Быть пойманным

Подперев щёку рукой, Блейз смотрел на лежащую рядом девушку. Шоколадные кудри разметались по белоснежной наволочке. Шёлковая простыня поднималась в такт размеренному дыханию. Тонкая ткань обрисовала контуры тела, натянулась на груди, подчёркивая бусины сосков. Блейз ласково провёл пальцем по шее, скользнул к ключице. У неё была такая белая кожа, что просто смуглый парень казался рядом мулатом. Он коснулся губами округлого плечика. Девушка улыбнулась во сне. Парень представил её сидящей на залитой солнцем террасе его поместья в Тоскане. Узкие белые ступни на тёплой терракотовой плитке. Легкий ветерок играет подолом тонкого белого платья. Она смеётся и держит на коленях черноволосого смуглого малыша. Так, стоп, мистер Забини. Вы знакомы без году неделя, а ты уже женился на ней, отвёз в фамильное поместье и обзавёлся наследником. А если для неё это просто ни к чему не обязывающий флирт? Хотя Блейз интуитивно чувствовал, что Гермиона не будет размениваться на такие отношения. Просто секс? Да, было потрясающе. Даже больше. С виду такая рассудительная, где–то даже холодная, в постели девушка отдавалась с небывалым пылом. Он чувствовал, что она позволила ему чуть больше, чем с теми партнёрами, что были у неё раньше. Парень вспомнил её хриплые крики во время оргазма, бьющееся гибкое тело под его ласками. Царапины, оставленные розовыми коготками на его спине, всё ещё саднили. Твою же ж… Здравствуй, утренняя эрекция. Простыня, повинуясь его пальцам, поползла вниз, обнажая небольшую изящную грудь. Блейз сомкнул губы на бутоне соска, скользнул языком по гладкой коже. Дыхание девушки чуть сбилось. Гермиона проснулась. Он заглянул в карие глаза. Девушка шаловливо улыбнулась, притянула его к себе, легко касаясь губами подбородка и рта. Рыбкой выскользнула из–под любовника и с удобством устроилась на его бёдрах. Парень застонал, когда она потёрлась о его пах. - Миа, - простонал он, обхватывая ладонями тонкую талию, не давая скользнуть ей вниз, - если ты это сделаешь, я кончу в ту же секунду. Тогда, прикрыв глаза, Гермиона с сытым вздохом опустилась на его член… Немного позже Блейз лёгкими касаниями губ успокаивал тот пожар, что разжёг в девушке. Целуя живот, грудь, шею он добрался до лица. Заглянул в подёрнутые посторгазменной дымкой глаза. - Прости. - За что? – она чуть перекатила голову по подушке, устраиваясь удобнее. - Я забыл о презервативе. - Всё нормально. Я на противозачаточных. Преждевременное отцовство тебе не грозит. - Я не об этом. - Почему–то мне кажется, что ты никогда не подвергнешь партнёршу опасности. Забини перевернулся на спину, притягивая девушку к себе на грудь. - Я хочу, чтобы ты поехала со мной в Тоскану, - он поглаживал кончиками пальцев тёплую, чуть потную спину. – Это моя родина. Самое прекрасное место на земле. Оливковые рощи до самого горизонта. Мы будем заниматься любовью на земле среди виноградных лоз. Я выдавлю на тебя сок и оближу с ног до головы. Покажу, как делают вино. Ты будешь давить виноград в огромной бочке. А когда вино созреет, я не продам ни единой бутылки. Буду наслаждаться сам. Что?! Гермиона смеялась, уткнувшись лбом в его плечо: - Прости. Просто я вспомнила «Укрощение строптивого» с Челентано. - Обещаю – ведром бить не буду. - Сделаешь так, и Гарри сломает тебе руки. - Он твой друг? - Лучший. - А мисс Уизли? - Джинни? – девушка оторвалась от рисования узоров на смуглой груди. – Мы, конечно, подруги, но не настолько близкие, как она всем рассказывает. Чмокнув любовника в кончик носа, Гермиона выбралась из постели. Сладко потянулась, ничуть не стесняясь наготы. Волна нежности захлестнула Блейза: «Мой котёнок». - Может, останешься? Устроим постельный день, - итальянец приглашающее откинул простыню. Она рассмеялась: - Я бы с удовольствием, но у меня есть предложение лучше. Близнецы сегодня выступают с сетом в «Хоге». Можем пойти вдвоём. - Что–то часто они по клубам клубятся. - Это их работа. Ты не знал? Билл не рассказывал? - Нет. Как–то к слову не пришлось. - Они отличные ди–джеи, но это скорее хобби. На самом деле… Гермиона говорила ещё что–то, но Блейз не слышал. Он, как заворожённый смотрел на жемчужные струйки спермы, стекающие по внутренней стороне её бёдер. - Блейз! - А… - он вернулся в реальность: - А я могу пригласить Драко и Асторию? - Конечно, - пожала плечиком Гермиона. – А пока, может, потрёшь мне спинку? Она игриво посмотрела на любовника через плечо. Вскочив с постели, Блейз с рыком прижал к себе девушку. Приподнял, подхватывая под попку. Она обвила его ногами за талию. - Боже, Миа, - застонал он, откидывая голову назад, когда девушка ущипнула его губами за мочку уха, - ты сводишь меня с ума. *** Благодаря знакомству Драко с хозяином клуба несовершеннолетнюю Асторию пропустили без проблем. Открылся «Хог» сравнительно недавно, но уже стал бешено популярным. Формально клуб принадлежал Октавию Флинту. С ним Люциус когда–то вёл общие дела. Но заправлял всем фактически сын Октавия – Маркус. Драко познакомился с Флинтом–младшим года два назад. Тот был старше на пять лет, но это не мешало им довольно неплохо общаться. Это, конечно, не такая дружба, как с Блейзом, но отношения были тёплыми. Попасть в «Хог» можно было по протекции, либо по приглашению. Постоянным посетителям выдавались именные пропуска, которые те предъявляли на входе охранникам. Публика собиралась самая разнокалиберная, но однополых пар было всё–таки больше. Недовольных этим гомофобов или просто дебоширов выводили сразу, без возможности вернуться в будущем. Клуб был уже забит под завязку, когда приехали Драко с Асторией и Панси. Близнецы Уизли за пультом выдавали что–то такое, отчего публика визжала, как полоумная. Сквозь толпу к ним пробился Маркус и проорал: - Привет! Пошли, отведу вас на галёрку. Они гуськом прошли за Флинтом и поднялись на второй этаж. Здесь было чуть тише, да и народу поменьше. Основная масса бесновалась на танцполе. Сюда поднимались те, кто хотел побыть в относительном покое и выпить у бара, не боясь расплескать коктейль от того, что какой–то ретивый танцор пихнул локтем в бок. Маркус провёл их к одному из ВИП–столиков, стоящих на небольшом возвышении. Пробираясь на свободные места, девушки по очереди споткнулись о вытянутые ноги Рона Уизли, но тот даже не соизволил убрать конечности или извиниться. Блейз, приехавший с Гермионой, махнул другу, сморщившемуся при виде младших Уизли: Рона и Джинни. Золотистое платье рыжей красотки начиналось очень низко от шеи и заканчивалось очень высоко от пола. Она сидела, закинув ногу на ногу так высоко, что Драко, расположившийся напротив, видел её нижнее бельё. Он прекрасно понимал, что зрелище предназначено Блейзу, но итальянец данной роскоши явно не оценил, нашёптывая что–то мисс Грейнджер на ухо. Сама Гермиона в белоснежных зауженных джинсах, делающих её ноги просто бесконечными, и простом блестящем чёрном топе выглядела в тысячу раз сексуальнее подруги. Рональд ради выхода в свет нацепил чёрную футболку и дорогущие драные джинсы. У Драко были точно такие же. Ни разу не надёванные. Увидев эти штаны на рыжем, свои Малфой моментально решил отдать сыну экономки. «Интересно, он на них полгода откладывал или у Поттера выклянчил?» - мелькнула мысль. И если на Поттере старые обшарпанные «Ливайсы» смотрелись, как последний свист моды, то на рыжем новенькие «Версаче» тянули исключительно на обноски. Завершала образ рокового «мачо» перхоть, ровным слоем светящаяся в неоне на плечах и спине парня. Драко передёрнуло. Странно, но влюблённой Лави рядом не наблюдалось. Кстати о Поттерах. Драко осмотрелся и испытал лёгкое чувство разочарования. Случайный любовник отсутствовал. Рон окинул было Панси заинтересованным взглядом, но девушка, слегка приподняв бровки, насмешливо изогнула губы и сосредоточилась на разговоре с Блейзом и Гермионой. Рон увял и, прищурившись, уставился на мисс Грейнджер, бросая периодически на Блейза ненавидящие взгляды. Общий разговор никак не клеился. Джинни строила глазки всем парням подряд. Драко этой чести тоже не избежал. Блейз не желал оторваться от Гермионы. Рыжий бросал на девушек раздевающие взгляды. Малфой испытал практически неконтролируемое желание подать тому платок, чтобы вытереть слюни. Панси трепалась с Асторией в своей извечной манере, то есть не стесняясь в выражениях и комментируя происходящее вокруг. Маркус матом крыл какого–то бедолагу по телефону. - Ничего сами не могут! Дебилы! – Флинт сунул трубку в карман. - Вуда на тебя нет, - усмехнулся Драко. – Где он? Маркус тоскливо обозрел окружающее пространство: - Не знаю. Мы утром поссорились. У него, видите ли, какой–то семинар в библиотеке. Покрытый татуировками, высоченный и здоровенный Флинт с лёгкой руки Блейза носил прозвище Шрек. Зелёным и лысым он, конечно, не был, но от его взбешённого рыка подчинённые разбегались, как моль от нафталина. Оливера из–за огромных, невинных, карих глаз в обрамлении густых ресниц иначе, как Бэмби, не называли. Худощавый, интеллигентный. Неизменно облачённый в строгие отутюженные брюки и белоснежную рубашку, тогда как Флинт, казалось, родился в кожаных штанах. От Вуда невозможно было услышать ни единого матерного слова. Он, даже, чертыхался только тогда, когда был зол, что случалось крайне редко. Из Маркуса брань лилась легко и непринуждённо. В общем, та ещё парочка. Хозяин ночного клуба и заведующий библиотекой в колледже. Ха! Герои анекдота из разряда «Заходит как–то байкер в библиотеку…» Но, несмотря на всю эту разницу, они любили друг друга. Драко знал это, как дважды два. Видел, как они жадно смотрят друг на друга. Был свидетелем их бешеных скандалов из–за ревности. Знал, как они тоскуют и мучаются из–за невозможности быть рядом, как вот сейчас Маркус. Знал, видел и по–хорошему завидовал, потому что почему–то не считал себя способным на подобные чувства. - Привет, - раздалось рядом еле слышное из–за грохочущей музыки. Флинт скрестил руки на могучей груди. Оливер, тот ещё ботаник на первый взгляд, сунул руки в карманы: - Я тут подумал: ну его этот семинар. До него ещё месяц. Маркус окинул взглядом любовника, помедлил и протянул руку. Вуд моментально оседлал его бёдра, впился в губы собственническим поцелуем. Флинт облапил задницу парня, прижимая к себе своё упрямое сокровище. Глаза мисс Уизли, кокетничавшей с Марком минут десять назад, приобрели форму идеальных кругов. Рона, который сидел рядом с Флинтом, снесло с диванчика, как по мановению волшебной палочки. Драко фыркнул: «Если ты так ненавидишь геев, как с Поттером дружишь? Или возможность кататься на крутых байках пересиливает?» И снова о Поттерах. - Извините, опоздал, - Поттер понимающе усмехнулся, провожая взглядом Марка и Оливера, дунувших в сторону служебных помещений. – Мой кузен Дадли Дурсль. Драко с Гарри одного роста – шесть футов. Пришедший с Поттером здоровяк выше на целую голову. Шапка светло–русых кудрей. Добродушное, чуть туповатое лицо. И мышцы, под напором которых трещала ткань рубашки. Знакомясь с присутствующими, он смутился под пристальным взглядом Панси. Робко улыбнулся Астории, крепко обнял Гермиону и не обратил никакого внимания на рыжих. При виде Гарри все немедленно оживились. Послышался смех, девушки засверкали улыбками. Даже мисс Грейнджер растеряла свою вежливую холодность, с которой выслушивала Блейза. Драко вдруг понял, что именно Поттер был тем клеем, что держал этих непохожих людей вместе. - Гермиона, расскажи ребятам про свою сокурсницу-американку. Они ещё не слышали,- кокетливо повела плечиком Джиневра. - Что за история? – заинтересовался Блейз. - Со мной учится девушка. Она из Техаса. Джулия твёрдо уверена, что у нас в Британии абсолютная монархия, и правит Елизавета Одиннадцатая. Поттер с кузеном заржали. - Драко, ты обязан рассказать это отцу, - Панси пихнула друга локтем, - чтобы он передал Её Величеству. - Вы вхожи в Букингемский дворец? – рыжий окинул Драко и Асторию заинтересованным взглядом. Драко это совершенно не понравилось. Он притянул сестру ближе, решив позднее сделать ей внушение относительно Рона. При виде Поттера Панси как–то ненормально оживилась и, фамильярно схватив его за руку, оттащила в сторону. Недовольную тем, что Гарри её проигнорировал, Джинни пригласил на танец парень из–за соседнего столика. Блейз утянул Гермиону. Уизли проводил их мрачным взглядом. Малфой, прищурившись, наблюдал за подругой и Поттером. Панси что–то оживлённо говорила Гарри и протягивала белый картонный прямоугольник. «Визитка», - догадался Драко. Поттер с любопытством рассмотрел карточку, выслушал девушку и внезапно расхохотался. Кивнул Панси и вернулся к столику. Стоило ему занять своё место, как к нему подсел Рон и начал что–то яростно выговаривать. Драко, делая вид, что устраивается удобнее, подвинулся, вслушиваясь в разговор. - …не понимаю. Чем этот скользкий итальяшка лучше меня? А? Ну чем? Я же всё для неё. - Что ты для неё, Рон? – Гарри принюхался к содержимому своего бокала, поморщился и отставил подальше. – В последнее время от тебя только и слышно: «Деньги, деньги, деньги». - Тебе легко говорить. У тебя есть Сириус и его миллионы. У Забини – банк, а я… - Ты верно заметил, - спокойно кивнул Поттер, - это деньги Сириуса. А банк принадлежит миссис Забини. И я сто раз тебе говорил, что пора устроиться на нормальную работу. И не вздумай обвинять Гермиону в меркантильности. - Но я люблю её. А она… - заныл рыжий. - Не любишь! – раздражённо отозвался Гарри. – Тебе удобно так думать. И перестань уже подкатывать к Гермионе всякий раз, когда тебя бросает очередная подружка. Не унижай её. Вы чего–то хотели, мистер Малфой? Драко вздрогнул от резкого перехода и, поднимая голову, уставился прямо в злющие невозможно зелёные глаза. - Вы потанцуете со мной, мистер Поттер? - Хо–хорошо, - кивнул Гарри. – Минут через десять. Он поднялся и отошёл к перилам, огораживающим по периметру весь второй этаж. *** - Ты чего такой мрачный? – Дадли навалился на ограждение и отпил «колы». Спиртное ему было нельзя - на работу могли вызвать в любой момент. - Рон. - Опять? - Да. Лаванда укатила к родственникам в Австралию. Ну, наследство уехало с ней. Рона опять продинамили. Он вспомнил о Гермионе. - А она? - Что может измениться на пятнадцатый раз? – Гарри наклонился, облокачиваясь о перила. - Слушай, Гарри, - здоровяк виновато смотрел на брата, - тут такое дело. Ты только не злись. Я уже маму отругал. К нам вчера Тео заявился. Часа два по дому таскался. Всё нудел и нудел. Притащил список. Там всё расписано было, почему вы должны быть вместе. - Что? – Гарри шокировано уставился на кузена. - Ага. Пунктов двадцать. Что–то там про общие интересы. Даже про секс было. - Вот как? – горько усмехнулся Гарри. – А пункт про блондинок он включил? - Нет. Короче, он так достал маму, что она сказала о твоих планах на сегодняшний вечер. - То есть он может нарисоваться в любой момент? - Может, - кивнул Дадли. – И, зная его настырность, сделает это. Ты же знаешь – он не понимает слова «нет». Поттер с обречённым стоном уронил голову на скрещенные руки. *** - Ты прожжёшь в мистере Поттере дыру, - запыхавшаяся после танца Панси приземлилась рядом, закинула ногу на ногу. Рональд Уизли поперхнулся выпивкой. Довольная произведённым эффектом Паркинсон любовно разгладила складки мини–платья. - О чём ты с ним говорила? - Предложила позировать. Что же ещё? Такое лицо. Такая фигура. А глаза… Жду не дождусь, когда он разденется передо мной, - она мечтательно зажмурилась. «Ты охренеешь», - мрачно подумал Драко. - Ну, я предложила пятнадцать фунтов за час. Он как–то странно на меня посмотрел. И я накинула до двадцатки, - продолжила девушка. - А он? - Заржал, как жеребец над овсянкой, и согласился. Малфой не отрываясь, смотрел на объект обсуждений. Тот болтал с кузеном, покачивая задницей в такт музыке. Ткань джинс натягивалась, обрисовывая упругие ягодицы и сильные бёдра. В паху болезненно заныло. Поттер выпрямился, запуская пальцы в густые волосы. Мускулы заиграли под тонким трикотажем джемпера. Гарри обернулся, и, в который уже раз за вечер, Драко утонул в его глазах. Гарри смотрел на него не мигая, нервно кусая губы. С этим надо было кончать. Драко чувствовал, что начал увлекаться. Он никогда не верил в любовь с первого взгляда. Да и не входило это в его планы. По крайней мере, на данном отрезке жизни. *** Гарри весь вечер испытывал чувство дежа–вю. Точно так же он смотрел на Драко на вечеринке Билла. Стоило ему повернуться, как он тут же натыкался на взгляд ртутно–серых глаз. Это бесило и заводило одновременно. Он согласился потанцевать с Малфоем совершенно неожиданно для самого себя. Ему пришлось чуть не до крови закусить нижнюю губу. Только не это, только не сейчас. Он же не мог влюбиться сразу после расставания с Тео. Всего–то после нескольких встреч и пары незначительных фраз. Он чувствовал, что тоже вызывает в Малфое интерес. Иначе, зачем тому так внимательно наблюдать за Поттером весь вечер? Только интерес был какой–то странный. Приправленный толикой… презрения? Парень не понимал, чем мог вызвать такую реакцию. Тем, что согласился позировать Панси? Что в этом ужасного? Или из–за дружбы с Роном? Тут возразить, конечно, нечего. Друг в последнее время переходил всяческие границы. В какой–то момент Гарри почувствовал, что его куда–то ведут. Он закрутил головой. Оказалось, что он идёт, крепко держась за руку Драко Малфоя. Ди–джей включил «медляк». - Вы обещали мне танец, мистер Поттер. Гарри заглянул в глаза Драко. Была в них какая–то обречённая решимость. Как будто Малфой настроен на что–то. Это что–то неприятно, но сделать надо. - Звучит так, будто мы на балу в Викторианскую эпоху. - И кто из нас дама, а кто кавалер, мистер Поттер? - Отдаю пальму первенства вам, мистер Малфой. В прошлый раз вёл я. Проклятая память тела. Они вновь чувствовали запах друг друга. Ощущали жар, исходивший от кожи. После того, как Гарри узнал, как Драко двигается, какие у него на вкус губы и кожа, сдерживаться было адски–сложно. Драко трясло от похоти. Член и яйца ломило уже до звона в ушах. Бедром он чувствовал каменную эрекцию Поттера. Анус болезненно пульсировал, требуя, чтобы в него вставили что–нибудь большое, твёрдое, горячее. Поттеровский член наиболее предпочтителен. Хотелось прямо тут, на танцполе, плюхнуться на колени. Расстегнуть ширинку на джинсах Гарри и с ходу заглотить член. Максимально. На сколько сил хватит. И облизывать, и сосать до одури, утыкаясь носом в жесткие курчавые волоски на лобке. И сжимать налитые яйца. А потом ощутить тугую струю, бьющую прямо в глотку. И глотать, глотать, глотать. Драко застонал сквозь стиснутые зубы, машинально вцепляясь в плечи Гарри, чтобы не начать исполнять свои фантазии, не сходя с места, так сказать. В этот момент он почти ненавидел Поттера. Поттер, до этого легко касавшийся боков Драко, вдруг обвил его руками за талию, притягивая к себе так тесно, как только возможно. Он попытался было сосредоточиться на музыке, но это никак не помогло. Бешено–сексуальный голос Чада Крюгера ввинчивался в уши, стекал по позвоночнику, накапливался внизу живота. «Бля–я–я, ненавижу этих канадцев. Нот всего семь. Так за каким хером надо такие песни длинные писать?» - мысленно взвыл Гарри. Его колотило от невозможности содрать с Малфоя его пижонские брюки и оттрахать прямо тут и сейчас, давая, наконец, долгожданную разрядку члену. Хренов блондин. Нельзя быть таким потрясающим. Драко что–то застонал, и Поттер крепче прижал его к себе, чтобы не начать распускать руки. Ему хватило прошлого раза, после которого он чувствовал себя грёбаным насильником. «Как? Уже всё?» - запаниковал Гарри, когда стихла музыка. Выпускать из своих объятий горячее тело не хотелось категорически. Со стороны подиума, на котором располагался диджейский пульт, раздалось покашливание. - Я… я посвящаю эту песню своему любимому. Я… очень виноват и прошу прощения. О, нет. Нет, нет, нет! Гарри, не веря своим глазам, смотрел на пытающегося спеть Теда. Многочисленные посетители клуба озирались, пытаясь вычислить, для кого же выступает этот симпатичный парень. - Мы разные, но мы одно–о, - голосил на один дух Нотт. Фальшивил он страшно. «Стыдоба колхозная», - сказал бы Северус, увлёкшийся в последнее время советскими романами двадцатого века о коллективизации. Полное отсутствие слуха и голоса Теодор восполнял энтузиазмом. Гарри взглянул на чуть отступившего Драко. Кривая, понимающая усмешка подействовала, как ведро ледяной воды. Поттер, пробурившись сквозь толпу, сдёрнул бывшего любовника со сцены и поволок в сторону туалетов. Упавший микрофон издал противный визжащий звук. Толпа разочарованно загудела, лишившись бесплатного представления. Ди–джей не растерялся и врубил зажигательное латино. Как–то так получилось, что Драко оказался в туалете раньше Нотта и Поттера. Он только–только решил свою немаленькую проблемку, когда раздались шаги и послышались знакомые голоса. Малфой затих, как мышь под метлой. - Гарри… - блеял Нотт. - Это уже слишком, Тед, - было понятно, что тот едва сдерживает злость. – Мы всё выяснили. Ты знаешь, КАК я отношусь к изменам и предательствам. - Но, любимый, мы же идеально подходим друг другу. Я и список составил. - А твои любовницы упомянуты мелким шрифтом в конце страницы? – количеству яда в голосе Поттера позавидовала бы и королевская кобра. - Я… тебя… люблю… Слова перемежались сочным чмоканьем. Драко припомнил, как тогда в «Ширмах» Тед, надравшись до состояния риз, блеял о своей любви к Гарри. При этом он успевал строить глазки всем проходившим мимо девушкам. Единственное, чего смог добиться Малфой, это вопль о том, что Блэк их любви не помеха. - Тео, ты слово «нет» понимаешь? Всё. Кончено. Снова шаги и баханье дверью. Какое–то время слышалось сопение и шуршание. Повздыхав и пробормотав что–то типа: «Чёрт с тобой», Нотт тоже удалился. Облегчённо выдохнув и помыв руки, Драко покинул комнату задумчивости. Возле очередного поворота пришлось затормозить. Из–за грохочущей музыки мисс Уизли и мисс Грейнджер приходилось повышать голоса при разговоре, который оказался познавательным. Джиневра дымила сигаретой, как Восточный экспресс. Гермиона поправляла помаду, умудряясь говорить при этом: - Они охотники. Одним нравится погоняться за пугливым зайчиком, другим сразиться с разъярённой львицей. Женщина всегда стремится стать такой, какой её хочет видеть мужчина. Если он привык к лёгким победам, стань холодной и недоступной. Трудная победа наиболее ценна. Если парень зажат и слишком серьёзен, прояви инициативу сама. Только не переусердствуй. Легкодоступность быстро надоедает. Короче, держи себя, а особенно его, в тонусе. Поняла? «Зайчики и львицы? Ну–ну, мисс Грейнджер», - ничем не давая понять, что слышал разговор, Драко прошёл мимо девушек, равнодушно кивнув им. - Бывают же такие… надменные засранцы, - восхищённо выдохнула ему вслед рыжая. *** Стоя на перекрёстке, Гарри судорожно размышлял. Поймать такси или дойти пешком. Всего–то пара кварталов. Рядом тормознул тёмно–вишнёвый «Астон». От внимательного изучения точёного профиля, Поттера отвлёк вопрос, заданный хозяином этого профиля. - Мистер Поттер, могу я напроситься к вам на чашечку кофе? – Драко Малфой смотрел прямо перед собой.