Единство

Исландия. Арне сразу заметил, когда Игрэйн выпустила его из-под своего щита — всполох Деметрия отразился от его собственного, точно луч; резко сорвался с места и побежал в противоположную от своей команды сторону. Даже если Вольтури и догадаются, что они разделились, и не последуют за ним — это ничего им не даст: Игрэйн ушла уже слишком далеко, и каким путём — им не догадаться вовеки. Он водил их кругами, по самым крутым и отвесным склонам, через глубокий водораздел, несколько раз огибал место созданной Вольтури воздушной аварии, где уже начали собираться представители местных властей… Выбранным им путь был гибельным для человека, для бессмертного — утомительным, и лишь для Арне он был лёгким. Ведь даже самые извилистые и тернистые тропы для него были торными, из тысячи которых он безошибочно угадывал единственный самый краткий. Видя по каждому новому всполоху Деметрия, что Вольтури значительно отстают, а то и вовсе останавливаются, Арне приходил в неописуемый восторг. Который, впрочем, быстро иссяк. Очень скоро он понял, что всё впустую. Водя их обманными путями, он и сам зашёл в тупик, ведь за всё время так и не уловил никого, кроме Деметрия. Даже тот новый ментальный дар Вольтури ни разу не появился в эфире. Да и сам Деметрий появлялся редко, тогда как Арне, наоборот, непрестанно оставался в поле его видимости. Нет, ничего им это не даст. Столько времени потрачено, и нуль информации. Может, стоило поступить, как того и хотели Вольтури: уходить вместе всей командой? Тогда Арне также периодически прятался бы под щит Игрэйн, при этом не подставляя её саму — вопреки предположению Вольтури, она находилась бы в безопасной дальности от него… Ну, ничего, когда они вновь соберутся, обсудят и сей план. А сейчас, как не прискорбно, придётся отступить. Арне не ослабевал поиск Деметрия ни на миг, отчего определённо знал, что сейчас тот на него не настроен: зеркального светового отражения не было. Не сбавляя темп, он на ходу вытащил телефон и набрал номер. — Арне, — после первого же гудка ответила взволнованная Игрэйн. — Тщетно, Игрэйн, — кратко, но по сути отрапортовал он. — Другого я и не ожидала, — фыркнула она и следом скомандовала: — Иди к южным отрогам. Настраивайся на Ренато, как только уловишь его, значит, ты под щитом. У тебя есть фора? — Да, Деметрий выдерживает интервал. Игрэйн, — он запнулся, — если вдруг… — Не смей самовольничать! — резким, требовательным тоном оборвала его Игрэйн. — Выполни хотя бы раз мой приказ в точности, Арне! — она, пытаясь унять гнев и волнение, порывисто выдохнула и заговорила уже мягче: — Даже если ты приведёшь их к отрогам, наше укрытие им так и останется неизвестным. Мы не рискуем, — и совсем тихо добавила: — И без тебя всё равно не уйдём. Арне не успел ни ответить, ни возразить — его внимание инстинктивно переключилось на очередную внезапную вспышку света. Всего миг, и всполох Деметрия вновь пропал. Арне усмехнулся. Зачем Деметрий вообще даёт ему возможность обнаружить себя? Очередное напоминание, что травля продолжается? Так напрасно. Арне и без того уже это уяснил. Только вот горькая ирония заключалась в том, что неизвестно, кто в этой погоне добыча — для охотника зверь, или наоборот… А может, Вольтури тем самым хотят застать его врасплох или же делают так, чтобы самим не быть застигнутыми? Ну так, учитывая, насколько им и так нелегко идти чётко по его следу, постоянная смена тактики — исключительно обременительная трата времени и сил. Арне решил больше не анализировать действия Вольтури, а использовать их против них самих. К отрогам он поведёт их через горные узлы, пройти которые, придерживаясь подобной философии, — лишь вымотать себя морально окончательно. — Я выполню твой приказ, Игрэйн, — выдохнул он, взяв новый курс и набирая всё больше темпа. — Правда, не в точности — настраиваться я буду не на Ренато. Его из-под щита не выпускай! — Арне, — едва слышно простонала Игрэйн, — силовики Вольтури остались за периметром, Ренато ничем не рискует. И он единственный, чей всполох Деметрию не известен. — Нет, это не гарантия, а риск, — отчеканил Арне. Теперь он был совершенно уверен: последнее донесение о даре Деметрия было неточным. Или же с тех пор тот значительно улучшил свои навыки. Неизвестно, на что он сейчас способен. Может, уловит ментальный или эмоциональный всполох, даже не зная его. — Выпустите из-под обоих щитов «экскурсоводов» Вольтури, — между тем продолжил Арне, — и рассредоточьте. Самого нейтрального оставьте при себе — на него я и настроюсь. — Позволить Вольтури вершить правосудие? — злобно хмыкнула Игрэйн. — Отнюдь, — тем же тоном парировал Арне, — всего лишь выступить палачами. Игрэйн нечего было возразить, и они оба понимали, почему: участникам данной миссии не судьба покинуть эти земли живыми. Их ликвидация была неизбежна. Но зато теперь кому-то из них выпадет честь умереть от королевской руки. А вот кому именно — решат уже Вольтури. — И, Игрэйн, — торопливо начал Арне, чётко определяя, сколько ему понадобится времени, чтобы добраться до места, — если я не появлюсь к закату, запускай ваш с Данте план, тот, что мне неизвестен, — Игрэйн было что-то возразила, но он тут же её перебил: — Я знаю, что таковой имеется! — усмехнулся он. — Ведь мне-то есть, что от тебя скрывать… Уверен, Ренато тоже. Так что сделай, как я прошу, mora: после заката уходите, — не давая ей вставить даже слово, выпалил он и резко завершил звонок. А после ещё раз прикинул пути отхода и с коварной улыбкой свернул к месту аварии, которое Вольтури каждый раз усердно обходили — значит, у него будет дополнительная фора.

* * *

Свирепо клокоча, Деметрий смотрел вдаль испепеляющим взглядом. — Когда этот… паршивец… — с трудом выговаривал он слова. — Будет у меня в руках… Я его… — и замолчал. Ищейка противника таки сделал невозможное: вывел Деметрия из равновесия настолько, что высказать свою гневную тираду до конца он так и не смог. — Где он сейчас? — хмуро спросил Кай, наблюдая за гневно сжимающим и разжимающим кулаки приближённым. — У южного отрога, — сквозь зубы выплюнул тот. — И что, интересно, он там забыл? — спросил Кай тихо, скорее у себя, чем у Деметрия. На что тот едва сдержался, чтобы злобно не рассмеяться. Он уже практически себя не контролировал. — А что он там забыл прошлые два раза?! — содрогаясь и судорожно дыша, задал он встречный вопрос. Все Вольтури замерли. Ответа на данный вопрос не было ни у кого. Ибо даже впервые ступившие на эти земли благодаря ищейке врага теперь знали их идеально. Он их знатно по ним помотал. — Кай, — тихо начала Тийа, выйдя из тени Деметрия, — мне приходится держать в поле зрения… — она смолкла, обводя выразительным взглядом Феликса, Сантьяго и рядом стоящих с ними воинов, — ибо у них нет ментальной интуиции… Но у ищейки-то она есть, — она облизнула губы. — Он уже входил со мной в контакт, стало быть, и я смогу… И осеклась, когда Кай резко перевёл на неё тяжёлый взор. Весь его вид говорил о том, что он уже догадался, к чему она ведёт, и что продолжать ей крайне не рекомендуется… Однако Тийа всё-таки решилась: — Может, у меня получится воздействовать на него. И тут же явственно поняла, что лучше бы промолчала. Взгляд Кая буквально заполыхал, а сам он жёстко рубанул рукой по воздуху, пресекая её дальнейшую речь. — Нет, — прогремел его безапелляционный протест. — Позволь хотя бы привести аргументы, — поникнув, прошептала она. — Мне они не нужны, — его голос прозвучал ещё резче. Тийа шокированно заморгала. Она не ожидала такой категоричный отказ. Но ещё глубже её задела сама реакция старейшины. Почему каждую её инициативу быть полезной он пресекает на корню? Тем более, так демонстративно жёстко. Он ведёт себя словно собственник, который всеми мыслимыми и немыслимыми способами пытается оставить её в стороне! А ведь когда-то было всё иначе, он сам вёл её в бой, тогда как сейчас мало того, что без объяснения причин окончательно исключил её из силовой группы, так не позволяет участвовать даже ментально. Ища поддержки, она безмолвно обратилась к Астрид, но та лишь покачала головой. Тийа сникла вовсе. Наставницу она уже тоже не узнавала, ибо видела в глазах той не покорное принятие решения супруга, с чем Тийа ещё могла бы примириться, а полную и безоговорочную солидарность с ним, что было уже выше её понимания. Зачем тогда она здесь? Какой от неё — как от воина — прок, если они едино не желают даже её выслушать?! Не говоря уже о чём-то большем… — Кай, — вновь переведя взор на старейшину, осторожно воззвала она, — у меня может получиться. Пожалуйста, дай мне шанс… Вместо ответа Кай прикрыл глаза и стиснул челюсти так крепко, что его лицо, казалось, окаменело. Шанс?! Ни единого! Возможно, её предложение и имеет смысл, только вот он не станет его даже анализировать! Её дар во что бы то ни стало не должен быть обнаружен противником, или Аро попросту снесёт всем головы… Он уже собирался ответить так, чтобы об подобной инициативе у Тийи более не возникло даже мысли, как почувствовал лёгкое прикосновение ладони к своему плечу и, открыв глаза, встретился с предостерегающим взглядом Астрид, по которому остро понял, что вновь повёл себя резко. А судя по застывшему в глазах Тийи глубокому огорчению — слишком резко. Пришлось признать, что как бы он не старался, у него абсолютно не выходило спокойно реагировать, когда Астрид или Тийа проявляли слишком активное участие в этой военной кампании. А их предприимчивость и смелость и вовсе пробуждали в нём нещадные порывы. От одного только размышления, что они могут даже номинально подвергнуться риску, его начинало лихорадочно трясти. А не будь он наверняка уверен, что они обе на данном этапе противнику не важны, и подавно остались бы в Вольтерре. Но если Астрид всё прекрасно понимала, то Тийе этого было даже не объяснить. Она пребывала в полном неведении, насколько значима для них, и в нём и должна была оставаться. Кай глубоко вздохнул и постарался вернуть себе нарочито нейтральный вид. — Во-первых, — вкрадчиво заговорил он, — мы не знаем точно твой диапазон. Во-вторых, неизвестно, получится ли у тебя войти в подобный контакт, ведь для тебя это неизученная область. Но если тебе даже всё же удастся и твой приказ достигнет цели, не факт, что это возымеет нужное нам действие: задача ищейки — привести нас к основной группе, о диспозиции которой он может быть и не осведомлён. А если он уже не один, то, считай, твой талант раскрыт заведомо — такая сплочённая команда, а она, без сомнения, именно такова, подобную смену поведения заметит однозначно. Если твои аргументы весомее моих, — передавая Тийе слово, Кай слегка склонил голову набок, — то так уж и быть, я их выслушаю. Но Тийа, капитулируя, отрицательно покачала головой. Его доводы от её и камня на камне не оставили. И из всех вопросов у неё остался всего один: почему её предложение вызвало столь яростное отрицание, если он мог сразу всё спокойно объяснить? Интуиция ей подсказала, что вряд ли она получит ответ на сей вопрос, отчего и озвучивать его не стала. — Он планомерно мотает нас уже сутки, — вступил в разговор уже пришедший в себя Деметрий. — Так как он может быть не осведомлён? Кай покачал головой. — Вспомни, при первом допросе Айлин сказала, что их лидер — манипулятор. И она не преувеличила. Нет, мексиканцев мы в расчёт не берём, те были одержимы жаждой власти и шли в бой с застланными кровью глазами. А вот их куратор и спутник Айлин — отнюдь. Они пребывали в здравом рассудке, оставались самими собой и за каждое действие отдавали себе отчёт — и несмотря на это, делу, однако, были преданы слепо. Ни отклонились от заданного курса ни на йоту и, даже умирая, знали, как поступить, чтобы остальная команда осталась в тени. — Хочешь сказать, что настигни мы сейчас ищейку, это всё равно не даст никакого результата? — опешил Деметрий. — Более чем уверен, да, — коротко кивнул Кай. — И вряд ли даже Аро откроется больше. Поэтому, или мы возьмём всех разом, или не стоит даже пытаться, ибо даже один, сумевший уйти, будет ведать путь отхода, неизвестный остальным. Деметрий вскипел. Какого — дьявола! — тогда они преследуют этого паршивца?! Ведь ясно же, что он один — его никто не страхует! И, чтобы не зарычать в голос, он попытался отвлечься, вновь сконцентрировавшись на всполохе ищейки противника. — Если они оставались в здравом рассудке, — заговорила Тийа, — выходит, это не гипнотическое внушение… И не эмоциональное — от Челси его было бы не скрыть. Получается, ментальное… Как у меня? — Не совсем, — цокнул Кай. — У него оно долгосрочное — ему, в отличие от тебя, не нужно непрестанно вступать в телепатическую связь. Но зато твоё — глубже и сильнее: ты смогла пробить абстрагирующий заслон Айлин, ему же это не удалось, коль, чтобы удержать её, пришлось прибегнуть к ненадёжной искусственной тяге, которую Челси разорвала, даже не напрягаясь. Их рассуждения прервал вдруг резко разразившийся диким хохотом Деметрий, которого просто неконтролируемо трясло от лихорадочного возбуждения и переполняемых через край противоречивых эмоций. И с каждым мигом смех его становился всё громче, а вид — более безумным. Свирепая ярость, ощущение немощи и невольное восхищение затопили Деметрия с головой. Обеспокоенные Вольтури воззрились на него ошеломлёнными взглядами, а Тийа и Астрид, не зная, что предпринять, посмотрели на старейшину. На что тот только невозмутимо скрестил руки на груди и отрицательно покачал головой. Состояние, в котором сейчас пребывал словно в глубоком беспамятстве Деметрий, Каю было крайне знакомо. Он по себе знал, что пока оно не пройдёт, все их попытки растормошить его ни к чему не приведут. «Только ждать», — читалось в его глазах, и все застыли в терпеливом ожидании. Вскоре внутренняя дрожь стала спадать, грань между внутренним и внешним рассеиваться, и Деметрий, тяжело дыша, с силой сжал челюсти. Осознание того, что из-за щита противника он позволил себе потерять над собой контроль, парализовало его ледяным ядом. Пробудило в нём просто непримиримую ненависть, довело её до апогея. Его взгляд ожесточился, мышцы стали свинцовыми, и бушующих в нём безумных эмоций как не бывало. Теперь от Деметрия веяло зловещим холодом, делая и так затянувшееся молчание ещё тяжёлым. Астрид непроизвольно вздрогнула и, уже не скрывая тревоги, сжала плечо супруга, призывая принять меры. И Кай внял её требованию. — Деметрий! — не сдерживая себя, прогремел он тоном, мигом пробудившим у всех присутствующих инстинкт самосохранения, в свою очередь начисто вытеснивший все прочие мысли. Мгновенно насторожившись, Деметрий резко посмотрел на старейшину, испытующий взгляд которого развеял последние остатки его гнетущего состояния. Напряжение в теле спало, и Деметрий сразу почувствовал безмерную усталость. — Ищейка пропал, — растирая ладонями лицо, глухо оправдался он. — Снова под щитом? — задумчиво спросила Астрид, на что Деметрий лишь и смог, что едва кивнуть. Хотя мог и этого не делать. То был риторический вопрос. Всем и так было прекрасно известно, что за столь короткий интервал времени покинуть радиус действия дара Деметрия нереально. Да и исключительно на щит противника он так остро реагировал — тот каждый раз напоминал о его немощи. — Прекрасно, — довольно кивнул Кай, но тут же, видя, как вновь напрягся Деметрий, поспешно добавил: — Прогулка окончена. И всем стало ясно, почему Кай вместо того, чтобы, чётко идя по следу, быстрее сократить дистанцию, наоборот, выдерживал её, передвигаясь хаотичным образом и размеренным темпом. То была наглядная демонстрация бесперспективности затеи противника. Что, наконец-то, и уяснил их ищейка. Кай не мог уразуметь только одного: тот не мог не предвидеть, что его переход под щит не останется незамеченным и будет запеленгован… Столько времени действовать продуманно, чтобы в итоге так неосторожно привести к основной группе?.. — Опять эти чёртовы гиды… — вдруг прорычал Деметрий и вновь расхохотался. Кай улыбнулся про себя. А вот, кажется, и ответ на его вопрос. — Рассредоточены? — решил он уточнить своё предположение. Деметрий, трясясь от смеха, кивнул и, широко разведя руками, дал ясно понять, насколько. Кай задумчиво провёл ладонью по губам и вновь скрестил руки. Он знал, что это своеобразный обманный манёвр, но также и знал, что один из выпущенных из-под щита до сих пор находится рядом с основной группой. Но тратить время на анализ, кто именно, Кай себе позволить не мог. Куда более эффективным будет сконцентрироваться на том, кто у них один, — физическом щите. — Физический иммунитет есть у кого? — вкрадчиво спросил он у Деметрия. Тот, сгоняя веселье, с силой тряхнул головой и сосредоточился. Смысл вопроса старейшины Деметрий угадал безошибочно. Он прошёлся по всем всполохам, с которыми столкнулся во время изучения красот Исландии, мысленно представляя, что сделает с каждым из них, попадись они ему в руки. Всё, что он планировал для ищейки и щита противника, он возвёл в степень бесконечности и перенаправил на них. В Деметрии клокотали через край плескающиеся в нём ярость и ненависть, однако ни один всполох его так и не оттолкнул. — Нет, — коротко ответил он, — ни у кого. Кай ухмыльнулся. Ещё одни вчерашние союзники, коих так же, как и мексиканцев, равнодушно пустили в «расход». Что же, по всполохам они прошлись, теперь пройдутся и по территории. Кай перевёл требующий внимания взгляд на Тийу и Деметрия и многозначительно кивнул в сторону Феликса и Сантьяго. Тийе, как и Деметрию, разъяснять задачу не потребовалось. Тут же переведя пристальный взор на силовиков Вольтури, она сняла с тех ментальный блок. Выражения их лиц неуловимо изменились, а в глазах вместо мирной беспечности заполыхала свирепая ярость. — Деметрий, — громким басом прогремел Феликс, вмиг поравнявшись с ними, — направляй. Пока Деметрий указывал направления, в ближайшем радиусе которых силовики тут же настраивались разорвать всех на мелкие клочья, Кай огибал скользящим взглядом южные отроги. Он выискивал наилучшие позиции для тактического захвата. В какой-то миг взгляд Феликса вдруг стал рассеянным, а все тактические мысли Кая хаотично разлетелись. Их взоры одновременно сошлись в одной точке горизонта. Кай резко посмотрел на Деметрия, и тот, не мешкая, в точности определил ближайший всполох и направил к нему Сантьяго. Не прошло и мгновения, как тот обескураженно фыркнул, непроизвольно запустил руки в волосы и осмотрелся, словно не зная, как и зачем здесь очутился. На лице Кая заиграл хищный оскал, а Тийа, тоже не пряча довольной улыбки, вновь перевела взор на силовиков, заботливо беря их обратно под ментальный контроль и тем возвращая в норму. — Деметрий, курс, — скомандовал Кай. Тот кивнул и настроился. Если бы не реакция старейшины и силовиков, сам Деметрий на этот всполох подумал бы в самую последнюю очередь. Он был пресным и нисколько ему не запомнился. Да и от точки, где пропал ищейка, дистанция до него была нереальной… Какой же в таком случае диапазон у их проклятого щита?! Деметрий было почувствовал, как к горлу вновь стала потихоньку подкатывать ядовитая ярость, как уловил, что указанный Каем всполох, единственный из всех, резко пропал, и круто сорвался с места. Сомнений, что это именно тот, кто им нужен, не осталось вовсе. — Мешкать нельзя, — кинул он на ходу. Вольтури, не задавая ни единого вопроса, тенью последовали за ним следом.

* * *

Щит сработал так внезапно, что Ренато вначале растерялся, но уже через мгновение серьёзно озадачился. Вместо привычных наливающей всё тело свинцовой тяжести и сдавливающего горло удушающего обруча присутствовала лишь невольная внутренняя дрожь. Зато вокруг полыхал просто разрушительный пожар! Который, впрочем, не причинял абсолютно никакого дискомфорта, а всего-навсего слегка окатывал эфемерным жаром. Ренато резко тряхнул головой, пытаясь развеять возникшую иллюзию, но тщетно. Огонь, наоборот, стал только сильнее, молниеносно разрастаясь и заполняя собой всё окружающее пространство. Он интуитивно понял, что оставаться здесь стало крайне небезопасно, но сам источник угрозы пока распознать не мог. И тут от проводника Арне пошли буквально огненные волны, и Ренато похолодел. Теперь ему был известен и источник, и цель. — Нужно уходить, — процедил он, — Вольтури нас обнаружили. — Каким образом?! — шокированно воззрилась на него Игрэйн. — Бойцы Кая и их звериное чутье… — пояснил он с горькой усмешкой на губах, хотя в глазах читалось крайнее смятение. Неизвестно, как силовики Вольтури незамеченными могли подобраться столь близко, ведь они были не способны обуздать свою кровожадную натуру, но то, что это именно они, Ренато, чувствуя, как под ногами стал образовываться невидимый разлом, больше не сомневался. Игрэйн выпрямилась и решительно вздёрнула подбородок. — У них нет шанса настигнуть нас, — изрекла она. — Проверять каждый раз правильность выбранного курса — огромная потеря времени. И уже собралась отдать приказ об отступлении, когда Ренато внезапно обхватил рукой её талию и резко притянул к себе. Игрэйн потрясённо изогнула брови. — Это ещё не всё, — процедил он, отвечая на её безмолвный вопрос, и следом одними губами добавил: — Проводник… От одного этого слова в Игрэйн будто молния ударила, на мгновение лишив её возможности дышать, двигаться и мыслить. — Арне… — хватая ртом воздух, прохрипела она. — У нас нет выбора, — рыкнул Ренато. — Деметрию достоверно известно, — он слегка кивнул в сторону ожидающих приказа вампиров, — что он с нами. Ренато верно знал, что только одно имя Деметрия возымеет на Игрэйн должный эффект. Причём мгновенный. Её тело резко напряглось, мышцы окаменели, а глаза заполыхали. Игрэйн горела заживо от непримиримой ярости. Проклятый ищейка! И почему Данте оставил его напоследок?! Ликвидируй они его сразу, сейчас бы не оказались в столь кризисной ситуации. Спокойно бы ушли, и даже силовики не отследили бы их путь, у них попросту не хватило бы на это времени. А теперь Арне останется и без её щита, и без их поддержки! Дьявол! Когда Деметрий будет у них в руках, она лично оторвёт ему голову, разорвёт на части, подожжёт останки и остервенело спляшет у его погребального костра! Стоило Игрэйн прочувствовать эту мысль в полной мере, как в тот же миг её пронзило от тотального ужаса, и внутри точно что-то оборвалось. Внутреннее напряжение сменилось страшной слабостью. Всё её тело неконтролируемо подрагивало, и если бы не крепкие объятия Ренато, она не устояла бы на ногах. Но ещё больше подкосило осознание, что эта некогда совершенно чуждая ей война стала для неё уже очень личной. И хотя умом она и понимала, что ни Деметрий, ни Вольтури не были её инициаторами, всё равно их почему-то люто ненавидела. Игрэйн судорожно выдохнула, дрожащею рукой достала телефон и машинально пустила набор последнего принятого номера. — Да, — в тот же миг ответил Арне. — Наше место дислокации обнаружили, — без вступительных церемоний кратко сообщила она. По резко наступившей тишине стало ясно, что Арне остановился. — Значит, уходите, — безапелляционно изрёк он. — И немедленно скрой проводника! — Тогда ты пойдёшь вслепую, — глухо проговорила Игрэйн. — Отнюдь, — отчеканил он, — свой путь я вижу яснее некуда. Игрэйн на миг прикрыла глаза и с трудом сглотнула. — Очевидно, — она запнулась, — этот путь не к нам… — Не к вам, — не щадя, подтвердил Арне. Игрэйн тихо застонала. Если им придётся разойтись, рано или поздно она вынуждена будет выпустить Арне из-под своего щита — пусть её диапазон и был мощным, но и у него есть грани. Арне, словно зная, о чём она думает, тут же нанёс ей следующий удар: — Более того, едва ты скроешь проводника, ты выпустишь меня, Игрэйн. Глаза Игрэйн заволокло жгучим ядом, а из груди вырвался сдавленный стон. Если сокрытие проводника было необходимой мерой — он освещал путь к ним и Вольтури, то выполнить это требование Арне она была никак не готова. — Игрэйн, — торопливо, настойчиво и в то же время ласково заговорил Арне, — даже уходя, вы рискуете вновь быть обнаруженными! Так пусть Вольтури решают, идти им за мной по чёткому пути, или же за вами, но вслепую. А ведь помимо этого им ещё предстоит и выполнить то, что требует их же закон, — провести ликвидацию всех, оставшихся вне щита. Моra, прошу, — теперь он уже молил, — сделай, как я говорю, и уходите, прямо сейчас и как можно дальше! Между тем Ренато, прекрасно слыша эти слова и видя по застывшему взгляду Игрэйн, что для неё наступил тот переломный момент, когда грань между уверенностью и сомнением начисто стёрта, взял инициативу на себя. Что Игрэйн и не успела опомниться, как он выпустил её из своих объятий и метнулся в сторону. Буквально миг, и проводник Арне лишился головы, а ещё через мгновение заполыхал и погребальный костёр. Не без иронии Ренато отметил, что никому из присутствующих не было и дела до только что убиенного, пусть и малознакомого им, вампира. И лишь в глазах Игрэйн читалась искренняя горечь. — Игрэйн, — прогремел Ренато, когда та так и не шелохнулась, — тянуть дальше уже нельзя! Считай, отправная точка пройдена! Её молчание подвигло на действия и Арне. Он шумно втянул воздух и, судя по тому, как резко засвистел ветер, вновь побежал. Его всполох стремительно и неумолимо стал отдаляться, и Игрэйн, понимая, что ей его не остановить, с тихим стоном стала опускаться на землю. Ренато тотчас оказался рядом, подхватил её за талию и крепко прижал к себе. — Арне, — единственно и смогла вымолвить она. — Mora, — жарко заговорил тот, — я поведу их самым гибельным путём. Им меня вовеки не настичь! — и, теряя терпение, рубанул: — Подумай о команде! И этих слов стало достаточно, чтобы не позволить Игрэйн погрязнуть в личной скорби. Арне прав, её первоначальная задача — увести команду от преследования. А знание того, как умело и быстро Арне оценивал опасность и всегда ловко её избегал, лишь придало ей решимости примириться с неизбежным. Тем более что Вольтури его не тронут при любом раскладе, а вскоре карательной группе станет и вовсе не до них… Их попросту отзовут обратно в Вольтерру. — Будь по-твоему, — сказала она Арне, — но ты останешься под моим щитом до тех пор, пока сам не покинешь его пределы. — Ох, Игрэйн, — посетовал тот и отключился. Первым порывом Игрэйн было вновь набрать его номер, но зная, что Арне, вероятнее всего, уже превратил телефон в крошево, она подавила зарождающуюся где-то глубоко внутри предательскую дрожь, круто высвободилась из объятий Ренато и сурово распорядилась: — Отходим! — Знаешь, — смотря вдаль, тихо усмехнулся Ренато, — иногда мне кажется, что у этого мальчишки дар предвидения. Ну, по крайней мере, ему открыто явно больше, чем другим… Игрэйн, гадая, о чём он, нахмурилась. Но уже через миг поняла. Освещение неуловимо изменилось, и Игрэйн не сдержала улыбки. Вышло в точности, как и предрекал Арне: отходят они на закате и по пути, который известен исключительно ей одной… Как знать, может, как и сказал Ренато, Арне действительно изначально предвидел, что выйдет только так и никак иначе…

* * *

Стоило Деметрию сообщить, что ищейка противника вновь оказался вне щита, как Кай, не раздумывая, тотчас распорядился следовать за ним. Они уже и так непозволительно отставали, каждая последующая остановка отнимала всё больше и больше времени, а шанс настигнуть основную группу становился всё ничтожнее, от чего появление ищейки пришлось весьма кстати. Поймают вначале этого бесстрашного героя, а после уже решат, как действовать дальше. Однако очень скоро Кай понял, что поспешил с выводами. Противник, виртуозно лавируя, уходил от них всё дальше и дальше, ускользая даже там, где казалось пройти было нереально. А тем временем они неумолимо приближались к черте города, за которой преследование станет попросту невозможным. Ещё немного, и ищейка будет окончательно потерян для них! — Астрид, — кинул Кай на ходу, — выпусти Деметрия. Астрид нахмурилась, но выполнила его требование. Деметрий же едва сдержал гневный рык. Противник и так практически ушёл! А теперь ещё и будет осведомлён, какая в точности у него фора. Правда, внезапно замедлил ход, но и это нисколько не обрадовало Деметрия: паршивец, безошибочно зная их местоположение, вполне мог теперь позволить себе умерить темп, чтобы выбрать такой путь отхода, который перекрыть они уже не смогут. И тот, словно подтверждая это, практически сразу изменил траекторию движения. Распознав, куда именно он направляется, Деметрий похолодел. — Кай, — воззвал он, — если он выйдет к водоразделу, мы его уже не прижмём! Кай, ни в коей мере не обеспокоенный, лишь усмехнулся и вновь обратился к супруге: — А теперь Тийу. Астрид пришла в ужас, тогда как Тийа, наоборот, возликовала. Деметрий же, уже не сдержавшись, рассерженно зашипел. По хитрому блеску в глазах Кая он прекрасно видел, что тот что-то задумал, однако всё равно не мог унять клокочущее в нём негодование. Кай взмахом руки остановил процессию и, дождавшись, когда все едино застыли на месте, посмотрел на Тийу. — Приводи свой план в исполнение, дорогая, — дал он ей полный карт-бланш, каковым она, не мешкая, и воспользовалась. Все Вольтури с затаённым дыханием наблюдали, как она закрыла глаза и сконцентрировалась. Нет, им она не отдала ни единого приказа, просто все были едино и донельзя заинтригованы тем, что сейчас могло произойти. — Он остановился, — буквально через несколько мгновений потрясённо выдохнул Деметрий, а на губах Тийи заиграла торжествующая улыбка, по которой всем стало ясно, что задуманное ею удалось. Правда, радоваться она поспешила. Ищейка не успел войти в ментальный контакт, как сразу уловил опасность и поспешил ретироваться. Тийа едва-едва успела его перехватить. Однако тот даже неосознанно продолжил оказывать сопротивление, чем немало удивил и даже ошарашил её. Выходит, поиск спасения — у него выработан на подсознательном уровне! И, чтобы подчинить его, Тийе пришлось вначале внушить ему, что он вне опасности, и лишь тогда удалось погрузить в долгое и глубокое беспамятство. Удостоверившись, что держит его под полным контролем, она открыла глаза и обескураженно тряхнула головой. Астрид интуитивно потянулась к ней и приобняла её за плечи. — Сложный пациент? — скрестив руки на груди, поинтересовался Кай. Тийа коротко кивнула. — Что ж, — продолжая, саркастично усмехнулся он, — будем надеяться, что хоть не лунатик. От этого замечания по рядам прошёлся нервный смешок. Неизвестно, может, этот ищейка, и не соображая, умудрится улизнуть. Они не удивились бы и этому. И только Тийе было не до юмора. Хмуря брови, она потёрла пальчиками виски. Оппонент более не пытался вырваться из-под её ментального контроля, но и спокоен не был. Он потихоньку, исподволь стал отторгать его. Только теперь не защищая свою безопасность, в ней он сейчас не сомневался, а отстаивая свою самостоятельность. Словно сквозь пелену непрошенного вмешательства он вовремя не сможет усмотреть угрозу. Да, настолько развитый инстинкт самосохранения Тийа ещё не встречала. А какова личная воля… Она всегда поражалась, насколько та сильная у Айлин, но у него была ещё сильнее. Кадры противника, однако, уже начинали пугать своей неповторимой индивидуальностью. — Кай, — порывисто проговорила она, — я его удержу, но всё равно лучше поспешить. Каю дважды повторять не понадобилось. Он коротко кивнул ей и посмотрел вначале на Деметрия, а после на силовиков, с которых за ненадобностью уже был снят ментальный блок. Те, вняв молчаливому приказу, резко сорвались с места.

* * *

Приорский дворец, Вольтерра, Италия. Аро шёл по коридору представительского крыла с мрачным, даже ожесточённым выражением лица. Его движения были резкими, смоляные волосы вместе в чёрным плащом синхронно развевались. Встречающая его Хайди непроизвольно отступила. Всегда приветливый старейшина сегодня был в плохом расположении духа. И даже не пытался его скрыть. Он надвигался на неё, точно грозовая туча. — Что за срочность? — резко остановившись, жёстко спросил он. Не выдержав его взгляда, Хайди опустила глаза и молча подала руку. В ответ Аро сдвинул брови и заключил изящную кисть в свои ладони. Буквально миг, и его глаза заполыхали кровавым пламенем. Он выпустил руку Хайди и крутым, широким шагом прошёл в тронный зал. Стоящие посреди зала с растерянным выражением лиц Алек и Джейн поприветствовали его коротким кивком головы и вновь перевели взгляды на стоящую перед ними большую плетёную корзину. Аро втянул воздух, и от запаха мёртвой крови внутри него всё заклокотало. Но не от жажды, нет. От безудержного гнева! Кто-то осмелился подкинуть им труп. Впервые! И это явно было дело рук их небезызвестного врага. — Алек, — обратился он к приближённому, и тот, выполняя не озвученный приказ, шагнул к корзине и толкнул её набок. Крышка тут же отскочила, и все присутствующие обратили свои удивлённые взоры на показавшуюся в облаке светло-каштановых волос хрупкую фигурку. Их посылкой оказалась молодая женщина. Недавно умерщвлённая. Правда, без единого признака насильственной смерти. Между тем из корзины послышалось еле слышное шипение, и Аро похолодел. Он явственно осознал, что означает сие послание. А выползшая из-под женщины королевская кобра лишь подтвердила его догадку. Джейн и Алек шокированно переглянулись, а сам старейшина шумно вдохнул и на мгновение прикрыл глаза. На какое-то время в зале повисла тяжелая, гнетущая тишина. Только что вошедший в зал Маркус подбадривающие положил ладонь на плечо Аро. Но тот никак не отреагировал — он судорожно думал, что же это послание могло значить: угрозу, предваряющую начало новой партии, или же демонстрацию удачного завершения предыдущей, с определением главной цели которой они так жестоко ошиблись. Может, противник умышленно вновь разделил ментальную и силовую мощи клана? Но даже при таком раскладе Аро не мог уразуметь, почему была изменена цель, ведь противник уже знает, что Джейн и Алек до сих пор находятся в Вольтерре… Весь в сомнениях, Аро посуровел и обратил взор на стоящих у дверей стражников. — Удвойте охрану дворца, — тихим, но чётким голосом отдал он им приказ. — И немедленно пошлите за Челси. И от того, как отчаянно ахнула Хайди, а следом крепко сжал его плечо Маркус, понял, что плохим новостям ещё не конец. Он перевёл на брата вопрошающий взгляд, но сам вопрос озвучить не решился. — Они с Афтоном и личной охраной на охоте вне Вольтерры, — коротко ответил тот. И в этот миг Аро безумно захотелось обрушить потолок. Что за своеволие и чрезмерная уверенность в своих силах?! Едва Челси вернётся во дворец, он сдерёт с неё шкуру! — Когда должны вернуться? — свинцовым тоном спросил он, хотя где-то в глубине души и так знал, каким будет ответ. — Уже… — Маркус замялся, — должны были… С неимоверным усилием Аро сохранил спокойное выражение лица. Он вытянул руку, в немом жесте требуя подать ему телефон, но тут же опустил её: по горящему в глазах брата скорбному отрицанию он понял, что звонить смысла нет. — Выключен… — подтверждая его наихудшие сомнения, одними губами проговорил Маркус. — У всех? — уже неживым голосом уточнил Аро. Маркус кивнул, и Аро едва не пошатнулся под гнётом обуявших его бессильной злости и жгучей горечи. — Алек, — с трудом сохраняя ровный тон, вновь заговорил он, — бери Айлин, и вместе с поисковой группой выдвигайтесь по следу Челси. Тот, не мешкая, вылетел из зала. Он даже не спросил, зачем брать с собой Айлин, ибо и без того знал, что коль противник повысил ставки в этой игре уже настолько, стало быть, имеется в запасе козырь с не менее мощным даром, который Айлин-то и вырубит. И не только его! Ведь благодаря Тийе и Маркусу абстрагирующий заслон Айлин был снят, а после и вовсе подчинён её полному контролю — что наглядно подтвердили последние тренировки. Смотря вслед брату, Джейн замешкалась. Она никак не могла решить, идти ей за ним или оставаться во дворце — оба варианта для неё были неприемлемы, так как при любом раскладе кто-то из дорогих ей вампиров останется без её защиты. — Мастер, — еле слышно воззвала она, нерешительно подойдя к нему. — Дорогая, — проворковал Аро, нежно проведя тыльной стороной ладони по её щеке, — ступай с братом. В его бархатном голосе отчётливо прозвучал стальной приказ, и Джейн без единого вопроса покинула зал. — Он всё-таки выманил их из дворца, — не скрывая восхищения, тихо констатировал Маркус. На что Аро коротко кивнул. Он и разделял восторг брата и в то же время нет. — Я отозвал Кая, — продолжил говорить Маркус. — Они практически закончили зачистку, так что скоро будут здесь. Аро вновь кивнул, но на сей раз не сдержав горькой усмешки. Толку? К тому моменту, когда карательная группа вернётся в Вольтерру, последняя ситуация будет уже разрешена. И не факт, что в их сторону. Аро, конечно, уповал на то, что Челси просто находится вне зоны доступа, а не пребывает в руках противника, но с каждым мгновением веры в это становилось всё меньше и меньше. А сейчас и Алек с Джейн, возможно, идут в расставленные вражеские сети. Одно радовало: раскрывшийся полностью дар Айлин. Если противник решил, что каким-то образом сможет вывести из строя молниеносно разящую Джейн и массово обезоруживающего Алека, то против Айлин у него шансов нет. Он не смог её подчинить себе тогда, сейчас не сможет и подавно. Да и, скорее всего, прежде чем причинить ей вред, он попытается вернуть её в свои ряды, ведь всё-таки она — воспитанный им боец. А это для Вольтури — дополнительная фора, а для врага — что ни на есть ловушка. Да и схваченный Каем представитель вражеского лагеря — далеко не пешка в этой игре. Он явно один из приближённых, которых, как надеялся Аро, их предводитель всё-таки ценит. И попытается вызволить, а не пустит в расход за ненадобностью, как делал это с менее важными участниками. Аро сумеет грамотно разыграть попавшуюся в их руки козырную карту, главное только, чтобы Челси и Афтон к тому моменту ещё были живы.