Пособие о любви и ненависти

      Днём ранее.  — Ненавижу её. — Молли, прислонившись к раковине, вытянула шею ближе к зеркалу, чтобы рассмотреть своё лицо. Она подвела губы помадой и выждала несколько секунд. Рядом стояла высокая шатенка с короткой стрижкой, её одногруппница, что просто зашла с ней в уборную за компанию. — Эвелин совсем потеряла голову от этой Пайнс. Она просто покрутилась вокруг шеста, а та уже влюбилась. Что за глупость?       Линда протяжно вздохнула, будто не хотела этого слышать.  — Послушай, может, проблема в тебе?       Молли нахмурила брови, взглянув на приятельницу весьма неодобрительно. Признаться, она рассчитывала на поддержку, а не упрёк. Плевать, что эгоистично пользоваться поддержкой человека, которого она едва знала, но ей это было крайне необходимо.  — В чём же я виновата?  — Как наблюдатель со стороны, я скажу, что ваши отношения с Эвелин, — она сделала пальцами в воздухе кавычки, — давно стали похожи на несуществующие. Между вами было очень много разладов, поэтому неудивительно, что она стала замечать других девушек вокруг себя. — Линда довольно хмыкнула. — Эта девушка, Мэйбл… красивая, ты так не считаешь?       Молли закусила губу, слегка испачкав зубы помадой после этого.  — Считаю. Повезло же ей родиться с аккуратным носиком, большими голубыми глазками, тонкой талией, и эти её длинные волосы… — Рэйнсел закипала от зависти и злости. В душе она понимала, что Эвелин всегда покупалась на внешность, но если и душа располагает к себе, то, считай, она получила Джекпот. Мэйбл, судя по всему, была мягка и добра ко всем, чем заслужила к себе столько внимания. — За ней столько людей бегают. Крайтон, Сайферы, моя Эви и её брат где-то рядом крутится. Прям королева сия университета.       Линда Бэйкер закатила глаза.  — У неё симпатичный брат. Попробуй подкатить к нему.       Молли рассмеялась.  — Ты что? В моём вкусе никогда не были парни. Он, конечно, красавчик, но нет. — Что ж, Линда смогла её немного развеселить. — Я люблю Эвелин. Такой как она больше нет. — Её губы тронула улыбка, и рука Бэйкер ободряюще легла ей на плечо.  — Не расстраивайся. Всё впереди.  — Спасибо.       В этот момент в уборную входит Том. Он зашел довольно быстро, тут же отвернувшись, чтобы повернуть щеколду и тем самым запереть дверь от посторонних. Одна его рука шустро опустилась в карман, в которой он держал спиртовую салфетку, ведь перед входом он тщательно протирал ею дверную ручку.  — Эй, парень, ты, кажется, ошибся. — Сказала Линда. — Уборная для мужчин напротив вообще-то.       Крайтон обернулся с омерзительно-тошнотворной улыбкой на лице. Он хлопнул в ладони один раз, сцепив руки, и сделал несколько шагов вперед.  — Дамы, я не ошибся. — Весело выдаёт он, жадно осматривая девушек. Красные глаза вперились взглядом в длинные ноги Линды, а после уже грудь Молли. — Боже, да вы обе идеально подходите!       Рэйнсел обменялась со знакомой скептическими взглядами.  — Ага, — выдала Бэйкер, выглядя равнодушной, — то есть, ты озабоченный? — Она осмотрела его с ног до головы: выглядел парень непримечательно, но внушал страх. — Послушай, мы просто выйдем отсюда, окей? — В завершение своих слов шатенка двинулась к выходу, а Крайтон терпеливо ждал, пока она пройдет мимо него.       Едва они оказались на одном уровне, Том резко схватил её за волосы и поволок к раковинам. Молли не успела опомниться, как знакомую ударили головой об основание раковины. Та пыталась сопротивляться, но на каблуках это было практически невозможно. В одно мгновение он заставил девушку потерять сознание через этот удар, а затем отпустил её, позволив упасть на пол.       Под её головой образовалась темная лужа крови.       Молли зажалась в угол, пока Том продолжал наступать.  — Ты умом тронулся?! — Воскликнула она. — Я буду кричать, имей в виду!  — Да кто тебя услышит? — Хохотнул он, широко распахнув глаза. — Музыка во всю играет. Ори ты хоть как резанная — никто не услышит.       Она достала складной нож, угрожающе возведя его перед собой. Давая ему понять, чтобы он не приближался. Тома это не впечатлило. Типичная реакция жертвы.       Он двинулся, схватив её за руку, в которой был нож и тут же выгнул в обратную сторону, делая больно прежде, чем она успела вцепиться в его рубашку ногтями второй руки. Она громко закричала, но в дверь никто не тарабанил. Лишь приглушенно было слышно бацающую музыку со стороны танцпола.       Задействовав ногу, Рэйнсел тут же пожалела. Он перехватил её свободной рукой и, надавливая в сторону, придавил своей, направляя её к стене. Нож выпал с её вывихнутой руки на мраморную плитку.  — У меня есть кое-что. Подарок подруги. — Том достал шокер, коим Пайнс обезвредила его в лесу, чтобы сбежать, и приставил его к внутренней части бедра Молли, зажав управляющие кнопки на этой штуке. Электрический разряд поразил её организм.       До момента, пока она не потеряла сознание.       Том довольно осмотрел просторную уборную, окровавленную раковину и тела под его ногами. Вытрусив содержимое сумки, что он подготовил для этого вечера, он принялся извлекать нужные ему части тела, после чего укомплектовал их в два полиэтиленовых мешка.       Прошло буквально пять минут, когда он наскоро закончил избавляться от собственных отпечатков. Начисто натёр подошвы, включил все четыре крана, чтобы те заполнили уборную водой.       Прибрал все порошки, проверил мертвы ли окончательно эти девушки и взобрался на верхнее окно, через которое выбрался на задний двор виллы Эвансов. Спустившись, он плотнее замотал мешки, и обернулся на открытое окно. Было кое-что ещё, что он оставил для всех. Маленький сюрприз от Молли.       Когда он оторвал от её тела грудь, то вырвал вместе с ней и сердце. Рукой, облаченной в резиновую перчатку. И этим сердцем, ещё полным кровью, написал на нежно-желтой стене:

«ВДРУГ ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ?»

      Он постоял на одном месте с минуту, вспоминая, всё ли он сделал для того, чтобы его не стали подозревать. Сначала он отнесёт части тел в свою лабораторию и только потом, — даже если будет позднее время, — он вернется на вечеринку. Это не должно вызвать подозрения, ведь убивать и тут же пропадать — неправильно.       Нужно помаячить на глазах остальных. Никто на него не подумает, поскольку он был на виду всю ночь.

***

      Настоящее время.       Эвелин в задумчивости тянула чай, кружку с которым прижала к губам. Её пальцы заметно подрагивали, но сама она старалась держать лицо, в особенности перед Сайфером, что, признаться, не особо ей сочувствовал. Мэйбл сидела рядом за столом, так и не прикоснувшись к чаю. Он остыл ещё до того, как приехала подруга.       Она старалась поддержать её на словах, на жестах, и у Эвелин было всё больше моральных сил. Трупы, вероятно, не пугали её, и то, что убийства произошли в её доме, тоже. Однако дело было только в Молли.       Тяжело было осознавать, что человека, с которым она зналась столько лет, в один момент просто не стало. А она ещё и обидела её перед этим, явно сожалея. Любви, что была раньше к ней, не было, но оставалась дружеская привязанность. Когда Молли не нервничает и не устраивает сцены — она отличная подруга.  — Всё в порядке. — Наконец выдаёт она. — Я скоро забуду об этом, как о страшном сне.  — Вы были близки. — Констатировал Билл, выглядя равнодушно. Но, что заметно, не злорадствовал над её состоянием. — Не говори ерунды. Ты никогда её не забудешь.  — Ты плохо меня знаешь. — Эванс взглянула на него отрешённо, с крупицей злости в зелёных огоньках. — Я не имею привычки долго скорбить по ком-то, если это не мои родные. Тем более с Молли у меня были не такие тёплые отношения, как ты думаешь. Я расстроена, потому что она не заслужила такую смерть. Мне просто жаль её. На вторую погибшую вообще плевать, я с ней не разговаривала.  — Ты уверена? — Спросил он.  — В том, что мне почти всё равно на смерть экс-подружки? — Вопросом на вопрос ответила девушка. — Отчасти. Так или иначе, мы дружили какое-то время, если не брать в счёт постоянные скандалы. — Она помолчала некоторое время. — Хочу задушить того выблядка, кто посмел поднять руку на девушек. Никто этого не заслуживает так, как заслуживает он. Представь только, сколько замечательных и жизнерадостных девушек погибло от его руки.  — Извини меня, Эви, но я хочу спросить тебя кое о чём. — Заговорила Мэйбл, поймав момент для этого. — Ты знаешь о том, что твой отец спонсирует этого маньяка? Ты… видела документы?       Её глаза удивленно округлились. Она, разумеется, слышала о проекте, но не знала что он из себя представляет, и что именно её отец спонсирует убийцу.  — Подожди, Прекрасная. — Она коснулась руки Пайнс. — О чём это ты? О каком спонсировании ты говоришь?       Билл хмыкнул.  — Только не говори, что ты не знаешь, чем всё это время занимался твой папаша, помимо распространения наркотиков.       Эвелин с надеждой посмотрела на подругу, моля своими зелёными глазами, чтобы та не подтверждала этих слов.       Но Мэйбл лишь кивнула в ответ на это.       Мистер Эванс действительно дорожит единственной дочерью, раз скрыл от неё всё это, помешав её участию и излишней опасности, что могла нависнуть над ней. С виду жестокий и деловой, но мужчина с большим сердцем. Ставящий на первое место семью, а не деньги.       Догадавшись обо всём… что бы подумала она о своём отце?       Выслушав всё, что было в её силах услышать, она медленно перевела дыхание. В эту секунду Билл ухмыльнулся, наслаждаясь её эмоциями, потому как он неожиданно осознал одну вещь.       Если у неё такой скверный и раскрепощенный характер, не обставленный рамками, то это значит, что она в любом случае после этого разговора пойдет к своему папочке выяснять что всё это значит.       Билл понял, что у них появился шанс узнать ещё что-то, что приблизит их к личности убийцы.       Ведь папочка всё сделает, как скажет любимая дочь, не так ли?

***

      Том наблюдал.       Внимательно наблюдал за ней.       Она плавала в техническом формалине, рецепта которого он всё ещё придерживался. Спасибо Джеймсу и научным исследователям, что за огромный грош придумали выход для его Катрины. Никаких разложений, никаких загниваний, труп и вовсе не на труп похож. Словно кукла. Единственное — сильная бледность её не красила, но и это не будет проблемой, как только он изменит её лицо, присвоив части чужого.       Он опустил палец в формалин, коснулся приоткрытых губ девушки. В перчатках он почти ничего не чувствовал, но мог пройтись кончиком по очертаниям. В мутной жидкости он видел её мертвые зелёные глаза. Распахнутые как в последний раз до того, как он убил её.       «Пожалуйста, не нужно, Том!»       Он шумно выдохнул сквозь зубы под защитной маской. Удушающий аромат формалина совсем немного ощущался даже с ней.       Отнял руку, брезгливо поморщился, когда вспомнил сколько крови было с тот день, и посмотрел на наручные часы. Тело уже нужно было вытаскивать.  — Скоро мы пройдём через все страдания, Коралина. — Неожиданно для себя он вспомнил о её настоящем имени, хотя это уже не имело значения для умершей девушки. — Впереди их так много. Я не смогу себя остановить.       Он нёс её на руках до кушетки, а после насухо вытер чистым полотенцем, высушил длинные светлые волосы. Опустил её на стул, где, собственно, и было её место. Завёл руку за её спину и, словно пластилиновую фигурку, выпрямил её с помощью внутренних железных пластин для поддержания тела. И когда с головой было покончено, он снял с себя маску и перчатки, устало опустившись в кресло.       Впереди было пришивание икр, вставка новых пластин, трансплантация груди, а потом… Нужно было заняться последними планами, что у него оставались.       Оставалось самую малость.       Найти часть рук от локтя до запястья. В его представлении идеально тонкую, но не сильно выпирающую в зоне кости. Без родинок и шрамов. Затем губы. Пухлые, но не сильно, желательно натуральные. Он присмотрел одни после неудачной схватки с Пироникой, но нужно было узнать от природы ли они такие.       Ах да, ещё глаза. Большие, голубые, поистине ангельские. Он видел такие, но не может их забрать. Ведь они принадлежали Мэйбл. Они неприкосновенны для него, как сапфиры, но ведь есть и другие. Во всем городе несомненно были глаза, достойные его проекта. Времени было совсем мало на поиски, но нужно было брать себя в руки и искать. Отступать уже поздно. Да и не хочется.       Том повернул голову в сторону доски с фотографиями жертв.       Фото Мэйбл украшало серединку среди покойных. Он с теплотой смотрел на её улыбающееся лицо.       Признаться, её фото попало сюда куда раньше остальных. Разумеется, после самой Коралины. Ведь для оболочки была нужна основа. И основой тому было доброе сердце. Самое доброе, которое он знал.       Полное жизни, взглядов на прекрасное, глоток воздуха в открытом космосе. И для него оно — целая вселенная.       Никогда никому не желала зла, прощала все обиды и плохие поступки. Полюбила монстра, что только укрепило его веру в это сердце. Веру в то, что оно идеально подходит его проекту.       Он крепил его каждый год, давая Пайнс мотивацию, поддержку, веселье и радость, оставался ей преданным и надежным другом, несмотря ни на что. Он любил её. Очень сильно. Не внешность, не красивые глаза и стройную фигуру. Любил её характер, мировоззрение, доброту, позитив, неравнодушие к другим.       Самые идеальные качества для идеальной девушки. Самое нужное сердце. Нельзя прерывать его жизнь до тех пор, пока не придётся вырвать его из её груди.       Пока что он должен беречь его. —Хм. — Его взгляд вернулся к Катрине. — Они все ещё не любят это, моя дорогая. Копают под нас. Ты же помнишь? — Том разочарованно покачал головой, когда вспомнил Мэйбл в прачечной. — Уверен, это Сайфер заставляет её копать под мой проект и сам тем же занимается. Если это нужно ему, то там вынюхивает информацию и Пироника.       Он поскрипел зубами в раздражении. — Свалилась ещё эта Эвелин на наши головы. — Добавил Том. — У неё шансов донести на нас куда больше, чем у кого бы то ни было после Джеймса. О, уважаемый мистер Эванс, не могли бы вы запереть вашу дочь дома? А то вдруг я со злости прихлопну её. — Том усмехнулся сам себе и хлопнул в ладони, крепко сжимая их. — Как муху.       Катрина, как и всегда, смотрела прямо перед собой и, несмотря на приоткрытые губы, не могла что-либо ответить.  — Нужно подумать, моя милая. — Он посмотрел на собственные руки, сжал пальцы в кулаки. — Но сначала необходимо подготовить отчетность по продажам. Скоро день сбора, и Джеймс будет ждать информацию о покупателях. Ты представляешь, у меня было всего лишь три клиента на неделе! Сайфер всех наркоманов взял под себя, что ли?       Ладно. Ладно.       Не так уж это и важно.

***

      Утро следующего дня для Эванса начиналось как обычно. Чашка крепкого американо, одна дорогая сигарета и разбор документации занимали его в кабинете психлечебницы. Это место стало постоянным пристанищем для него, пускай во владениях и была целая вилла. Тут он чувствовал себя, как в своей тарелке. Никаких пробок на дороге в сопровождении противных сигналов и никакой пыли на подоконнике. Только окружающий лечебницу лес и свежий воздух.       Эвелин открывает дверь в его кабинет с ноги и размашистыми шагами сокращает расстояние между ними. Всё, что их отделяло друг от друга — огромный стол со стопкой документов на нем.  — И тебе доброе утро, конфетка.  — Отставь сюсюканье, пап. — Попросила она, помахав рукой в воздухе, разгоняя дымку табака, что пускал Джеймс, пока курил.  — Что случилось? — Выдал он, совсем незаинтересованно. — В продаже появились брендовых туфли, а ты их ещё не купила? Деньги в сейфе, сладкая. Бери сколько нужно.  — Папочка, ты серьёзно? — Эвелин раздраженно выдохнула и, оттолкнувшись руками, села прямо на стол, чтобы привлечь внимание мужчины. Он, так или иначе, наконец поднял на неё свои зелёные глаза. — Я пришла поговорить.  — Я немного занят, милая.  — Это важно.       Всё, чего просит дочь — равносильно закону. Любви было в нём больше, чем желания работать.  — Я слушаю тебя.  — Это касается проекта. — Стоило ей только сказать, как Джеймс тут же поджал губы. Едва не пожалел, что решил выслушать её. — Проекта, который, как я выяснила, ты спонсируешь! Папочка, объясни, во что ты ввязался? У нас проблемы?  — Кто тебе это сказал, Эвелин?       Когда звучит полное имя вместо ласковых слов — значит разговор будет серьёзный.  — Неважно кто сказал. — Отмахнулась она. — Я беспокоюсь о тебе и о людях, которых убивает этот псих. Расскажи мне об этом. Я хочу знать, как обезопасить себя, тебя и своих друзей. Не дай Бог мою Прекрасную тронут, не дай Бог тебе снова будут угрожать тюрьмой и судами… я взорву этот жалкий город, зная, что убийцу от взрыва точно придавит.  — Побереги свои нервы для начала. — Эванс потушил сигарету об стеклянную пепельницу. — Уговор дороже денег, он обещал и пальцем тебя не тронуть. Я ему нужен живым, чтобы он продолжал трясти с меня договорные деньги. Насчёт Мэйбл Пайнс я тебе ничего сказать не могу.       Эвелин проглотила его слова, прикрыла глаза совсем на секунду и стала стучать ногтями по столу.  — Значит мне сказали правду. — Констатировала Эванс. — Кто он, пап? Прошу, скажи его имя.       Мужчина коснулся её руки в добром жесте, пытаясь успокоить.  — Это невозможно. Первый пункт нашего договора гласит о полной конфиденциальности его личности. Я не намерен его нарушать, поскольку это может привести к плохому исходу. Нет ничего важнее тебя, Эви, поэтому я не буду рисковать. Лучше бы тебе не лезть. Ну, а я сам с этим разберусь.  — Папа, пообещай, что всё будет хорошо.       Мужчина улыбнулся, поднялся со стула и с любовью потрепал её волосы. Она несколько секунд противилась, а затем губы таки растянулись в ответной улыбке. Эванс сдалась и придвинулась через стол, чтобы обнять его.       Было все равно на разбросанные по полу документы.       Однако он не смог пообещать ей.

***

      «Напряженная ситуация», — думала Мэйбл, находясь в центре их личного сбора.       Диппер вернулся в дом Сайферов вместе с Пироникой, а Билл встретил его не шибко радушно в связи с недавними событиями. Признаться, он мысленно поразился его смелости. Войти в дом человека, что вчера был готов убить — либо тупость, либо неистовая смелость.       Факт того, что Пироника разгласила тайну — чуть не вывел Сайфера из себя. Он вперил взгляд в Пайнса в яром раздражении. А как же? Ещё одна блоха, кусающая за кожу. Сколько ещё таких влезет?       Чтоб его!  — С этого дня ты будешь делать только то, что тебе велено, Пайнс. — Твёрдо произнёс Билл, положив пистолет на стол между ними. — Никакой самодеятельности, никаких лишних шагов и разговоров. Ты должен придерживаться нашего темпа, чтобы не сдохнуть. Хотя я не против, если тебя подстрелят где-нибудь.  — Билл, прекрати. — Вступилась Пироника, ещё до этого заметив, как руки Диппера зашевелились под столом. — Я не собираюсь слушать, как вы собачитесь здесь.       С каждым сказанным словом становилось тошно, но ради сестры и Пироники приходилось молчать. Казалось бы, только он подумал, что был не прав по отношению к Сайферу, как тот сразу же заставляет жалеть об этом. В одних лишь жёлтых глазах сквозит это недоверие. То же самое, как если бы он вёл беседу с предателем.  — Я лично научу тебя стрелять, если не умеешь. — Проигнорировав сестру, добавил парень. — А можешь и сам научиться.       Мэйбл расстраивал этот разговор. Она знала, что Билл ненавидел Диппера и желал ему смерти в открытую. И слова о самоучении означали то, что при любой неосторожности — Диппер мог навредить себе.  — Я научу его. — Твёрдо решила Мэйбл, улыбнувшись близнецу. Он был рад этому и улыбнулся в ответ.       Билл в один момент побледнел, посмотрел на него, а затем на саму девушку.  — Нет, Пайнс. — Отрезал он. — Ты ещё не до конца оправилась. Я сам его поднатаскаю.  — Ага. И убьешь, если случай представится! — Возмутилась Мэйбл. — Нет уж. Я в порядке и помогу своему брату.  — Пайнс. — Предупредительно позвал Билл, но она отвернулась от него в сторону Пироники. Сама же Пироника в её защиту демонстративно уложила руку на плечо подруги и чуть притянула к себе.       Диппер ухмыльнулся.       Приятная ситуация.  — Я сказал «нет», Пайнс. Ты услышала меня? — В голосе отчетливо сквозила злость. Билл заметно напрягся, посмотрев на довольного Диппера. — Чёрта с два она пойдёт с тобой.  — Она сама решит, чего хочет. — Ответил Пайнс.  — А ну хватит! — Воскликнула Пироника. — Пусть пойдёт с ним, что может случиться?       Укоризненный взгляд Билла коснулся собственной сёстры.  — С ней всегда что-то происходит.  — Это правда. — Согласилась Мэйбл. — Но мы пойдём днём. В чём твоя проблема?  — Ни в чем. — Холодно отвечает Сайфер, вспоминая об инцесте. Диппер был тому прямым напоминанием. Как после этого можно было оставлять их наедине? — Просто не доверяю.  — Ты и мне не доверял когда-то. — Напомнила она. — Это всего лишь тренировка. Я вообще в одиночку тренировалась, если ты забыл.  — А может проблема в другом? — Сказал Диппер, и Билл с крупицей беспокойства посмотрел ему в глаза.       Не дай Бог он произнесёт это.  — И в чем же? — Пироника с любопытством уставилась на него.  — В его ревности. — Уверенно отвечает он. — Ты посмотри на его поведение. Он злится, потому что переживает, что Мэйбл уйдёт от него.       Билл мысленно взорвался, схватившись за пустую кружку на столе, и замахнулся ею в Диппера. Он вовремя успел уклониться прежде чем кружка влетела в стену позади него и разбилась на части.       Мэйбл и Пироника в этот момент вздрогнули от испуга. Всё произошло слишком резко и быстро. Диппер же тяжело и шумно выдохнул.       Что ж. Милое гостеприимство.  — Сильвер расстроится. — Промычала Пироника. — Это была его любимая кружка.  — Куплю новую. Не обеднею. — Прорычал Билл, встав из-за стола, и покинул кухню.       Стало не по себе.       После нескольких секунд напряженной тишины Диппер прокашлялся в кулак. Чувство вины перед сестрой за свои слова и издевка над братом возлюбленной преобладали над ним. Странно, что пришлось почувствовать это только тогда, когда Сайфер ушёл.  — Я не хотел. — Оправдался Пайнс. — Мы с ним не ладим и вряд ли поладим вообще. Поэтому я буду молчать в следующий раз. Пусть он меня обучит чему нужно, потому как после моих слов вряд ли он подумает убить меня.  — Или наоборот. — Буркнула Пироника. — Ладно уж, не первый раз такие вспышки агрессии, он переживёт это. К тому же, — она посмотрела на подругу, улыбнувшись уголками губ, — разозлился он лишь только потому, что Диппер сказал правду.  — Я хотела, чтобы всё прошло хорошо. — Грустно сказала Мэйбл. — Они оба всё испортили.  — Пойдём домой. — Предложил ей Диппер. — Пироника права: не воспринимай всё близко к сердцу. Он остынет и напишет тебе.       Значило ли её возвращение домой то, что Билл будет снова злиться? Почему нельзя просто довериться ей? Пироника же доверяет Дипперу?       Судя по её спокойному лицу — да, наверное так и есть. Она даже искоса не посмела на неё взглянуть. Если Диппер преподнёс ей свою правду, то тогда что это, если не настоящее человеческое понимание?  — Пойдём.       Пусть Билл думает что хочет. Главное — она честна перед собой, оставаясь преданной, несмотря на неясность в их отношениях.  — Не переживайте, ребята. — Успокоила их Сайфер. — Всё пройдёт. И агрессия, и весь кошмар, в котором мы погрязли.       Мэйбл крепко обняла её. Этот жест не был связан с последними сказанными словами, но Пироника вдруг поняла его. Будучи излишне тактильной — как тут не обнять в ответ? Пускай то что произошло когда-то останется в прошлом.       Так или иначе они были и будут лучшими подругами.

***

 — Ты правда не злишься? — Диппер не сдержал своё любопытство в первые же минуты, как только они вышли из дома. Мэйбл, пусть и медленно, но шагала рядом с ним. Он старательно сбивал привычный темп ходьбы, чтобы быть с ней на одном уровне.  — Из-за того, что ты украл мою канадку? — Хитро сощурила глаза Мэйбл. — Или, может, потому что ты теперь часть нашей так называемой «команды»?       Пайнс виновато опустил взгляд.  — Я волнуюсь о тебе, ты ведь моя сестра. — Поделился он. — Мне важно было знать что происходит. Если ты беспокоишься о том, страшно ли мне от того, что я узнал, то-о-о… нет, пожалуй. — Парень равнодушно пожал плечами, как если бы приобретение пистолета было для него пустяком.  — А я волнуюсь за тебя, Дип. — Призналась Мэйбл, заправив выбившуюся прядь волос. — Я скрывала это, чтобы обезопасить тебя и дядю Стэна.  — Я не считаю, что чем нас, знающих, больше, тем хуже. Напротив. У нас будет больше сил и ума на то, чтобы выиграть это дело. Ты же понимаешь?       Мэйбл отрицательно помотала головой.  — Это неправильно. Билл был прав, когда говорил о меньшинстве. Если нас будет, к примеру, с десяток против одного убийцы, то, вероятно, он прикончит каждого из нас по одному. Тебе Пироника разве не рассказывала, как ей в одиночку удалось справиться с маньяком? А как Сильвер чуть не пострадал?       Диппер молчал, выслушивая. Это было тяжело, но нужно.  — В конце концов под нападки попала и я сама. Трижды. — Она начала загибать пальцы. — Ты слышал о перестрелке в лесу? Месяц назад, когда Билл учил меня стрелять — на нас напало трое киллеров. Потом я заинтересовалась аспектами проекта и меня дёрнуло искать документы в психбольнице. Вместо этого я нашла целый склад с трупами, после чего встретилась лицом к лицу с ним. Он тащил меня куда-то, Дип. Быть может, туда, где убивал всех своих жертв. — Она загнула второй палец. — Если тебе интересно, то тогда именно Билл спас меня.       Она вспомнила и ещё раз прочувствовала тот день, когда он появился там, в коридоре. Клокочущее от страха сердце и одновременно радостное биение внутри. Всё как в замедленной съёмке.  — И третий случай. — Она загнула последний палец. — Я отправилась туда снова, где встретилась с мистером Эвансом. Он отдал мне диск, а на этом диске… — На секунду осеклась, подумав, но всё же договорила, — Коралина Дэйвен.  — Сам проект? — Диппер удивленно поднял брови.  — Да. То есть, в живом виде. Я покажу тебе дома. — Она тяжело сглотнула. Перед глазами возникал образ молящей о помощи девушке. — Перед этим я исследовала лечебницу и, получив то, чего хотела, пошла домой через лес. Убийца следовал за мной с намерением отобрать мою находку, но вследствие этого пострадал он сам.       Диппер непонимающе посмотрел на сестру.  — Помнишь шокер, на приобретении которого ты настаивал? Впервые я осознала, как полезны бывают твои советы. Я обезвредила его и кинулась прочь со всех ног. Мне очень повезло, но при этом, хм, — она задумчиво смотрела под ноги некоторое время, — при этом он как будто не хотел навредить мне. Он просто угрожал, но не показывал, что будет действовать. Я об этом не задумывалась тогда. Только когда анализирую ситуацию — начинаю понимать.  — Не хотел навредить? — Скептически спросил Пайнс. — А с ногой твоей тогда что было?  — Просто не повезло. Не будем об этом.       Близнецы шли молча ещё какое-то время, каждый думал о своём, но потом Диппер всё же нарушил эту тишину. Здорово, к слову, что ему не приходилось чувствовать неловкость от этого молчания. С Мэйбл было легко.  — Спасибо, что рассказала. Я благодарен тебе за то, что мы снова близки, как брат и сестра.       Девушка тепло улыбнулась в ответ на его слова.  — Тебе спасибо, Дип. Спасибо, что ты рядом даже в такой ситуации.       Он не успел ответить, поскольку сосредоточил свой взгляд на остановившейся Мэйбл.  — Что там?       Она остановилась возле столба. Глаза её померкли, когда ей пришлось заметить одно из старых и новых объявлений. На старом — пропавшая Саммер Стоун, чьё тело не было даже найдено. Мэйбл присмотрелась и вспомнила её, и эту самую причёску, длинные светлые волосы.       Её голова была в прачечной.       Глаза забегали по строкам, а Диппер молча читал, ожидая, пока Мэйбл что-нибудь скажет.       Новое объявление касалось лишь недавнего инцидента в вилле Эвансов. На фото были две девушки. Двадцатилетняя Молли Рэйнсел и девятнадцатилетняя Линда Бэйкер. В описании подробно расписали про их увечья и то, в каком состоянии они были обнаружены. Мэйбл затрясло от злости.       «Как я могла упустить его?! Он же был прямо на глазах!»       Она резко сорвала три фотографии для своего расследования. Нужно было сложить весь пазл, и понять, какие части остались. Нужно обезопасить своих близких. Других, к сожалению, не сможет. А после сборки проекта собраться и выяснить, что происходит за стенами той самой двери.  — Новости трубили во всю этим утром. — Заговорил Диппер. — Порой полезно смотреть зомбоящик с дядей.  — Думаешь, универ снова закроют? — Тихо произнесла Мэйбл, больше всего желая, чтобы этого не произошло. К тому же, возвращенный комендантский час не будет идти на руку. Ни ей, ни даже самому маньяку.  — Надеюсь, что нет. — Вздохнул Пайнс. — Но, думаю, что так и будет решено. Директор и сам предупреждал, что в противном случае всё повторится.  — Этому нет ни конца, ни края. — Прошипела девушка, сдерживая желание смять бумагу в её руках.

***

Emily_Hollen: Билл Emily_Hollen: Ты ещё злишься?)) Jack'О Frost: надо же, ты и вправду Эмили Jack'О Frost: походу, мне нужно было подобное доказательство, чтобы целиком убедиться в том, что ты — это она Jack'О Frost: не злюсь я, Пайнс Jack'О Frost: просто терпеть не могу, когда кто-то читает меня, как книгу Emily_Hollen: То есть, Дип прав? :)       Мэйбл смущённо хохотнула, с нетерпением ожидая ответа на его сообщение. Билл что-то печатал, затем переставал и снова продолжал что-то писать.       Вечер выходил атмосферным, несмотря на испорченное настроение. Все фото уже были прикреплены к доске, но думать о проекте было морально тяжело. Она решила немного отдохнуть и написать Сайферу. На удивление, хотя бы вечер проходил спокойнее. Jack'О Frost: ты считаешь, я склонен к ревности? Jack'О Frost: скорее, меня всего лишь разозлил твой брат Jack'О Frost: зная, что он совратил тебя когда-то — меня калит Jack'О Frost: я буду ненавидеть этого человека, даже если он убьёт Джеймса Emily_Hollen: Всего на минуту я задумалась о том, что ты действительно склонен к ревности Emily_Hollen: Выходит, я ошиблась :0 Emily_Hollen: Ты не позволяешь мне даже помечтать)) Jack'О Frost: хватит мечтать, Пайнс Jack'О Frost: живи в реальности Jack'О Frost: или постарайся сделать её лучше       Мэйбл обиженно хмыкнула, надув щёки, как ребёнок. Emily_Hollen: Ладно Emily_Hollen: Я беру отпуск от наших приключений :D Emily_Hollen: И иду тусоваться в клуб, чтобы подцепить какого-нибудь симпатичного парня Emily_Hollen: Ну, знаешь, это как у тебя разрядка с Пасификой была Emily_Hollen: Расслабился в её чудной компании и успокоился, верно? :D Emily_Hollen: Ничего против неё не имею Emily_Hollen: Лишь говорю о тебе чуточку. Решила взять с тебя пример))       Мэйбл настойчиво продолжала печатать. Ничего она делать не собиралась. Только и всего — Билла проверить захотелось. Emily_Hollen: Ходить уже могу, как ты заметил :Р Emily_Hollen: А вот потанцевать мне помогут, если нежно обхватят за талию в качестве поддержки))       Билл читал каждое написанное по времени сообщение, и когда Мэйбл остановилась — ответа всё ещё не было. Интересно, он собирается на всё это как-то отвечать? Jack'О Frost: ты закончила?       Мэйбл непонимающе похлопала ресницами, уставившись на дисплей телефона. Emily_Hollen: Да, как видишь)       Спустя минуту пришёл ответ. Jack'О Frost: замечательно, Пайнс Jack'О Frost: теперь я скажу тебе о последствиях твоего похода в клуб и новых знакомствах Jack'О Frost: я ничуть не против Jack'О Frost: однако Jack'О Frost: имей в виду Jack'О Frost: что я не спасу твою задницу, случись с тобой что-нибудь, поскольку я не смогу об этом знать Jack'О Frost: и что тебя могут не только прижать за талию, но и изнасиловать где-нибудь после клуба Jack'О Frost: ты это хотела услышать? Emily_Hollen: Я едва нахожу связь в твоих словах… Emily_Hollen: И не совсем понимаю, если честно :0 Jack'О Frost: поймешь, если я скажу, что догадался о твоей провокации? Emily_Hollen: Как ты понял, что я пытаюсь тебя провоцировать? :D Jack'О Frost: я тебе не Сильвер, меня не наебёшь, Пайнс Jack'О Frost: и играть со мной не стоит       Она виновато закусила губу. Что же… он оказался догадливее, чем она рассчитывала. Emily_Hollen: Хорошо Emily_Hollen: Попробовать стоило же? :D Jack'О Frost: мне казалось, это очевидно Emily_Hollen: Что именно? Jack'О Frost: моя ревность       Поклясться готова, её щёки вспыхнули. Jack'О Frost: я не мальчишка, чтобы глупо скрывать очевидные вещи Jack'О Frost: но и про твоего брата я не врал Jack'О Frost: сейчас ни в одном моём слове нет лжи Jack'О Frost: и если помнишь, я всегда говорю то, что думаю, Пайнс       Это в самом деле было так. Jack'О Frost: мы стали близки в некотором роде Jack'О Frost: я считаю, это нормально Emily_Hollen: Я даже не знаю, что сказать (//*-*//) Emily_Hollen: Это мило) Jack'О Frost: не нужно ничего говорить Jack'О Frost: достаточно не ставить эти глупые смайлики Emily_Hollen: Ты говоришь то, что думаешь, а я буду ставить свои глупые смайлики :Р Emily_Hollen: И да Emily_Hollen: Помимо всего этого Emily_Hollen: Почему ты никогда не зовешь меня по имени?       Билл дёрнулся. Внезапное волнение его озаботило, как если бы его застали врасплох. Он думал, она никогда не будет спрашивать его об этом, ведь это действительно трудный вопрос для него. Он не хотел отвечать на это сообщение. Jack'О Frost: привычка       Он тут же нашел что ответить. Emily_Hollen: Зови меня по имени) Jack'О Frost: зачем? Emily_Hollen: Я хочу понять какого это: слышать своё имя твоим голосом Jack'О Frost: услышишь когда-нибудь Jack'О Frost: не обещаю Emily_Hollen: :з Emily_Hollen: Спасибо Emily_Hollen: И чтобы ты знал Emily_Hollen: Ты дорог мне <3       Снова глупые смайлики.       Билл ничего не ответил на последние её сообщения, положив телефон рядом с собой на кровати. Провел ладонями по лицу в усталом жесте, посмотрел в потолок.       Сердце никак не успокаивалось.       Она снова это делает.       Заставляет его чувствовать, как он и говорил когда-то.       «Ты тоже дорога мне, Пайнс».       Но это не та мысль, которую он выдаст за ту, о которой он «подумал» и сказал, как обо всём остальном.