Я - легенда

      Магия Алагейзии - это такое же природное явление как ветер, дождь, земное притяжение, холод и жара. В отличие от КИ, источником которой является человек (животное, птица, рыба...) - она существует независимо от живых организмов, но в то же время остаётся крайне податливой для манипуляций. Использовать её в большей или меньшей степени может научиться каждый, но для этого необходимы либо предрасположенность, либо - упорные тренировки на протяжении десятков лет.       Когда-то давно дикая магия была настолько плотно переплетена с миром, что одна мысль или случайный волевой посыл могли послужить причиной для стихийного бедствия, что, разумеется, совсем не делало жизнь безопасной. Однако же представители народа, в наследство от которого современным разумным видам достался магический язык смогли ограничить эту пластичную силу: теперь, чтобы сотворить заклинание мало иметь предрасположенность к накоплению энергии в своём организме, а требуется знать "имена предметов и явлений". И только выучив "словарь", ключи к которому подбирались тысячами лет, можно начинать развивать магические "мышцы".       Маги, умеющие использовать заклинания, но от природы обладающие слабым даром научились обходить свои ограничения: они накапливают энергию в теле, после чего сливают её в драгоценный камень, способный хранить в сотни, а то и десятки тысяч раз больше их собственного резерва. Черпать магию из накопителя намного проще, нежели из окружающего пространства, так как в "батарейке" сила густая словно вода, а в мире вокруг напоминает скорее пар, утекающий сквозь пальцы.       ...И всё же невзирая на усилия наших предшественников - в мире осталось более чем достаточно примеров дикой магии. Самыми наглядными из них можно назвать полёт и дыхание драконов, ну а одним из наиболее доступных для людей проявлений остаётся так называемая менталистика (магия разума). С её помощью, пользуясь исключительно силой собственной воли можно защищать свои мысли, читать чужие, записывать и прокручивать в голове воспоминания... а если хватит таланта - заглядывать в прошлое и варианты будущего.       - Здравствуй, Муртаг, - выйдя на террасу уверенным широким шагом, высокий и широкоплечий мужчина средних лет, одетый в чёрно-золотой камзол, красующийся волосами цвета платины изобразил на породистом лице доброжелательную улыбку. - Не нужно церемоний: я пригласил тебя на эту беседу как сына моего друга, а не одного из подданных. Оставьте нас.       Последние слова предназначались слугам, тут же продемонстрировавшим незаурядные таланты в пространственной магии (как-то иначе объяснить то, что они почти моментально исчезли я не в состоянии).       "Какая сила; какое достоинство; какое благородство! Настоящий император. Хотя, чего я ещё ждал от человека, объединившего человечество в борьбе против инородцев?!".       ...Вы, несуществующие друзья моего оригинала могли бы спросить, а почему я, вообще, вспомнил о ментальной магии во время встречи с Гальбаториксом? Ответ прост: на его месте я, являясь тираном и завоевателем с огромной магической мощью, обладая способностью влезать в головы своих подданных - из прагматичных соображений постоянно считывал бы поверхностные мысли если не всех окружающих, то хотя бы собеседников. В конце концов те же маги, находящиеся на государственной службе, нередко злоупотребляют данным талантом к собственной выгоде.       - Благодарю, ваше величество, - всё же склоняю голову в знак своего уважения, ну и жесте смущения, которое прорвалось из-за "бушующих в душе эмоций". - Для меня огромная честь...       - Муртаг, твой отец был одним из первых, кто встал рядом со мной в борьбе против тирании эльфов, - бесшумно приблизившись, демонстрируя плавную походку умелого воина, сильнейший маг современности положил ладонь мне на плечо и слегка сжал пальцы. - Он был моим вернейшим соратником и, если бы не подлость наших врагов, сперва отнявшая разум у его дракона, затем - у него самого, никакой убийца не смог бы справиться с Морзаном в его доме. Проявить гостеприимство его сыну - это меньшее, что я могу сделать.       "Гальбаторикс... Император... Я не достоин его доброты. Я...".       - Боюсь, я не достоин вашей доброты, ваше величество, - изрекаю устремив взгляд на носки собственной обуви. - Дело в том, что я...       - Ты не смог простить своего отца? - мягко уточнил собеседник, "предугадавший" мои следующие слова доказав, что копается в моих мыслях (насквозь фальшивых, как и положено опытному шиноби). - Понимаю и, Муртаг, я считаю, что ты имеешь право его ненавидеть.       - Правда? - вскинув голову, встречаюсь со взглядом императора, на лице которого проявилась грустная улыбка. - Простите...       - Пустое, - отпустив моё плечо, Гальбаторикс указал второй рукой на серверованный стол. - Ты не возражаешь, если мы будем говорить за едой? Дела отнимают много времени и я не успел позавтракать.       - Разумеется, ваше величество, - начав отвечать по протоколу делаю вид, словно опомнился, после чего добавляю: - Я совершенно не против.       - Вот и чудно, - хлопнув в ладоши, император в несколько стремительных шагов обошёл стол и, отодвинув стул с высокой спинкой, обтянутой красным бархатом, устроился на нём словно на троне. - Присаживайся. Повара сегодня особенно расстарались... Ну а пока ты ешь, мой юный друг... Ты же не против, если я буду так тебя называть?       - Да... конечно, - заняв свободное место и взявшись за столовые приборы - обращаю внимание на разнообразие блюд, среди которых есть даже салат из фруктов, которые не растут в наших широтах (что совершенно не мешает купцам заплатить магам, дабы в целости доставить экзотику к столу правителя могущественной страны).       - Прекрасно, Муртаг, - лучезарно улыбнулся Гальбаторикс. - Признаться честно - мне часто не хватает возможности вот так просто с кем-нибудь поговорить... поделиться своими мыслями. Советники, да и придворные, разумеется, выслушают своего императора, но для них я всегда буду оставаться фигурой на троне, в тени которого плетутся интриги. Ну да ладно: не буду забивать тебе голову своим нытьём.       На последних словах драконий всадник хохотнул, подхватил магией кувшин и заставил его налить рубиновый напиток в золотой кубок.       - Я вовсе не против того, чтобы слушать более знающих людей, - вставляю свою реплику. - Мне будет в радость научиться чему-то новому слушая вас.       - Изящно ты назвал меня старым, - хмыкнул император, делая несколько больших глотков. - Возможно я и воспользуюсь твоим предложением, но сегодня мне бы хотелось вспомнить о Морзане... О Морзане, каким он был когда-то давно, а не о той тени великого воина, в которую его превратили прихвостни эльфов. Не стесняйся, Муртаг: накладывай себе всё, что пожелаешь. Извини, но сегодня нам придётся обойтись без помощи прислуги...       Гальбаторикс начал рассказ о своём соратнике с того как они познакомились: двое одарённых мальчишек, которые прибыли на остров Ордена, чтобы пройти ритуал и быть выбранными своим драконом. Сперва они постоянно соперничали, часто дрались, но когда у них появились напарники - вражда перешла в более мирное соперничество, чтобы затем стать крепкой дружбой.       Истории о том как двое хулиганов залезали на кухню, чтобы стащить по куску свежего мяса для своих вторых половинок; как устраивали ловушки на наставников (пару раз всё же попавшихся); как заигрывали с девушками и вздыхали от неразделённой любви лились рекой, подхватывая и утягивая в водоворот рисуемых образов. Затем были рассказы о заданиях, которые им приходилось исполнять: сперва поиск кого-то потерявшегося, затем - разрешение спора между мелкими царьками, ну а потом - наказание взбунтовавшихся дворян. Плавно, почти незаметно "добрая сказка" превращалась в суровую реальность с грязью, жестокостью, предательством.       Гальбаторикс являлся великолепным оратором: пользуясь чтением поверхностных мыслей он так строил свой монолог, чтобы вызывать нужные лишь ему эмоции, буквально по кирпичику перестраивая сложившийся взгляд на мир. Он, разумеется, опирался на имеющийся у него авторитет, делающий звучащие слова значительно более весомыми чем разные слухи, которые могли дойти до "сына лучшего друга".       ...К моменту, когда погибла Ярнунвоск (белая драконица - первая напарница императора), Морзан был превращён в резкого, но честного и верного мужчину, которого тошнило от лицемерия глав Ордена Всадников. Именно по этой причине, ну и из-за их дружбы, разумеется, родитель выкрал яйцо у недавно инициированного мальчишки, после чего сбежал из цитадели и нашёл Гальбаторикса, дабы помочь создать новую связь с чёрным драконом. Вместе они разработали план, который потом воплощали долгие десятилетия, чтобы однажды объединить всех людей и скинуть эльфийское ярмо.       - ...В день, когда наши враги создали проклятье, лишившее драконов моих соратников истинных имён - Морзан плакал, - голос императора дрогнул, а затуманенный взгляд будто бы устремился куда-то вдаль. - Это была казнь... медленная и очень жестокая. Каждый день они теряли новый кусочек себя, превращаясь в живые тени... а их всадники чувствовали это и оставались бессильны как-то помочь. Для всадника гибель дракона - это смерть части себя: боль, страх, отчаяние... Морзан же жил в этом состоянии годами, пытаясь хоть как-то облегчить страдания своего друга... брата не по крови, но по душе. К тому моменту, когда он остался один - разум моего друга был искажён и искалечен настолько, что я сам его не узнавал. И тогда, Муртаг, глядя в пустые глаза своего брата во всём кроме крови я поклялся, что не будет мне покоя, пока последний виновник этих страданий не перестанет дышать. Прости... я желал показать тебе, что твой отец не был чудовищем, каковым мог запомниться по последним годам своей жизни, но... похоже, что слишком глубоко ушёл в воспоминания. Всё же эти события оставили след и на моей душе...       Прервавшись, Гальбаторикс залпом осушил бокал, после чего виновато отвёл глаза.       "Твари. Мерзкие, подлые твари. Ненавижу!".       Поднявшись из-за стола на плохо гнущихся ногах, из-за чего стул громко скрипнул деревянными ножками по мраморным плиткам, приближаюсь к императору и, приклонив колено, прижав сжатый кулак к груди, со всем пылом и решимостью произношу:       - Ваше величество, позвольте мне помочь вам обрести покой, - сделав короткую паузу, продолжаю дрогнувшим голосом: - Я не знал Морзана... Я не знал его так, как знали вы, но... стоит мне только представить то, через что ему пришлось пройти... Я никогда не смогу заменить отца, но клянусь в том, что приложу все свои силы, дабы не посрамить его имени.       ...На террасе, утопающей в свете уже вечернего солнца (всё же говорили мы по-настоящему долго) установилось молчание. Гальбаторикс всерьёз задумался, возможно - впервые за весь наш разговор проявляя настоящие эмоции, а мне оставалось ждать его вердикта и демонстрировать юношескую решимость.       Наконец император поднялся и его голос наполнился силой, от которой завибрировал воздух:       - Муртаг, сын Морзана, я принимаю твою клятву. Твой отец, несомненно, был бы горд увидеть то, каким человеком вырос его сын. А теперь - встань.       ...Чувствуя себя так, словно у меня вот-вот распахнутся за спиной крылья, выпрямляюсь во весь немалый свой рост и встречаюсь взглядом с могущественнейшим магом этого мира. На долю секунды во взгляде собеседника мне мерещится удовлетворение человека, купившего хорошего, породистого скакуна, но тут же эта иллюзия исчезает и к Гальбаториксу возвращается торжественный, величественный вид.       - Я слышал о том, что ты проявляешь успехи во владении оружием и магии, - человек напротив чуть-чуть наклонил голову и спросил: - Это так?       - Я... прикладываю к этому все силы, - отвечаю максимально обтекаемо. - Наставники говорят, что у меня талант, но если в фехтовании мне ещё удаётся их удивлять, то чародейство...       - Понимаю, - протянув руку, император вновь положил ладонь мне на плечо. - Человеческий век короток и обычными средствами этого не исправить. Однако... способы всё же есть. Обычно я предлагаю это лишь самым доверенным своим слугам, которые не раз доказали свою верность нашему пути, человечеству в целом и мне в частности, но... Муртаг, в тебе я уверен без всяких проверок. Идём за мной, я покажу тебе самое ценное моё сокровище.       Убрав свою ладонь с моего плеча собеседник развернулся и, уверенный в том, что я исполню "просьбу", быстрым шагом направился ко входу в коридор. Мне же ничего не оставалось как пойти следом, продолжая поддерживать маскировку на собственном разуме, оказавшуюся достаточно достоверной для обмана опытного чародея.

...

      Коридоры и лестницы замка сменяли друг друга, заставляя рябить в глазах от ярких гобеленов, золотой лепнины и сияния ламп. Встречающиеся нам придворные поспешно расступались и склонялись в проявлении верноподданнических чувств, гвардейцы застывали держа в руках парадное оружие и даже тени будто бы испуганно прятались за занавески.       ...Наконец мы пришли в башню, где жил сам император, властным голосом отославший прочь и охрану, и слуг. Ничего не объясняя он провёл меня в свой рабочий кабинет, который мог бы сойти за филиал музея из-за статуэток, картин и рыцарских доспехов, что застыли в углах источая магическую силу.       Обойдя массивный стол из красного дерева, украшенного золотыми уголками и резьбой, Гальбаторикс подошёл к картине изображающей белого дракона, выдыхающего пламя на расстилающийся под его крыльями зелёный лес. Произнеся несколько слов на магическом языке, совершив пасс руками, он заставил полотно стать прозрачным, чтобы отступить в сторону и указать мне ладонью на нишу, в которой стояли две золотые подставки, занятые красным и зелёным яйцами.       - Когда тебе было три года, Муртаг, предатели сумели украсть у меня одно очень важное сокровище - драконье яйцо, - вновь заговорил император, демонстрируя сдерживаемый гнев и затаённую печаль. - Сейчас это сокровище, в котором должна дожидаться своего часа последняя в своём роде драконица - перемещается из эльфийского леса в лагерь мятежников и обратно в надежде, что кто-то из эльфов или предателей человечества сможет пробудить её ото сна. Морзан, из-за своего тяжёлого состояния не смог найти тех, кто похитили эту драгоценность, от которой зависит выживание всего вида драконов. Другие мои слуги уже не первый год пытаются поймать курьеров... но их успехи столь же прискорбно ничтожны. Если мы не сможем найти яйцо до того как лицемерные и подлые твари найдут подходящего дракону всадника - Алагейзию будут ждать мрачные времена.       Сделав паузу для того, чтобы я проникся важностью момента, Гальбаторикс продолжил:       - Ты проявляешь доблесть и ум; верность и чувство справедливости. Именно эти черты в своих партнёрах наиболее ценят драконы. И пусть бытие ребёнком всадника совершенно не означает, что ты сам сможешь пробудить яйцо, но... я даю тебе возможность испытать себя. Готов ли ты доказать свою решимость? Готов послужить человечеству так, как оно этого заслуживает?       - Готов, ваше величество, - звонким от напряжения голосом отвечаю императору, на что он удовлетворённо кивает и приглашает подойти.       - Положи ладонь на скорлупу яйца и направь в него каплю своей силы, - начал инструктировать мужчина строгим тоном. - Всё, что от тебя требуется - раскрыть свою душу будущему партнёру. Я уверен, Муртаг, у тебя всё получится.

=======

С праздниками, уважаемые читатели. Всем добра и здоровья.