Капюшон кобры

Утром у меня возникло желание пропустить школу, как возникало последние семь лет, но я мужественно заставила себя поднять задницу с кровати и потащить ее в ванную на водные процедуры. Сегодня тетя с утра и почти до самой ночи будет на смене — на своей и за товарищницу — поэтому, видимо, хавчик мне нужно будет готовить самой. Проверив на всякий случай, закрыта ли дверь, я обошла квартиру и убедилась, что Лаура и вправду ушла. После этого потянулась и стала петь себе под нос какую-то мелодию. Не то, чтобы я была преисполнена хорошим настроением, так как встала только с четвертой попытки с помощью будильника, на котором неизменно оставалась ненавистная мною песня «Доброе утро, страна!» или как там ее… Суть оставалась прежней — мне было чертовски сложно подниматься даже в девять. Сразу одевшись во вчерашнее, я состряпала себе сэндвич, сделала чай с апельсиновым ароматом и стала наслаждаться завтраком. Но насладиться мне им в полной мере не удалось, так как сосед сверху снова начал что-то сверлить и двигать мебель. М-м, дивная мелодия перфоратора… Положив тарелку в раковину, я помыла только кружку, поболтав в ней воду, повесила на специальный крючок за ручку и пошла за портфелем. Уже через десять минут я ждала автобус на остановке. Где Дебби? Оглянулась и не увидела знакомого лица в небольших группах подтягивающихся учеников. Ещё и этот железный таракан опаздывает. Но вот, спустя ещё несколько минут ожидания, всеобщего нервоза из-за угрозы не попасть в школу вовремя, «таракан» подъехал к асфальтированному постаменту, откуда сразу начали забираться в салон ученики. Всего нас было не больше десяти, но все места уже были заняты, а заходить я все никак не решалась, так как Дебби не было.       — Райн, чего ты там зависла? — любезно поинтересовался один из моих одноклассников, после чего я вскочила на ступеньки и сразу набрала номер подруги, отходя в самый конец салона. Гудки. Ещё гудки.       — Элис, только не убивай, я забыла тебе сказать про то, что меня сегодня не будет, — сразу послышался беспрерывный поток речи. — Мои родители вчера написали заявление, что мы в отъезде в другом штате почти на четыре дня.       — Это типа… Как? А пересдача? А алгебра? — я стала в ответ засыпать вопросами ее.       — Пересдачу мне устроят потом, как приеду. Дело неотложное, поэтому так можно.       — Понятно. Но все равно могла предупредить, у меня будто еж под жопой шевелился, — я понизила голос. Дебби хохотнула.       — Извини.       — Ну, ладно, бывай. Я положила трубку и стала держаться за поручень, чтобы в одно из резких торможений не свалиться и не разбить себе лоб. Ученики расселись по сидениям, кто мог. Кто не мог, тот стоял, как и я. Они сидели в телефонах, болтали, слушали музыку, перекидывались какими-то фразами и жаловались друг другу на свои круги под глазами. Во время всего пути до остановки возле школы меня не посещало никаких мыслей. Просто молча разглядывала проплывающие мимо дома и время от времени пыталась не влепиться в поручень. Все высыпали на тротуар и побрели к школе. Я хотела остаться в самом конце колонны, нарочито медленно двигаясь и пропуская вперёд себя почти весь народ. Меня кто-то больно задел локтем по руке.       — Осторожнее, — фыркнула проходящая мимо черноволосая девушка в шапке «носке» и с яркими желтыми губами. Н-да, каких только модников у нас нет.       — Сама смотри, — буркнула вслед я, недовольно дёргая плечом. В руке что-то кольнуло, я встряхнула ее и продолжила идти, убедившись, что мне ничего не мешает. Когда я оказалась возле шкафчика, то забросила все ненужное туда, сверилась с расписанием и решила сразу идти к кабинету. Из дополнительных задач в моем плане на день было только зайти к нашему «предводителю» журналистов, чтобы отдать нарисованный мною вчера плакат с объявлением о выступлении школьного оркестра. Вскоре передо мной уже находилась обычная серая дверь с завешенным с внутренней стороны окошечком. Я постучала и заглянула внутрь. Глазам открылось довольно большое по площади, но заставленное столами, компьютерами, стопками книг и бумаг, рулонов помещение. Люминесцентные лампы щедро дарили обитателям Журналистской норы свет, пока оные корячились над своими рабочими местами, готовя выход очередного выпуска школьной газеты.       — Рич! Ты там? — крикнула я в пустоту, слыша в ответ чьи-то переговоры, шелест страниц и бессердечное скрябание твердого карандаша о бумагу. — Ричард! Я пробираюсь вглубь помещения… Я стала крадучись идти меж столов, как вдруг где-то упала стопка с рулонами с шуршанием раскатившись по полу.       — Вот дерьмо! — послышался следом нервный голос. В проход сразу же выскочил невысокий парень в клетчатой рубашке со светлыми, заделанными в маленький хвостик сзади, волосами. Он силился сгрести все рулоны в одну стопу и уложить на стол, но те предательски выскакивали и снова падали на пол. — Элис, посмотри, что ты наделала! Бросив в конец эту затею, Ричард, чертыхаясь, переступал через разбросанные «летописи» и прошел ко мне, с видимой досадой в движениях забирая рулон из рук.       — Эй, ну я тут не при чем! — я развела руками, отходя к двери.       — Мы тут и так все на взводе из-за тестов и постоянных изданий. Ты даже не представляешь! — поджав губы, сказал парень. На его лице некоторое время отражался мыслительный процесс. И когда я собиралась тихонько открыть дверь и выползти на свет божий, меня остановили и всучили мой же плакат, а затем коробку канцелярских кнопок и ленту. — Вот. Раз уж ты немного помешала, повесь это в столовой. Рядом с остальными плакатами.       — В смысле? — я хотела возмутиться и отдать добро обратно, как была вытолкнута за дверь.       — Ты справишься! — ободряюще сказал Рич и захлопнул ее за моей спиной. Лохушка. Плюс одно задание в список и заметка: «Я все ещё не научилась вовремя убегать». Пришлось, пока уроки не начались, идти в столовую, так как все плакаты, не относящиеся к учебе, висели у нас именно там. А если кому охота ещё забить себе голову чем-то, можно было посмотреть доску объявлений в главном коридоре. Неторопливо протискиваясь сквозь плавно передвигающиеся косяки учеников, ненавязчиво болтающих на фоне, я направилась в столовую. Народу было немного, но кто-то и на первом уроке решил зайти пожрать. Я сразу подошла к стене, увешанной плакатами и прикинула, куда можно будет впихнуть мой. Достав две кнопки из коробочки, я развернула рулон и приставила его к стене. Выполнять задание было крайне несподручно: когда я зажимала и крепила к стене верхние углы листа, нижние тут же сворачивались, два раза задев мне подбородок. С нижними аналогичная ситуация. Я огляделась в поисках жертвы. На глаза первой попалась беседующая с подружками Лиз. Я специально встала в раскорячку у стены, оборачиваясь на девушку.       — Лиз? Не поможешь? Она обернулась и сверкнула безупречной сияющей улыбкой, поднимаясь из-за стола.       — Конечно.       — Поддержишь сверху? Пока мы прикрепляли плакат к стене, девушка дарила все такие же прекрасные смущенные взгляды кому-то. А кому — я не обратила внимания из-за того, что постоянно пыталась себе пальцы не исколоть и поплотнее всадить в стену кнопки. Наконец, работа была завершена, я поблагодарила Аллен и со спокойной душой направилась обратно к журналистам, чтобы отдать им все кнопки.       — Ричард! Я оставлю кноп… А чем у вас тут так воняет? А? Я принюхалась лучше и будто почувствовала разъедающий глаза запах какой-то болотной гнили или плесени.       — О чем ты? — захлопнув довольно старый шкаф с жутко скрипучими дверцами, спросил парень, взял у меня из рук коробку и положил ее в ещё какую-то коробку побольше.       — Да нет, серьезно, чем пахнет?       — Джеймс, ты снова забыл сэндвич в своем ящике? — вопросил Ричард, подняв голову чуть вверх.       — Неа, — из глубины донёсся ответ. — Я вчера его унес. Глава кружка пожал плечами, с недоумением глядя на меня. Я махнула рукой, сославшись на то, что показалось, а затем пожелала всем хорошего дня и ушла к кабинету химии. Вот с химией у меня как раз были небольшие проблемки, в голове всплыли фрагменты вчерашнего урока, когда Паркер решил поднять свой и без того высокий авторитет в классе и ещё раз доказать остальным, что портит жизнь простым смертным. Я вошла в кабинет и заняла свое привычное козырное место подальше от окна, куда почти не в какое время не светило солнце, не было сквозняков и ветер из форточки меня не доставал. Мистер Уоррен ещё не соизволил прийти, поэтому в классе царил небольшой беспорядок: пролетело несколько бумажных самолётиков, кто-то судорожно заучивал формулы, загибая дрожащими пальцами страницу, кто-то решил отоспаться перед уроком, укрыв голову кофтой, кто-то страдал ерундой. Я тоже решила пробежаться пару раз глазами по параграфу. На середине текста отвлеклась и втянула носом воздух. Пахло не иначе как сероводородом. Проще сказать — протухшими яйцами. На редкость омерзительная штука с таким же вкусом, мне один раз даже довелось попробовать такую воду из питьевого фонтана… Гадость. Оглянувшись, я не увидела признаков присутствия запаха — чьего-то сморщенного носа, такого же недоуменного выражения лица и вопросов. Непонятно. Попытавшись незаметно закрыть себе рукавом нос, чтобы не чувствовать запаха, я продолжила чтение.

* * *

      — Это значит, что на примере этой реакции, — я обвела рукой мою запись на доске, — мы видим, что литий отдает валентные электроны, а фтор их присоединяет. Я старательно отчертила пояснения. Мистер Уоррен кивнул.       — Хорошо. Тогда восстановителем будет?..       — Литий, а окислителем фтор. Я расставила стрелки где нужно и повернулась к учителю. Ну, давай, поставь мне пять, я ведь так старалась.       — Класс, у кого есть вопросы для проверки? Все молчали. Ес!       — Тогда спрошу я, по теме девятого класса. В ковалентных соединениях чем обычно определяется валентность?       — Числом химических соединений, образующихся между молекулами.       — Между атомами, — вставил свои пять копеек Паркер, подняв руку. Я стиснула зубы. Ага, ну конечно.       — Молодец, Питер. Элис, тебе стоит чаще повторять пройденный материал.       — Какая у меня оценка? — процедила я, кроша мел в руке.       — Четыре.       — За один вопрос?! По теме двухлетней давности? — я бросила взгляд на исписанную формулами доску. — Тогда какого черта я все это вчера зубрила?! Может, ещё и ему пятерку за один ответ поставите?       — Элис, имей терпение и уважение. Ведь в жизни не всегда все будет гладко.       — Да у меня и так не все гладко в частности из-за того, что Паркер регулярно умудряется ухудшать мои оценки, — пробурчала я. — Можно выйти?       — Конечно. Я сорвалась с места, раздосадованно хлопнув дверью. Чертов заучка! На кой хер было вчера сидеть до двенадцати и повторять весь материал! Я зашла в туалет, убедилась, что там никого нет и включила воду, набрав в руку и ополоснув ею лицо. Затем плеснула каплями в зеркало, смотря на свое отражение, слегка сощурив глаза. Снова этот неприятный запах. Из раковины?.. Я наклонилась, принюхалась. Серьезно. Фу. Ещё раз умывшись, я со звонком вышла из туалета и направилась в класс, собрала портфель и вышла обратно. Хотелось есть. Интересно, кто сегодня дежурный? У, а очередина… Я скорее подбежала к очереди и встала за каким-то низким парнем, доставая из кармана пару четвертаков. Меня вдруг начало мутить. Лёгкое головокружение и тошнота, но я решила, что это все осадок после злости и моего состояния. Не критично. Заполучив сэндвич с тунцом, бутылку с фрешем и пакетик с орешками, я уселась в самом начале стойки на высокий стул, пожевывая арахис. Поймала вдруг на себе взгляд той странной черноволосой девушки. Да, та, которая с желтыми губами. Попялилась на нее сама пару секунд, потом вовсе махнула на это рукой. Мало ли, разные чудаки у нас учатся. Голова продолжала кружиться, что немного мне мешало, я оперлась рукой о столешницу, подпирая ею лоб. А ведь только ещё первый урок, как я вообще тут протяну весь день? Чертов стресс. Допив остатки сока, я выбросила бутылку в мусорку и отправилась к кабинету математики.

* * *

      — Слушай, Элис, ты это… Извини, Питер не хотел тебя обидеть, — за моей спиной возник Нэд. Я выгнула бровь. Обидеть? Ха, смешно…       — Если ты думаешь, что обидеть меня можно такой маленькой хренью, то… Стоп, а что ты, у Паркера посыльный?       — Ну, понимаешь, — парень замялся. — Пит типа вообще не умеет общаться с девчонками.       — Шикарно, но его кандидатуру как парня я не рассматриваю. Так что, пусть не беспокоится. Адьос. И передай, что в следующий раз оглушу его где-нибудь в переулке, если он вздумает что-то вляпать.       — Но ведь ты…       — Я все сказала. Фыркнув, Лидс, семеня, отошёл. Мне ткнули в спину ручкой. Эми.       — Ты просто не можешь признать, что не самая лучшая в классе? — беззлобно спросила девушка.       — Может и так, но… Я ведь не одна считаю, что Паркер зануда?       — Не одна… Я хмыкнула, кивнув, и снова отвернулась к себе. На телефон, лежащий на парте, пришло сообщение от Дебби. * Привет Как жизнь молодая?

И тебе не хворать Да ничего, продвигаемся помаленьку Угадай, из-за кого я сегодня снова получила оценку на бал ниже? :)

Да ну неее Только не говори, что снова трояк

На этот раз — четыре Но да, Паркер снова помешал

Мне кажется, или ты снова что-то упустила?

Уоррен задал вопрос по девятому классу!

Ну, а ты ответила на него неточно…

Молекулы вместо атомов

Ах, ну да. А Пит снова заметил это и сказал?

Бинго!

А ты прикинь, предки решили меня сплавить тете на месяц Я отказалась, не знаю, прокатит ли

Ты серьезно? О, мать твою, только этого не хватало до полного счастья

Солидарна с тобой полностью Но в конце недели я уже буду в Куинсе

Это классно Но слишком долго

Точно Иди, учись

Пока, сучечка

* Отложив телефон на парту, я вернулась к размышлениям о том, откуда могла взяться коробка с кольцом. Я же помню, что точно ее не клала в рюкзак. И куда делись пробирки — не понятно. И так же непонятно то, как, зачем и почему мне уже второй раз на глаза попадается девушка в шапке. А прикол в том, что она меня взглядом буравит так, будто я зарезала всю ее семью и хату спалила. Интересная личность, конечно… Я задумчиво стала пожевывать лакричную палочку, пакет которых взяла из дома. Она постепенно приобретала горьковато-сладкий вкус, этим мне и нравилась. Многие ненавидят лакрицу, но это для меня только бонус, почти никто не попросит поделиться. К концу перемены я сжевала почти четверть всех палочек, поэтому решила ещё отложить на потом. Слава всем богам, у нас сегодня нет физкультуры. Но есть алгебра, на которой должна была быть для некоторых пересдача. Дебби, жаль, уехала в другой штат. А какой — не сказала даже. Ну да ладно, не беда. Внимание привлекали очередные хвастливые речи Томпсона, на которые я бы и не обратила внимания, если бы не тычок Эми в спину. Обернулась.       -…какая-то веселящая жидкость, — договаривал свою фразу Флэш, метнув взгляд на меня. Я изогнула бровь, вопросительно переглядываясь с соседкой сзади. Она пожала плечами и опустила взгляд в учебник. — Райн так вообще отрывается от реальности в последнее время. Да, Элисия? Меня чуть не вывернуло из-за того, как он произнес мое полное имя. Вместо этого я только напрягла на секунду плечи, подавляя в себе вовсе не странное желание обматерить Томпсона за такие обвинения. Ненавижу «дурь» и все, что с ней связано. Мой дядя когда-то сидел на этом, ничем хорошим его действия не кончились — как следствие — передоз и смерть.       — Или почему ты уже некоторое время ведёшь себя как дерганная?       — Я просто не переношу твое общество, — фыркнула и отвернулась, пытаясь как-то отгородиться от этого назойливого существа и его приятелей. Прозвенел звонок, вошла учительница и стала в своем привычном темпе и стиле объяснять новую тему. Урок тянулся очень медленно и нудно, я то и дело смотрела в окно или пыталась просверлить взглядом доску с решением задач, особо не вникая в суть. Головная боль не проходила, это чертовски мешало сосредоточиться, ещё и постоянно то появляющийся, то пропадающий запах гнили… Хотя, откуда ему тут быть?       — Элис, ты все ещё с нами? — коронная фраза.       — Конечно.       — Тогда скажи, будут ли присутствовать корни у…       — Элис! — раздалось за стеклом в коридор. Я порывисто обернулась и посмотрела туда, но помещение пустовало. Шкафчики, колонка, часы и скамейка. Все, как должно быть. Раздался тихий смешок.       — Мисс Райн, я попрошу не отвлекаться.       — Я же сказал — дёрганая, — шепотом говорил Флэш.       — Элис! — я постаралась не оборачиваться. Чертовщина какая-то. Однако звук, шепот собственного имени раздавался все громче, заполняя собой все пространство. Я пробежалась взглядом по лицам одноклассников, обращённых ко мне. Никто тут не замечал этого кроме меня. Звуки смешивались в голове, сливались в одну какофонию, картинка начала размываться и плыть, я переводила затуманенный взгляд от учителя до окна.       — Элис, я повторяю ещё раз…       -…веселящая жидкость…       — Элис!       -…теряешь связь с реальностью?..       — С тобой все нормально?       — Элис!       — Может, сходишь к медсестре?       — Томпсон, закрой пасть.       — ЭЛИС!!! Я закрыла уши руками, в голове били колокола. Зажмурилась. Раздался звук бьющегося стекла. Стало тихо. Дыхание вокруг, тихое шипение, будто рядом стоял телевизор с помехами. Открыла глаза и увидела себя свернувшейся в клубок на полу, вокруг собрался класс.       — Она странная, — голос Лидса.       — Скорее, больная, — со скептицизмом отозвался Томпсон.       — Вы видите ее глаза вообще? — сердито спросила Эми, удерживая за руку. Голова была настолько тяжёлой, что я ее не могла поднять. Рой мыслей бил и жалил изнутри черепную коробку, я даже не могла спросить себя, что только что произошло.       — Где миссис Смит?       — За медсестрой ушла. Я приподнялась на локтях и еле как встала с помощью девушки. Судорожно собрала вещи в рюкзак под нарастающий рокот.       — Ты куда?       — Надо.       — Нельзя, Элис! Тебе плохо!       — Съеби с дороги, — бросила я, расталкивая людей. Вылетела из кабинета, на подкосившихся ногах направилась к выходу. Главное — выйти на улицу, там свежий воздух, ветер… За стеной раздались торопливые шаги и голоса.       — Должно быть, у нее эмоциональная перегрузка. Такое бывает, психика подростков часто не выдерживает. Я панически огляделась в поисках укрытия. Сейчас ещё будут со мной обращаться как с сумасшедшей, смотреть с жалостью… Нахер надо, тем более, какой из нашей медсестры психиатр! Напичкает ещё какой-нибудь хренью, потом ещё откачивать придется. Первой попалась на глаза дверь в подсобку. Как можно тише открывая ее, я скользнула внутрь и услышала голос громче. Нельзя было закрывать, иначе меня могли заметить. Я встала за дверь рядом с шваброй.       — Джош снова не закрывает двери, а на хлорку, между прочим, у некоторых учеников аллергия, — проговорила миссис Смит. Я услышала, как цокот ее каблуков приближается, и затаила дыхание. Женщина взялась за ручку, отворила дверь, которая едва не встретилась с моим плечом, заглянула внутрь. Я старалась слиться со швабрами, чувствуя, как сердце бьётся о ребра.       — Пойдем, потом разберёшься с этим, — поторопила медсестра. Кивнув, учительница захлопнула дверь и удалилась дальше по коридору. Я облегчённо выдохнула, положив руку на сердце. То все никак не хотело замедлить свой темп. Дождавшись, пока в коридоре некоторое время продержится тишина, я вышла на свет, тихо проходя вдоль шкафчиков. Не буду останавливаться возле своего, так как хлопаньем дверцы привлеку внимание. Даже несмотря на то, что мне придется тащить рюкзак с учебниками до дома. В кабинете директора ворчание, затем шаги, я в почти последний момент вылетела за дверь и быстро сбежала по крыльцу, убегая на деревянных конечностях за ворота. Оглянувшись пару раз, я посмотрела на окна, не увидела там никаких лиц, надела капюшон толстовки и решила побыстрее добраться до дома. Там нужно как следует все обдумать. И, желательно, записаться на приём к психиатру.