировала она. От этих слов к старейшине мгновенно вернулось хладнокровие, и он выпустил непокорную добычу из захвата своих рук. И вот тут-то он и увидел ужас в её глазах. Неконтролируемый, животный ужас. И вот что, спрашивается, ему с нею делать? Чем её страшить, если она боится не смерти, а жизни? Кай ещё никогда не чувствовал себя настолько перегруженным провокационными действиями противника. И Джейн не натравить, ведь Алек ещё так и не пришёл в себя. Да и их ментальная связь нисколько не ослабла. Кай пронзительно посмотрел на неё, словно хотел проникнуть прямо в самую душу, и решение пришло само собой. Хочет смерти? Отлично! — Ты умрёшь, — негромко проговорил он. — Если расскажешь, как действует твой дар и как помочь юноше, которого ты вырубила. Она шокированно расширила глаза. Так он жив?! Но это значит… что из всей группы только она одна осталась в живых. О-о-о, как же глупо она поступила! Ей надо было не трогать Алека, а просто атаковать, и сейчас она была бы уже мертва… Радует хотя бы, что сам он не пострадал. Она растерла ладонью горло и, оттолкнувшись рукой от пола, плавно села. — Я — ментальный «вампир»… — откашлявшись, заговорила она. — Звучит двусмысленно, но по-другому не выразиться. Я вытягиваю из оппонента его ментальную силу, и чем сильнее дар, тем тяжелее противник переносит период его восстановления, — она порывисто перевела дыхание. — Но мой дар действует зеркально. Лишая сил, я сама страдаю. И, соответственно, чем сильнее талант, тем дольше реабилитация. Алек же, — она на миг прикрыла глаза, невольно представляя его образ, от которого не сдержала тёплой улыбки, — скоро придёт в себя, — и, вновь посерьезнев, продолжила: — Я прихожу в сознание раньше, но не намного. — А когда оборвётся связь? — жёстко спросила у неё Челси. Она непонимающе мотнула головой: — Какая связь? — Возникшая сразу же после твоей атаки. Это крепкая связь. Я не могу её разорвать. Челси напряжённо ждала ответа, который её визави давать ей явно не спешила. — Так вот почему я ещё жива, — наконец проговорила та с циничной усмешкой на губах. — Зря переживали, мой конец на нём бы не сказался. И я бы рада помочь, — заверила она, разведя руками. — Но не знаю, о какой связи идёт речь. Убейте меня, — её брови изогнулись дугой над горящими хитрым огнём глазами, — и она сама оборвётся. Челси, прикоснувшись к плечу Кая, с недоумением прошептала: — Я не понимаю. На что Кай скрестил руки на груди и вновь пристально посмотрел на пленницу, в чьих глазах опять заплясали насмешка с презрением. Она снова бросала ему вызов, и на сей раз он не мог его не принять. — Как тебя зовут? Та оторопела, и дерзкая улыбка вмиг сбежала с её лица. — Какая… — недоуменно начала она и тут же сбилась от резко нахлынувшего отчаяния: убивать её никто, видимо, и не собирается. — Лжец! — вскипела она, стремглав бросившись на старейшину. Кай, машинально увернувшись, крутанул беснующуюся в своих руках, прижал к себе спиной — не продохнуть — и сильно сжал её шею. — Отвечай на вопрос, — свирепо прошипел он ей на ухо. Его подавляющая сила была почти осязаема, из чего она заключила, что сопротивляться ему попросту бессмысленно. — Айлин, — прохрипела она. — Так вот, Айлин, прежде чем мы продолжим и покамест ты не совершила очередную безрассудную выходку, хочу напомнить: твоя жизнь в моих руках. Итак, я спрашиваю — ты лаконично отвечаешь. Начнём с главного: кто ваш предводитель? Айлин хотелось вопить и смеяться от этой патовой ситуации. Её не хотят убивать, и в то же время жизнь её не стоит и гроша. Она маневрирует на грани! — Что именно вы хотите о нём знать? — процедила она, вцепившись в его руку. Кай ослабил хватку, но из рук не выпустил. — Всё. Айлин медленно покачала головой: — Я видела его всего один раз, и то издали. Он манипулятор — это всё, что я знаю. За ним все шли, как бараны за пастухом, — бесцветно пояснила она. — Вам нужно было сохранить жизнь Марии. — Ты была его козырем! — начал потихоньку закипать Кай. В ответ Айлин брезгливо поморщилась. — Да, была, — совершенно равнодушно ответила она. — Но это ничего не меняет — я его не знаю. — Милая, не советую лгать мне! — зарычал Кай и оттолкнул её. Она фыркнула. И что он ей сделает? Убьёт? Смеяться уже хотелось в голос. Челси не выдержала от такого пренебрежительного отношения к Каю. Опрометью подлетев к Айлин, она отвесила ей увесистую пощечину. Глаза той гневно полыхнули. Не больно, но зато как оскорбительно! Однако ярость тут же уступила место жгучему отчаянию. Смотря на непроницаемые лица Вольтури, Айлин тихо застонала. — Да что вам от меня нужно?! — сокрушённо воззвала она, медленно оседая на пол. А после горестно поникла головой. Будь проклят тот, кто обратил её и чей дар вёл её, как завороженную! И предводитель, и эти Вольтури, и даже Мария — пусть будут все прокляты! Что ей сделать, чтобы это всё поскорее закончилось? — Мария жива, Айлин, — ядовито усмехнулся Кай. — Устроить очную ставку, или сама всё расскажешь? Ведь если ты солгала, то о смерти можешь забыть! — его лицо перекосило чудовищным оскалом. — Тебя будут рвать на куски, давать восстановиться и снова рвать! И так век за веком! Всех присутствующих прошибло от жути — это была не пустая угроза… Всех, кроме той, кому она была адресована. Его провокация не то что не прошла, а, напротив, произвела прямо противоположный эффект на Айлин. Она вскинула на Кая взгляд, полный надежды, и её лицо озарила невероятно лучезарная улыбка. Казалось, она вся даже засветилась. У всех невольно перехватило дыхание от её дивного лика. — Господи! — прозвучал её радостный восклик. Марию не убили, стало быть, её мучениям подошёл конец. — Так чего же вы тратите время на меня?! — она метнула руку в сторону двери: — Ведите Марию! Вольтури не сдержали нервный смешок. Айлин их всех ввела в полное замешательство. Деметрий и Феликс, уже не скрывая своего восхищения, не сводили с неё восторженных взглядов, Челси потрясённо застыла, и только Джейн гневно клокотала. Кай обречённо покачал головой. Он смотрел на Айлин и откровенно не знал, что же ему с нею делать. Или её нереально сломить, или же она действительно говорит правду. Или и то, и другое. Железная выдержка, однако, у этого ангела. Он решил изменить тактику, и угроза в его глазах сменилась участливым интересом. — Если ты видела предводителя всего один раз, то что тобой двигало? Что привело на поле боя? — вкрадчиво спросил он. Лицо Айлин застыло в смиренной маске. — Смерть, — коротко выдохнула она, но, подняв голову и встретившись с его искренне снисходительным взглядом, решила ува́жить всей правдой: — Если бы не связь с одним из участников, я бы свела счёты с жизнью ещё в самом начале… Сразу после обращения, — она отвернулась, чтобы скрыть от них душившую её боль. — Но он держал меня, повязал своей волей. И шла я за ним, а не за предводителем, — в её голосе проскользнуло брезгливое презрение. Если бы они только знали, что будь у неё шанс, она самолично бы разорвала этого предводителя. — И мне было плевать на всех и вся, только бы защитить его. А когда связь оборвалась… — она вновь опустила голову и скорбно вздохнула, ещё раз осмыслив, что выбрала неправильный манёвр на поле боя. — Добровольно? На смерть? — с беспощадным скептицизмом кольнула Челси. Но Айлин проигнорировала её тон и степенно покачала головой. — Да, — ответила она. — Это никчемное, бессмысленное существование. Полное боли и ненависти к самому себе. А к смерти я готова была ещё в человеческой жизни. Меня ничто не держит в этом Мире. Кай, скрипя зубами, сжал кулаки. От бравады Айлин, пропитанной высокомерным презрением, не осталось и следа. Сейчас она и впрямь выглядела как ангел. Светоносный и кроткий. А в её мелодичном голосе звучала одна только искренность. Она больше не провоцировала, не проявляла агрессию, а лишь смиренно взывала к пониманию. Взывала о смерти. Кай недоумевал и одновременно был возмущён. Вопиющая нелепость — желать смерти, имея такую несгибаемую волю, твёрдый дух и поразительную смелость, так восхитившие его. Он сразу распознал в ней истинного воина. И пока не прибудет Аро, она останется жить. Но чтобы она вновь не превратилась в гарпию и не довела его до белого каления, он даст ей то, чего она и ждёт от него, — надежду. — Хорошо, — шумно выдохнул он. — Ты получишь свой шанс на смерть, как только Алек придёт в себя. Айлин судорожным движением прижала руки к груди и шокированно воззрилась на него. Но уже через мгновение неверие в её взгляде сменилось благодарностью. Она наконец уразумела, что перед ней не просто палач, а несомненный вершитель судеб, который, хочет — казнит, а хочет — милует. А в отношении её он одновременно осуществит и то, и другое. Что и сам, вероятнее всего, осознаёт. — Спасибо, — прошептала она одними губами и, надрывисто дыша, закрыла лицо руками. Казалось, тяжкая ноша неожиданно спала с её плеч, выливаясь теперь в облегчённом бесслёзном плаче. Все вампиры бесшумно покинули помещение, и только Челси осталась. Мерно покачивая головой, она вновь попробовала разорвать связь. Безуспешно и на сей раз даже болезненно. Ощущение было такое, что её даже калёным железом не выжечь. Челси мысленно вздрогнула от внезапно возникшего подозрения. Что же, если её догадка верна, то умереть Айлин теперь точно никто не позволит.

* * *

Кай, сцепив руки на груди, стоял у окна и смотрел в пустоту. Внешне он был абсолютно спокоен, тогда как внутри него свирепствовала буря. Когда он найдёт этого «гения», то заставит его молиться всем богам, какие когда-либо были упомянуты в человеческих летописях. И разорвёт его на количество частей, равное боли, испытанной его командой. Этот враг перешёл черту, отчего теперь ему не видать смерти! Его участь — тысячелетия зверских мук. Потеряв всех союзников, он остался с одним компаньоном, и скоро они узнают о нём всё. И даже не придётся распыляться на это ничтожество — Марию. Аро узнает всё одним касанием. Как и узнает всё об Айлин. Которой, если она сказала правду, он дарует мгновенную и безболезненную смерть. Если же нет… Со стороны кровати послышался отчётливый вздох начавшего приходить в себя Алека, и Кай, закрыв глаза, порывисто выдохнул от облегчения. Вот о ком сейчас нужно думать, а это отребье подождёт. Обернувшись, он встретился с взглядом Челси, в котором читались ровно такие же мысли, и перевёл взор на Алека. — Господи, наконец-то! — с придыханием воскликнула Джейн, при этом покрывая лицо брата горячими поцелуями. Алек пару раз моргнул, смахивая пелену с глаз, и, слегка склонив голову вбок, сфокусировал взгляд на сестре. Он практически не чувствовал своё тело, а в горле стоял ком, не позволяющий говорить. Спазматически сглотнув, он попытался прочистить горло. — Дорогая, — прохрипел он. — Алек, — жадно хватая воздух и пытаясь унять дрожь в кистях рук, Джейн прижала их к его груди. Время, пока брат был без сознания, стало для неё траурным, поглотило её в беспросветную боль. Кай подошёл к ней сзади и успокаивающе положил руку на её плечо. Алек нахмурился — обезумевший вид сестры жёстко полоснул по нему, усугубляя и без того его тяжёлое состояние. — Что произошло? — еле слышно спросил он, сердечно проведя ладонью по пылающей щеке Джейн. Кай посуровел. — У них тоже был припасён козырь — ментальный «вампир». Так как они не были осведомлены о Тийе, главной целью стал ты. Что ты помнишь? Алек перевёл на него задумчивый взгляд. — Ничего. Последнее — бегущего на нас противника… — он замялся. — Девушку… — его губы тронула невольная улыбка. — Ангела… А потом пустота. — Ты сквозь сплошной ливень за мгновение крылья у неё рассмотрел? — фыркнул Кай. Джейн тихо заклокотала. Она ещё пребывала вне себя от гнева на Айлин. Алек опешил. — Нет, разумеется, крыльев не было… — он растерялся, пытаясь подобрать слова. — Но её лицо… сам взгляд… Кай! — бросив тщетные попытки, зашипел он. — Какая разница? — Да, собственно, никакой, — угрюмо пожал плечами тот и, горько усмехнувшись, добавил: — Кроме той, что ангел тебя и вырубил. — Козырь? — уточнил Алек, ошеломлённо изогнув брови. — Козырь, — подтверждая, кивнул Кай. — Что с нею? — неожиданно помрачнел Алек. — Ликвидирована? — Под арестом, — тихо смеясь, отрицательно покачал головой Кай. — Хотя смерть — это именно то, на что она нас беспрестанно провоцирует. — Не понял. — А что тут непонятного, Алек? Смертница она, безрассудная и ничего не страшащаяся! Открой пасть, она сама вложит голову в неё и заклянёт её захлопнуть. Глаза Кая, казалось, метали молнии. Его так измотала эта юная особа, что он уже просто не представлял, как на неё реагировать. То хотелось умиляться её ангельскому лучистому взгляду, то немедленно вцепиться в глотку. Одно он знал наверняка: она ещё и эмоциональный «вампир», ибо из него все соки уже точно вытянула. Алек знаком попросил сестру помочь ему встать. Джейн тотчас плавно спорхнула с кровати и потянула его на себя. Кай тоже подался вперёд, крепко подхватил его под локоть, помогая тем удержаться на ногах. — Я хочу увидеть её, — твёрдо заявил Алек, слегка пошатнувшись. — Зачем? — удивился Кай, отходя в сторону. — Едва Аро войдёт с нею в контакт, она будет ликвидирована… при любом раскладе. От этих слов в душу Алека ворвалась необъяснимая смута, а сам он весь точно помрачнел. — Только от моей руки, — процедил он, чувствуя какой-то жуткий дискомфорт. Кай коротко кивнул: — Твоё право. Джейн, интуитивно потянувшись к руке брата, любовно потёрлась о его ладонь щекой, и Алек сразу непроизвольно расслабился. — Когда прибудет Мастер? — целуя сестру в макушку, спросил он. — Он не прибудет, — замурлыкала Джейн. — Все противники ликвидированы, и Мастер развернулся. А Айлин едет с нами, не сопротивляясь… Как и Мария, — она буквально выплюнула последние слова. — Ну, Мария и не в состоянии сопротивляться, — оскалилась сидевшая в кресле Челси. Лицо Джейн осветила такая же хищная улыбка. А Алек тем временем замер. Айлин? Какое нежное имя. Удивлённый собственной реакцией, он поспешил переменить разговор. — А что с Мозгом? — спросил он, после чего мягко отстранился от сестры и, удерживая равновесие, неспешно прошёлся по комнате. Кай сжал кулаки, едва сдерживая готовый вырваться наружу безудержный гнев. — Ушёл. Но он совершил ошибку, вернувшись на поле боя, — он злорадно хохотнул. — Такой стратег, и такая фатальная ошибка. И теперь мы взяли его след. А у Марии уже узнаем детали. Алек слегка взъерошил волосы. Почему оставили жизнь Марии, он знал и понимал… Но почему жива Айлин? Вольтури ещё ни разу не оставили в живых истинного смертника. — Как так вышло, что Айлин не ликвидировали сразу? Она не вступила в бой? Кай задорно махнул рукой: — А вы синхронно выпали из боя — она поразила тебя, а ты её. Алек резко остановился и вопрошающе посмотрел на старейшину. — Кай, мне нужно её увидеть, — он требовательно дёрнул подбородком. — Для меня это важно. Не знаю, почему, но важно. Кай перевёл на него озадаченный взгляд, на мгновение застыл в раздумье, а после многозначительно посмотрел на Челси, безмолвно передавая ей слово. Та облизнула губы и тактично заговорила: — Алек, когда Айлин вошла с тобой в контакт, между вами установилась связь… которую я разорвать не смогла, — она жестом остановила шагнувшего к ней ошарашенного Алека. — Мы думали, это побочный эффект её зеркального дара… Но она пришла в себя… Ты пришёл в себя… — она на мгновение смолкла, словно решаясь, а затем проговорила: — А связь так и осталась. — Нерушимая? — с трудом дыша, уточнил Алек. — Да, по крайней мере, на данный момент, — извиняюще ответила Челси. — По словам Айлин связь оборвётся вместе с её жизнью, — изрёк Кай и следом рассудил: — Поэтому тебе лучше с нею не встречаться. Алек оцепенел, не в состоянии вымолвить ни слова. Его инстинкт кричал, что если он её не увидит, это станет началом конца. А голос разума впервые безропотно уступил тому первенство. — Тем более я должен её увидеть, — еле слышно потребовал он. Джейн, всё время не сводившая с брата неусыпного взора, безошибочно уловила надтреснутые в его голосе нотки и тотчас оказалась рядом. Трепетно прижавшись к его груди, она требовательно — отчасти даже угрожающе — посмотрела на Кая и Челси. Если брату так необходимо увидеть Айлин, значит, он её увидит! Те, переглянувшись, снисходительно кивнули. Они предполагали такой исход, ведь сила тяги между Алеком и Айлин сильнее и глубже, чем им хотелось бы. Алек едва пришёл в себя, а уже рвётся к ней. Да и Айлин, сама того не замечая, то и дело приближалась к покоям Алека. А когда приходила в себя, не понимая, что забыла в этой части особняка, уходила обратно к себе. Алек послал им благодарный взгляд и прижал к себе сестру. — Но вначале охота, — проявила обеспокоенность та. Он коротко прикрыл глаза в знак согласия, ибо уже и так плавился от жажды.

* * *

Айлин сидела у окна, обхватив руками колени, и немигающим взглядом смотрела в ночь, прекрасней которой, казалось, ещё не видела. Именно в лунном сиянии этой ночи впервые проглянул луч её свободы. Или, может, всё дело в том, что Алек наконец очнулся? И пусть Вольтури не удосужились ей сообщить столь важную новость, она в ней и не нуждалась. Алека она чувствовала настолько сильно, словно осязала всем своим существом. Он пришёл в себя, это бесспорно. А значит, конец уже близок… Скоро, совсем скоро закончится её бессмысленный путь. И уйдёт она оправданной, по крайней мере, хотя бы в отношении Вольтури. Ведь их предводитель, как теперь она знала, сможет прочитать её как открытую книгу. Чему была несказанно рада. Пусть заглянет в её мысли и подтвердит её слова. И тогда, как и обещал Кай, ей даруют мгновенную смерть. Поскорее бы уже прибыть в Вольтерру и покончить с их неверием. А после уйти в небытие. Наконец искупить все свои грехи и обрести покой. Между тем тихо приоткрылась дверь, но Айлин не шевельнулась, продолжая смотреть в окно. Пронесся лёгкий сквознячок, и она еле-еле втянула воздух. Этот аромат ей был знаком, но издали. А из Вольтури она пока ещё не встречалась только с одним вампиром. — Я рада, что с тобой всё хорошо, — кротко начала она. — И рада, что мне представилась возможность попросить прощения. Я выбрала неправильный путь на поле боя, о чём уже не единожды пожалела. Алек бесшумно ступил в комнату и завороженно воззрился на светящуюся под лунным светом хрупкую фигурку Айлин. Ему безумно хотелось вновь увидеть её лицо, но то было плотно окутано серебряным покрывалом шёлковых волос. Он тихой поступью приблизился к ней и вдохнул её аромат. Желание увидеть её лицо стало нестерпимым. — А какой путь был правильным? — прозвучал в тишине его мягкий бархатный голос. Айлин в тоскливом трепете опустила голову и втянула губы, пытаясь унять в них дрожь. — Пойти в физическое наступление, — тихо ответила она. От этих слов на Алека будто вылили кипяток. Он потерял возможность дышать и не сразу пришёл в себя. — Тебя бы разорвали… — шокированно выдохнул он, наконец обретя голос. — Мгновенно… — Да, — безучастно пожала плечами Айлин. Алеку безудержно захотелось встряхнуть её, отхлестать по щекам, дабы вернуть разум. — Почему ты ищешь смерти, Айлин? — непонимающе воззвал он, чувствуя, как к горлу подкатывает ядовитая горечь. — Чем плохо бессмертие? Айлин тихо всхлипнула, а после откинула волосы и открыто посмотрела на Алека. — Алек, я… — она запнулась, пытаясь подобрать слова. Зря старалась! Он был настолько сражён её красотой, что уже абсолютно её не слышал. — Я не смогу ответить, не объяснив причины. А её я вспоминать не хочу… не хочу возвращаться в Ад, — она отвела взгляд и небрежно дёрнула плечами: — Если тебя так это интересует, после моей смерти спросишь у вашего… предводителя. И хотя её последние слова были произнесены шёпотом, для Алека в этот момент словно раздался удар гонга. Мгновенно вернувшись из мира грёз, его бешено затрясло от необъяснимой злости. Не отдавая отчёта своим действиям, он резко схватил её за плечи. — Даже не думай! — прошипел он, резко дёргая её на себя. Айлин взвизгнула от ужаса и тут же попыталась вырваться. Но он, крепко удерживая её одной рукой за плечо, а второй за подбородок, тем не давая шевельнуться ни на йоту, пронизывающим насквозь взглядом впился в её почерневшие от испуга глаза. Айлин тотчас затихла. Невольно, сама не понимая, почему. А буквально ещё через миг она почувствовала, как рушатся барьеры, как начинает покоряться ему… Словно ниспадал вокруг Мир, а сама Айлин была не в состоянии отвести взор от его глубоких тёмных глаз. Они гипнотизировали… подчиняли… лишали силы воли… Боясь сломиться, Айлин вновь сделала попытку высвободиться. Безрезультатно. Ей стало не просто страшно, а жутко. Ведь она уже однажды была порабощена, а власть Алека над нею несоизмеримо мощнее предыдущей. На этот раз её не освободит даже смерть. — Алек, прошу, отпусти, — всхлипнула она. Подтянув колени ещё плотнее к груди, Айлин вжалась спиной в стекло, и Алека прошибло жгучей болью. За каждый её всхлип он готов был отрывать от себя куски плоти. И не видел уже ничего, кроме её глаз. Всё померкло, и лишь её светлый лик держал его в этом Мире. Утробно зарычав, Алек вмиг отлетел от неё и, тяжело опустившись в ближайшее кресло, запустил пальцы обеих рук в волосы и застыл. Ему хотелось кричать в голос, ведь он ясно осознал, о какой связи вела речь Челси. И теперь он Айлин не то что умереть, а даже отлучиться от себя не позволит. Её жизнь отныне принадлежит ему, а его — ей. — Ты знаешь про связь? — прохрипел он. Айлин было невыносимо видеть его таким раздавленным. Хотелось подойти и прижать его к своей груди. — Да, — она опустила голову на колени, чувствуя, как глаза заволокло жгучим ядом, а саму её мелко затрясло. — Но я уже сказала вашему военачальнику, что такое произошло впервые. Я не знаю, как её разорвать. — Её не разорвать, Айлин, — от его надломленного голоса она вздрогнула и, подняв глаза, встретилась с его взглядом, в котором через край плескалась щемящая нежность. — Если ты выберешь смерть, я последую тем же путём. И теперь пришёл её черёд выйти из зоны комфорта. От его заявления желание жалеть себя внезапно сменилось безотчётной яростью. Настолько сильной, что мышцы мгновенно налились свинцом, глаза полыхнули кровавым пламенем, а сама Айлин, уже не помня себя, взлетела на месте. И, уже не контролируя, что делает, она стремительно оказалась рядом с ним и наотмашь ударила его по лицу. — Не смей! — клокоча, ответила она ему его же словами. Но он никак не отреагировал, а только взгляд изменился — в нём заплескалась и тоска. Он-то, взгляд, вновь и сломил её. Подкосившись без сил, Айлин опустилась перед ним на колени и едва слышно взмолилась: — Не смей. Алек взял в руки её лицо и, слегка наклонившись, заглянул в глаза. — А ты не оставляешь мне выбора, — прошептал он. Айлин горела в личном Аду. Зачем он ей это говорит? Ведает ли он, какую боль причиняет ей этими словами? Зачем бьёт в самое сердце? Ей и так нестерпимо смотреть на него, чувствовать его, осознавать, что она загубит ещё одну жизнь… Это какой-то изощренный вид наказания! — И поэтому ты не хочешь оставить его и мне? — надломленно спросила она, при этом накрывая его руки своими ладонями. И по тому, как Алек отвёл взгляд, Айлин стало совершенно ясно, что сделанный ею вывод верен. Она с огромным трудом подавила в себе возмущение. Нет уж! Она более никому не позволит манипулировать собой! Как бы не была велика тяга к нему, она не поддастся. Никакое чувство не исцелит её, не сотрёт память, не поможет забыть её чудовищное прошлое. Такой, как она, нет места в этом Мире. Она не свернёт с намеченного пути! А его светлый образ унесёт с собой — он будет освещать ей дорогу в преисподнюю. С этими мыслями Айлин величественно поднялась и приняла надменный вид. — Какой путь бы ты не выбрал, я своё решение не поменяю! — с безжалостной решимостью заявила она. Её тон и слова больно ударили по Алеку, она это видела, но показать истинное отношение к нему позволить себе не могла, иначе размякнет и тем вновь отдаст управление своей судьбы в чужие руки. И пока у неё ещё были силы держать стойку, твёрдо продолжила: — Кай и Челси дали мне королевское слово, что если я сказала правду, а так оно и есть, мне даруют смерть. А теперь уходи! — она грубо указала рукой на дверь. — Если наша связь так крепка, встретимся по «ту» сторону! Его лицо враз окаменело, а во взгляде загорелась непоколебимая воля. — До приезда в Вольтерру ты поменяешь своё решение, будь уверена, — твёрдым тоном заверил он. Она категорично покачала головой: — До Вольтерры мы более не увидимся, Алек. А если ты попадёшься мне на глаза, путь мы с тобою продолжим в кромешной темноте твоего дара. Он судорожно сглотнул, резко вскочил и навис над нею. Ему хотелось задушить её за непокорность, за причинённую ему боль! Его разрывало изнутри от скорби и горечи. Она только открыла ему дверь в Рай и, не пустив даже на порог, собирается её захлопнуть! Алека трясло от бессилия. Слишком больно. Слишком! — Айлин, — вскрикнул он, — что же с тобою такое произошло, что смерть стала единственным выходом?! Айлин закрыла глаза, чувствуя, как яд насквозь прожигает веки, а тело охватывает неудержимая дрожь. — Уходи, — взмолилась она еле слышным голосом. Айлин заклинала небеса, чтобы он выполнил её просьбу, ибо силы противостоять ему практически иссякли, и она уже была склонна сдаться. И это не ускользнуло от прозорливого взора вампира. Алек нутром уловил её борьбу со своими истинными чувствами и гневно заклокотал. Всё! С него довольно! Несгибаемая воля и вероломный подход присущи не ей одной! Она решила, что, прикрываясь жестоким отношением, сможет добиться своего?! Не выйдет! Он не позволит ей уничтожить их! Она не унесёт в могилу его сердце и душу! Кай чётко озвучил: если связь не разорвать, решение по Айлин принимать ему, Алеку. А его решение: посвятить возлюбленной всего себя, подарить ей счастливую Вечность. А как её излечить — подскажет Мастер, Алек в этом даже не сомневался. Эти размышления вернули ему уверенность. Он жёстко привлёк её к себе и встряхнул, требуя открыть глаза. Айлин выполнила его безмолвное указание и сразу же встретилась с его властным взглядом. Который вновь мгновенно лишил её возможности сопротивляться, не позволяя даже отвести взор. Вновь, невероятно, как и чем, подчинил себе. Видя её безусловную покорность, Алек тяжело перевёл дыхание, а после заговорил безапелляционным тоном: — Я заявляю на тебя свои права, Айлин. Отныне ты не смеешь распоряжаться тем, что принадлежит мне — твоей жизнью. Тем более так — бездарно! — распоряжаться! Знай, если ты умрёшь, я уйду следом. А моя гибель унесёт жизнь ещё одного существа! Этого ты добиваешься?! — он не сдержался и встряхнул её ещё сильнее. — Уничтожать жизни даже после своей смерти?! На её лице застыло выражение нестерпимой муки. Своими неопровержимыми аргументами он не оставил ей ни единого шанса оправдать своё решение. Видимо, он хочет, чтобы пламя терзаемой её совести спалило её дотла. — Ты жесток, — всхлипнула она. Алек вскипел от лютого негодования. Это он жесток?! У него не было слов, чтобы выразить всю степень охвативших его эмоций. — Я?! Я, Айлин?! — он задыхался от душившей его ярости. — И это говоришь мне ты — та, кто обрекает нас на вечные муки?! Да как ты смеешь?! Она не ответила, а только немигающе продолжала смотреть на него затравленным взглядом. И от ощущения сильного внутреннего сопротивления его неконтролируемо затрясло. В таком состоянии Алек пребывал впервые. Апатичное спокойствие и тотальное безразличие ко всем и вся, непрестанно сопровождающие его в обеих его жизнях, бесследно исчезли. Он впервые познал, что такое настоящий гнев, и вкус его ему абсолютно не понравился — это был яд. Ужаснувшись самого себя, Алек отскочил от Айлин и, словно обезумевший, жёстко встряхнул руками волосы. Тяжело дыша и сжимая кулаки, он отчаянно боролся с гневом. Вскоре напряжение в его теле спало, черты лица разгладились, и к Алеку вернулось привычное ему спокойствие. Он дал себе зарок, что никогда более не позволит этому повториться. Теперь у него и от гнева было противоядие. — Смею заметить, — вновь заговорил он уже мерным тоном, — я пытаюсь спасти то, что ты упёрто пытаешься загубить, — он глубоко вздохнул и посмотрел на неё суровым, собственническим взглядом. — И будь уверена, я выясню, что так слепо движет тобою, и сделаю всё, чтобы ты прозрела. Ты не умрёшь, даже не мечтай! И прежде чем она ответила, он в резком порыве припал к её губам коротким поцелуем и в следующий миг уже покинул комнату. — Алек… — вслед ему прошептала она, при этом накрывая ладонью губы в невольной попытке сохранить на них его тепло.