Быть пойманным

- Добро пожаловать, мистер Малфой. Только разуйтесь, пожалуйста. Не люблю, когда по квартире ходят в уличной обуви. Поттер, небрежно скинув мокасины, ушёл вглубь квартиры. Драко снял туфли и с любопытством осмотрелся. Гостиная в шоколадно–молочных тонах с полом из натурального дерева. Через огромное панорамное окно открывался великолепный вид на ночной Лондон. За изогнутой лестницей с коваными перилами виднелась неприметная дверь. «Надеюсь, он не прячет там тела убиенных жён, как Синяя Борода», - мысленно хихикнул Драко. На полу, в центре комнаты лежал молочного цвета ковёр. Малфой ступил на него, и немедленно его ноги утонули по щиколотку в пушистом ворсе. Два белоснежных дивана, стоящие напротив камина, то ли декоративного, то ли настоящего, были разделены стеклянным журнальным столиком. Яркости интерьеру добавляли подушки и три кресла–«груши» сочных зелёных, синих и серебристых цветов. Великолепная сияющая люстра хрустальным водопадом низвергалась с высоты второго этажа. Уюта добавляли несколько крупных растений в кадках. Поттер чем–то брякал на кухне, отделённой от гостиной перегородкой из стеклянных блоков. Чистота и порядок. И не скажешь, что тут живёт молодой парень. На кофейном столике забытая чашка из–под чая да раскрытая книга. На каминной полке единственная фотография. Очень красивую рыжеволосую женщину обнимает мужчина невероятно похожий на хозяина квартиры. Драко хмыкнул. Мать семейными фотографиями и портретами увесила все стены мэнора. Нарцисса любила подчеркнуть значимость и древность фамилии Малфой. - Тётя приучила меня к порядку. Присаживайтесь, мистер Малфой. Драко понял, что озирался слишком явно. Он опустился на мягкий диван. Гарри поставил перед ним чашку с дымящимся напитком. - Что это? - Кофе. Я так понял, что вы хотели. Гарри уселся напротив, широко раздвигая колени и закидывая руки за голову. Малфой молча пил благородный напиток, совершенно не чувствуя вкуса и запаха. И сверлил взглядом натянувшуюся ткань в районе поттеровской ширинки. Поттер так же молча изучал стену за спиной гостя. Драко со стуком поставил чашку. Гарри оторвался от созерцания штукатурки. Зелёные и серые глаза встретились. - Где у вас ванна, мистер Поттер? Гарри начал подниматься по лестнице. Малфой шёл следом и пялился на упругие округлые ягодицы. Поттер сделал приглашающий жест рукой, распахивая дверь в спальню. Всё те же шоколадные полы и стены. Низкая кровать на небольшом подиуме, поражавшая размерами, стояла изголовьем к такому же панорамному окну, как и в гостиной. На противоположной стене висела большая плазменная панель. Под ней стоял низкий длинный стеллаж из молочного матового стекла. Россыпь книг, дисков и журналов украшала его поверхность. В углу скромно притулились две античные амфоры. - Прошу, - Поттер с легким церемонным поклоном открыл дверь в ванную комнату. Драко остался один в царстве чистоты. Графитно–серый с серебристыми прожилками кафель покрывал стены. Такой же, но чуть темнее, лежал на полу. Белоснежная сантехника ослепляла. Джакузи больше напоминала бассейн. Драко представил в ней Поттера, стоящего на четвереньках и опирающегося о край, и себя позади. Представил и зажмурился. Картинка была такой яркой, что член болезненно напрягся. Малфой взглянул на своё отражение в зеркале, занимавшем всю стену. Нервно покусал губы и решительно скинул одежду. Вошел в душевую кабинку, отделённую от остальной комнаты тремя стеклянными стенками. Он стоял, упираясь ладонями в стену, когда позади раздался щелчок открываемой двери. К спине прижалось сильное тело, чужие ладони легли на бёдра, а между ягодиц вжался твёрдый член. Малфой развернулся и со стоном впился в горячий поттеровский рот. У их поцелуя был вкус душевой воды, кофе, выпитого Драко, и яблок. Видимо в клубе Поттер пил яблочный сок. Малфой чуть откинулся, подставляясь под жадные поцелуи. Ощущать на себе прохладную воду и раскалённые руки Гарри было просто невероятно. Они целовались, как полоумные. Сталкиваясь языками, сражаясь за доминирование. Гарри выдавил на ладонь гель для душа и, не отрываясь от губ любовника, принялся оглаживать его тело. С силой проводя пальцами по атласным бокам и спине. У него просто крышу сносило от близости Малфоя. Драко зажмурился от наслаждения, когда наглая рука скользнула между их телами. Сначала по члену, потом чуть сжала яички. Продвинулась дальше. К сжавшемуся от предвкушения анусу. Любовник мыл и ласкал его одновременно. Малфой так и не понял, в какой момент Гарри уже начал хозяйничать в его заднице. Скользкий палец без проблем проник сквозь тугое колечко мышц. И теперь изгибался, поглаживая бархатные стенки канала. Драко откинул голову назад, затылком прижимаясь к стене. Он, не мигая, смотрел прямо в глаза Поттера, наливающиеся, как и тогда, в доме Уизли, нестерпимой зеленью. Гарри дышал тяжело, как загнанная лошадь. Одного пальца было уже катастрофически мало. - Ещё. Второй, - пробормотал Малфой, изгибаясь и закусывая нижнюю губу. Он не был уверен, что будет услышан из–за шума воды, но в следующее мгновение в него проникали уже два пальца. Жжение сменилось удовольствием, рассыпавшимся по позвоночнику, когда Гарри отыскал простату. Поттер, не вынимая пальцы из тела любовника, добавил напор воды и притянул того в самый эпицентр душа. Струйки били и кололи плечи, головы, спины. Белоснежные хлопья пены стекали, оставляя после себя девственно–чистую кожу. Драко практически висел на Гарри, цепляясь за литые плечи. Он уже сам… Сам насаживался на пальцы любовника. - В спальню, - услышал он. – Презервативы и смазка там. Они кое–как выбрались из душевой кабинки. На пол тут же натекло небольшое озерцо. Любовники помогли друг другу вытереться большущим пушистым полотенцем. Гарри, не разрывая поцелуя, почти отнёс Малфоя в спальню. Сдёрнул с постели покрывало. Следом полетело одеяло. Драко упал на залитые лунным светом прохладные простыни. Подтянулся на локтях, перемещаясь на середину. Поттер, достав из тумбочки презерватив и баночку со смазкой, теперь стоял на коленях между разведённых бёдер Малфоя. - Позволь, - Драко протянул руку. Квадратик из фольги лёг в ладонь. Он разорвал его и вынул мягкий скользкий латекс. Приподнялся, приближаясь к Поттеру. Эрегированный член, чуть подрагивая, маячил перед глазами. Красивый, ровный. Перевитый набухшими венками. Идеальный. Драко коснулся напряжённой плоти кончиками пальцев. Поттер вцепился ему в плечи. - Дракооо. Драко впервые услышал своё имя из уст Гарри, произнесённое низким, охрипшим голосом. Это сорвало последние остатки здравого смысла. Не этого ли он так хотел последние несколько часов? Драко наклонился и обнял багровую головку губами. Гарри забыл, как дышать, когда мягкие настойчивые губы накрыли его член. Малфой крепко держал его за бёдра, поглаживая большими пальцами тазовые косточки. Он сосал, и тянул, и слегка покусывал. Господи, господи, господи, как же хорошо. Гарри пришлось чуть надавить на плечи любовника, отстраняя. Он не хотел кончить раньше времени. Драко понял всё правильно, выпуская пенис изо рта и раскатывая на нём «резинку», откинулся на спину, глядя, как нависает над ним Поттер. Гарри глаз не мог оторвать от распластанного под ним любовника. Наклонился и прижался ртом к нежным, чётко очерченным губам, углубил поцелуй. - Давай, - прохрипел Малфой, нехотя разрывая поцелуй и ещё шире раздвигая бёдра. Но Поттер не торопился. Словно не веря во всё происходящее, он ласкал торс и живот Драко. Чуть сжал член блондина и помассировал напряжённую головку. Драко нетерпеливо дёрнулся. И тогда Гарри вошёл в него одним слитным плавным движением. Замер, утыкаясь лицом в основание шеи. Даже сквозь тонкую плёнку презерватива его обжигал жар чужого тела. Тот был таким тугим, таким узким. Это сводило с ума. Он так боялся причинить боль. - Давай же, - длинные ноги обвились вокруг талии, пятки надавили на поясницу. - Дай… мне… секунду… - судорога прошила сильное смуглое тело. Сил терпеть уже не было. - Я не стеклянный! Блять! Давай уже! Окрик подействовал, как удар хлыста. Гарри вышел почти до конца и резко подался вперёд. И ещё. И снова. Каждый раз меняя угол. Драко выгнулся, когда Поттер ударил точно в простату. Захлебнулся воздухом. Бёдра сами рванули навстречу любовнику. Поттера уже ничто не могло остановить. Он двигал бёдрами резко, мощно, как поршень в двигателе внутреннего сгорания, каждый раз проезжаясь по простате всем членом. Перед глазами плыли огненные круги. Драко уже не понимал, где он, что он. Поттер коротко взвыл, ускоряя движения. Ладонью обхватывая пенис Малфоя, двигая в такт своим движениям. Драко вцепился в каменные мышцы спины, раздирая кожу ногтями. Да, ещё немного… Да, да, да!.. Да–а–а… Они кончили практически одновременно. Гарри замер, опираясь обеими руками о матрас по обе стороны тела Драко. Он никогда не испытывал такого прежде. Даже с Тео в их лучшие времена. Гарри мотнул головой, прогоняя непрошенные и никчёмные воспоминания. А Драко провёл руками по влажной от пота спине Поттера, отвёл со лба прилипшие влажные пряди. А потом, поддавшись порыву, приподнялся и поцеловал. Легко. Едва касаясь губами. Гарри аккуратно, стараясь не причинить дискомфорта любовнику, вышел из него и лёг рядом. Кое–как стянул презик и бросил в сторону. - Ненавижу их. Как в шубе. Ответом ему был еле слышный смешок. Поттер свесился с кровати и нашарил на полу влажное полотенце. - На душ сил нет, - пробормотал он, - но если ты хочешь, чистые в ванной на полке. - Пожалуй. Вернувшись из душа, Драко обнаружил, что Поттер уже беззастенчиво дрыхнет, обнимая подушку. Не потрудившись накрыться одеялом. Малфой замер, не зная, что делать. Остаться? Он ненавидел ночёвки не дома. Но выходить и ехать куда–то, да ещё ночью, не хотелось категорически. - Чего ты там замер? – раздался голос. – Ложись. Утром себя терзать будешь. *** Проснулся Драко от того, что ему было тепло и уютно. Он открыл глаза и обнаружил, что лежит в чужой кровати, в чужой спальне, укрытый невесомым пуховым одеялом. Парень сел и осмотрелся. Покрывало, которое вчера было швырнуто на пол, теперь лежало на стуле, свёрнутое кубиком. Использованный презерватив исчез. Его собственная одежда, забытая в ванной, теперь висела, аккуратно расправленная, на специальной вешалке. Раздались шаги, и в дверном проёме появился Поттер. - С добрым утром, - он прислонился к косяку. – Завтрак готов. Спускайся. - Мне нужно в душ. Поттер ухмыльнулся: - Полотенце и щётка в ванной. Гарри ушёл, а Драко сполз с кровати. Тело тянуло и ныло, но боль ему нравилась. Прохладный душ привёл в чувство. Одевшись, он спустился на первый этаж. В солнечном свете квартира выглядела необыкновенно уютной. Почему–то вспомнился Нотт. Он ходил по этим полам. Спал в постели наверху. Занимался с Поттером любовью. И променял всё на какую–то девку. Кретин. Близнецы Уизли были правы. В воздухе витал запах свежесваренного кофе и блинчиков. Поттер обнаружился на кухне. Он сидел, широко раздвинув бёдра, на высоком барном стуле и болтал ногами. - Присаживайся, - спрыгнул он на пол. Перед Драко появилась тарелка с блинчиками, вазочки с джемом и взбитыми сливками. Чашка кофе. Не такая, к каким он привык - размером с напёрсток, а большая, пузатая. «М-да. Надеюсь – не растворимый», - думал Малфой, разглядывая этого стеклянного монстра. Словно опасаясь, он осторожно взял чашку в руки. Обнял ладонями и вдохнул божественный аромат. Пригубил. Вот интересно. Можно ли испытать оргазм от наслаждения вкусом? Драко решил, что можно. Даже такой чашки будет мало, чтобы вдоволь насладиться таким напитком. Блинчики, кстати, тоже оказались весьма неплохи. Они молчали, избегая смотреть друг другу в глаза. Драко сосчитал все магнитики на холодильнике, изучил небо за окном, рассмотрел названия фирм на бытовой технике. Поттер пялился в стену. Малфой отставил опустевшую чашку и заставил себя взглянуть на Гарри: - Благодарю, мистер Поттер. У вас восхитительный кофе. - Ну, что вы, мистер Малфой. Всё для вас, - ответили ему в тон и криво усмехнулись. *** День проходил, как в тумане. Поттер не желал убираться из головы. Драко уже тысячу раз пожалел обо всём случившемся. Нет, не о сексе. При воспоминании об этом пришлось расстегнуть пару верхних пуговиц на рубашке. Он крутанулся в кресле, отворачиваясь от рабочего стола в сторону окна в своём кабинете в «Малфой–глобал». Он жалел, что поддался сиюминутному порыву. Драко всегда гордился своей выдержкой, а Гарри оказывал на него странное воздействие. Хотелось орать, скакать и гонять на байках. Хотелось врубить рок на всю катушку и подпевать во всё горло. Чёрт побери! Одним своим существованием Поттер переворачивал всё с ног на голову. Драко злился. И на себя, и на Поттера. На того в первую очередь. Чем тот занят, пока Драко занимается самоедством? Вместе с Блэком смеётся над случайным любовником, или лжёт о том, как провёл ночь? А о Тео тот знал? Малфой ненавидел лицемерие. Правда всегда лучше, какой бы она ни была. На ложь он насмотрелся дома. Родители лгали постоянно. Друг другу, себе, сыну, окружающим. Лгали о том, что у них крепкая дружная семья, стабильный брак, что они любят друг друга. Чёрта с два! Никогда они семьёй не были. Всю свою жизнь Драко ощущал поддержку и любовь лишь одного родителя. Отца. Люциус всегда был рядом. В детстве читал сказки на ночь, пока Нарцисса составляла план очередной благотворительной ярмарки. Первого сентября провожал в школу. Присутствовал на всех соревнования и школьных постановках, в которых участвовал сын. Как бы ни был занят, отец всегда находил время для Драко. Брал с собой в офис, когда мальчик был на каникулах. Драко даже присутствовал на нескольких совещаниях. Он сидел тихо–тихо, гордый тем, что его посчитали взрослым и не прогнали. Не понимая абсолютно ничего, он, тем не менее, внимательно смотрел и слушал. Участие Нарциссы, в мыслях Драко никогда не называл её матерью, в воспитании сына ограничивалось многочасовыми проповедями о приличном поведении и просматривании табеля успеваемости в конце учебного года. - Молодец, - и холодный равнодушный поцелуй в лоб. Никогда в щёку, никаких объятий. - Драко, это «Шанель». Ты помнёшь. Единственной вещью, которая интересовала Нарциссу по–настоящему была благотворительность. Правда, больше из–за того, что это давало ей возможность общаться с другими такими же благовоспитанными леди. То бишь сидеть с неестественно прямой спиной на диване, чопорно поджимать губы и тянуть одну чашку чая весь вечер. - О, Мэри. У вас восхитительный чай. И кексы. Я непременно хочу знать рецепт. А потом заявить дома за ужином ему и Люциусу: - У Мэри Соммерс ужасный чай. Запаренный веник. А кексы! Всё было в крошках. Драко искренне не понимал, для чего матери всё это надо. Другие женщины хотя бы изображали заинтересованность в процессе. Улыбались в приютах, гладили сирот по головам. Мать всегда стояла с каменным выражением лица. Детей она не любила. За глаза её называли МЗТ. Мадам Замороженная Треска. - Кхм. Сын, я ещё тут. Драко отвернулся от окна, виновато улыбаясь отцу. - Извини. Задумался. - Что–то случилось? Ты сегодня сам не свой. - Скажи, пап, - Драко заглянул тому в глаза, - почему ты не разведёшься с мамой? Люциус резко выпрямился: - Почему ты об этом спрашиваешь? - Просто. Ваш брак устроили родители. Вы не любите друг друга, и никогда не любили. Вы не друзья. Вы, даже, элементарного уважения друг к другу не испытываете. Так почему вы вместе? Я видел ваш брачный договор. В накладе она не останется. И не говори мне, что Малфои не разводятся. Чушь! Ты молод. Тебе всего сорок семь. Ты ещё можешь встретить какую–нибудь женщину. Ты можешь быть счастлив. Люциус вдруг как–то обмяк в кресле, бессильно опуская руки на подлокотники. Он долго молчал и смотрел в сторону, прежде чем ответить. - Единственный человек, с которым я мог бы быть счастлив, ненавидит меня, - глухо проговорил он. Драко во все глаза смотрел на отца. А тот вдруг улыбнулся. Мягко и мечтательно. Вспоминая. Драко никогда не видел своего отца таким… Таким открытым. - Мне было тридцать, когда мы познакомились. Он на два года моложе. Он был не нашего круга, если ты понимаешь. Простой полицейский. Оштрафовал меня за превышение скорости. Мы были вместе два года. Два самых счастливых года в моей жизни. Он знал, что я женат. Знал о тебе. О моих обязанностях перед семьёй и фирмой. Знал, что, возможно, мы никогда не будем вместе. Знал и всё равно любил. - А ты? Ты любил его? - Очень, - просто ответил Малфой–старший. - Тогда почему? Почему, чёрт возьми?! – Драко нервно вскочил. Люциус болезненно поморщился: - Твой дед Абрахас. Да, уж. Дед ненавидел всех. Русских и американцев, консерваторов и либералов, королевскую семью и партнёров по бизнесу. Жену он ни во что не ставил, сына презирал, к внуку относился, как к пустому месту. Невестку считал за красивую бестолковую куклу. Но больше всего он ненавидел геев. Дед был воинствующим гомофобом. - Он узнал о нас, - продолжил Люциус. – Сказал, что профессия полицейского опасна. Случиться может всё, что угодно. Пригрозил отобрать тебя. И я просто прекратил приходить. Просто замолчал. А он ждал. Я знаю. Я видел его. Мы всегда встречались там, где он остановил меня, чтобы оштрафовать. Рядом был небольшой итальянский ресторанчик. Да он и сейчас есть. Мы всегда обедали там, а потом целый день проводили вместе. Люциус вдруг со стоном закрыл лицо руками. Драко сидел, будучи не в силах сказать что–то. Он так привык видеть отца сильным и рассудительным. Величественным и блистательным лордом Малфоем. Одним из красивейших мужчин в высшем свете Британии. Высокий, статный, с идеальной гривой платиновых волос. Серо–стальные глаза чуть темнее, чем у Драко. Он был в великолепной физической форме, но вот духовно… Успешный, богатый, благополучный. На проверку оказался глубоко несчастным. Не имеющим возможности быть с любимым. - Но дед умер, и ты можешь позволить себе быть счастливым. Хотя, нет. Не можешь. Лорд Малфой удивлённо взглянул на сына. - Ты обязан это сделать, - твёрдо заявил парень. - Нет, - покачал головой Люциус. – Я не смогу. Я – трус. После стольких лет молчания. Знаешь, Драко, я очень зауважал тебя, когда ты признался нам с матерью о своей ориентации. Ты очень сильный. Я в своё время не смог. - Пожалуйста, отец. Хотя бы просто поговори. Люциус улыбнулся сыну: - Я рад, что ты у меня есть, Драко. В три встреча с инвесторами. Не забывай. Холодный расчётливый бизнесмен вернулся. Драко бросил взгляд на левое запястье. О, нет! Его «Патек Филипп». Остались там. На полочке, в ванной распроклятого Поттера. Как в дешёвом бульварном романе. Причина, чтобы вернуться. *** - Влюбился? – лукаво улыбнулся Сириус. - Нет, - мрачно буркнул Гарри, ковыряясь в тарелке. «Да–а–а», - мечтательно прикрыло глазки внутреннее «я». Гарри ненавидел подобные ситуации. Он вообще не понимал смысла в одноразовом сексе. Познакомились, трахнулись, забыли друг о друге. Смысл? Пополнить копилку сексуальных умений? Не факт, что партнёр попадётся нормальный. Или для того, чтобы козырять перед знакомыми длиной списка связей? Количеству Гарри предпочитал качество. Хотя в этом конкретном случае на качество грех было жаловаться. Он чуть повёл плечом, избавляясь от непрошенных воспоминаний. А за количеством пусть Рон гонится. Иногда Гарри ощущал себя доисторическим ископаемым. Он верил в моногамность и любовь до гроба. Яркие представители подобных отношений сидят напротив. Хватают друг друга под столом за коленки и думают, что Гарри не догадывается об этом. Без малого двадцать пять лет вместе, а страсти кипят, как в первый день. Ссорятся со швырянием предметов (темперамент Блэков - это что–то с чем-то), хлопаньем дверями и едкими комментариями всего происходящего (здесь лидирует, несомненно, Северус). А уж мирятся… Без предварительного звонка Поттер в Блэк–хаус, с некоторых пор, не ходок. - Гарри. - М-м? – он поднял голову. Северус и Сириус сидели напротив с одинаково-ироничными выражениями лиц. - Она мертва. - Кто, Сев? - Лазанья. Поттер взглянул на содержимое своей тарелки. Вместо аппетитного куска запеканки – странное месиво из теста, фарша и соуса. С грохотом отодвинув стул, он встал. - Спасибо за ужин. Я наелся. - Воздухом? – Северус усмехнулся и отпил вина. - Это из–за Тео? – Сириус обеспокоенно смотрел на крестника. - Что? А–а, нет. Я хочу побыть один. Пойду, прогуляюсь - Гарри направился к выходу с кухни. – Переночую в квартире. Не ждите на ночь. Мужчины философски пожали плечами. Их сын не любил, когда ему лезли в душу. Захочет – расскажет, что с ним творится, а на нет и суда нет. *** Приняв душ, Гарри голышом валялся на кровати и смотрел какой–то невыносимо тупой боевик, всученный Роном. Тот орал, что фильм - просто бомба. «А уж сиськи подружки главного героя», - мечтательно протянул рыжий. Потом опомнился и пробормотал, что Гарри скорее заинтересует задница главного плохиша. За сюжетом Поттер перестал следить минут через пятнадцать после начала фильма. Раз за разом прокручивая события вечера, ночи и утра, парень пытался понять, что же сделал не так. За завтраком он уже открыл было рот, чтобы пригласить Драко вечером на свидание или просто на ужин. Но тот, вышедший из душа странно-напряжённым, врубил такой официоз, что Гарри волей–неволей пришлось поддержать предложенный тон. Блин! И стоило вспоминать? Эрекция маячила перед глазами. Гарри провёл рукой по стволу и чуть сжал яички, вспоминая взгляд серых глаз, направленный на него снизу–вверх, пока губы Драко ласкали багровую, от прилившей крови, головку члена Поттера. Гарри зажмурился, вспоминая тугое горячее нутро Малфоя. Пальцами левой руки ущипнул себя за сосок, а правой потянул вниз крайнюю плоть, размазывая выступивший секрет. Сжал ладонь, усиливая нажим и постепенно ускоряя темп. Его бросило в жар. Он запрокинул голову, выгибаясь навстречу собственной руке. Ещё немного… ЕБАТЬ ВСЕХ РАКОМ! Звонок во входную дверь заставил его подпрыгнуть всем телом. Тяжело дыша, он распластался на покрывале. Мелодичная трель не утихала, а «младший Поттер» и не думал указывать на полшестого. Поттер–старший разозлился. Сами напросились! Он вскочил с постели и, не утруждая себя нижним бельём, натянул домашние брюки. С грохотом скатившись с лестницы, Гарри резко распахнул дверь: - Да?! На пороге обнаружился тот, на чей светлый образ Поттер дрочил минуту назад. Драко Малфой собственной сексуальной персоной. Застёгнутый на все пуговицы. В идеально сидящем костюме, белоснежной рубашке и с безупречно–мать его–повязанным галстуком. И абсолютно непроницаемым лицом. - Мистер Малфой? - Мистер Поттер, - Драко склонил голову в знак приветствия. – Я забыл у вас утром часы. - Где? - Я полагаю, что на полочке в ванной. Ощущая себя разъярённым огнедышащим драконом, у которого увели из–под носа принцессу, Гарри взлетел на второй этаж. Часы действительно обнаружились в ванной. Он не заметил их только потому, что «Патек Филипп» скромно прятался за коробкой с влажными салфетками. *** Взбешенный Поттер был великолепен. Встрёпанный, румяный, с чуть влажными волосами. Тонкие брюки не только не скрывали, но больше подчёркивали охрененную эрекцию, которой, кстати, Поттер ничуть не стеснялся. Он с вызовом смотрел Драко прямо в глаза: - Да?! Малфой, стараясь не пялиться на натянувшуюся ткань поттеровских штанов с влажным пятном от выступившей смазки, пояснил цель визита. Гарри подозрительно зыркнул на него из–под чёлки и развернулся к лестнице. Со спины опять скалился Фенрир. Драко пожалел, что так и не смог рассмотреть зверя. Он не успел додумать мысль о том, что было бы, если почесать волка за ухом, как вернулся Гарри. - Ваши часы, мистер Малфой. Их пальцы соприкоснулись буквально на какую–то миллисекунду, но этого оказалось вполне достаточно, чтобы в отдельной лондонской квартире взорвалась сверхновая.