Быть пойманным

Изабелла задумчиво побарабанила пальцами по столу. Дело пахло очень неприятно. Нет, не так. Оно смердело. И дело было не в кольце. Колец в семейном сейфе более чем достаточно. Можно сделать предложение целому гарему. Просто кто–то осмелился обидеть её ребёнка. И пусть ребёнку уже двадцать пять, она порвёт за него любого. В животе заворочались. - Тш-ш, малыш, мама сердится, но не на тебя. В тот злополучный вечер Изабелла действительно отдала Блейзу кольцо. Как всякая любящая мать, она считала, что её сын торопится связать себя узами супружества, но с другой стороны: раньше он никогда не знакомил мать с прежними подружками. Если только не попадалась совсем уж настырная. Таких приходилось жёстко ставить на место. Изабелла с удовольствием играла роль сварливой свекрови, уже на другой день забывая имя незадачливой девицы. Да и зачем помнить имя той, что исчезнет из жизни Блейза через пару дней. Максимум – через неделю. Мисс Грейнджер задержалась на пару месяцев. И, положа руку на сердце, Изабелле девушка нравилась. Она не заискивала и не подобострастничала при их первой встрече. Не шныряла по сторонам взглядом, оценивая обстановку в доме Забини в Кенсингтоне. Втайне от сына баронесса навела справки о Гермионе и её семье. То, что она узнала, произвело хорошее впечатление. Грейнджеры не входили в первую обойму, но были вполне обеспечены. Жили скромно, пуская большую часть доходов обратно в бизнес, что, впрочем, не мешало им, например, отдыхать каждый год за границей всей семьёй на очень приличных курортах. Девушка была единственным ребёнком в семье. Получила блестящее образование, окончив университет с самыми высшими баллами. И теперь работала в детском саду, превосходно ладя с коллегами, детьми и их родителями. По сомнительным вечеринкам не болталась и в предосудительных связях замечена не была. В анамнезе имела всего троих кавалеров и на момент встречи с Блейзом была свободна от каких бы то ни было обязательств. В плюс мисс Грейнджер Изабелла добавила тот факт, что та свободно говорила по-итальянски. В свете всего вышеперечисленного миссис Забини решила не препятствовать браку сына с Гермионой и по первому требованию выдала бабушкин обручальный перстень. В тот вечер, когда Блейз объявил о своих планах, от него попахивало выпивкой, но Изабелла прекрасно знала, что в таком виде её отпрыск ни за что к любимой не пойдёт. Он проспится, приведёт себя в порядок и уж потом начнёт действовать. Чем закончилась эпопея с предложением руки и сердца итальянка не знала. На следующее, после праздника, утро она уехала из Англии. Изабелла жутко соскучилась по своему любимому мужчине и Тоскане. И провела в поместье почти две недели, доводя до ума детскую и купаясь в любви Тони. После родов она планировала жить какое–то время в Италии. Бизнес – бизнесом, но семья для неё всегда была дороже. А у банка превосходный управляющий, да и Блейзу пора уже брать на себя больше ответственности. Вернувшись в Лондон, женщина нашла сына в полнейшем раздрае и с ушибленной челюстью. Выслушав парня она выдала длинную витиеватую фразу на итальянском, полную непереводимого фольклора. Блейз хотел было что–то сказать, но осёкся под гневным взглядом матери. - Надо было драть тебя в своё время, чтобы не кобелил, как папаша. Блейз слегка поёжился. Рука у Изабеллы была тяжёлой. В последний раз его выпороли в четырнадцать лет за то, что поймали с сигаретой в кладовке с пылесосом. Мать выдрала его так, что он неделю нормально сидеть не мог и спал исключительно на животе. А потом она заставила его выкурить всю пачку за раз. Как же ему было плохо! С тех пор Блейз не сделал ни единой затяжки. - В отличие от него я никогда никому не изменял, - буркнул он. – Извини. Женщина равнодушно пожала плечами. К покойному мужу она не испытывала ровным счётом ничего. Разве что благодарность за сына. Изабелла постаралась припомнить, как вёл себя сын на празднике. Всё было, как обычно. В какой–то момент ей показалось, что он невероятно пьян. Забирая кольцо из сейфа, Блейз покачнулся и вынужден был опереться о стену, но практически в следующую секунду пришёл в себя. Из банка он ушёл на своих двоих. Сказал, что хочет прогуляться. - Может, поручим это дело кому–нибудь из охраны? Вызовем Билла. - Нет, - покачал головой Блейз. – Билла мы дёргать не станем. Он не был в отпуске с момента свадьбы. Если только потребуется вмешательство полиции. У него есть там знакомые. И я хочу сам во всём разобраться. - Хорошо. Я свяжусь с Алекто. Она выдаст тебе дело этой официантки. Послушай, сынок, ты уверен, что… - Да! Я уверен. Я знаю, что я её не знаю. Тьфу! Я не спал с ней, я её не бросал. Если ты намекаешь, что это какой–то изощрённый вид мести, то ты ошибаешься, мама. *** Руки противно затряслись, и Люциус, чтобы не расплескать божественный напиток, поставил чашку на стол. Воздуха внезапно стало мало, и он сдёрнул галстук и расстегнул несколько верхних пуговиц рубашки. Вот он. Только руку протяни. Стал ещё красивее с возрастом. Только в густой каштановой шевелюре появились серебристые пряди. Но губы по–прежнему улыбчивы, а золотисто–карие глаза всё так же светятся лукавством. Всё тело сдавило почти забытое чувство ревности. Рядом с ним стоял красивый молодой брюнет. Блэк без умолку болтал, знакомя мужчин друг с другом. - Мой крестник. Гарри Поттер. Сын моих школьных друзей. В будущем лорд Блэк. Джеймс Поттер, отец Гарри, был моим дальним родственником. Седьмая вода на киселе. И Ремус Люпин. Мы дружим ещё со школы. Лорд Малфой не обратил никакого внимания на крестника хозяина дома, но пожимая руку второго мужчины, постарался ничем себя не выдать. Сколько раз эти пальцы касались его, заставляя задыхаться от наслаждения? А теперь на одном из них он почувствовал тёплый металл обручального кольца. Люциус мысленно усмехнулся: «А ты надеялся на волчью верность? Думал, что он будет ждать тебя вечно? Жалкого бесхребетного труса, который ушёл, ничего не объясняя». - Чем вы занимаетесь, мистер Люпин? – голос охрип от волнения. - У меня небольшое детективное агентство. Со мной работают ещё двое бывших полицейских. Разыскиваем потерявшихся родственников. Следим за неверными жёнами и мужьями. - Ремус служил в полиции, но уволился из-за ранения, - вмешался Сириус. - Сириус, не нужно пугать людей. Всё это ерунда. - Ага. Полгода в коме. Куда уж ерундовее, - съязвил лорд Блэк. В груди всё сжалось так, что стало трудно дышать. Люциус медленно поднялся на ноги: - Сириус, где у вас?.. - По коридору налево. В самом конце. - Спасибо. Лорд Малфой почти вбежал в туалет. Запершись, он уставился на своё отражение. Абрахас всё–таки выполнил свою угрозу. Люциуса почти выворачивало от ненависти к отцу и самому себе. Шесть месяцев между жизнью и смертью. Шесть месяцев в темноте. Они могли быть вдвоём, если бы Люциус тогда не ушёл. Только он сам себя наказал пятнадцатью годами одиночества. Каждое утро вставать, смотреть на себя в зеркало и понимать, что никому, кроме сына, не нужен. Проживать день на автомате, постоянно чувствуя затылком брезгливый взгляд отца. Ложиться вечером в огромную холодную постель. И так всё время. Отдавать супружеский долг раз в неделю. Пара минут механических движений и сухое: - Спасибо, дорогая. - Да, дорогой. Один раз он подумал, что сможет что–то изменить, но жена посмотрела на него круглыми от удивления глазами, и всё вернулось на круги своя. А потом отец умер, и стало немного легче. Но Люциус так и не осмелился прийти в то маленькое кафе. Сесть за ИХ столик у окна. Заказать ИХ завтрак. Блинчики с сиропом и густой чёрный кофе без сахара. Как тогда. Когда можно было никуда не торопиться. Лениво перебрасываться редкими фразами или просто молчать, зная, что весь день принадлежит только им двоим. Ничего этого уже не будет. Никогда. *** В первый момент, увидев улыбающегося Поттера, Драко, что называется, обалдел. От невероятной наглости любовников. Блэк не гнушается приглашать свою пассию в дом, который делит с супругом? Но следующие слова Сириуса поразили. Крестник, крестник. Крестник, мать твою! Практически сын. Будущий владелец всех капиталов. Будущий лорд Блэк. Он уже сейчас выглядел, как наследный принц. Штучный костюм, шёлковый галстук, платиновые запонки. Контактные линзы сменились на очки в тонкой металлической оправе прямоугольной формы. И это сразу придало ему серьёзности. Вместо гнезда на голове стильная стрижка с укладкой. Нет больше густых шёлковых прядей, в которые так здорово было запускать пальцы, чтобы оттянуть голову любовника назад и впиться губами в стройную шею. И услышать горловой стон удовольствия. Поттер спокойно пожал ему руку, вежливо улыбнулся Люциусу и теперь тихо разговаривал о чём–то со Снейпом. Драко не мог оторвать взгляд от пальцев Гарри, ласкающих гибкую спинку лысого Тома. Кот топтался на коленях обтянутых дорогой тканью брюк и сыто урчал. Белла по–прежнему сидела на полу, ревниво дёргая хвостом. Он отвлёкся от разглядывания, когда рядом нервно вскочил Люциус. Малфой–младший удивлённо смотрел на практически бегущего из комнаты отца. Драко с изумлением отметил непорядок в его одежде. Лорд Малфой никогда не позволял себе подобного на людях. Драко наткнулся на внимательный взгляд непроницаемо–чёрных глаз. Он, наконец, обратил внимание на мужчину, пришедшего с Поттером. Симпатичный шатен с тёплыми карими глазами. Лёгкий румянец на его щеках и нервозность отца. Драко без труда сложил два и два. *** Лорд Малфой устало откинулся на спинку автомобильного сиденья. - Это он, отец? - Кто он? Говори конкретнее, Драко. - Ремус Люпин – это тот, о ком ты рассказывал? Тот, кого ты любил? И… сейчас любишь? – помедлив, добавил Драко. - Да. - Тогда… - Ты видел у него кольцо, сын. Он женат. И я не хочу больше об этом говорить. - Но… - Разговор окончен, - отрезал Люциус и прикрыл глаза. Ретроспектива. Небольшая уютная квартирка с крохотной кухонькой и ванной. На постели сплелись два молодых мужских тела. Слышится шёпот: - Ещё, Люциус. Ещё. Сильнее, пожалуйста. Люциус ускоряется. Перед глазами уже плывут огненные круги. Ремус под ним выгибается, откидывает голову назад и кричит, не в силах больше сдерживаться. Оргазм волной накрывает обоих. Люциус прижимает к себе горячее, мокрое от пота тело любовника, покрывает жадными поцелуями лицо: - Боже, как я соскучился. Они не виделись почти месяц. Малфой уезжал на континент по делам фирмы. А телефонные звонки только распаляли желание. Худшая пытка из возможных. Ожидание невыносимо. Любовники набросились друг на друга, едва зайдя в квартиру и захлопнув дверь. Теперь, утолив первый голод, можно отдышаться. А чуть позже принять душ. Обязательно вместе. Расставаться не хотелось ни на мгновение. В душевой кабинке жутко тесно, и их возня плавно перерастает во второй раунд. Из ванны они перемещаются в постель, оставляя за собой дорожку из мокрых следов и луж. Падают в ворох смятых простыней. Можно бесконечно долго выцеловывать такое любимое, такое желанное тело. Не пропуская ни единого кусочка гладкой кожи. Любоваться резкими, чисто мужскими изгибами. И только доведя друг друга до исступления, скользнуть в горячий тугой анус. И замереть на мгновение от нахлынувшего осознания того, что всё, что с ними происходит – не банальная похоть. Люди называют это любовью. Конец ретроспективы. Они пробыли тогда вместе почти сутки. А на другой день в офис Люциуса вошёл Абрахас с мерзкой ухмылкой. И всё кончилось. А сам Люциус так и не сказал, что тоже любит. *** - Гарри? - М? – парень, продолжая ласкать кота, взглянул на крёстного. - Что происходит? - Ты о чём? - Брось эту идиотскую привычку отвечать вопросом на вопрос. Что у тебя с мистером Малфоем–младшим? - Ровным счётом ничего. Мужчины переглянулись. - Врать можешь Тому или Белле, - заметил Северус. - Да с чего вы вообще взяли, что что–то было? - Ну, - криво усмехнулся Ремус, - ты смотрел на кого угодно, но только не на него, а мистер Малфой наоборот – глаз с тебя не спускал. Сидел, как кол проглотил. Гарри резко встал, бесцеремонно спихивая пригревшегося на коленях кота. Том припал на передние лапы и, прижав уши, зашипел совершенно по–змеиному. А в следующее мгновение мистер Реддл забился вместе с супругой под диван, обиженно оттуда подвывая. - Между прочим, Рем, - парень вернул улыбку Люпину, - о тебе можно сказать то же самое. Ремус побледнел, а Гарри мгновенно испытал острое чувство стыда за свои слова. Он был в курсе о несчастливом романе Люпина и лорда Малфоя. Гарри встретил Ремуса в центре. Они не виделись и не разговаривали целую тысячу лет. И, соскучившийся по другу семьи, Гарри пригласил мужчину провести остаток дня в доме крёстного. А теперь получалось, что он просто подставил Люпина. Гарри знал о сегодняшней встрече и о подписании договора, но не ожидал, что Малфои задержатся в Блэк–хаусе на неопределённое время. И уж тем более не ожидал встретить здесь Драко. Это стало ударом под дых. При виде тёплой компании, собравшейся в гостиной за чашечкой кофе, он неприятно удивился. Драко, спокойно сидевший на диване и болтающий с крёстным, был ошарашен не меньше Гарри. Сам Гарри видел это ясно. Небольшой наградой стало выражение лица Драко, когда тот услышал об отношениях, связывающих Поттера с Блэком. Злость, неверие, вина. Целый калейдоскоп чувств. Гарри спокойно пожал протянутую руку, улыбаясь так, что заболели щёки. Он не знал, чего ему хочется больше. Хорошенько врезать или хорошенько трахнуть. Чувства к Малфою никуда не делись. Стали ещё острее. Ему было почти больно смотреть на бывшего любовника. И Гарри постарался не смотреть. Зато он прекрасно видел, какие демоны обуревают Люциуса. Видел тоску и надежду на красивом лице. Видел, как побелели костяшки пальцев, когда лорд вцепился в подлокотники кресла, чтобы не наброситься на Ремуса немедленно. Поттер испытал бешеный приступ зависти к Люпину. На него самого Драко никогда не посмотрит ТАК. Гарри подхватил пиджак, снятый после того, как уехали Малфои, и направился к выходу их гостиной. Возле двери он обернулся и сказал в никуда: - Я спал с ним, если угодно. Мы жили вместе почти месяц. Потом расстались. Ничего криминального, Сириус. Можешь не волноваться. Парень взглянул на Блэка, улыбнулся, а потом перевёл взгляд на Люпина: - Ремус, извини. Я не должен был так говорить. Он вышел, оставив мужчин в полной уверенности, что их ребёнок научился виртуозно врать. Самому себе. *** Алекто Кэрроу – хозяйка «Крыльев счастья» и подруга Изабеллы - без лишних вопросов выдала друзьям анкетные данные девицы. Звали её Ханна Эббот. Двадцать три года. Домашний адрес, сотовый телефон. - Алекто, она работает у вас на постоянной основе? – поинтересовался Блейз. - Да. Как и все мои мальчики и девочки. Я не запрещаю подработки на стороне, но заказов столько, что на халтуру у них просто не остаётся времени. Бывает, что за день обслуживаем два–три мероприятия. - И какая она? - Обыкновенная, - пожала плечами женщина. – Может, несколько легкомысленнее, чем другие. Никогда не работает по вечерам. Говорит, что бойфренд ревнует. Впрочем, проблем с клиентами никогда не было. - Ты говоришь о них, как о… - Проститутках? – Алекто рассмеялась. Её некрасивое лицо на миг приобрело миловидность. – Разница лишь в том, что шлюхи предлагают своё тело, а официанты – закуски и выпивку. Но в итоге всё сводится к одному – ублажению клиента. Блейз и Драко одинаково поморщились. Обоим было неприятно такое сравнение. - Есть только одна проблема. Ваша вечеринка в банке, Блейз, была последней, на которой работала мисс Эббот. С тех пор она на работе не появлялась. Я уже подписала приказ о её увольнении. - Что с ней? - Знаю, что вполне жива–здорова. Мне сообщила её соседка. - Спасибо, - друзья направились к выходу из офиса. - Что всё–таки случилось, Блейз? Изабелла сказала, что всё это важно и срочно. Ничего не объяснила. - Мама расскажет. Потом, когда мы всё узнаем. *** Мисс Эббот жила в гигантском многоквартирном доме. Консьерж отсутствовал в принципе. В подъезде отчаянно воняло кошками, горелыми тряпками и мочой. Лифт предсказуемо не работал. И друзьям пришлось тащиться на девятый этаж пешком. Из–за отсутствия звонка они долго колотили по двери. Внутри, наконец, послышалось шевеление. Щёлкнул замок, дверь распахнулась, и друзья узрели отчаянно зевающую девицу с короткими чёрными волосами, которые торчали во все стороны, как иглы ежа. - Какого хрена? Я легла два часа назад, - брюнетка развернулась и ушлёпала вглубь квартиры. Молодые люди изумлённо переглянулись и шагнули следом. Девушка обнаружилась на жутко захламлённой кухне. Сидя на столе, она раскуривала сигарету. Драко немедленно вспомнил Мариэтту. У Эджкомб тоже царил вечный кавардак, но породистую плесень на тарелках она уж точно не разводила. - Всю ночь гарцевала с этим идиотским подносом, - бухтела хозяйка квартиры. – Ещё из–за посуды объясняйся. Да там все так нажрались, что себя не помнили. Светское общество, блин. Нет, вынь да положь ей, кто рюмки кокнул. А я знаю? А вы, кстати, кто? Девушка смотрела на Малфоя и Забини так, будто это не она им минуту назад дверь открывала. - Нам нужна мисс Эббот, - сообщил итальянец. - Хани? – брюнетка помахала рукой, разгоняя дым. – Так её нету. - А где она? - А хрен её знает. Звонить не пробовали? - Она не берёт трубку. - Значит, опять телефон посеяла, раззява. А вы в «Птичку» сходите. Это бар, - пояснила она, видя их вопросительные взгляды. – В паре кварталов отсюда. Милый, но дорогой. Хани постоянно там охлыбается. Всё принца на белом «Мерседесе» ждёт. - Спасибо, мисс. - Да, без проблем. Обращайтесь, если что, - девушка спрыгнула со стола и широко зевнула. – Извините, провожать не буду. Иначе засну прямо на коврике у порога. Вы мальчики большие, дверь сами захлопнете. В полном молчании друзья прошествовали к выходу. Так же, не говоря ни слова, спустились вниз и вышли на улицу. - И что это было? Драко пожал плечами. *** «Птичку» они нашли довольно быстро. Яркий стильный фасад говорил о том, что заведение не из дешёвых, но и не настолько пафосное, чтобы привлекать «сливки». - Откуда у простой официантки деньги на посещение подобных заведений? – вслух подумал Малфой. - Можно сидеть с одним стаканом минералки весь вечер. Блейз выбрался из машины и решительным шагом двинулся через дорогу. Драко последовал его примеру. Внутри было уютно и из–за раннего времени немноголюдно. Малфой стянул перчатки и осмотрелся. Интерьер бара был знаком. - Блейз, ничего не припоминаешь? - А должен? - Фотографии достань. Друзья всмотрелись в снимки. Именно в «Птичке» Блейз выпивал с блондинкой. Они даже определили столик, за которым всё происходило. - У кого спросим? – заозирался Забини. - У бармена, конечно. - Думаешь, он помнит? – усомнился Блейз. - Мисс Иголки Вместо Волос сказала, что Ханна всё время сюда ходит. Уж постоянных–то клиентов он должен знать. Друзья устроились у барной стойки. Блейз щелчком подозвал бармена - парня лет двадцати семи. - Два чёрных кофе. Пока их заказ выполняли, Драко оторвал от одной из фотографий (самой приличной) ту половину, на которой был изображён его друг и вынул из кошелька пятифунтовую банкноту. - Что–то ещё? – бармен поставил перед ними чашки. - Да, - Малфой положил перед ним деньги и огрызок фотографии с лицом неизвестной девицы. – Расскажешь всё, что про неё знаешь, получишь ещё столько же. Парень тяжко вздохнул, но снимок взял. - Имя не знаю. Ходит каждый день с понедельника по четверг. Прямо, как на работу. Ровно в пять заявляется. И весь вечер цедит один стакан минералки (Блейз метнул на друга победный взгляд). Место только занимает, - с досадой произнёс бармен. – И чаевые никогда не оставляет. Мой напарник ей один раз сдачу неправильно сдал, так она полчаса орала, как резаная. Коза. Малфой достал вторую банкноту: - Спасибо. Всё лучше, чем ничего. Они почти допили кофе, когда бармен снова подошёл. Медленно вытирая руки полотенцем, он произнёс: - За полтинник могу дать вам её телефон. - У нас есть её номер. - Не номер. Трубку. Она его вчера здесь забыла. Он с усмешкой смотрел, как парни торопливо доставали кошельки. Через мгновение перед ним лежали две дивные бумажки. А ещё через секунду на стойке появился розовый гламурный телефончик с дебильным брелком в виде голубого пони. Угрызений совести бармен не испытывал. Эта фря их тут всех достала. То стаканы, видите ли, могут быть и почище. То минералка не той температуры. То лимоны не того сорта. Корова, одним словом. Драко отобрал телефон у бестолково тычущего кнопки Блейза и открыл телефонную книгу. Каждое имя мисс Эббот сопровождала коротенькими комментариями, заключёнными в скобки. Начальница у неё была мымрой, неведомая Сильвия – шлюхой. О, а вот это интересно. Мой пусёныш. Малфой указал на это имя Блейзу. Реакция была краткой по форме, но ёмкой по содержанию: - Сука! Вместе они прочитали несколько занимательных эсэмесок. Всё стало более–менее ясно, за исключением нескольких вопросов. Драко покосился на бармена. Тот по–прежнему стоял рядом и смотрел на друзей с таким неприкрытым любопытством, будто они были невиданными ранее зверюшками. Аристократ прочитал имя парня на бейджике: - Эрни, не хочешь заработать ещё полтинник? - Нет. Хочу ещё сотню, - ухмыльнулся Эрни. – И не жмитесь, парни. Я же вижу, как вам припёрло. А ещё я вижу, что бабла у вас немеряно. И потеря сотни–другой роли не играет. И он красноречиво уставился на часы Драко. Драко мысленно поблагодарил себя за то, что утром надел не свои любимые «Патек Филипп», а нелюбимые «Тиссот», подаренные матерью на прошлое Рождество, которыми иногда пользовался лишь в угоду ей. - Ты их получишь, если поможешь нам. - А я добавлю это, - и Забини выложил перед ним симпатичный чёрный «Блэкберри». Глаза Эрни вспыхнули: - ОК! С кем надо трахнуться? - Ни с кем, - усмехнулся Драко. – Позвони по этому номеру и скажи, что нашёл телефон его подружки. И не упоминай того, что работаешь здесь. - Понял. Не дебил. - Назначь встречу. Звони прямо с этого розового кошмара. Эрни нажал кнопку вызова и дождался ответа. - Здорово, чувак. Я тут трубочку одну нашёл, - он коротко хохотнул, слушая собеседника. – Ага, все они такие. Чего хочу? При встрече договоримся. Где? «Птичку» знаешь? Лады. В понедельник, в пять. Буду ждать. Как я тебя узнаю? Да, легко. Я на ваши сладкие фотки в телефоне насмотрелся. Он снова гыгыкнул и отключился: - Ну, парни, вы всё слышали. - Твоя сотня. Заслужил, - Блейз выложил деньги. - А… - А часы и телефон получишь в понедельник. И ещё, - добавил Драко, - если они придут вдвоём, сделаешь всё, чтобы парень ушёл и оставил её одну. *** Блейз рвался в бой немедленно. Он хотел прямо из бара помчаться к Гермионе и рассказать всё, что они узнали. Драко и сам не помнил, как ему удалось остановить друга. С трудом, но он уговорил друга отказаться от этой идеи. Убедил дождаться сначала встречи с Ханной. Собрать, что называется, все улики. - Остынь. Или наломаешь дров ещё больше. - Ты не понимаешь, Драко. Малфой почти силой увёз друга на выходные в мэнор. И теперь Забини метался по библиотеке особняка, как загнанный. Он не выносил ждать. Тем более сейчас, когда цель так близка. - Я понимаю. Но мы должны узнать всё сами. Кто был инициатором. Кто всё придумал. Что она тебе подсыпала. Очевидно же, что мисс Эббот – дура, каких поискать. Послушай, - Драко встряхнул Блейза, - возьми себя в руки. Поттер в данный момент не подпустит нас к Гермионе. Он потребует, чтобы мы сначала всё рассказали ему. А сейчас мы почти ничего не знаем. - С чего ты взял? - Я сделал бы так же. А это, - Малфой потряс розовым телефоном, - не доказательство. Мало ли, кто с кем знаком. И кто с кем спит. Досадное недоразумение. Не более. Потерпи. Осталось два дня. Блейз опустился на кушетку. - Хорошо. А знаешь, мне пришла в голову гениальная идея. Малфой невольно поёжился. Гениальные идеи Блейза никогда ничем хорошим не заканчивались. - Мы позовём с собой на встречу Поттера. Пусть всё узнает из первых рук. - А если они знакомы? И мисс Эббот не захочет при нём что–то говорить? - Ничего. Я всё равно из неё всё вытрясу. - Будешь бить девушку? - Нет. А вот пусёныша отделаю с удовольствием. Драко сморщился. Он ненавидел разборки с применением физической силы, справедливо полагая, что слова бьют сильнее. Дальнейшему развитию кровожадных планов помешало появление горничной: - Завтрак подан. - Спасибо. В столовой обнаружился только Люциус. Лорд Малфой сидел во главе стола и листал воскресную газету. Он кивком поприветствовал сына и его друга и вернулся к чтению. Нарцисса к завтраку всегда опаздывала, либо вообще завтракала у себя в спальне. Некоторое время царила тишина, нарушаемая лишь негромким стуком столовых приборов, и шуршанием газетных листов. - Хм. Странно, - произнёс вдруг Люциус. – На встрече ни Сириус, ни мистер Поттер и словом не обмолвились. Они что–нибудь говорили тебе, Драко? Блейз так вытаращился на Малфоя–младшего, что тот испугался. На лбу итальянца словно бегущая строка возникла: «Встреча? Ты видел Поттера? И Блэка? И ничего не сказал?» Драко закатил глаза: «Потом». - Говорили о чём, отец? Вместо ответа лорд Малфой протянул ему газету. Гигантский заголовок в разделе светской хроники. «Свадьба века». «Как стало известно из достоверных источников, наследник одной из богатейших семей Британии – мистер Гарри Поттер – собирается связать себя узами брака с мисс Гермионой Грейнджер. Дата свадьбы, как и место её проведения, держится в строжайшем секрете. Но, по-видимому, торжество состоится в ближайшее время. Ибо ходят упорные слухи, что пара ждёт первенца. Мисс Грейнджер была замечена выходящей из медицинского центра соответствующей направленности. Счастливые жених и невеста знакомы с детства. Для них обоих это первая любовь, переросшая в настоящее чувство». И так далее. Розовые сопли, слюни и восторги. И подпись в конце: «Ваша Рита Скитер». Чуть ниже располагались снимки. Счастливая парочка на фоне ресторана, в парке и возле главного офиса «Блэк–корп». - Вообще мне показалось, что мистер Поттер… - Люциус не договорил. В столовую вплыла Нарцисса. В её присутствии слово «гомосексуал» произносить не стоило. Леди Малфой холодно кивнула присутствующим и заняла своё место. О том, чтобы обсудить статью немедленно, речь уже не шла. Драко и Блейз дружно поднялись: - Спасибо. Всё было очень вкусно. Они почти бегом покинули помещение. Остановились только в галерее с семейными портретами. - Бред? - Бред, - согласился Драко. *** Гарри изо всех сил колотил кулаками по двери. В какой–то момент он занёс ногу для пинка, но претворить в жизнь хулиганский замысел не успел. Дверь распахнулась, и на пороге возник один из близнецов Уизли. Взъерошенные рыжие волосы нимбом горели над головой, а из одежды присутствовало лишь узкое полотенце, обёрнутое вокруг бёдер. - Гарри? Сдурел?! Пожар где–то? - Будет вам сейчас пожар. Где второй? – Гарри шагнул внутрь. Рыжий шёл следом и вполголоса бубнил: - Привет, Джордж. Как дела, Джордж? Охренительно выглядишь, Джордж. Гарри решительным шагом пересёк гостиную, маленький коридорчик и ворвался в спальню. В центре гигантской кровати, укрытый до талии одеялом, сидел ещё один рыжий парень. Точная копия первого. - Гарри? Что случилось? - Привет, Фред. Привет, Джордж, - елейно заулыбался Поттер. – Как дела? Охренительно выглядите. Близнецы с опаской переглянулись и хором выпалили: - Это не мы! - А кто тогда? Мордред и Моргана? Что это за хренотень? Он вытащил из кармана пальто скомканную газету и бросил братьям. В глаза им бросился крупный заголовок «Свадьба века».