Тёмный переулок, освященный луной

      По возвращению домой меня встретила мама. Папа был всё ещё на работе. Поэтому мы ужинали без него. Он часто пропадает за подписью всяких бумажек. Но, наверное, если бы не его труд, у меня не было того, что есть сейчас.       В сети никаких новостей с намёком на криминал не было. А значит обещание Глеба не просто слова. Даже какая-то гордость появилась за себя. Интересно, если он сейчас не «работает», то чем занят? Чем он занимается помимо кровопролития? А ещё меня интересует то, почему он меня никак не убьёт? Для него резать плоть должно быть чем-то обыденным. Не думаю, что он в этой сфере один месяц.       Так как завтра я пойду гулять с Яной, мне нужно сделать хотя бы половину домашнего задания. А в идеале всё. По будням режим сна и бодрствования налажен, а вот на выходных могу лечь как и в девять, так и в три. Так что у меня есть ещё целый вагон времени.       Порешав пару задач по физике, написав упражнение по иностранному и сделав химию, с чистой душой легла спать. Но сон не шёл. Как я только не крутилась, о чём только не думала — не получалось. Даже пыталась сделать наоборот: застыть в одной позе и не о чём не думать. И тоже провал.       И именно поэтому я решила подышать свежим воздухом. Нет, я не отправилась на ночные улицы города. Мне вполне может хватить балкона. Накинув поверх пижамы лёгкий халат, тихо прокралась на кухню. Заварив себе зелёного чая, я зашла на балкон. Поставив чашку с чаем на столик, который стоял на балконе возле плетеного кресла, открыла окно. На улице холодно. Не думаю, что заболею. Мне бы хотелось увидеть луну, но она скрыта за облаками. Звёзд тоже не густо, все созвездия, которые я вижу, можно пересчитать по пальцам одной руки. Но увидела кое-что другое. — Шатаешься ночью по улицам, а мне запрещаешь. Тебе не кажется это несправедливым? — да-да, снова он. Может это случайность, что он оказался в моём дворе. А может быть он следит за мной. Мой голос ему было хорошо слышно, так как я живу на втором этаже. Как только он понял откуда доносится упрёк, резко развернулся. Долго глазами меня искать не пришлось, как никак единое окно в котором горит свет. —  В отличие от тебя, я могу за себя постоять, — подходит ближе к моему подъезду. — И почему ты всё ещё не спишь. Маленьким деткам пора баиньки, не детское время, три часа. — Ой, какой взрослый. Без тебя знаю, что спать пора. И я бы с радостью, но сон не идёт. И да, тебя это тоже касается. Почему ты не дома? — теперь можно и до пяти не спать. Чай, собеседник. Только если на мосту нас никто не увидел, то сейчас мама может проснуться, и папа вернутся домой. А тут я с каким-то незнакомцем с балкона беседую. — Не хочу домой, — кажется, ему не сильно нравится, когда с ним говорят в такой манере. Он же привык, что его всё боятся, а тут я, которая язвит. Но уловив немой вопрос, поясняет: — У тебя дома семья. Они тебя ждут и переживают, когда тебя долго дома нет. А у меня нет семьи, и дома меня никто не ждёт, и дела никому нет, где я сейчас нахожусь, — мне стало так неловко из-за того, что ему пришлось затрагивать эту тему. Я как-то и не подумала о том, что у него просто нет нужды идти домой. Он полностью уличный и мне нужно это запомнить. — Прости… Я не знала… — отхожу от окна, чтобы взять чашку. Пока отходила, услышала что-то на подобие «А никто и не интересуется». — Слушай, давай ты всё-таки пойдёшь домой. На улице холодно, заболеешь. И спать тоже надо. — Я не нуждаюсь в твоей жалости и советах. Оставь их для кого-нибудь другого, — неужели обиделся? Я же извинилась… И почему он так резко реагирует, я ведь правда не знала. — Ладно, проехали. Я пошёл, — накидывает капюшон и уже собирается уходить. — Куда? — этот вопрос задаётся как-то сам. Рефлекторно. — Не знаю… — теперь уходит прочь из моего двора, куда-то по своим делам. Какой же он непонятный.

***

      Мы ещё не успели встретиться, а Яна уже села мне на уши. И нет, я не против, чтобы она говорила. Но её не было неделю, так как она уехала к тёте и вернулась только вчера вечером. И вместо того, чтобы рассказывать, как она провела время, она рассказывает про поцелуй Косукэ и Масахиро из какого-то аниме. Мы с Яной давно дружим, но общение у нас немного странное: она мне про сенен-ай мангу рассказывает, а я ей про новый альбом любимого исполнителя. И знаете, что? Никаких точек соприкосновения нет, но каждая история начинается с «Мне это напоминает…». Так и дружим двенадцать лет. Когда осознаю это, не понимаю как это вышло. Но уже который час мы путешествуем по городу, рассказывая друг другу всякий бред.       Мы встретили это белобрысое чудо по пути в торговый центр. Я с ним не говорила, просто помахала рукой, на что получила такую же реакцию. Что моментально заметила Яна: — О! А кто этот симпотяжка? Ты в моё отсутствие себе уже кого-то нашла? Ух, взрослеешь Анька. Он кстати на Сэля похож. Не хочешь мне ничего рассказать? — лепетала она, радуясь, будто разгадав загадку Мирового уровня. Она даже умудряется активно жестикулировать задевать прохожих. Порой, мне кажется, что она не с нашей планеты, и я установила контакт с внеземным разумом. И как ей удаётся быть такой беззаботной? — Нет, ты неправильно поняла. Это Глеб, мы с ним пару дней назад познакомились. А теперь очень часто пересекаемся, — не хочу ей рассказывать, как именно мы познакомились и уж тем более, кто он такой. Я и сама толком ничего не знаю. Наверное, я больше знакома с его внутренним Миром, чём с его личностью. — Глеб? А ты меня с ним познакомишься? Вдруг, он смотрит аниме. Ты у него об этом не спрашивала? Или может он мангой увлекается, м? — божечки, угомоните эту девчонку… Вот почему я ему помахала? Не могла ведь просто пройти мимо? Теперь отвечай на всю эту гору из вопросов. К слову, глупых вопросов. — Не думаю, что он таким увлекается. Я вообще порой думаю, что ему ничего не нравится. Так, мы почти пришли, давай лучше расскажи, какие джинсы ты хочешь? — как же удачно удалось сменить тему. И как удачно мы дошли до торгового центра. Надеюсь, мы больше не будем возвращаться к этому разговору.

***

— Как же ты надоела со своим «Ну ты скоро?», — возмущалась Яна, выходя из примерочной в очередных джинсах. — Как тебе? — Хорошо смотрятся, но повторюсь ещё раз: серые лучше, — мы уже весь ассортимент джинсов перемерили, отложили самые лучшие варианты, и знаете, что теперь? Её это всё не устраивает. Если честно, то мне должны заплатить, ибо я здесь как продавец-консультант. Я работаю, или делаю вид, что работаю, лучше чем сами сотрудники. Ко мне уже каждый подошёл и что-то спросил, и я уже как минимум троих обслужила. А эта до сих пор не выбрала, что купить. Короче, схватив серые джинсы, отправилась на кассу. Надоела. — Эй! Ты куда? — пытаясь меня догнать, кричала она. Но я настроена решительно, и даже не обернусь. — Дай свою карту. Буду как мама, своей доченьке джинсики покупать, — она поражённо берёт сумку, из которой достаёт кошелёк, а после и саму карту. После оплаты покупки, она снова ушла в примерочную, чтобы убедится в моей правоте. — Ладно, и правда лучше. Но ты всё равно плохая, — сказала она наигранно обиженным тоном, показав язык. Ну не ребёнок? Но говорить я ей этого не буду, ибо в ответ будет сказано: «— Я старше тебя на сорок два дня!». И так всегда.

***

      Просиживая остаток дня в кофейне, что также находилась в торговом центре, и не обошлось без блондина. Я правда уже задумываюсь над тем, что он меня преследует. И как бы предъявить ему это глупо, ибо доказательства нет. Но это пугает, я его ни разу не видела, а тут «Бац», вижу чаще, чем папу. А может это моя вина? Ведь я так редко стала появляться дома.       Как же повезло, что Глеб находился за спиной Яны, и она его не видит. А вот я вижу, и очень хорошо. Он сидит с каким-то парнем и о чём-то разговаривает. Лицо парня не видно, так как он сидит ко мне спиной, но со спины могу сказать, что у него в два раза длиннее волосы и он брюнет. Я бы могла перепутать его с девушкой, но он слишком массивный в плечах, как для девушки. И одет он уж далеко не в платье.       Не могу сказать, что я пялюсь на Глеба, но он меня тоже заметил. И какие результаты моих недолгих наблюдений? А результаты такие: Глебу либо не интересно слушать, что ему говорят, либо разговор очень серьёзный; он меня не послушался, так и не ложился спать, и даже если спал, то от силы часа два не больше; сейчас он нервный и дёрганый, что на него не похоже. Меня с детства учили наблюдать за людьми, говорили, что так будет проще их понять. И с этим я согласна, наверное, было бы труднее без этих знаний и умений слежки. Как он отреагировал, когда заметил меня? Не знаю как, но он будто прислал сигнал мне в голову о том, что ему сейчас не до меня. Яна тоже заметила, что у меня сейчас с кем-то идёт «диалог» взглядом, но вопросов не последовало.

***

      Я думала, что на этом наши встречи, хотя бы на сегодня, закончены. Но нет! И он даже сам подошёл. Не вовремя конечно, но его это как будто волнует.       С максимальной скоростью, которою мне может предоставить мой уставший организм, мчу домой. Решив, что не буду рисковать, и пойду в обход того переулка, но это белокурое чудо как будто знало, что я сейчас здесь буду пробегать, и решил «встретить». — Мне кажется, или я тебя уже предупреждал про ночные прогулки, и по таким местам? — он хватает меня и прижимает спиной к себе. Так ещё покурить успевает. А ещё у него ужасно холодные руки, мне даже через джинсовую куртку чувствуется их холод. — Глеб, мне сейчас не до тебя, мне бежать нужно. Родители волноваться будут, — хоть как-то пытаюсь вывернуться из его хватки, к слову, хватки одной руки. Но у меня не выходит. Он предугадывает мои движения и блокирует их. Так его это ещё и забавляет! Ловили когда-нибудь жаб или ящериц? Вот я сейчас кто-то из них. — Постой со мной. Куда спешить? Ты девочка взрослая, гуляй, пока можешь, — он отпускает меня, облокачиваясь на стену какого-то здания. — Ты снова «работаешь»? — показываю двумя пальцами кавычки, делая акцент на последнем слове. Я знаю, меня это не касается, но интересно же. А вдруг, это будет не просто «Да/Нет», а развёрнутый ответ. Ведь это не книга, и даже не фильм, это слова настоящего преступника. А мне всегда было интересно узнавать что-то новое про криминальный мир. — Да, сейчас все занимают свои позиции, — увидев в моих глазах немой вопрос «Тогда почему ты здесь?», поясняет: — Мы работаем в парах, если не успею, то меня прикроют, до моего возвращения, — достаёт из кармана портсигар Black&Gold, после чего достает одну сигару протягивает её мне. — Будешь? — Наверное, правильнее будет спросить «Куришь?». И нет, не буду, — пожимает плечами и, докурив первую сигару, вставляет меж губ ту, что предлагал мне. Начинает нервничать, когда не может найти в кармане, как я понимаю, зажигалку. — Во-первых, она у тебя в руке, — киваю на его вторую руку в которой он держит портсигар и зажигалку. — А во-вторых, может хватит? Это вторая подряд. — И про твою жалость с советами мы тоже говорили. Обойдусь без них, — опять начинает грубить и строить из себя независимого. Но победа за мной, ибо он всё равно вернул сигару назад. — Довольна? — это он мне так угодить пытается? Мне, конечно, приятно, что меня слушаются, но такое впечатление, что я у него эту сигару прямо из рук выхватываю. И чтобы сгладить углы, рискну на спонтанное решение. Подхожу вплотную и достаточно крепко обнимаю. Я так часто с друзьями делаю. — Ты что делаешь? Прекрати. — отодвигает меня от себя на расстоянии вытянутой руки. Не такую реакцию я хотела увидеть… Почему он такой? Всегда один, на его личное пространство претендует только он сам, и даже для дружеской близости он реагирует очень агрессивно. Почему агрессивно? Ибо смотрит он на меня враждебно. — Почему прекратить? Тебе не нравятся объятия? — стараюсь говорить тихо и спокойно. Если у него нет того, кто научит сохранять спокойствие, то этим человеком буду я. На мой вопрос он машет головой в знак несогласия. — А ты хоть пробовал, чтобы говорить, что тебе это не нравится? — и именно сейчас он решил призадуматься. Неужели вопрос настолько сложный? — Тебе непривычно? — на этот вопрос он отвечает быстрее. И отвечает утвердительный. Как же всё запущено… Неужели он даже в отношениях ни разу не состоял? Ему ведь где-то двадцать. — Мне только одно непонятно: зачем? Зачем меня обнимать? Я на твоих дружков-лопушков похож? — ага, значит он меня как за подругу не признаёт. Хотя, я тоже его не сильно то своим другом считаю. Но он мне кажется таким беззащитным. Возможно это странно звучит, когда этот «беззащитный» парень убивает людей, но узнав, пусть и немного о нём, понимаю, что он ужасно хрупкий. — Ты милый… Тебя просто так хочется обнять, — и опять смотрит как на сумасшедшую. Мне наверное привыкнуть уже нужно. Но как только я заканчиваю говорить, его будто обволакивает удивление. Неужели он даже это не признаёт! Тяжелее случая ещё не встречала. — Чего ты так смотришь? Снова не согласен со мной? — как и говорила, не согласен. Так ещё и кривится, вообще милашка. — Я правду говорю. Ты милый. Это моё мнение со стороны. Если тебе этого никто не говорил, это не значит, что это ложь или лесть. — Хватит нести чушь! — грубо выкрикнул он. Снова ему крышу сносит. И я кажется опаздывала домой… — Ладно, хорошо. Если я нарушила твоё личное пространство, прости, впредь буду спрашивать, — подхожу немного ближе и расставляю руки, тем самым и спрашивая разрешение. Думаю, пару недель общения и мы сможем говорить без этих ненужных разборок. Он ведь одиночка, а тут я — капитан Общительность. И как же мне уже надоели эти его взгляды. Я не безумный человек, это он псих. Но «разрешение» получила, и я без каких-либо угрызений совести могу обнять его. Я бы обняла его за шею, но он слишком высокий для меня. И меня обижает то, что он не отвечает на мой жест. Это снова какое-то одолжение? — Ничего страшного не произошло? Мир не рухнул? — Нет… Всё нормально… — ему воздуха мало? Ах, да, я же на его личное пространство посягнула, дышать теперь раза в три сложнее. Но идеальную тишину разорвал в клочья гул сирен. И по звуку можно понять, что они едут сюда. — Чёрт! Беги домой! Быстро! — Глеб резко отталкивает меня и убегает в сторону заброшенного квартала.       Послушав парня, возвращаюсь домой. По дороге накрывает волной не самых добрых мыслей, и даже сделав музыку погромче, я не смогла от них отвлечься. А вдруг с ним что-то случится? Ведь он мне уже и не настолько незнакомый человек. Да, если его задержит полиция, то это будет справедливо, ведь он преступник. Но мне кажется в нём есть что-то больше, чем жажда убивать.       Чтобы убедится в том, что всё хорошо и его не поймали, захожу на сайт с новостями нашего города. И чёрт возьми, лучше бы не открывала… » Сегодня ночью полиции удалось поймать одного из преступной банды, которая терроризирует и держит в страхе весь город. Обвиняемый отрицает своё участие в терроре. А так же отрицает тот факт, что находится в преступной банде и отказывается называть имена оставшихся участников… /Читать дальше/»       Божечки, как же его так угораздило? С чего взяла, что он? К статье прикреплено его пару снимков из полицейского участка и видео, где он даёт алиби, чтобы оправдаться. И что я решила? Конечно же помочь ему. Даже знаю как. Осталось только проработать некоторые детали, и для большей убедительности нас должно быть двое. Но не сегодня. Надеюсь, с ним ничего не случится до завтрашнего дня.